– Пей! – сказал он, приставив бутылку к Толькиному рту. – Хоть через силу, а пей. Это от змеиного яда самое верное средство.

Телька начал пить. Это был не то самогон, не то водка, и пить было Тольке cчень противно. Но помирать ему не хотелось – вот oн и пил.

Гришка тем временем пошел отыскивать мешок, зонт и Толькины ботинки. Когда он вернулся, таща все это, Толька был уже совсем пьян. Он хохотал и нес чепуху.

– Усопший дух! – кричал он Гришке. – С зонтиком, как старик ходишь!

Тольку погрузили на телегу и повезли. Он лежал на сене и пел песни, которым выучился у Гришки. А Гришка молча шагал рядом с телегой…

Когда они по аллее подходили к детдому, Гришка раскрыл зонт и затянул: «В нашем авто под медвежью полостью желтый стоял чемодан. Каждый невольно рукою дрожащею щупал холодный наган…»

– Замолчи! – по привычке сказал Толька – Опять заныл!

– Друг я тебе или не друг? – строго спросил Гришка.

– Друг, – ответил Толька. – Черт с тобой, пой сколько влезет.

Проснулся Толька ранo утром в комнате с чистыми бревенчатыми cтенами. В комнате стояло несколько пустых коек. На соседней койке сидел Гришка.

– Голова болит, – сказал Толька. – Болит, прямо сил нет. Где это мы?

– В больнице, – ответил Гришка. – Сейчас домой нас отправят, в детдом. У тебя ничего такого нету, доктор сказал, что домой можно. И никакая змея тебя не кусала, выдумал ты все. А я, как дурак, твою грязную лапу сосал.

1962