Я отвечаю за свою страну

— И любофф! — добавил Таппани, выразительно глядя на Эльзу.

— Любовь приходит и уходит, а выпить хочется всегда, — назидательно промолвила та, ответив Таппани твердым взглядом.

— Караше гофорил, — рассмеялся Таппани и перевел ее слова друзьям.

— А еще говорят: девушек некрасивых не бывает, бывает мало водки, — сострил Фарид.

Общее веселье слегка охладил голос бармена:

— Товарищи и господа! Половина четвертого, бар закрывается. Спокойной ночи. Будем рады видеть вас здесь и завтра, и всегда… Спасибо за внимание. Ай эм глэд ту си ю… — обратился он по-английски к подвыпившим морякам.

— Посошьёк, посошьёк! — загалдели финны.

— Научились у нас светским манерам, — заметил Фарид, наливая всем «на посошок».

В дежурной части Выборгского отдела внутренних дел совещались Вересова, группа Дивеева и несколько местных товарищей.

— Раз уж они всполошились, нам остается только ждать, — говорил Андрей.

Заработала радиостанция, послышался голос:

— «Центр»! Я — «Третий». Они в баре. Бар закрывается. Как поняли? Прием.

— «Третий», «Центр» вас понял, — ответил капитан.

— По машинам, — сказал, поднимаясь, Дивеев. — Помните, товарищи: осторожность и выдержка. Не спугните их. Что водная милиция? — обратился Дивеев к капитану.

— Два дежурных катера, как всегда, на радиосвязи, — ответил тот и повернулся к Вересовой. — А вас, Нина Александровна, позвольте проводить в комнату отдыха.

— Я тоже поеду, — запротестовала Нина. — Не хочу спать.

— Оперативная работа — наше дело, — назидательно произнес Дивеев. — В тебе что ценное? Голова. Вот и береги ее — отдыхай.

Фарид и Эльза вышли из бара и не торопясь направились в сторону набережной. Ночь была прохладной, девушка куталась в плащ. Фарид обнял ее.

— Заглянем ко мне, — предложила Эльза.

— Все время забывал спросить: ты все-таки любишь меня?

— Не «все-таки», а люблю.

Они остановились у парапета набережной, помолчали, глядя в темный морской простор. Где-то вдалеке светились огни большого транспортного судна. Вдоль горизонта скользнул прожектор пограничного сторожевика.

— Эльза, мы поедем ко мне на Кавказ, — серьезно сказал Фарид, — и отпразднуем свадьбу по горскому обычаю: с огромным столом прямо на улице. Жаль, родителей уже нет, не увидят красавицу такую. Но жив дядя, братья. Эх, давно я там не был.

— Фарид, — помолчав, начала Эльза, — раньше как-то не было повода сказать. Я уже была замужем. Он плавал штурманом на том пассажирском, где я служила буфетчицей.

Фарид вдруг рассмеялся:

— Представь, я тоже был замужем… Замужним был!

— Ты пьян! Замолчи! Невозможно с тобой говорить серьезно.

— Прости, — осекся Фарид. — Кажется, действительно лишнее выпил. Нужно проветриться.

Они пошли вдоль набережной, то попадая в свет фонарей, то погружаясь в темноту. Фарид нежно обнял девушку, мечтательно продолжал:

— Как раз поспеет молодое вино… А на свадьбу я подарю тебе кольцо с великолепным бриллиантом.

— Не нужно, я и сама не бедная. Лучше с долгами рассчитайся. Кстати, сколько ты должен своему приятелю?

— Уже нисколько, — быстро отозвался Фарид. — Теперь он будет моим должником.

— А с работы тебя отпустят?

— Плевал я на работу! Водители и на Кавказе нужны.

Эльза пожала плечами.

— Слушай, — просительно сказал Фарид, — ты должна помочь мне в одном деле. Давай не поспим сегодня ночью, а? Сможешь?

— Разумеется, — чуть удивленно отозвалась та.

Они остановились у телефона-автомата. Фарид зашел в кабину, набрал номер, коротко произнес в трубку:

— Утром у старой крепости к тебе подойдет Эльза и передаст. А нам встречаться нельзя. С острова вернусь рано утром.

Фарид вел катер на хорошей скорости. В темноте белели пенистые барашки волн. Укрытая брезентом Эльза сидела рядом на корме. Ветер свистел в ушах, обдавало солеными брызгами…

Катер замедлил ход и ткнулся носом в песчаную отмель небольшого, поросшего деревьями и кустарником острова — одного из многих необитаемых островов Выборгского залива.

Фарид спрыгнул в воду, взял Эльзу на руки, вынес на берег. Затем подтянул к себе катер и пришвартовал его к стволу стоявшего у кромки воды дерева.

Вдвоем пошли к старому, причудливо темнеющему среди деревьев, большому деревянному дому. Фарид высветил его фонарем.

— Старый финский хутор, — пояснил он. — Стоит с довоенных времен.

Фарид открыл скрипучий навесной замок, распахнул массивную дверь, пригласил девушку:

— Прошу в мою саклю.

В комнате зажег несколько свечей, и стало ясно, что дом обитаем: окна были завешаны плотной тканью, большая кровать покрыта ковром. На столе стояли банки с консервами, в углу — спиннинги, удочки…

Эльза с интересом оглядывалась. Наконец спросила с некоторой подозрительностью:

— Наверное, я не первая твоя гостья здесь?

— Обижаешь! — вспыхнул темпераментный Фарид. — Скоро все поймешь. Не торопись.

Пошарив среди лежащих в углу коробок, Фарид извлек бутылку шампанского и торжественно поставил на стол рядом с двумя эмалированными кружками. Хлопнув пробкой, наполнил их: «За нас!»

…Два катера, обогнув остров и приглушив двигатели, подошли к берегу со стороны, противоположной той, где причалил катер Байрамова.

…Девушка надела плащ. Фарид взял акваланг. Вдвоем вышли из дома, пробрались через кустарник к берегу — неподалеку от своего катера. Фарид скинул одежду, с помощью спутницы вооружился аквалангом и нырнул. Эльза видела в толще воды лишь светлое пятно мощного фонаря для подводного плавания. Она поежилась — не то от страха, не то от холода.

Вскоре Фарид вынырнул с каким-то свертком в руках. Выйдя на берег, он тяжело дышал, дрожал от холода. Они быстро зашагали обратно к дому.

В комнате Фарид растерся полотенцем, накинул ватник, снова наполнил шампанским кружки, коротко сказал:

— Согреемся.

Они выпили. Фарид начал разворачивать тяжелый сверток.

— Сейчас фокус увидишь, — пообещал оп.

На стол драгоценным потоком посыпались золотые украшения: кольца, кулоны, серьги, браслеты… Эльза изумленно следила за этим. Фарид молча надел ей на палец кольцо с большим солитером, сверкнувшим в свете свечей.

— Тебе. И не только это. Половина ценностей наша. А другую половину утром передашь одному человеку. Он будет ждать в девять часов у старой крепости, на мосту. Тебя знает и подойдет сам.

— А я знаю его?

— Нет. Человек скажет: «Привет от Фарида». Отправишься вслед. Он завернет в парадное. Ровно через три минуты войдешь туда и отдашь ему…

Фарид не успел договорить. Дверь распахнулась, на пороге появились Дивеев и несколько сотрудников. Фарид метнулся к окну, выбил раму и выпрыгнул в сад. Но крепкие руки подхватили его.

В доме безутешно плакала Эльза.

Уже светало, когда три катера отошли от острова. Судном Байрамова управлял сержант милиции.

Фарид и Эльза были в разных катерах. Для надежности Дивеев усадил Байрамова между собой и напарником.

— Молчи! Не говори ничего! — крикнул девушке Фарид, по голос его потонул в шуме двигателей.

— Нам и так все известно, — «успокоил» его Дивеев.

Высоко в небе поднималась величественная башня стоящего на холме Выборгского замка, построенного шведами в 1293 году. Табличка внизу гласила: «Вход посетителей в музей с 11.00». Было около шести часов утра.

…У самой вершины башни на площадке обозрения стоял с мощным морским биноклем Ефим Ковригин. Отсюда, с большой высоты, хорошо просматривался Выборгский залив, ближайшие острова.

Порывом ветра чуть не сорвало берет. Ефим сунул его в карман плаща и снова поднял бинокль. Его внимание привлекли три суденышка, двигавшиеся в сторону порта. Они приближались. Ковригин узнал катер Байрамова. Два других были милицейские.

Дрожащими руками Ефим достал платок, протер стекла бинокля, вспотевший лоб и снова приник к окулярам.

Катера подошли еще ближе — и вот Ефим увидел Байрамова, узнал Эльзу. Покачнувшись, схватился за перила и по винтовой лестнице стал спускаться вниз. За углом стоял мотоцикл. Ефим завел двигатель, быстро понесся по улице. На пустынной окраине города спрятал мотоцикл в кустах и побежал по тропинке в сторону леса.

Один из кабинетов Выборгского горотдела внутренних дел был предоставлен в распоряжение ленинградцам. Вересова прохаживалась по нему вдоль зарешеченных окон. Она всегда немного волновалась перед решающей встречей с противником — годы следственной работы не сделали ее равнодушной.

В кабинет вошел Дивеев, устало плюхнулся в кресло, сказал:

— Сбежал наш Ковригин. Упустили. А Фарид — тяжелый тип. Не желает разговаривать. Про золото одно твердит: наследство от бабушки.

— Видимо, успели обменять деньги и облигации на ценности. Но у кого?

— Мы с ребятами прикинули: эти золотые изделия, судя по артикулам, в прошлом году были украдены из универмага. Ну, помнишь, там еще проникли через крышу?..

— Помню. Нужно срочно найти в том деле список украденного, — предложила Нина.

— Продиктуют по телефону из Ленинграда. Так вот, не Байрамов ли совершил кражу? Ведь он уже отбывал срок по этой статье.

— Проверьте, — ответила она. — Тогда и то, что они взяли в сберкассе, может оставаться у них.

— Ковригин, конечно, далеко не уйдет, — размышлял Дивеев. — Но сейчас все зависит от поведения Байрамова. Надо его разговорить. Ты уж постарайся…

— Приводите, — кивнула Нина. — В случае чего выложим главный козырь. А ты пока возьми объяснение у Эльзы.

Дивеев распахнул дверь кабинета, крикнул в коридор:

— Давайте!

Оперативники ввели Фарида Байрамова и вышли вместе с Дивеевым.

Нина писала что-то в протоколе, не обращая внимания на доставленного человека. Потом подняла глаза и сказала приветливо:

— Ну, здравствуйте, Галина Цыганкова, присаживайтесь.

Фарид стоял, словно окаменев.

— Садитесь, Галя, не стесняйтесь, — ободрила его Нина и, встав из-за стола, любезно усадила напротив.

Сложная гамма чувств отразилась на лице Байрамова, прежде чем он выдавил:

— Вы что-то путаете…

— Ничуть. Я знаю, что передо мной — Байрамов Фарид Исмаилович. Но ведь некоторое время вы именовались Цыганковой Галиной Юрьевной, — мягко сказала Нина. — И давайте побеседуем пока без протокола. Поймите, что от вашего признания зависит ваше будущее.

— Ничего не буду говорить, — ответил тот, отвернулся и безучастно уставился в окно.

— Хорошо. Говорить стану я, — согласилась Нина. — Нам действительно известно все. Итак, вы с Ковригиным спровоцировали пенсионера Смолина на обмен. И Ефим, поменявшись с ним, вселился в квартиру, примыкающую к сберкассе. Затем вы подбираете женский парик, гримируетесь под женщину и превращаетесь в «невесту» Ковригина. Подделываете украденный у настоящей Цыганковой паспорт, переклеиваете в него свою «женскую» фотографию и оформляете с Ковригиным законный брак. Под видом жены Ефима прописываетесь в ту квартиру…