1915

Девочка поднялась с земли и отряхнула платье.

— Как тебя зовут? — спросил у нее я.

Как бы нашу беглянку ни звали, разговаривать она не собиралась. Я присел рядом с ней.

— Не хочешь отвечать — не нужно. Я вижу, ты цела, и это главное. Ты можешь идти?

Девочка кивнула, но двигаться с места не торопилась. Она смотрела на меня ясными синими глазами и была абсолютно спокойна: самое неестественное состояние для ребенка — на вид ей было лет семь — найденного ночью в лесу. Мысли ее тоже были мирными и спокойными: она размышляла о чем-то отвлеченном, и создавалось впечатление, что она не понимает, где находится.

— Ладно, у нас нет времени. — Я поднялся и протянул ей руку; девочка обхватила мое запястье тоненькими пальчиками. — Рафаэль уже почти не боится, но не будем заставлять…

— Подумать только, Винсент. Это и правда ты?

Услышав женский голос, обладательница которого пряталась где-то среди деревьев, но очень близко от нас, девочка не повела и бровью, и продолжила изучать ночное небо. Я обнял ее за плечи и прижал к себе.

— Кем бы ты ни была, по-хорошему советую тебе выйти.

— Угрозы? Ты успел сменить стиль с тех пор, как мы виделись в последний раз. Обычно ты сразу переходишь к делу. Отдай мне то, на что я имею полное право — и мы разойдемся мирно. Вечная жизнь не стоит того, чтобы прерывать ее из-за мелких склок.

— Судя по тому, как хорошо ты прячешься, ты старше меня, так что у тебя было достаточно тех, на кого ты имеешь полное право. Пришла пора отпустить одного из них, что скажешь?

— Судя по тому, что я старше тебя, неплохо было бы сосчитать, сколько мне подобных ты убил, и сделать выбор — отпустить меня или умереть, каратель, что скажешь?

Я по-прежнему обнимал девочку за плечи. Она не дрожала, не прижималась ко мне и не вырывалась — ее спокойствию можно было только позавидовать.

— Я отпущу ее — и мы поговорим. Она ни в чем не виновата, и ей не обязательно это слушать.

— У меня есть встречное предложение, Винсент. Ты отпустишь девочку и уйдешь, захватив с собой своего туповатого дружка. И мы тоже уйдем. Мы немного заблудились, и теперь мы торопимся.

— Заблудились? Неужели такое древнее существо, как ты, видящее в темноте лучше меня и различающее тона даже в беззвучии, может заблудиться на территории в несколько километров?

Незнакомка выдержала паузу, а потом рассмеялась.

— Будет этого трепа, Винсент. Отпусти девочку. Как ты там сказал? Советую тебе по-хорошему.

— Я отпущу ее. Но только после того, как ты выйдешь. Я знаю, у тебя есть честь, и ты достаточно смела и решительна для того, чтобы сделать эти пару шагов. Скорее всего, мне не удастся тебя убить, но я запомню твое лицо.

— Знаю, на память ты никогда не жаловался. А уходить ты можешь и сейчас, тебя никто не держит. Разве я могу удержать карателя, самое сильное существо в двух мирах?

Девочка потянула меня за рукав плаща, так, будто хотела напомнить о себе. Я обернулся в поисках проделанного мной прохода и обнаружил, что его больше нет. Деревья обступили полянку так тесно, что даже у ребенка не было возможности проскочить между ними.

— Ты сможешь уйти, но после того, как отдашь мне девочку, — снова заговорила Незнакомка. — Даже будучи самым сильным существом в двух мирах, ты не имеешь права забирать то, что принадлежит другому. А пока посмотрим, на что ты способен без своей магии, что скажешь, Винсент? Здесь особо не поколдуешь.

— Черт бы тебя побрал. — Я взял девочку на руки и поднял голову, изучая кроны деревьев. — Но ты не можешь отсюда выйти — какой смысл в том, чтобы делать очередной круг?!

— У тебя есть много своих проблем, каратель. Например, измятая мантия , которую нужно привести в порядок до заседания Совета Тринадцати, иначе ты рискуешь навлечь на себя праведный гнев Магистра. А девочку оставь мне. Еще пара-тройка дней без сна и еды — и эта чертовка уступит. Отпусти ее сейчас же! Она моя!!!

Девочка навострила уши и беспокойно завертела головой — первое проявление эмоций, которое я отметил за время нашего короткого знакомства.

— Где она, детка? — спросил я. — Не говори, просто укажи.

Выждав секунду, девочка подняла руку и вытянула ее вперед.

— Умница. А теперь держись крепче.

Она послушно обняла меня за шею, и я, удерживая ее за талию одной рукой, второй достал из сумки кинжал из храмового серебра.

— Каково это — быть в роли жертвы, Винсент?

— Какими усилиями ты бы ни создала все это, посмотрим, насколько оно крепко. Говорят, магия действует только в одну сторону. Об этом часто забывают, и эта ошибка стоит жизни.

— Винсент.

Я замер в той позе, в которой приготовился к броску. Девочка посмотрела на кинжал и принялась устраиваться поудобнее, осторожно взяв меня за руку и безмолвно попросив согнуть ее в локте.

— Великий.

— Убери оружие. Уходите.

Незнакомка зашипела, а потом издала звук, напоминающий рычание. Никому из нас не было дано знать, как близко находится Ариман, но теперь она поняла, что шутки закончились: в противном случае он бы мысленно обратился ко мне, и она бы не услышала.

— Жаль, что я так и не увидел твоего лица, — сказал я ей. — Но я запомню твой голос.

— Не трудись, Винсент, ты знаешь, что при желании мы можем менять голос до неузнаваемости. А я теперь хорошо знаю твой запах. Великая Тьма видит — наши пути еще пересекутся.

— При случае приглашу тебя в гости, и мы вместе поужинаем.

— Отличная мысль. Ты будешь главным блюдом, а твоя бывшая подружка — десертом. Передавай привет папе.

Девочка в очередной раз подергала меня за рукав плаща и указала на что-то за моей спиной. Я сделал пару шагов назад и почувствовал — именно почувствовал, а не увидел — что деревья расступились. Мы вышли прямо к тому месту, где ждал Рафаэль, а полянка, на которой я нашел девочку, тут же скрылась за густыми зарослями кустарника. Почуяв нас, лошади подняли головы.

— Куда нам идти, Великий?

— В город. Торопитесь. Время вышло.

Видимо, выражение лица у меня было невеселым — Рафаэль обеспокоенно наблюдал за тем, как я усаживаюсь в седле и кутаю девочку в плащ.

— Ариман? — спросил он. — Как он тут очутился? Кого ты там встретил в лесу? Что стряслось?

Я в последний раз оглянулся на лес и покрепче перехватил поводья.

— Поднимай свой зад, садись на лошадь и несись отсюда во весь опор. Объедешь город кругом, встретимся у Отдаленных мостов. Если ей взбредет в голову за нами погнаться, то мы немного собьем ее с толку. Хотя вряд ли надолго. И не бойся. Если она почувствует твой страх, то сожрет в один момент. Ты и сам это знаешь, думаю. — Я посмотрел на девочку. — Держись крепче, детка. Не знаю, о каком времени говорил Ариман, но в том, что оно вышло, нет ничего хорошего.

Мы пересекли территорию бывших владений Магистра по прямой и уже минут через тридцать были у въезда в старую часть города. О скорости, с которой несся мой конь, девочка, наверное, слышала разве что в сказках, но и это приключение не вывело ее из состояния равновесия. Когда копыта лошади застучали по каменной мостовой — неестественно громкий звук в предрассветных сумерках — она нарушила тишину, произнеся короткую фразу, смысл которой так и остался для меня загадкой:

— Город дышит.

— Тебе виднее, ты ведь тут живешь. Ты знаешь, как зовут ту женщину?

Девочка помотала головой, и я понял, что поддерживать диалог она не собирается. Через несколько минут мы миновали кладбище и оказались возле Отдаленных мостов. Я решил не привязывать коня — без меня он все равно никуда не ушел бы — и помог девочке, которая держалась в седле, как маленькая королева, спуститься на землю.

— И что мне с тобой делать? — задал я ей очередной вопрос.

Моя спутница села на доски моста, свесила ноги и принялась болтать ими над водой.

— Так-так-так, — услышал я голос, исходящий, как могло показаться, от воды. Незнакомке он не принадлежал — был ниже, да и интонациями отличался. — Кто пришел ко мне в гости? Кто прет, в упор не видя дороги, которую старательные смертные отметили фонарными столбами, и искренне веря в то, что проехать он сможет в любом месте, даже в Аду? Пожалуй, одной попытки мне хватит. Каратель Винсент. Наконец-то мы встретились. А ты действительно недурен! Отправиться в далекий Треверберг — неплохой вариант для того, чтобы отдохнуть от толпы назойливых поклонниц?

Существо, появившееся из-под моста и приветственно кивнувшее мне, я видел впервые, но узнал его без труда. Желтоглазая красавица с зелеными волосами улыбнулась мне, как старому знакомому.

— Вижу, что гостинцев ты мне не принес. Впрочем, и у меня нет для тебя крови вакханки. Надеюсь, ты не в обиде на хозяина городской реки. И я на тебя не в обиде, хотя на днях мы справляли День Мостов, и в честь праздника ты мог бы одарить меня парой человеческих косточек.

— Так вот ты какой, Бинаэль. Я ждал кого-нибудь помрачнее.

Женщина поморщилась.

— Сделай мне одолжение, не произноси это имя, каратель Винсент. Знаю, что такому наглецу, как ты, будет сложно удержаться, но мне привычнее слышать обращение «Демон Реки».

— Как скажешь, Демон Реки.

— Похоже, с годами ты стал послушнее, хотя и ненамного. Вавилонянка Дана тебя воспитала? — Демон Реки сделал жест, которым обычно пользуются люди, полируя ногти — правда, отполировал он их о воздух, а не об одежду. — Печальная история. Ты привел мне прекрасную даму?

Девочка с любопытством изучала зеленоволосую женщину.

— Почему ты решил, что я привел ее тебе?

— Ты видишь тут кого-то еще?

— То, что я привел ее к реке — чистая…

Демон Реки осуждающе поцокал языком.

— Твоя наставница, Хранительница Авирона, была бы недовольна. Разве в каком-то из двух миров есть такая штука, как случайность? А что бы было, если бы кто-то случайно нарушил равновесие, которое ты когда-то поклялся хранить? Спорю на глоточек твоей сладкой крови, которую так жаждут попробовать все темные существа, включая твоих соратниц по Ордену: ты бы расстроился. Смог бы ты понять, зачем пришел в этот мир, каратель Винсент, если бы твое рождение было случайностью? Смог бы ты постичь доступную тебе на сегодняшний день часть темного знания, если бы и оно подчинялось только закону случая?

— Мне говорили, что ты любишь философские беседы.

— Пойми меня правильно — не так часто я могу поговорить с достойным собеседником. Думаю, и тебе знакома подобная проблема. Как часто ты размышляешь о том, что все и вся вокруг тебя — посредственность? — Демон Реки положил руки на доски моста — теперь он находился на расстоянии метра от девочки. — Ты скучаешь по создателю. Вы много разговаривали, ты задавал вопросы. И он отвечал.

— Не всегда.

Демон Реки придвинулся ближе к девочке, и она принялась играть его волосами.

— Что он говорил тебе вместо ответа? Ты помнишь, каратель Винсент?

— Еще не пришло время .

Он снова поцокал языком, но на этот раз одобрительно.

— Кто эта девочка? Кем была та Незнакомка? Что с ней сделал Великий Ариман? На эти вопросы есть только один ответ: еще не пришло время. — Демон Реки повернулся к девочке. — Ты ведь не сказала ему, как тебя зовут, лапочка?

Она покачала головой.

— Очень хорошо. Нельзя разговаривать с незнакомцами. Узнав твое имя, они могут узнать о тебе много чего еще, а потом научить тебя плохим вещам.

Девочка рассеянно улыбнулась и посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на Демона Реки. Он взял ее за руку, а потом внезапно уколол длинным ногтем крошечную ладошку. Девочка вскрикнула, разглядывая появившуюся на коже каплю крови, но он сделал ей успокаивающий жест.

— Ты знаешь, куда идти, милая. Но помни: часы пошли вспять.

Девочка поднялась, отряхнув платье, кивнула мне на прощание и бордо зашагала по каменной мостовой в направлении жилых кварталов.

— Куда она пойдет ночью одна? — удивился я.

— Ты знаешь ответ, каратель Винсент.

— Еще не пришло время.

— Если не возражаешь, я дам тебе напутственный совет.

Я согласно кивнул. Демон Реки оттолкнулся от перил моста, расплескав воду и распугав собравшихся вокруг него мелких темных существ.

— Счастье — отличный охотник. Оно чувствует запах страха не хуже тебя. Но вот только бежит в другую сторону. И даже если ты будешь бежать быстро, ты его не догонишь. Хорошо запомни слова хозяина городской реки, каратель Винсент. Пусть Великая Тьма хранит тебя, и пусть темное время будет милостиво ко всем, кто тебе дорог.

С этими словами Демон Реки скрылся в черной воде.

Рафаэль сидел на невысоком заборе, окружавшем по периметру один из заброшенных домов.

— Где девочка? — спросил он. — Куда она ушла?

Я спрятал руки в карманы и посмотрел на начинающее светлеть небо.

— Еще не пришло время.

— Чтобы ты провалился в Ад вместе со своими загадками. Сейчас мне больше всего хочется оседлать коня и свалить отсюда подальше. Хотя… — Он потянул носом воздух: пекарь, встававший рано, уже принялся за работу, и ветер принес запах свежей выпечки. — Я был бы не против завтрака. И отдыха. А потом — кто знает, куда нас занесет — может, кто-нибудь оседлал бы и меня.

— Ты, как всегда, отвратителен, — уведомил его я.

— А ты тошнотворен, когда принимаешься за высокие рассуждения о женщинах. — Он нетерпеливо мотнул головой в направлении города. — Пошли. Нам действительно нужно поесть, а потом попасть на поезд. Я рад бы был об этом забыть еще на пару деньков, но я все еще каирский Судья.