Жженые карты (СИ)

– Эта встреча состоялась бы раньше, если бы не моя неспособность встать с больничной койки.

Дерзость слетала с языка женщины столь легко и быстро, что мужчина, еще не отойдя от незапланированного визита, только и успевал, что дивиться хамскому поведению своей подчиненной. Но Лизу это практически не волновало; в другой бы ситуации она, конечно, даже не посмела бы возразить. Однако, как уже стало понятно, ситуация оказалась совершенно другой.

– При всем уважении, – так и продолжая стоять у двери, отозвалась Лиза, – генерал-лейтенант, сейчас я буду разговаривать не как ваша подчиненная, а как мать, чьих детей вы послали на верную смерть.

– Хм… Присядь, Лиза.

Наблюдая за тем, как Волков отключает монитор компьютера и наводит порядок на столе, женщина сдержано подошла к стулу напротив рабочего места генерал-лейтенанта и села.

– Отправляя мой отряд на миссию, вы говорили об опасных объектах. – Решив для начала не повышать голос, а говорить сдержано, но напряженно, майор продолжила: – Вы знали, с чем мы должны были столкнуться?

Довольно долго цепляясь взглядом за крупные буквы в заголовке бумажного документа, мужчина постукивал пальцем по подлокотнику кресла, а затем задал встречный вопрос:

– А с чем вы столкнулись?

– Прозвучит безумно. – Констатировала Лиза. – К тому же, я уже не уверена, что все это было взаправду.

– То, в каком состоянии мы нашли тебя, уже выглядело безумием.

С этим проблематично поспорить. Впервые увидев свое отражение в зеркале ванной комнаты ее палаты, женщина едва не воскликнула от испуга. Синяки и ссадины ее не смутили, разве что зашитый порез на лбу мог остаться в качестве белесого рубца. А вот почерневшие глаза едва не вызвали у нее приступ паники, как и черный рисунок из вен под побледневшей кожей. Лиза некоторое время боялась отражающих поверхностей, и даже заверения врачей, что состояние ее здоровья и анализы в относительной норме, также не успокаивали. Однако на следующий день радужная оболочка глаза приняла более-менее приемлемый оттенок, а когда темные вены скрылись под тональным кремом и пудрой, Лиза решила расставить все точки над «i». Если бы ее заразили вирусом или испытали биологическое оружие, в простую больницу ее ни за что не положили бы, и поскольку врачи не приковали ее к кровати, она решила действовать.

– Я больше удивилась, что мне разрешили покинуть больницу. – Но заметив выразительный взгляд собеседника, она неохотно пояснила: – То есть… за мной не стали отправлять вертолет с вооруженными парнями и кричать вдогонку, что сбежал зараженный пациент.

– Это не зараза. – Отодвинув верхний ящик стола, Волков достал папку, на которой непримечательными буквами было выложено слово «секретно». Для меньшего привлечения внимания. – Это нечто похуже.

«Дело №С55.1406-40АЗ». Признаться, в названии Лизу смутило практически все.

– Я не был уверен, что твое задание будет связано с этим делом. Его завел мой командир, а впоследствии продолжил я.

Плотно сжав губы, женщина продолжала смотреть на папку с документами, как на бомбу, готовую взорваться в любой момент.

– Но тут написано, что оно закрыто.

– Оно – да, но не то, что за ним последовало.

Слова генерал-лейтенанта взволновали Лизу еще сильнее, но выбора у нее не оставалось – она неспешно взяла папку в руки и, положив ее на колени, открыла первый документ. С55.1406-40АЗ, что дословно означало «Секретно_2055 год. 14 июня – 40-й регион_первое дело за день_Закрыто».

– В окрестностях Тебриза[2], начиная с 35-го года, стали пропадать люди. Тогда мы только подходили к городу, направляя поддержку против сил террористов, которые превратили большую часть города в руины. Бои велись день и ночь, так что никто бы и не заметил исчезновения нескольких людей.

– Гражданские пропадали без вести – бежали или были погребены заживо под руинами. Как не прискорбно, это типичная ситуация для войны.

– Да. А потом начали пропадать солдаты. Небольшие группы, выходившие из города на разведку. Все думали, что их похищали и выпытывали информацию. Но ничего. – Развел руками Волков. – Когда все более-менее стихло, мы закрепили позиции, помогая военным Ирана зачищать районы. Постепенно в нашей помощи отпадала необходимость, так что мы начали отводить войска… И вот тут похищения снова возобновились, наши ребята не решались даже на шаг выйти из лагеря ночью. И примерно в этот период поползли первые слухи…

– О трупах с черными венами. – Взглянув на свои руки, Лиза не попыталась даже скрыть своего ужаса. Она и думать забыла про эту байку.

– Никто из наших не видел их – или видел, но таких было слишком мало.

– Значит, террористические объединения испытывали биологическое оружие, о котором говорили как об очередной сказке. И сейчас, спустя… Пятьдесят лет кто-то использовал его на… моем отряде? Тогда почему я еще жива? И не сижу в полиэтиленовой камере?

– Потому что… это не совсем биологическое оружие. – Указав на папку, лежащую на коленях у собеседницы, он продолжил рассказ. – Мой командир завел это дело в пятьдесят пятом году, когда Первая волна нападения практически сошла на «нет».

Опустив взгляд, Лиза быстро пробежалась по строкам, отметив, что события происходили на побережье Черного моря, где в 54-х километрах от Сочи состоялось крупное сражение – от городов и поселков остались руины, осыпанные прахом и пеплом.

– Сороковой регион, бывший Краснодарский край, принял на себя серьезный удар. Но после окончания основных боевых действий большинство солдат с побережья перекинули либо в Сочинский штаб, либо вернули обратно домой. – Сказал Волков. – В крупных городах-поселках оставили по пятьдесят-семьдесят человек для «зачисток» территории, а также сбора сведений о местности, разрушениях, оставшемся оборудовании и прочем.

Все шло мирно и спокойно, мы принимали беженцев, не редки были случаи, когда солдаты, считавшиеся погибшими или пропавшими, возвращались домой. Однажды в один из таких лагерей на побережье прибыла небольшая группа людей: четыре русских солдата, один грузинский и один гражданский. Наших опознали и позволили им остаться помогать своим товарищам, гражданского разместили в полевом госпитале. Все шло нормально. А через три месяца поступил сигнал SOS, и когда мы прибыли на место, никого не осталось в живых.

– Никого? – Усомнилась Лиза.

– Никого.

Слушая рассказ генерал-лейтенанта, женщина непроизвольно напряглась и только сейчас позволила себе сделать глубокий вдох.

– Кто-то из прибывших применил биологическое оружие?

– Кто-то из прибывших сам оказался биологическим оружием. – Непонимающий взгляд майора вынудил Волкова добавить: – Посмотри файлы – страница семь.

Лиза уже не знала, чего боялась больше – правды или неведения, ей не хотелось следовать совету собеседника, но любопытство пересилило все остальные чувства. В документах она обнаружила стандартную фотографию хорошего качества, но человек, запечатленный на снимке, вынудил женщину потерять самообладание.

– Бог ты мой!.. И вы отправили моих детей и Сергея туда, зная обо всем?! Я понимаю – мой отряд, вы не были уверены, но они… они же только вернулись с границы. Это прямое нарушение устава!

– Я могу довериться только своим, а свободным оказался только Жаров. – Хладнокровие бывшего командира поразило Лизу и, воспользовавшись тем, что она ничего не могла сказать из-за ошеломления, мужчина вернулся к разговору. – Я не мог поступить иначе, хоть и признаю свою некомпетентность в данной ситуации. Но я их не заставлял, Сергей сам согласился.

Возразить здесь нечему. Однако услышанное удивило Лизу не меньше, она поразилась поступку Сергея, как он мог так поступить с ее детьми? Она его убьет, если только им удастся выбраться живыми из того ада. И что, ради бога, случилось с ее отрядом? Что станет с детьми? Она уже хотела поинтересоваться, не выходил ли на связь отряд Сергея, но тут ей на ум пришла ужасающая мысль.

– Так это что получается?.. – Майор опустила взгляд на фото и быстро вернула его обратно. – Я теперь стану… этим?

– Нет. – Поспешил успокоить собеседницу Волков. – Наши эксперты ни один год в тайне изучали эту… этот… вирус, не знаю. Реакция у подопытных обезьян была на него разная: кто-то переживал заражение, как простой грипп – все симптомы постепенно исчезали. Некоторые продолжали нормально существовать без особых… отклонений в поведении. Хотя некоторые проявляли повышенную агрессивность.

Под симптомами, думала Лиза, он, вероятно, имел в виду потемневшие вены, бледную кожу и ужасное состояние, словно после тяжелого похмелья. А еще тот факт, что в предыдущие несколько ночей она могла детально рассмотреть интерьер своей палаты без дополнительных источников света. Но пугало другое.

– А что с остальными особями?

– Погибли. – Не стал утаивать Волков. – Не выдержала нервная система, остановилось сердце.

Крепко сдавив запястье, Лиза пыталась не думать о Тамаре и Антоне, ведь если она переболела, то болезнь и их не коснется.

– И каков процент… смертности?

– Последняя группа – восемьдесят три процента.

– О, боже… – Не выдержала Лиза, нагнувшись вперед и скрыв лицо ладонями. – И… что… теперь кто-то бегает по Черноморскому побережью с ампулами этого вируса?

– Кто-то действительно бегает, – признал мужчина, – не с ампулами, но как показывает практика – уже давно. В конце файла ты найдешь два фото.

Лизе уже не хотелось продолжать впутываться в это дело, засасывавшее ее подобно трясине в болоте. Но отступать на полпути глупо и бессмысленно, так что, найдя в себе силы ровно сесть на стуле и пролистнуть страницы, она обнаружила упомянутые снимки. Один и тот же человек, мужчина лет сорока. Ничего ужасающего.

– Второе было сделано восемь дней назад. – Пояснил командир, наблюдая за бесстрастным взглядом собеседницы, изучавшим фотографии.

– Кто это?

– Не правильный вопрос задаешь, Рашкович.

Генерал-лейтенанту явно хотелось, чтобы она сама догадалась, в чем крылась главная тайна, но Лиза уже была не в силах разгадывать загадки, у нее и так голова забилась отвлекающими мыслями. Поэтому она спросила напрямик:

– Так в чем подвох?

– А в том, – заметив настроение женщины, Волков решил не растягивать момент, – что первое фото было сделано в 2051-м году.

Глава 12

НИКОЛАЙ

Тишина уже начинала угнетать Николая, равно как и порывы пронзающего до костей холодом морского ветра. Он не отрывал глаза от прицела винтовки, наблюдая за обстановкой, и как только в темно-зеленых тонах промелькнуло светлое пятно, парень насторожился. Потянувшись к рации, он планировал вызвать на связь Тамару, но девушка опередила его; из динамика гарнитуры донесся оглушительный крик:

– Мне срочно нужна помощь! И быстро!

Не став задавать отвлекающих вопросов, Николай приготовился действовать. Пальцы легли на курок, но они казались одеревеневшими от холода, боль тонкими нитями пронзила их насквозь. Но блондин не отвлекался на это, он молчаливо ожидал своего часа, предварительно отключив тепловое видение на прицеле.

Грохот распахивающейся двери был слышен даже с вышки. Отсюда Тамара выглядела крошечным человечком, в спешке перебирающим ногами. Николай с волнением ожидал, когда за ней из бокового выхода появится преследователь, и он действительно показался, только выпрыгнув из окна второго этажа. Звон бьющегося стекла унес за собой ветер, как и непоколебимое спокойствие снайпера: парень удивился бы столь эффектному появлению и незатруднительному приземлению не настолько сильно, если бы незнакомец не напоминал изуродованного чернью монстра. Неужели Тамара говорила правду? Признаться, он до сих пор надеялся, что у его соратницы помутился рассудок из-за смерти напарника. Так было бы намного проще.

Тем не менее, отбросив навязчивые мысли, парень захватил в прицел незнакомого мужчину, практически нагнавшего девушку. Времени не оставалось, поэтому Николай спустил курок.

Звук выстрела, подобно пепельному облаку, накрыл территорию водоочистительной станции, долгим эхом разносясь по сторонам. Он показался парню непривычно громким, но его уже не так беспокоил этот факт, когда он убедился, что подстрелил незнакомца. Пуля должна была попасть точно в позвоночник, по крайней мере, на то надеялся блондин, но из-за подвижности цели удар пришелся чуть выше лопатки. Это остановило противника, дав возможность Тамаре скрыться за поворотом, однако оставлять все как есть Николай не намеревался, он планировал завершить дело.

Найдя противника, пытающегося отыскать надежное укрытие, парень приготовился нанести решающий удар, но его отвлек звук скрипящих досок. Он уже провел на вышке достаточно времени, чтобы распознавать игру ветра с хрупкой конструкцией, поэтому ему пришлось резко обернуться и стрелять совершенно в другом направлении.

Все произошло слишком быстро. Грохот выстрела отразился от крыши и пола вышки, ударив по ушам, но куда хуже пришлось незваному гостю. Николай понятия не имел, как тот сумел незаметно подобраться к нему так близко. Единственное, что он успел сделать перед выстрелом, который только оглушил противника, это опознать в незнакомце девушку со спутанными черными волосами. Она упала с края деревянных перил на пол, раздраженно воскликнув, и Николаю удалось на мгновение выхватить взглядом обезображенное темными разводами ее лицо.

Скинув винтовку вниз, парень ухватился за железную опору и в срочном порядке съехал по ней вниз. Кончики пальцев, не защищенных перчатками, жгло из-за трения о металл. Земля под ногами появилась быстро, поэтому Николай не стал терять время и, схватив винтовку, побежал прочь. Однако он позволил себе обернуться, чтобы увидеть темный силуэт девушки на вышке, смотрящей ему вслед. Но продолжалось это недолго: незнакомка, которую, звали Азиза, по словам Тамары, перепрыгнула через деревянные перила-ограждения, в падении ухватившись за железную балку.

Ситуация развивалась явно не в его пользу, но иного выбора не оставалось: сбежав по песочной насыпи к горной речке, напоминающей больше ручей, он кинулся в лес. Лучше увести Азизу с территории станции, чтобы облегчить работу Сергею и Тамаре. Вот только себе он жизнь усложнил.

Едва окунувшись в лесную чащу, Николай попал в дебри, уходящие под крутым углом вверх. Он карабкался по возвышениям, цепляясь за кривые корни и колючие листья; мелкая мошкара мгновенно облепила его со всех сторон, надоедливо жужжа под ухом. С винтовкой двигаться было неудобно, так что парень вынужденно скинул ее на вершине холма, спускаясь к более-менее просторной поляне. Но он не стал пересекать ее, а затаился под ветвями пышного куста, стараясь держать дыхание под контролем.

Тишина, только шуршание ветвей над головой. Без резких движений достав пистолет из кобуры, парень осмотрелся вокруг, терпя холодные капли воды, скатывающиеся с мелких листьев ему за шиворот. Все замерло, словно в предвкушении.

Движение справа: в десяти-двенадцати метрах среди тонких стволов пронеслась тень. Николай отреагировал мгновенно, выстрелив по движущемуся объекту, но противник, пригнув голову, избежал удара. Промах вынудил парня скатиться по склону и кинуться за Азизой в погоню. Он видел ее, попытал удачу, выстрелив пару раз, но это лишь спровоцировало девушку бежать быстрее. Цепляясь ногами за камни и выступающие из мягкой земли корни, парень не отводил взгляда от нее, боясь упустить из виду. И в какой-то момент природа сыграла с ним злую шутку, положив на его пути препятствие в виде засыпанной листвой ямы, в которую Николай провалился одной ногой. Он упал на мягкий настил их мха, но когда поднялся, то никого уже не видел.

Бежать вперед стало бессмысленно, поэтому, присев на правое колено и сообразив, что в магазине осталось еще семь патронов, блондин принялся выжидать.

Тишина засасывала, как болотная трясина, не давая и шанса высвободиться из своих оков. Николай осознавал, что в этой игре он выступал не только в роли нападавшего, за ним также велась охота. Но откуда могла напасть Азиза – он не представлял. Его окружал лес, запах мокрой коры, высокая влажность. Никакого движения вокруг, ни звука, отчего складывалось впечатление, что он находился здесь только наедине со своими страхами.

Ветер безынтересно теребил макушки деревьев, на плечи посыпалась жухлая листва. Николай перевел взгляд на танцующие в воздухи листья и крепче сжал пистолет, готовясь к атаке. Но подсказка появилась слишком поздно; он решил обернуться в тот момент, когда на него с воинственным криком упала девушка. Вовремя успев убрать голову из-под удара, парень скинул с себя противницу и отскочил в сторону, нацелив на нее пистолет.

Подобно дикой обезьяне, Азиза перекатилась со спины на ноги и, прильнув к толстому стволу, замерла с оскалом на лице. Ее глаза полностью почернели.

– Ну ты и уродина, – не сдержался Николай от едкого замечания, что не пришлось по душе девушке.

Раздраженно воскликнув, она бросилась вперед, не страшась выстрелов. Двигалась она непривычно быстро, поэтому блондин не успевал прицелиться, что позволило противнице подойти достаточно близко. Николай надеялся, что в ближнем бою у него не возникнет трудностей, но первый удар со стороны Азизы вынудил его передумать. Недюжинная сила заключалась в хрупком теле девушки; защищаясь от ее ударов, парень выпустил из рук пистолет. Он заметил, что руки ее покрывала та же черная защита, образуя на пальцах подобие заостренных когтей.

Но девушка только махала кулаками, она не умела драться, это Николай заметил сразу. Воспользовавшись возможностью, он перехватил за запястье противницу и ударил ее по лицу, содрав кожу о прочный «панцирь» на ее лбу. Это помогло заставить ее растеряться, однако Азиза быстро высвободилась, воспользовавшись своей силой. Она впилась когтями в плечо блондина, заставив его воскликнуть от боли. Николай думал, что девушка тут же отступит, но та впилась в него, как испуганная кошка, не желая отпускать. Вырваться не удавалось, поэтому он со всей силы ударил свободной рукой в живот противницы и не один раз.

Ощутив свободу, парень без раздумий побежал в сторону горной реки. Его левое плечо истекало кровью, а пальцы на правой руке едва сгибались от ужасной боли, словно мгновение назад он безрассудно бил по бетону.

Как показала практика, лес не самое лучшее место для боя с Азизой, требовалось выйти на открытую территорию, где у нее не будет возможности забираться на деревья и играть в прятки.

Просвет показался довольно быстро. Добежав до кромки леса, Николай на секунду притормозил и обернулся, решив узнать, далеко ли он ушел от противницы. Но едва оглянувшись, он почувствовал сильный толчок в спину, отчего полетел вперед прямо на берег реки. Упав на острые камни, парень подавил стон и желание полежать минуту-другую. Облокотившись о правую руку, он попытался подняться, но девушка с разбега ударила его ногой в грудь, не только лишив опоры, но и выбив воздух из легких.

Судорожный кашель начал резать горло Николаю, дав возможность Азизе подтащить его к реке и утопить ему голову под толщей воды. Холод горного ручья подействовал на парня моментально, отчего он позабыл и о боли, и об усталости. Вода затекала в нос и горло, обжигая глотку, вызывая всплеск адреналина и четкое осознание, что жизнь висела на волоске. Поэтому, собрав все силы, Николай смог столкнуть с себя девушку и освободиться от водной ловушки. От холода и воздуха раздирало легкие, но парень продолжал судорожно дышать, напоминая себе, что схватка еще не окончена.

Навалившись на Азизу, он ответил взаимностью и окунул ее в реку, придавив своим телом. Девушка извивалась и брыкалась, ее сложно было удержать на месте, но блондин заставлял себя бороться до последнего. Казалось, что победа в его руках, но в очередной раз острые когти впились в его плоть, на этот раз прямо под ребрами. Хватка ослабла и, усмотрев момент, Азиза рывком стянула с себя противника.

Упав лицом в воду, Николай подумал, что потеряет сознание – боль в районе поясницы на мгновение оглушила его, но холод реки вернул к реальности. Он как можно быстрее выбрался на берег и, изъяв армейский нож из ножен, поймал взглядом промокшую до нитки девушку, застывшую в паре метрах поодаль.

– Ну и каковы шансы, что ты выживешь?

Пугающая улыбка Азизы не произвела на Николая впечатления, он продолжал молчаливо наблюдать за действиями противницы, ища подходящий момент.

– А, ты у нас неразговорчив. – Усмехнулась девушка. – Посмотрим, сможешь ли ты сохранять такое же безмолвие, когда я доберусь до твоей подружки.

Не только расслабленность Азизы, но и ее слова внезапным образом заставили Николая сорваться с места и кинуться вперед. Он не любил, когда кто-то говорил о его товарищах подобным тоном, тем более о Тамаре – от одной мысли, что она могла умереть, ему становилось не дурно, его начинала раздирать ярость. Поэтому он понесся, очертя голову, на девушку, но в самый последний момент опомнился и сменил тактику.

Его ожидало болезненное падение на острые камни, однако, сумев сбить с ног Азизу, он пересилил боль. Девушка уже хотела подняться на ноги, но парень рывком вернул ее на землю и, навалившись сверху, сомкнул руки на ее шее лишь частично защищенной твердым наростом.

Теперь воздуха не хватало ей, Николай наблюдал за тем, как быстро бледнеет ее смуглая кожа и расширяются глаза. Но сдаваться она не спешила: вцепившись когтями в его руки, она принялась царапать его и делать все возможное, чтобы освободиться. Блондин терпел, как мог, принявшись сильнее сжимать живое кольцо на шее Азизы. Еще чуть-чуть, и ему удастся избавиться от этой проблемы. И когда девушка оставила попытки истязать его, Николай подумал, что ему удалось одержать верх, однако эту мысль из его головы вышиб тяжелый камень.

Перед глазами все потемнело на миг, тело обмякло и упало набок. Тупая боль продолжала бить по лбу; парень старался игнорировать позывы здравого смысла лежать спокойно и надеяться, что мозги не вытекут из ушей. Если он не поднимется, то упустит не только шанс добить ослабшую противницу, но и выбраться отсюда живым. Когда шум в голове наконец затих, Николай попытал удачу приподняться на руках, но его попытку прервала Азиза.

С яростными криками принявшись осыпать его ударами, девушка перестала себя контролировать. Парень остро ощущал каждый удар, отзывающийся не меньшей болью в уже нанесенных ранах, особенно в ушибленной голове. Может, Азиза проломила ему череп? Он не удивился бы. Пытаясь прикрываться руками, блондин выхватывал взглядом искаженное злостью и гневом лицо противницы, отчего его посетила мысль, что ему пришел конец. Он разозлил зверя, и теперь это неистовое животное пожирало его целиком.

До того момента, пока не раздался выстрел.

Перед тем как девушка отлетела в сторону, Николай заметил брызги крови, вырвавшиеся из ее спины. Он надеялся, что пуля попала прямо в позвоночник или разорвала ей сердце, не оставив и шанса на дальнейшее существование. Но судя по тому, что Азиза не просто шевелилась, а также пыталась встать, парень болезненно застонал. Он знал, что Тамара с Сергеем не безупречные стрелки, но чтобы настолько? Однако, обратив взгляд к своему спасителю, он мог лишь сказать:

– Ну, отлично.

– Какого черта ты выстрелил в меня?! – Пронзительно, едва ли не перейдя на визг, закричала Азиза, пытаясь зажать рану на спине. Она хотела добавить еще что-то, но пуля, ударившая у ног, вынудила ее только удивленно воскликнуть.

– Я не хочу в тебя стрелять, – держа девушку под прицелом пистолета, признался Антон. – Но если нападешь, то не буду сдерживаться.

Сказать, что Азиза в шоке, – значит, ничего не сказать. А вот сказать, что Николай в шоке, – нет, он не в шоке, он просто пытался осознать, как такое вообще возможно, ведь они заперли парня не только за решеткой, но и в поезде. И пока эта милая тирада продолжалась, он бы, не раздумывая, выстрелил в девушку, вот только оружия у него при себе не осталось. А Антон не убьет ее, что непроизвольно вызывало злость.

Азиза недолго думала над следующим ходом, так что бросилась в сторону Антона, однако парень не оплошал и нажал на курок: одна пуля ударила о панцирь на ее животе, остальные пролетели мимо, но этого хватило, чтобы девушка одумалась и побежала прочь. Сделав еще несколько выстрелов вдогонку, Антон опустил оружие.