По имени Шерлок (книга 1)

Интерлюдия 1.

Кабинет президента компании "ВиртАрт".

Садящееся солнце окрасило комнату в кроваво красный цвет. Его лучи подсветили бокал, и стало казаться, что стоящий у окна мужчина держит в руках огромный ограненный рубин. Был он невысок, слегка полноват, с толстой короткой шеей и пухлыми щеками. И имел бы вид вполне добродушный, если бы не взгляд, оценивающий, и постоянно немного презрительный.

- Да, я все решил сам и за провал отвечу, - мужчина отвернулся от окна, - тебе, Игорь, вообще волноваться не о чем. Это не твоя зона ответственности.

- Лев Константинович, - из кресла в глубине комнаты поднялся его собеседник, с таким же бокалом, - да не этого я боюсь. Просто наши аналитики не зря получают деньги, и я верю, что риск именно такой, как они прогнозируют. И если вдруг все действительно пойдет по их сценарию, да еще совет директоров узнает, что вы дали разрешение, несмотря на их вето...

- Хватит! - полный мужчина раздраженно поставил бокал на низкий столик, - я дал разрешение всего на одного игрока, а не десять. Остальные девять игроков будут погружаться в соответствии с разработанными для них сюжетами, и тут наши шансы с конкурентами равны! Но, если у Протея действительно все выйдет, то кто сказал, что этот его участник и дальше будет в чем-то участвовать? Его всегда можно будет убрать по-тихому. Да и не верю я, что до этого дойдет. Не убедили меня твои перестраховщики.

- Ребята свое дело знают, их прогнозы сбываются с вероятностью более 90 процентов.

- Ну вот, а 10 процентов то остается! Ладно, в любом случае колесо уже запущено, останавливать его я не буду. Все действия Протея мы контролируем и можем заблокировать, он, хоть и железный болван, но должен это понимать. Да и в эту вашу "свободную волю" я не верю. Так что, Игорёк, все будет хорошо, - мужчина снова взял в руку бокал с коньяком и подошел к окну. - Все будет хорошо...

Глава 2.

Утро пришло, как всегда, неожиданно, и пробуждение особой радости не принесло. В мой беспокойный сон ворвался громкий, раздражающий зуммер, напоминающий мне о том, что я уже не являюсь учащимся, а посему, мне надлежит освободить камеру и покинуть жилой комплекс в течение одного часа.

Пошатываясь спросонья, щуря красные от недосыпа глаза, я выбрался из гелькапсулы, в которой обычно спал, не подключая шунт. В неактивном состоянии это была просто удобная кровать, гель, заполняющий ее, мягко поддерживал тело, а потом скатывался с него, не оставляя никаких следов.

Быстро одевшись, я пошлепал в общий душ, находившийся в конце длинного коридора. Его принять мне еще позволялось, а вот завтрак уже был не положен.

Стоя под упругими, прохладными струями воды, я постепенно приходил в себя. Мысли все еще туго ворочались в голове, сказывалась бессонная ночь, но самое главное уже вспомнилось. Мне нужно было обязательно отправить Сереге мой планшет, оставить его неизвестно где я не мог. Планшет - это самая дорогая вещь, единственное, что осталось у меня от родителей, их наследство и большое сокровище.

С ним связано раннее мое воспоминание - я лежу на спине, глаза закрыты, голова на маминых коленях. Мама держит в руках старый планшет и читает мне сказку про репку.

- Посадил дед репку, выросла репка, большая пребольшая! - дед вопросов не вызывает, я помню фото и видеозаписи с дедушкой, поэтому ясно себе представляю высокого худого мужчину, с глубокими залысинами и строгими глазами. А вот репка...

- Мааааам, а репка - это что? И куда посадил? А зачем?

- Репка... Репка, сынок, это такое растение. Его сажали в землю, и потом, когда оно вырастало большое, созревала вкусная репка.

- Как каванхоль?

- Да, растет в земле, прямо как каланхое. - Горшок с каланхое стоял на полке в нашей жилой камере и служил наглядным пособием для представления любых растений. До сих пор, когда я думаю о растении, я в первую очередь представляю себе этот маленький и жалкий желто-зеленый кустик. Мама продолжала, - только репка круглая, как... Ну вот помнишь, папа нам яблоко приносил?

- Помню... - еще бы мне не помнить яблоко, которое я видел и пробовал единственный раз в жизни.

- Вот репка примерно такая, только не такая сладкая.

- Мммм, вкусная, наверное.

- Выросла репка большая-пребольшая! - я ясно представил картину - дед стоит возле огромного каланхое, густо усыпанного яблоками...

Став немного старше, я уже самостоятельно читал и мысленно видел золотые косы Рапунцель, вечного мальчика Питера Пена, веселого медведя Винни Пуха или Тима Талера, сражающегося за свой смех. В то время, когда мои ровесники покоряли свои первые виртуальные миры, я гулял по стране Фантазии и летал по Лондону на связке воздушных шаров.

Годы шли, но всегда я находил утешение в чтении. Когда родители были вынуждены меня покинуть, только старый планшет со всеми лучшими книгами, которые были написаны за все время существования человечества, помог мне не сломаться, не раствориться в безумных развлечениях бесконечной виртуальности.

Теперь я должен был отдать его Сереге. Если все пройдет хорошо, я заберу его через год. Или не заберу никогда. Я верю, что в любом случае, мой друг его сбережет.

Выключив воду, я постоял пару минут под струей теплого воздуха, немного обсох. Нужно было спешить. От волнения мною овладело какое-то нездоровое нетерпение, ноги приплясывали на месте, руки подрагивали. От избыточного адреналина звенело в ушах. Поспешно натянув одежду, я почти выбежал в коридор.

Уже через минуту, с планшетом в руках стоя в центре своей камеры, я думал о том, что навсегда покидаю место, где провел последние шесть лет. И, как ни странно, не ощутил ничего, кроме все нарастающего нетерпения. Ну что ж, значит, пора. Своих вещей, помимо планшета, у меня не было, одежда на мне была бесплатной ученической формой. Последний раз окинув камеру взглядом, я решительно вышел в коридор.

10 утра. В это время учащиеся, уже закончив завтрак, поголовно лежат в гелькапсулах. Кто-то сражается с пиратами, кто-то участвует в гонках на аэрокарах, единицы учатся. Коридоры пусты. Я решительным шагом дошел до ряда лифтов, нажал кнопку вызова. Кабина приехала почти сразу же. Ткнув клавишу первого этажа, задумался. А ведь я совершеннолетний, могу сам выйти из здания. Эта мысль раньше не приходила мне в голову. Дело в том, что детям, до достижения 18 лет, категорически запрещалось покидать здание учебного центра. Не сказал бы, что было много желающих это сделать, но всегда было интересно - почему? Сейчас у меня появился шанс это узнать. Решено! Пойду пешком! Это будет мое первое самостоятельное взрослое приключение.

Двери лифта открылись, и я вышел в фойе. Надо сказать, что за все 6 лет проживания в Центре, я был тут всего 2 раза, поэтому не сразу нашел, что мне было нужно, и несколько секунд растерянно вертел головой. Ага, вот они. Меня интересовали ячейки хранения, серой клетчатой стеной высившиеся справа от выхода на улицу. Положив в одну из них планшет, я на секунду задумался. Передавая его Сереге, я в какой-то степени подставлял друга. Около половины книг, хранившихся в памяти устройства, не входили в список, рекомендованный для чтения людьми нашего социального статуса, а несколько сотен - и вовсе были запрещены. Но выбора у меня не было. Содержимое планшета было слишком ценным.

Я решительно захлопнул дверцу ячейки, набрал пароль. Вынув из кармана комм, быстро написал короткое сообщение другу. О том, что я передам планшет ему, мы договаривались еще неделю назад. Поэтому, не уточняя более ничего, я просто коротко попрощался, и приписал в конце сообщения номер ячейки и пароль. Серега поймет, и при этом письмо не вызовет лишних подозрений.

Ну вот, больше не осталось ничего, что могло бы еще меня задержать, поэтому я, широко распахнув входную дверь, шагнул на улицу и полной грудью вдохнул. И тут же, судорожно откашливаясь, метнулся опять в фойе! Фильтры, черт! Как же я мог забыть про фильтры! Воздух снаружи был, возможно, не так уж и ужасен - он был очень сухой, горячий, пах какой-то не известной мне химией и вызывал першение в горле. Но мне, привыкшему к стерильному, фильтрованному воздуху Учебного центра, он показался просто кошмарным. Я торопливо схватил из лотка раздаточного аппарата упаковку с одноразовыми фильтрами, и, распаковав, сунул их в ноздри. Ну вот, теперь другое дело! Еще раз толкнул дверь и решительно шагнул наружу.

Солнце уже достаточно высоко поднялось над горизонтом, чтобы не оставить темных уголков. На улице было ясно, тепло, тихо и абсолютно пусто. Где-то над головой, начиная примерно от 30-го этажа, пролетали редкие аэрокары. Сюда же, к подножию бесконечно уходящих в небо зданий, звук их двигателей доносился лишь как легкое жужжание.

Судя по указаниям комма, идти было недалеко, ближайшее отделение "ВиртАрт" находилось всего в трех зданиях от меня. Шагая по этим пустым, тихим, серым улицам, я поймал себя на мысли, что виртуальный мир действительно более живо и натурально выглядит, чем реальный. Сейчас же мне казалось, что я передвигаюсь по каким-то дешевым декорациям старого кино.

Не прошло и пяти минут, как я увидел здание "ВиртАрта". На удивление, оно ничем не отличалось от окружающих высоток и выделялось лишь достаточно скромной и строгой вывеской.

Медленно поднимаясь по ступеням центрального входа, я вдруг почувствовал, что моя решимость тает, и входную дверь толкал, уже практически заледенев от ужаса. Да с чего я вообще взял, что меня могут выбрать? Ведь мало того, что я такой же, как все, ничуть не лучше, так еще и, будучи постоянно увлеченным чтением, виртуальность использовал лишь для обучения. И никогда, вообще ни разу не видел ни одной игры, по которым сходили с ума мои ровесники. И на что я только надеялся! Надо бежать, причем как можно быстрее!

Пока в моей голове бродили панические мысли, я соляным столбом застыл на пороге, и уже начал привлекать внимание.

- Доброе утро! Могу я вам чем-то помочь? - Из-за высокой стойки в углу, вышла молодая девушка в униформе "ВиртАрт" - темно-синем комбинезоне, белой водолазке и голубом платке, небрежно повязанном на красивой, загорелой шее. На ее фоне, я, наверное, был похож на вампира или на утопленника. Я никогда не видел ни одного, не другого, но ясно представлял себе, как они выглядят.

- Вы, наверное, пришли пройти тест? - Девушка дружелюбно улыбнулась. Я не заметил в ее улыбке ни капли насмешки. Паника понемногу начала отпускать.

- Мммм.... Да. Мне дали ваш рекламный проспект, я хотел бы попробовать. Вот.

- Отлично! - пропела она. - Я вам помогу, можете называть меня Анна. Прошу вашу социальную карту. Вам же есть 18 лет?

- Да, да, конечно, уже неделю как исполнилось, - я судорожно закопался в карманах в поисках карты. - Скажите, а тест трудный? Как это все проходит? Просто я не силен в играх, смогу ли я?

- Не переживайте, - Анна вставила мою карту в приемник, нажала пару кнопок на терминале. Протягивая ее обратно, девушка ободряюще улыбнулась. - На первом этапе от вас вообще ничего не зависит, так что расслабьтесь.

- Присядьте, пожалуйста, вон там, - она указала рукой на несколько кресел, стоящих полукругом в дальнем углу фойе, - а я сейчас подойду.

Во время нашего разговора я постепенно расслаблялся, и к креслам подошел уже почти полностью спокойным. Откинувшись на спинку, жуя синтетический батончик из стоящего рядом автомата, я начал рассматривать помещение. Надо сказать, что смотреть было не на что. Большой квадратный зал, практически пустой. В левом, ближнем от входа, углу - полукруг мягких кресел, аппарат с напитками и снеками, низкий столик. В дальнем правом - стойка с терминалом, на одной из пустых стен - выключенный информационный экран. Две двери куда-то во внутренние помещения, сейчас закрытые. И все.

Не больно-то похоже на офис компании, которая занимается вирт мирами. Я не специалист, конечно, но почему-то был уверен, что тут, как минимум, будут голоплакаты и фигуры их самых популярных миров и героев.

- Так, все готово, прошу за мной! - в фойе вернулась Анна.

- Так сразу? А... Погодите, - я опять начал нервничать, - а я разве не должен ничего подписать?

- Дмитрий, то, что вам предстоит - это просто тест, вот если вы его пройдете, тогда и будете подписывать. Сейчас еще рано. - Анна приглашающе открыла одну из дверей, - проходите.

Миновав короткий темный коридор, мы оказались в ярко освещенной, абсолютно пустой комнате. В центре ее, на небольшом возвышении, стояла обычная гелькапсула. Я остановился в недоумении.

- А что, собственно...

- Сейчас я вам все расскажу. Ваша задача - просто лечь и подключиться. Потом вы уснете. Примерно на протяжении часа будет проводиться сканирование вашей личности и ее анализ. Все это время вы будете спать. Когда вы проснетесь, я скажу результаты, все просто.

- А Протей? - не то, чтобы я очень хотел с ним познакомиться, но в рекламе на этом заостряли внимание, поэтому я не мог не спросить. - Протей будет?

- Протей будет общаться с вами только тогда, когда вы положительно пройдете тест, - Анна все так же невозмутимо улыбалась, поэтому я решился на еще один вопрос.

- Скажите, а сколько людей уже проходило его?

- Около полутора тысяч в нашем отделении, 37 тысяч человек всего.

- Ааааа...

- Нет, Дмитрий. Если пройдете - будете первым.

Мда. Пешком в расчетный центр отсюда я не пойду, это три квартала тащиться. Когда все закончится - вызову аэротакси. С этими мыслями я вытянулся в капсуле, ощущая затылком неприятный холодок нейрошунта. Вдруг, душной волной навалилась усталость, и я провалился в черный омут сна без сновидений.

Когда я, наконец, открыл глаза, то сначала не понял, что все уже закончилось. Перед лицом колыхался какой-то белесый туман, в висках ломило, голова была тяжелая. Внезапно появившаяся мысль испугала меня до холодного пота - а вдруг, это было не просто тестирование? Вдруг я на полном подключении? Где я? Сколько времени прошло? Уже не раздумывая, я рванулся из капсулы. Голова закружилась, мир повернулся вокруг своей оси, и снова наступила темнота.

Второй раз очнувшись, я обнаружил себя полулежащим на кресле в фойе. Пелена перед глазами исчезла, голова не кружилась. На соседнем кресле сидела Анна, держа в руках стакан с бледно-зеленой жидкостью.

- Вот, выпейте, это стимулятор.

- А что со мной было? - напиток имел свежий ментоловый вкус, и был весьма уместен.

- Ну... - девушка выглядела растерянной, - тестирование проводилось дольше обычного, намного дольше. До вас, максимальная реакция после него - легкое головокружение. Сознания никто не терял. Но и никого не тестировали три часа, вместо одного.

- Ох! Три часа? Тогда я пойду, мне еще до расчетчиков добраться надо, обязательно сегодня... а то, - я почувствовал, что стремительно краснею, - мне ночевать негде.

- Ночевать негде? Что за глупости такие. Ночевать вам теперь есть где. Вы же прошли тест.

Голова у меня снова закружилась, теперь уже от растерянности и немного от страха. Радости я пока никакой не ощущал. Было только странное ощущение, что с этого момента моя жизнь круто изменится, и еще неизвестно, не пожалею ли я об этих переменах.

- Представители "ВиртАрт", отвечающие за проект, уже вылетели, - тем временем продолжила Анна. - С вами дальше произойдет много интересного, Дмитрий, можно позавидовать.

- Я вас пока оставлю, у меня есть еще кое-какая работа, - девушка легко поднялась с кресла и в несколько стремительных шагов скрылась за стойкой.

Я ошеломленно сидел, уставившись в одну точку. В голове беспорядочно метались панические мысли. Сознание все еще пребывало в странном трансе, когда вокруг меня появились какие-то люди. Они что-то говорили, поздравляли, смеялись, жали руку. Потом мне сунули пачку каких-то документов, и практически под руки отвели в стоящий на улице роскошный черный аэрокар. Одного взгляда на бумаги мне хватило, чтобы решить их не читать, мелкие буквы прыгали и сливались. Не знаю, может быть, я еще не отошел от этого странного тестирования, но, к моему большому удивлению, внезапно почувствовав ужасную сонливость, закрыл глаза, и снова провалился в темноту.

Интерлюдия 2.

Кабинет начальника СБ "ВиртАрт"

- Игорь Сергеевич, мы проверили парня, полное досье отправлено на ваш комм, - отчитался один из стоящих перед столом мужчин. - Но там особо читать нечего, единственное, на что можно обратить внимание - что он воспитывался родителями до двенадцати лет.

- Естественно, там ничего и не будет. Было бы странно, если бы это все было на поверхности, Протей не идиот, - человек, сидящий за столом, недобро прищурился, - я не доверяю этому сукиному сыну. Пускай меня лучше считают параноиком, но мне кажется, что мы рискуем получить большую головную боль.

Прилепов Игорь Сергеевич не был параноиком. Он прекрасно разбирался в людях, был умным, расчетливым, жестоким, невероятно подозрительным и обладал интуицией на грани предвиденья. Ставя цель, он добивался ее, не смотря ни на какие препятствия. Именно это помогло ему сделать такую ошеломительную карьеру, к тридцати двум годам поднявшись, от должности обычного охранника, практически к самому верху. Прекрасная физическая форма, привлекательная внешность, умение с элегантной небрежностью носить дорогую одежду, безупречная вежливость и галантность в общении с женщинами - все эти качества составляли внешний образ начальника службы безопасности подразделения "ВиртАрт". О его внутренней сути знали немногие, еще меньшее количество людей из этого списка были до сих пор живы.

- Предпринимать мы пока ничего не будем, но за проектом я буду наблюдать лично. Не могу отвязаться от мысли, что что-то мы упустили. Как бы потом не пожалеть. Свободны!

В досье парня действительно не было ничего криминального. Ну, может быть только явно прослеживалась сильная эмоциональная связь с родителями, что не было таким уж частым явлением. Мужчина подумал, что этот момент надо иметь в виду, как потенциальный инструмент воздействия.

Игорь Сергеевич никогда не упускал из виду ни одной мелочи.

Глава 3.

- И долго вы еще будете спать, молодой человек? - мой сон мгновенно прервался. - Вставайте, вас давно уже ждут.

Вот черт! Аэрокар был неподвижен, скорее всего, уже довольно давно. Я лежал на заднем сиденье, под головой была маленькая подушка, сверху - клетчатый шерстяной плед. Солнце уже почти касалось горизонта нижним краем диска. Значит, я спал не менее трех часов. Зато выспался, чувствую себя нормально, и голова ясная, свежая.

- Простите, я нечаянно, - пару раз стукнувшись головой и локтями, я неуклюже выполз наружу.

- Серьезно? А я уж думал, что специально, - стоящий передо мной мужчина саркастически улыбался, - вы спали, как спящая красавица. И кое-кому там, - он неопределенно махнул рукой куда-то в сторону здания, возле которого мы стояли, - вы показались во сне столь милым, что мне запретили вас будить.

Я почувствовал, что медленно заливаюсь краской, и скорее всего мои щеки сейчас почти такие же красные, как волосы. Мужчина немедленно начал вызывать во мне раздражение, причем не только своими насмешками, но и внешним видом. До этого мне не приходилось видеть на ком-то такого же элегантного костюма, или подобных, явно безумно дорогих туфель. В учебном центре мы все носили униформу, в том числе и воспитатели.

- Ооо, экая вы барышня! Покраснели! Сейчас вы даже мне кажетесь милым, - хохотнул он. Но внезапно стал серьезен, возможно, услышав скрип моих зубов.

- Не обижайтесь, Дмитрий. Пойдемте, у вас сегодня еще много дел.

Он развернулся и сделал несколько шагов по направлению к зданию. Я машинально последовал за ним, но внезапно остановился оглушенный. Это же... Небесный ярус! Как я сразу не обратил внимание на воздух! Я же стоял на улице и спокойно дышал без фильтров! А какой он восхитительный, не сухой и не вонючий, как в моем квартале на улице, и не стерильно безвкусный, как в Учебном центре. Воздух был, как будто живой, он пах чем-то сладковатым, свежим, безумно приятным. Я с наслаждением вдохнул полной грудью. С ума сойти можно!

И вдруг, в моей голове как будто включили звук. Мир вокруг взорвался шелестом листьев, чириканьем и посвистыванием каких-то мелких пичуг, порхавших в густых кронах, монотонным звоном цикад.

Я завертел головой. Каждое здание в пределах видимости стояло в ожерелье невысоких деревьев и кустарников. Земля под ногами не была залита бетоном, как в нижних кварталах, а зеленела сплошным покрывалом густого ровного газона, расчерченного на клетки узкими пешеходными дорожками.

- Дружок, - мужчина внезапно перешел на "ты", - нам стоит поторопиться. Если тебе повезет, ты на это еще насмотришься, а если не повезет... Тогда лучше и не привыкай.

Да, он прав. Не стоит заставлять себя ждать.

Еще одно потрясение ожидало меня внутри здания. Я как будто попал в далекое прошлое. Огромный зал сиял хрусталем и сверкал позолотой. С украшенного лепниной потолка, спускалась на несколько метров гигантская люстра. Стены, уставленные мраморными полуколоннами, были затянуты кремовым шелком. Под ногами - потрясающей красоты паркет, выложенный геометрическим узором. Немногочисленная мебель была вычурная и немного тяжеловесная - диваны с гнутыми спинками и шелковой обивкой, пуфы, толстоногие круглые столики, украшенные головами грифонов. В самом дальнем конце зала я увидел огромный камин розового мрамора, в котором, как мне показалось, горело настоящее дерево. Нет, не может такого быть. Это или имитация, или вовсе голограмма..., наверное.

- Ну, что скажешь, дружок? - мужчина обернулся ко мне, ожидая моей реакции.

- Мое имя Дмитрий, а не дружок, - надо сказать, он меня раздражал все больше с каждым словом. - И ампир мне никогда не нравился, слишком уж он пафосный, - вот так вот, съел? Мы тоже не лыком шиты.

- Вот как? И какой же стиль вы предпочитаете, если не секрет, Дмитрий? - мужчина снова перешел на "вы", речь его снова заиграла разными оттенками сарказма.