Принцесса с револьвером

— Ты будешь завтракать? — спросила она, словно услышала его мысли.

— А?.. Да, сейчас соображу что-нибудь, — спохватился он. Да, ее же еще и кормить надо, сама она…

Генри обнаружил у себя под носом миску с довольно аппетитно выглядящим варевом, увидел напротив облизывающихся в нетерпении Грома со Звоном и недоуменно перевел взгляд на принцессу.

— Я взяла в твоем вьюке вяленое мясо, — сказала она спокойно. — Немного. Ешь.

Она встала, подхватив котелок, и явно собралась направиться к ручью, но Генри вовремя спохватился:

— Погоди, котелок дай собакам вылизать! — И добавил, сообразив: — Спасибо…

Девушка ничего не ответила, поставила посудину наземь, но обученные псы с места не сдвинулись, пока Генри не разрешил. Тогда уж только хвосты заработали, что твои мельничные колеса в половодье, один чавк слышался…

Генри рискнул попробовать стряпню принцессы. Оказалось вполне съедобно, уж получше его собственной. Откуда бы ей уметь готовить? Да еще на костре? Да из таких продуктов?

— Тони, — позвал он, когда она вернулась от ручья. Котелок сиял, начищенный песком, впервые за много дней. Черт бы ее побрал, эту принцессу, она не должна уметь подобных вещей! Но умеет… — Гхм… ты…

— Мы часто выезжали на охоту, — ровным тоном произнесла она. — Мой отец считал, что его дочь должна уметь то же, что умел бы его сын. Я не сумею приготовить праздничный обед на десяток персон, но состряпать на костре похлебку в состоянии. Я даже могу освежевать дичь и выпотрошить ее, — добавила она, помолчав.

Генри преисполнился небывалого уважения к покойному королю.

— Во всяком случае, готовишь ты куда лучше меня, — сказал он искренне.

— Что ж, это обязанность женщины, — пожала она плечами.

— Но ты не просто женщина. Ты принцесса и…

— Ценный приз. Я помню, — усмехнулась девушка. — Но я не собираюсь есть то, что готовишь ты, уж прости. Удивляюсь, как твои собаки это переваривают!

— Они привычные… — пробормотал Генри.

— Чем ты их вообще кормишь? — поинтересовалась принцесса.

— Ничем. Сами охотятся, — ответил он. — На кой мне псы, которых еще и кормить надо? Самому бы найти пропитание!

— Ясно, — усмехнулась она. — У меня тоже были такие…

— У тебя? — нахмурился Генри. — У тебя там маленькая такая шавочка лежала, если судить по косточкам… прости.

— Это дворцовая пустолайка, — пожала принцесса плечами. — На псарне остались настоящие собаки. Гончие. Волкодавы. Жаль…

— Еще бы… — Это Генри понимал.

Похоже, папаша у принцессы был суровый, раз таскал дочку с собой на охоту и велел выучиться стряпать. А что, не лишнее умение, вот так отправят в изгнание, и крутись, как знаешь! И еще — он сразу обратил внимание на то, как она обращается с собаками: даже не попыталась заискивать с ними, прикормить, приласкать, вообще делала вид, что не замечает их, но и не задевала. В общем-то, лучшая линия поведения с такими псами, но… откуда бы знать принцессе, что такое обученные боевые псы? Знала, оказывается. Гончие, волкодавы… наверно, нашлось на псарне место и таким, как Звон с Громом. Тогда понятно. И всё яснее становится, что эта девушка — не тепличный цветочек.

— Поедем, — сказал он, обрывая никчемные мысли. Не цветочек — и слава всем богам, намучался бы он с жеманницей, не способной ни на лошадь сесть, ни костер развести. Еще бы принялась причитать, что не может… это самое… вкушать грубую пищу! — Время дорого.

Принцесса промолчала. И помогла сворачивать палатку. Умела откуда-то…

…Ясно было, что новость Генри не то чтобы испугала, но заставила нервничать. Мария-Антония пока не понимала всех хитросплетений местной политики (корпорации… наверно, это не сложнее прежних торговых домов и интриг знатных семей?), но чувствовала, что дело плохо. Ей достаточно было интонации, с которой Генри говорил о «ящерках». Он сказал, эти люди имеют дело с… Ханьким царством, кажется. С Востоком, иными словами, а это уже о многом говорит. Западу не понять Восток, говорил старенький наставник и вспоминал о походах в те края. Да, соглашалась девушка, слушая его, они совсем другие, у них другая логика и этика, но понять их всё же можно. Надо только знать, что им дорого, во что они верят… Увы, теперь вряд ли это сработает. Генри, и тот мало что знает о «Черном драконе», а что толку гадать, не располагая хоть какими-то достоверными сведениями?

Он явно удивился, когда она состряпала завтрак. По его мнению, принцессе не полагалось таких умений. Интересно, какими вообще он их представляет, принцесс? Запертыми в высоких башнях, как он сказал тогда, вышивающими шелками и ждущими прекрасных принцев? Должно быть, так. Откуда же нынешним людям знать, каковы были тогдашние принцессы? И не ей развенчивать эти сказки!

Вот уже несколько дней неутомимые кони несли их всё дальше и дальше вглубь прерии. Генри сказал — надо уходить к северу, так далеко «ящерки» не сунутся, слишком опасно. Им тоже опасно — это уже Территории, и пусть пока они спокойны, можно ждать бури в любой момент. Жаль, Монтроз не мог объяснить, что же такого опасного в этих Территориях, просто не мог, и всё, не находил слов, но обещал показать, если начнется. Что именно начнется, он сказать тоже не умел. Только просил держаться поближе к нему и не бросать поводьев, если случится что-то странное, не пугаться. Это не всегда опасно, говорил он. То, что выглядит страшным, чаще всего ничего не стоит, а настоящей опасности она все равно не сумеет заметить, так пусть положится на него!

И Мария-Антония полагалась, как полагалась когда-то на отца и его рыцарей, и на многих других.

Они почти не разговаривали, не считая коротких реплик во время привала, лишь раз Генри как-то сказал:

— А ты не расскажешь, как тебя угораздило уснуть? В сказках-то говорится, ясное дело, но то сказки, а как оно на самом деле было…

— Может быть, — сказала она ему, помолчав, — может быть, когда-нибудь я тебе расскажу. Просто… Это слишком сложно даже для меня, а я не хочу вводить тебя в заблуждение. Было проклятие. Был маг, который его… изменил, но снять не смог. Я проспала вместо ста лет больше четырехсот — маг оказался сильнее, чем можно было ожидать… Это все, что я знаю.

— Ну-ну, — сказал Генри, и видно было, что он не поверил ни единому ее слову.

Умница.

6

— Итак, чем мы располагаем на текущий момент?

Ивэйн Хоуэлл не сидел спокойно в своем кресле, он расхаживал по кабинету, а это о многом говорило. Рональд только покачал головой: по его мнению, старшему брату временами не хватало терпения. Или не терпения даже, а умения выжидать, иногда подолгу. Сам он этим умением обладал в полном объеме, а кроме того, мог сдерживать порывы близнеца. Оба признавали, что им пришлось бы куда сложнее поодиночке, нежели вместе.

— Рейнджер подтвердил наличие эринитовой жилы, — ответил Рональд рассматривая прозрачную, цвета сосновой смолы и такую же вязкую жидкость в своем бокале. — Богатой, как мы и предполагали. Он взял пробы, произвел необходимые измерения… сведения и образцы у него при себе.

— Он становится чрезвычайно ценным объектом… — пробормотал Ивэйн.

— Но не бесценным, — пожал плечами Рональд. — Теперь, раз мы получили хоть какое-то подтверждение своим теориям, то, даже не имея на руках образцов для исследования, можем начать готовить экспедицию. У остальных нет и этого, как ты понимаешь.

— Я бы предпочел проверенные данные, — ответил старший брат. — Иначе мы можем вложить бешеные деньги в эту авантюру, а в итоге окажется, что месторождение меньше того, что досталось «Кармайклу»!

— Надо рисковать, — пожал плечами младший. — Или ты разучился?

— Не смеши! — наконец-то улыбнулся Ивэйн и сел напротив брата, взял бокал с «Янтарём». Крепчайшую настойку готовили на северном побережье Московии, и какие уж травы в нее клали, не знал никто: московиты свои старинные рецепты берегли, а пытавшихся их выведать без затей сажали на кол либо рубили головы, в зависимости от настроения. Могли, правда, еще ручных волков спустить или в медвежью яму кинуть, если вовсе уж скучно было. — Судя по твоему лицу, ты приберег еще какую-то новость?

Рональд молча кивнул, смакуя огненную жидкость. Московиты, говорят, пьют ее стаканами и не хмелеют, а обычного человека полный стакан «Янтаря» уложит без сознания.

— Надеюсь, она окажется не настолько скверной, как та, что ты преподнес мне накануне? — осведомился Ивэйн.

— Не могу сказать наверняка, — усмехнулся тот и отставил бокал. — Видишь ли, помимо образцов породы и результатов замеров у рейнджера с собой есть еще кое-что.

Старший брат вопросительно приподнял брови.

— Что же?

— Девушка, — коротко ответил Рональд и несколько секунд наслаждался выражением лица старшего брата. — Я знал, что ты в это не верил.

— Значит… тоув Стефан оказался прав? — осторожно поинтересовался Ивэйн и машинально отхлебнул «Янтаря», будто обычного вина, даже не заметив этого.

— Да. Всё сошлось один к одному, — сказал младший брат. — Она жива, Ив. Рейнджер сумел ее вытащить оттуда. Подробностей я не знаю, связь была скверной, да и затягивать сеанс я не хотел, но, похоже, больше выживших нет.

— С одной стороны, это и к лучшему, — хмыкнул тот. — С другой… А, впрочем, неважно! Мы уже обсуждали возможные варианты: всё ведь бездоказательно, Рон. Мы никогда никого не убедим, что девица — наследница престола этой дыры!

— Да, но ты ведь согласился, что это заявление позволит нам отвлечь внимание и потянуть время…

— И потратить уйму средств на независимые экспертизы, которые всё едино ничего не дадут, — закончил мысль Ивэйн. — В любом случае, это сработало бы, сумей твой человек доставить девушку сюда в кратчайшие сроки. Боюсь, теперь этот план придется оставить… И я надеюсь, он достаточно хорошо соображает, чтобы не двинуться к нам напрямую!

— Ему хватило одного упоминания о «Черном драконе», — хмыкнул Рональд. — Он наслышан о тамошних специалистах и вовсе не горит желанием встретиться с ними, так что, полагаю, предпочтет отсиживаться на Территориях либо же пойдет кружным путем. Настолько кружным, что за ним мало кто сумеет проследить.

— А это не так уж здорово… — произнес вдруг Ивэйн, явно думавший о чем-то своем. — Ты предупредил его, что этот сеанс связи был последним?

— Нет, не стал, — усмехнулся его близнец. — Однако попросил соблюдать все меры предосторожности.

Хоуэллы встретились взглядами и одновременно улыбнулись.

— Придется заплатить ему вдесятеро, если он уцелеет, — сказал Ивэйн.

— Хочешь заключить пари? — Рональд приподнял бровь.

— Отчего бы и нет? Один к десяти, что «ящерки» до него доберутся.

— При условии, что будут располагать информацией о девушке? — уточнил младший Хоуэлл.

— Разумеется.

— Тогда один к двадцати, что он уйдет.

— Уйдет или выполнит задание? — поинтересовался Ивэйн.

— Уйдет, — ответил Рональд. — Он достаточно опытен, чтобы скрыться на Территориях, да и с дикарями в хороших отношениях.

— Со всеми ли? — хмыкнул старший брат.

— С двумя племенами точно, — ответил тот. — А, понимаю тебя…

Многочисленные племена дикарей с Территорий веками то резали друг другу глотки, то заключали неожиданные союзы, и… пожалуй, на этом тоже можно сыграть. Не один ведь тоув Стефан хорошо разбирался в сложных отношениях украшенных перьями всадников прерий!

— Вот-вот… — Ивэйн сцепил пальцы замком, внимательно посмотрел на брата. — Ну так что, какая будет конечная ставка?

— А не внести ли еще коррективы? — задумчиво произнес тот.

— Хм?..

— «Ящерки» ничего не знают наверняка. У них только сведения тоува Стефана, а рейнджера они пока что не поймали… и вряд ли скоро изловят.

— Понимаю тебя… — улыбнулся Ивэйн. — Думаю, у тебя найдется пара человек, о которых никто не будет сожалеть?

— Несомненно, — кивнул Рональд. — Так, пожалуй, будет интереснее.

— И сразу же начинай готовить экспедицию, — добавил глава корпорации. — Тайно. Необходимо минимум шестеро магов. Заход на Территории иным маршрутом, нежели шли наши отряды, сейчас там можно пройти, «сезон бурь» еще не начался. Впрочем, что я тебе объясняю! И вот эта информация просочиться не должна, иначе…

— Я думаю, наши конкуренты в ближайшее время будут слишком заняты охотой за кое-чем, вернее, кое-кем интересным, — улыбнулся его близнец. — А к нужным выводам «ящерки» придут сами, там ведь в аналитиках не дураки сидят.

— Именно. Так что информация для них должна оказаться достаточной, но в должной степени разрозненной, — кивнул старший Хоуэлл. — Что ж, так мы выиграем немного времени! Если не вышло отыграть его по прежнему плану, то при этом мы всё же получим небольшую фору…

— Большую, чем ты думаешь.

— Вот как?

— Экспедиция уже готова, — сказал Рональд и улыбнулся. Он прекрасно знал близнеца и ничем не рисковал, давая понять это. — Выходит по нашему сигналу.

— Откуда? — только и спросил Ивэйн.

— Из Холлиброка.

— Это ведь в двухстах милях от нас!

— Верно, они ведь пойдут другим маршрутом, как ты и сказал, а в Холлиброке нет агентов «ящерок», за это я ручаюсь, — пожал плечами Рональд. — Но я предпочел перестраховаться. Магов там девять плюс несколько тоувов со всем необходимым снаряжением. Надеюсь, этого будет достаточно на первое время.

— Да, пожалуй, — кивнул Ивэйн и довольно улыбнулся. Улыбка вышла хищной. — Что ж, отдавай приказ выступать немедленно. И займись…

— Ну разумеется, — хмыкнул его близнец и поднялся.

— Погоди, — окликнул старший Хоуэлл. — Ты так и не сделал ставку. Что скажешь, с учетом всех внесенных коррективов?

— Один к ста, что рейнджер вообще останется в живых, — спокойно ответил Рональд. Подумал и добавил: — И один к тысяче, что он выполнит задание.

— Принято, — кивнул Ивэйн.

Переглянувшись, братья снова улыбнулись одинаковыми улыбками и расстались, чтобы заняться неотложными делами. А их у главы корпорации и его помощника было невпроворот…

…Марию-Антонию разбудил собачий лай. Один пёс громыхал басом, коротко, гулко, как из бочки, второй лаял звонко и яростно. Теперь понятно, почему Генри так назвал своих зверей! Но отчего такой переполох? На ее памяти собаки еще ни разу не подавали голоса, не рычали даже, что и неплохо… Может быть, почуяли опасного зверя? Генри ведь сказал еще вчера, что теперь они на Территориях, можно ожидать самого худшего… Знать бы еще, чего именно!

— Сиди там! — приказал Генри, стоило ей попытаться высунуться наружу. Девушка только и заметила, что ночь стоит светлая, лунная и звездная, даже и без костра можно разглядеть, что творится вокруг. — Не высовывайся!

— Что случилось?

— Понятия не имею, — процедил Генри. Мария-Антония все же откинула полог палатки и смогла рассмотреть, что в руках у него какая-то длинная штуковина, напоминающая… да, пожалуй, аркебузу или что-то в этом роде, только заметно легче. — Обычно черта с два от них лая дождешься, а тут разошлись… И лошади волнуются.

Привязанный неподалеку Шуш в самом деле беспокоился, бил копытом, коротко всхрапывал, а Шия жалась к нему. Только вороная оставалась безучастной.

Псы вдруг перестали лаять, будто по команде, и вернулись к хозяину. Шерсть у них на загривках стояла дыбом, глаза в свете луны отсвечивали волчьим зеленоватым огнем, черные губы приподнимались, обнажая желтоватые клыки, в горле клокотало рычание. Что бы ни пряталось неподалеку, оно собакам не нравилось, это уж точно.

— Ложись спать, — велел Генри, опустив оружие. — Я покараулю до рассвета, не нравится мне всё это…

— Может быть, какой-то хищник? — спросила Мария-Антония.