Верховная Мать Змей [litres]

– Правда? – немного успокоился Клим. – Но все равно у меня что-то поджилки трясутся. Вы точно пойдете со мной?

– Пойдем, – пообещала Карина. – Ничего не бойся. Если не понравится, просто уедем оттуда, и все. Никаких проблем.

– Ну хорошо, – вздохнул Поликутин.

Они отправились собираться и через полчаса снова встретились у ворот академии. Димка и Тимофей переоделись в простые синие джинсы и белые футболки, Карина пришла в коротких брюках в обтяжку и топике, на плече висел рюкзачок. Клим надел черные брюки и черную облегающую футболку, на его ногах блестели начищенные туфли. Только носки были ярко-синего цвета. Других чистых просто не нашел. Все критически его осмотрели и приняли решение, что для ночного клуба он одет в самый раз. Ребята без помех добрались до автобусной станции и вскоре уже ехали в Санкт-Эринбург.

11

Возвращение домой

По пути Тимофей позвонил Ангелине, но его мать опять не взяла трубку.

– Может, она тебя не слышит? – предположил Димка.

– Или по-прежнему не хочет говорить, – ухмыльнулся Тимофей. – Но я знаю, что она уже вернулась со съемок, а значит, не сможет скрываться вечно.

Начать они решили с квартиры Димки. Его мама Светлана Петровна была очень рада гостям, особенно Карине.

– Давно я хотела познакомиться с девушкой своего сына, – сказала она, смутив одновременно и Димку, и Кикмарину.

На столе тут же появилось угощение, пирожки и жареная картошка с грибами. Тесная кухня наполнилась смехом и веселой болтовней. Димка рассказывал матери о своих успехах и трудностях в учебе, а Карина – о работе на радио и в газете академии. Клим отчего-то сильно заинтересовался простенькими кухонными ножами, которыми мама Димки резала пироги и колбасу.

Особенно Светлану Петровну взволновала новость о сенсэе Канто.

– Настоящий изверг! – заявил Димка с набитым ртом. – Думаю, мы еще трижды пожалеем, что он пришел на работу к нам в академию!

– Вообще-то он давно там работает, – сообщила Светлана Петровна. – Я тоже у него училась, когда была в «Пандемониуме».

– Ты тоже там училась?! – изумился Трофимов.

– Очень давно, – кивнула мама. – Тогда это была просто школа, правда закрытого типа. Нечто вроде интерната. Нас не учили тому, чему учат вас сейчас. Но Канто я помню, уже тогда он был очень хитрым, несносным стариканом. Приезжал пару раз в неделю и гонял нас почем зря. Пытался выявить наши способности, но у многих из нас никаких особых талантов просто не было. Это ваше поколение стало избранным. Не знаю, дар это или все-таки проклятие. – Она вдруг погрустнела.

– Если Канто был стариком еще тогда, – задумалась Карина, – сколько же ему лет сейчас?

– Страшно даже представить, – рассмеялась Светлана Петровна. – Он ведь тоже Первородный.

– Да ладно! – удивился Тимофей.

– Он происходит из рода кицунэ. А с ними никогда не угадаешь, они принимают тот облик, который им выгоден в данный момент.

– Кицунэ?! – Димка едва не подавился. – Это еще кто?

– Китайская лисица-оборотень, – ответила Карина, хлопнув его по спине. – Даже я это знаю. Ты что, мультиков никогда не смотрел?

– Видимо, мы с тобой на разных мультфильмах росли, – ответил Трофимов.

Тимофей в очередной раз подивился про себя тому, как много существует родов Первородных. Он знал, что Димка и его мама ведут свою родословную от злыдней, как и Серафима с отцом. Предками Карины были кикиморы. Клим, по слухам, происходил из рода каких-то подземных гномов-рудокопов – глядя на его рослую фигуру, в это верилось с трудом. А вот о себе Тимофей не знал ничего. Ангелина никогда с ним об этом не говорила. Сидя сейчас в уютной теплой кухне Трофимовых, Тимофей, как всегда, немного завидовал Димке. Ну почему у них с матерью все не так?

Он вытащил телефон и снова набрал ее номер. В трубке послышались короткие гудки. Ангелина беседовала с кем-то другим. С тем, кто был для нее важнее собственного сына.

– Вам когда в академию возвращаться? – поинтересовалась Светлана Петровна. – А то можете остаться переночевать. В тесноте, да не в обиде.

– Может, и останемся, но сначала еще погуляем, – ответил Димка. – Так-то нас до утра отпустили.

– Отлично, – обрадовалась мать. – Тогда вечером приходите, я вам постели приготовлю. Всем четверым.

– Я у себя переночую, – сразу сказал Тимофей. – У вас тут, наверное, и места не хватит.

– Хватит! – заверила его Светлана Петровна. – К тому же что тебе в одиночестве сидеть? Ангелина-то наверняка на съемках и вечеринках пропадает.

– Тогда я тоже приду, – улыбнулся Зверев.

Вскоре они засобирались дальше.

Зверевы жили неподалеку, и ребята добрались минут за десять. Матери дома не оказалось, и Тимофей от досады громко чертыхнулся в коридоре. Карина и Клим с восхищением принялись разглядывать многочисленные портреты Ангелины, развешанные по всей квартире, постеры ее фильмов, висевшие в темных рамах, коллекцию антикварных фарфоровых кукол, которые заполняли почти все свободное пространство. Димка, которому уже приходилось бывать здесь раньше, их восторгов не разделял.

– Поверить не могу, что нахожусь в доме самой Ангелины Зверевой! – с придыханием сообщила Кикмарина. – Я о таком и мечтать не смела!

– Поздравляю, – мрачно буркнул Тимофей.

– Эти картины… А эти ее знаменитые куклы! Я читала статьи в журналах, где она рассказывала о своей коллекции!

– Они дорого стоят? – осторожно поинтересовался Клим.

– Конечно! – горячо воскликнула Карина. – Платье на одной кукле стоит в десять раз дороже, чем все мои шмотки!

– На коллекцию мать денег не жалеет, – подтвердил Тимофей. – Но куда она сама запропастилась? И домработницы нет…

– Может, вместе отправились по магазинам? – предположил Димка.

– А чего тогда на звонки не отвечает?

Трофимов пожал плечами.

В этот момент снаружи донесся звук остановившегося лифта, затем звякнул дверной звонок. Тимофей выглянул в глазок. На пороге стояла его бабушка Тамара. Он радостно распахнул дверь.

– Ба! Привет!

– Тимка! – ахнула бабушка. – Ничего себе ты вымахал!

Зверев обнял бабушку, а она в ответ стиснула его так, что перехватило дыхание. Среднего роста, плотно сбитая, бабушка всегда была сильной и крепкой женщиной. Она много лет работала домоправительницей у одной богатой семьи, владеющей крупной строительной компанией, и жила в их огромном особняке за городом. Бабушку там любили, уважали и немного побаивались. Строгая, острая на язык, она держала всех подчиненных в ежовых рукавицах. Тимофей виделся с ней не очень часто, зато они много общались по телефону.

– Как же мне повезло, что я тебя застала! – сказала бабушка Тамара, ослабляя хватку. Тимофей тут же вздохнул полной грудью. – А где твоя непутевая мамаша?

– Хотел бы я это знать…

– В кои-то веки я приехала в город. Дай, думаю, навещу дочь. А она, как всегда, где-то носится.

– Позвонила бы заранее.

– А что толку? На мои звонки она редко отвечает! Знает ведь, что получит по первое число!

Тимофей рассмеялся. Он обожал свою бабушку.

Тамара вошла в прихожую и огляделась:

– А тут все по-старому. Все так же вешает свои портреты на любое свободное пространство, столько лет налюбоваться не может!

– Здравствуйте, – робко поздоровался Димка. Они с Климом и Кариной вышли из гостиной.

– Да ты тут с друзьями! – обрадовалась бабушка. – Привет, ребята. И как всегда, в доме есть нечего! Погодите, сейчас пошарю в ее закромах да приготовлю вам что-нибудь на скорую руку.

– Не надо, ба! – остановил ее Тимофей. – Мы сыты. Только что к Димкиной маме заезжали. Это Димка, Клим и Карина, мы вместе учимся.

– Бедные детки, засунули вас в закрытый интернат посреди леса! Поди, не кормят вас там, вон какие тощие!

– Это академия, – рассмеялся Тимофей. – И кормят нас там хорошо.

– Но все равно не так, как дома!

– Это точно, – согласился Димка. – Мама готовит вкуснее.

Звереву было не с чем сравнивать, дома ему частенько приходилось питаться полуфабрикатами. Так что кухней академии он был более чем доволен.

– Ну давайте хоть чаю попьем да поболтаем, – предложила бабушка. – Раз уж Ангелины все равно нет, зря я, что ли, тащилась в такую даль?

– Это можно, – улыбнулась Карина.

Чай и кофе на кухне у Зверевых нашлись, как и сахар, и сухие сливки. Тимофей пошарил в буфете и нашел упаковку сахарного печенья, а в холодильнике обнаружились свежие шоколадные пирожные – мамины любимые. Значит, Ангелина тут точно побывала. Тимофей не моргнув глазом выставил все на стол. Ничего, она себе еще купит. Бабушка заварила чай, и вскоре все уже сидели за столом. Тимофей рассказывал о своих буднях в академии, Димка, Карина и Клим как могли дополняли его рассказ.

– Ну а чем Ангелина занимается в твое отсутствие? – поинтересовалась бабушка Тамара, когда они закончили свой рассказ.

– Летала на съемки в Крым, кажется. А больше мне ничего не известно, – пожал плечами Тимофей.

– Вот так мамаша! – всплеснула руками бабушка. – И она еще злится, когда я пытаюсь учить ее уму-разуму. Не родительница, а одно сплошное недоразумение.

– Ба, – вспомнил вдруг Тимофей, – а ты знаешь моего отца? Родного? Мать никогда о нем не рассказывала и, мне кажется, не собирается. Раньше меня этот вопрос особо не волновал. Но тут такое дело… В общем, мне необходимо знать, от кого я родился.

– Понятное дело! Но стоит ли обсуждать это при твоих друзьях? – Тамара покосилась на притихших Димку и Карину. Клим снова разглядывал ножи.

– У нас друг от друга секретов нет, – сообщил Тимофей. – Столько пережили вместе. К тому же они тоже Первородные.

– Одна беда с этими Первородными, – вздохнула бабушка. – Нет, Тимох, твоего настоящего отца я никогда не видела. Ангелина всегда вращалась в своей тусовке с кинозвездами и прочими знаменитостями. Там с ним и познакомилась. Я его имени так и не узнала, хотя не раз пыталась прижать ее к стенке. Но думаю, он был из знаменитостей… Кто-то из этих шикарных актеров с большого экрана. Ангелина боится его скомпрометировать, вот и хранит все в секрете. Тем более он тоже Первородный, это как пить дать. А они стараются держать свою жизнь в строжайшей тайне от всех.

– А ты? – осторожно спросил Тимофей. – Тоже Первородная?

– Да упаси бог, – отмахнулась бабушка. – Вот муж мой, покойничек, тот – да… Ангелина в него пошла. Но дед твой особыми способностями не обладал, хоть и происходил из рода каких-то там колдунов. А в Ангелинке проснулась какая-то дьявольская сила… Я все гадала, передадутся ли тебе какие-никакие способности. Даже подарила серебряный оберег, чтобы узнать, когда именно это случится.

– Я больше его не ношу, – признался Тимофей. – Он вдруг стал меня жечь…

– Как и любое серебро, – кивнула Тамара. – В тот момент ты и переродился.

– Но способностей к колдовству у меня не появилось.

– Если ты в отца пошел, у тебя могут только его способности проявиться. Перемены уже чувствуешь?

– Нет, – покачал головой Тимофей. – Абсолютно ничего.

– Но, раз к серебру чувствительность появилась, значит, процесс идет, – заявила Карина. – Ты уже меняешься, просто не чувствуешь.

– Про отца твоего Ангелина никогда не говорила. – Бабушка Тамара допила чай и тут же сполоснула чашку в раковине. – Когда она за Егора Зверева вышла, я так радовалась, что наконец-то нашла она свое счастье. Не тут-то было! Что за человек! Вы с Егором-то общаетесь?

– Да, у нас очень хорошие отношения.

– Вот и славно, – удовлетворенно кивнула Тамара. – Он мужик серьезный, деловой и очень мудрый. Держись его, раз у матери ветер в голове свищет.

Она взглянула на настенные часы и всплеснула руками.

– Времени-то уже сколько! Торопиться надо, скоро машина придет.

– Машина? – не понял Тимофей.

– Мои хозяева приехали в город по делам, ну и меня с собой захватили. Договорились, что на обратном пути они меня подхватят у подъезда. Всего десять минут осталось!

Бабушка быстро начала собираться.

– Звони мне в любое время, – на ходу напутствовала она Тимофея. – И в гости приезжай, и друзей захвати. У меня дом свой, просторный, места всем хватит. И хозяева хорошие, возражать не станут. А Ангелине, как увидишь ее, скажи… А впрочем, ничего не говори. Я сама ей при встрече все выскажу!

Она сжала в объятиях Тимофея, затем неожиданно обняла по очереди Димку, Карину и Клима и проворно выбежала из квартиры.

– Вот это бабушка! – восхитилась Карина. – Электровеник! Не то что моя.

– Да, Тамара крутая, – согласился Тимофей. – Может, и нам пора собираться? Кажется, мать я сегодня не дождусь. Съездим в клуб к Серафиме, а потом – к тебе, Димка.

– Можно еще в кино сходить, – предложила Карина. – Или по супермаркету прогуляться.

Они обулись и вышли из квартиры, Тимофей запер дверь.

– Волнуешься? – спросил он у Клима. – За все это время ни слова не проронил.

– Еще как волнуюсь, – признался Поликутин. – И чем ближе момент встречи, тем сильнее!

– Нашел из-за чего волноваться, – самодовольно заявил Димка. – Бери пример с меня. Когда я ухаживал за Кариной, был сама невозмутимость!

– Слушай его больше, – возмутился Тимофей. – Я-то все помню!