Цена победы - смерть!

И грех было бы не воспользоваться такими замечательными свойствами в боевых целях.

…Через пару минут после успешного приводнения, рарденские пикировщики начали выныривать из-под воды и приводить себя в порядок. Зрелищем это было весьма презабавным — ящеры фыркали и встряхивались, но при этом до боли напоминали самых обычных уток, только увеличенных в разы. В это время за их безопасностью пристально следили полдюжины истребителей, оберегая их от возможного удара с воздуха и поверхности.

Выполнялось это, честно говоря, исключительно для порядка — противника на обозримом пространстве не наблюдалось вообще. Драконы Рассветной империи уже давным-давно сели на уцелевшие "Катогару" и "Асикага" или же охраняли небо над ниаронской эскадрой вторжения. А из боевых кораблей островитян поблизости находился только смертельно раненый "Тайхо", уже не представляющий никакой опасности.

Свыше полудюжины мощных бомб, продырявивших авианосец насквозь, наконец-то исправили его проблему с креном на левый борт.

Радикально.

Теперь "Тайхо" тонул равномерно, не кренясь ни на один борт.

Данная серия ниаронских авианосцев оказалась действительно построенной на совесть — уже второй корабль этого проекта не хотел разламываться на части, даже при столь чудовищных повреждениях. Правда, последняя атака рарденцев увенчалась успехом исключительно из-за того, что цель была уже основательно побита и избавлена от многих зениток. В обычных условиях подобная наглость не осталось бы столь безнаказанной и одним сбитым драконом дело бы не ограничилось.

Другое дело, что на непроштурмованную оборону бросать пикировщиков никто бы и не стал — слишком уж ценными кадрами они были.

…Рарденские пикировщики тем временем отдохнули и начали взлёт прямо с поверхности воды. Был этот фокус деянием весьма трудоёмким и энергозатратным, но тут уж ничего поделать нельзя было. Так что синие драконы начали расправлять крылья и с разбега стартовать, и отправляться в полёт.

День для них ещё только начинался.

* * *

Левофланговое соединение лёгких кораблей ниаронского флота вторжения сейчас шло в весьма громоздком порядке — крейсера выстроены клином, с тяжёлым во главе, а за ними ещё два клина корветов. Подобный порядок был вызван отнюдь не тактической безграмотностью командира эскадры. Напротив, он сделал всё возможное, чтобы не потерять контроль над кораблями.

Косвенной причиной странного ордера ниаронцев стала работа рарденского негатора. Как оказалось, боевые артефакты островитян были вполне пригодны для условий войны с большинством восточных народов, но по надёжности значительно уступали западным образцам.

Несмотря на то, что менталитет и образ мышления рарденцев был всё же ближе к восточному типу, наука и промышленное развитие Империи было стопроцентно западным.

А столетия войн с самыми различными странами запада и юга Великого материка предъявили к армии Рардена самые жестокие требования в отношении оружия и снаряжения.

С Ниароном же сложилась совершенно иная ситуация. Как единое государство Рассветная империя сформировалась относительно недавно — всего лишь около двухсот лет назад, так что опыта ведения полномасштабных войн с крупными государствами Ниарон ещё не имел. Ихатаэньская кампания не в счёт — Избранная земля вот уже долгие века напоминала спящего титана, которого норовили пнуть все, кому не лень. Война со страной, которая столь велика, что потерю нескольких провинций даже особо и не замечает, а отбивать их особо и не стремится — "скучна и неинтересна".

Именно такой вердикт вынесли все видные островные генералы и адмиралы. Для этой касты военных, воспитанных и закалённых многовековым опытом феодальных войн, подобная пассивность была, по меньшей мере, удивительна и позорна. Ещё несколько достаточно вялых столкновений с Цай-Гоном и Харгадой окончательно утвердили островной Генштаб в том, что за время вынужденной изоляции Рассветной империи от внешнего мира, остальные страны перешли из разряда "достойных противников" в ранг "потенциальных жертв".

Но реальность оказалась совершенно другой.

Рарденцы, народ хотя и вполне понятный для ниаронцев, но от этого не перестающий быть варварским, продемонстрировали истинно восточное презрение к собственной жизни и явили ниаронским генералам и адмиралам настоящий эталон военного духа и доблести.

И, словно бы пасуя перед этими качествами, аппаратура островитян начала давать чудовищные сбои в работе…

…Хотя, разумеется, на самом деле всё это происходило исключительно из-за работы рарденского негатора.

Артефакты островитян были весьма ненадёжны и громоздки сами по себе, но в форс-мажорных ситуациях их негативные черты ещё и многократно усиливались. Вот и сейчас, после включения генератора противофазы, ниаронские приборы и устройства начали терять энергетический заряд из-за плохой фильтрации закаченной Силы; во многих местах начало коротить энергопроводы, что повлекло за собой многочисленные выходы из строя аппаратуры…

В общем, для островитян всё было отнюдь не радужно.

Даже очень.

Особенно островных моряков "радовали" приборы связи. Длинные "усы" и "нити" проволочных антенн оказались наиболее уязвимы к неожиданно возникшим помехам, так что корабельные связисты в своих наушниках слышали дикую смесь приказов с флагмана, помех и просто "белого шума".

Командующий ниаронской эскадрой контр-адмирал Рё Акидзуки после нескольких тщетных попыток докричаться через ближнюю Дайсон-связь до своих мателотов, приказал перейти на резервные способы связи. И теперь управлять полутора десятками кораблей ему приходилось исключительно через люмограф и флажковые сигналы. Правда, и их работа была сопряжена с определёнными трудностями — искусственный туман так до конца ещё и не развеялся.

Но самым главным минусом на данный момент для ниаронцев являлось то, что они решительным образом не понимали, что вообще происходит.

Да, после приземления драконов Островной империи на авианосцы, командование передало в эфир с дракононесущих кораблей все имеющиеся сведенья, но их было критически мало. Всё, что смогли доложить пилоты истребителей, это то, что они столкнулись с неустановленными, но значительными силами противника, и не более того. Общий хаос на ниаронском флоте усугублялся ещё и тем, что где-то позади был отчётливо слышен звук мощной орудийной канонады, а два авианосца были атакованы и больше не выходили на связь.

Хорошо продуманный план атаки дал критический сбой — мощный ударный кулак ниаронцев оказался совершенно беззащитен перед ударом с тыла.

Бой оказался размазан на огромном пространстве и мгновенно утратил любое подобие централизованного управления. Теперь командиры отдельных подразделений оказались фактически предоставлены сами себе — в отсутствие приказов из единого центра (это имело равное отношение, как к ниаронским кораблям, так и к рарденским), чёткая организация и координация флотов приказали всем жить долго и счастливо.

Тем ни менее, ниаронские корабли шли вперёд, на перехват неизвестного противника. Хотя, почему неизвестного?.. В принципе было ясно, что кроме как рарденцев в гости ожидать никого и не стоило — другие Великие державы были слишком далеко, а мелочь на такую авантюру никогда бы не решилась. Так что враг был известен, его сила тоже, вот только…

Вот только тогда было непонятно, отчего же они пошли в столь самоубийственную атаку? Или Генштаб в очередной раз чего-то не учёл и не предусмотрел наличия у северян какого-то мощного козыря?..

…Контр-адмирал Акидзуки никогда бы не выдал собственного страха окружающим, но это вовсе не означало, что он его не испытывает. Как-раз-таки наоборот — сейчас ниаронец очень даже боялся, боялся неизвестности и непонятности всего происходящего. Да, ему было прекрасно известно, что под его командованием находятся новейшие корабли, и что численно он превосходит врага, но…

Но что-то всё равно не давало контр-адмиралу покоя…

* * *

…На терминале межкорабельной связи загорелся сигнал принятия кодированного сообщения. Пальцы связиста быстро пробежали по нескольким клавишам, терминал пискнул и начал выводить на небольшой чёрный экран ровные зелёные строчки декодированных символов.

— Группа кораблей на левом траверзе! Строй — сдвоенный клин, скорость 33 узла!

Резкий лающий доклад с командно-дальномерного поста в мгновенье ока взорвал вязкое напряжение, царящее в рубке "Агата".

— Право 30, "все вдруг", полный ход! — отчеканил фрегаттен-капитан Васнецов. — Всем кораблям изготовить к пуску установки ВВП! Огонь по моему сигналу!

Семь рарденским кораблей чётко развернулись, перестроившись из двух уступов в одну кильватерную линию, и пошли на сближение с противником.

— Дистанция!

— 37 кабельтовых!

— Огонь!!

Мгновенье, и в накопителях эмиттеров зародились и сформировались сгустки разрушительной энергии, а затем мощные потоки Силы хлынули в разгонные катушки магострелов. Кольца жёлтого света молниеносно пронеслись по длинным трубам эмиттеров, вышвыривая прочь из орудийных стволов новосотворённые файерболы или водно-воздушные коконы. И с небольшим запозданием пришёл грохот орудийной канонады, в разы более мощной, чем звук выстрела лёгких пороховых орудий.

Ниаронцы естественно тоже уже заметили противника, но адекватно ответить не смогли, даже, несмотря на тотальное превосходство в артиллерии. Причиной этого было то, что тяжёлые башни и палубные орудийные установки ещё приходилось довернуть на необходимый угол, а это требовало драгоценного времени. Тем ни менее, островитяне быстро развернули в сторону врага лёгкие эмиттеры вспомогательного калибра и дали нестройный залп, правда, с не слишком хорошими результатами.

Проблема была в том, что ниаронские конструкторы не баловали свои детища таким подарком, как избыток орудий среднего калибра. Да, нужно признать концепция того, что лучше иметь ещё несколько орудий главного калибра, чем кучу малокалиберных "хлопушек", была весьма и весьма разумной…

Другое дело, что иногда подобная тактика приводила к довольно неприятным последствиям.

Как, например, сейчас.

Рарденцы стреляли короткими, всего в несколько орудий, залпами. Таким образом, они достаточно быстро вычислили необходимые поправки и добились уверенного накрытия, и первых попаданий. Правда, учитывая мощь вспомогательной артиллерии тех же корветов (жалкие три дюйма) рекомые попадания много вреда ниаронцам не принесли, ну за исключением, пожалуй, что морального. Хотя и то хорошо — не очень-то получается мыслить чётко и рационально, когда по твоему кораблю бьют огненные шары. Но теперь рарденцы подключили к обстрелу и главный шестидюймовый калибр лёгких крейсеров, а 152 мм и на Золотом Берегу 152 мм, так что теперь островитянам пришлось несладко.

Ведь стрелять-то им приходилось исключительно во время выполнения защитных манёвров — пенные дорожки, выпущенные кораблями северян, никуда не делись.

Рарденцы дали полный бортовой шестнадцатитрубный залп раньше, чем ниаронцы смогли перестроиться из походного порядка, так что островитяне теперь больше думали о том, как увернуться от смертоносных снарядов, а не о собственной атаке. Учитывая то, что все магические снаряды были выпущены практически в лоб, отворачивать в какую-либо сторону было бы верхом неразумности — всё равно шанс встретиться с потоком нос в нос был весьма мизерным, а вот подставить под удар огромный борт корабля… Хотя, тут было одно но…

Всегда есть какое-то Но, и в этот раз этот закон подлости проявился в том, что островитянам пришлось сделать выбор — или ВВП, или файерболы. Всё потому, что продолжая идти прежним курсом, они предоставляли рарденцам великолепную возможность охвата головы строя.

После некоторого раздумья контр-адмирал Акидзуки всё же выбрал пресловутые "молот и гвоздь" — уж лучше было схватить полдюжины шестидюймовых шаров, чем один водно-воздушный снаряд. Тем более что головным сейчас шёл флагман левофланговой группировки лёгких сил — хорошо бронированный и вооружённый тяжёлый крейсер "Кинугаса", а за ним два его более лёгких собрата "Тама" и "Кума". Так что шансы даже одних только крейсеров островитян в бою против устаревших кораблей северян выглядели очень и очень предпочтительно.

…Как только с наблюдательного поста доложили о числе кораблей противника, и их предположительных характеристиках, Рё Акидзуки сразу же успокоился — не так оказался страшен демон, как его описывало богатое воображение контр-адмирала. Бояться оказалось просто некого, и ниаронский контр-адмирал вступил в бой с абсолютной уверенностью в победе — иначе просто не могло быть, слишком уж были неравны силы. Никакой стратегический гений не сможет победить в таких условиях, а колдовские каверзы были добровольно исключены северянами из своего арсенала, так что…

Так что оставалось просто уничтожить этих нахальных варваров и продолжить выполнение операции.

…Хотя с другой стороны, а что же случилось с авианосцами?..

* * *

Леонид Васнецов мог вполне заслуженно гордиться собой — он сумел реализовать на практике одну из самых сложнейших тактических схем — "молот и гвоздь".

Теоретически, это было самой наилучшей схемой построения в морском бою, но в реале достигнуть этого было невероятно сложно. Если говорить техническими терминами, то вся суть этой схемы сводилась к тому, что собственные корабли располагаются кильватерной линией перпендикулярно курсу противника. Подобное построение позволяло задействовать максимум собственной артиллерии и дать полный бортовой залп, в то время как враг вынужден будет отвечать огнём лишь только из немногочисленных погонных орудий.

Но на деле подобный расклад был практически невозможен — не так-то легко найти столь патологически глупого командира вражеской эскадры, способного подставиться настолько идиотским способом. В основном, все задокументированные случаи "молота и гвоздя" были исполнены при определённых условиях, типа очень узкого пространства для манёвра, или искусственно созданных препятствий.

Вот и сегодня против ниаронцев сыграли отвратительная видимость и практически полное отсутствие знания оперативной обстановки.

Но не всё было так плохо.

Рарденцы всё равно не смогли задействовать в бою всю свою артиллерию главного калибра. Произошло это из-за того, что лёгкие крейсера северян были слишком стары, и орудия на них были расположены весьма нерационально — по периметру, в одноорудийных палубных установках.

Корветы же северян имели совсем другую проблему — слишком маленький калибр орудий. Конечно же, пять дюймов — это было не так уж и плохо…

Но только не в бою с тяжёлым крейсером.

А самой же главной проблемой рарденцев было превосходство островитян в скорости — корабли ниаронцев легко выдавали 33 узла на форсаже, а вот имперские не больше 27. Это означало, что очень, очень скоро, буквально после того, как "пенные" потоки пройдут мимо, флот Рассветной империи быстро начнёт перестроение в более приемлемый ордер, и "молот и гвоздь" прикажут всем жить долго и счастливо.

Но пока что, запущенные с небольшими временными интервалами, водно-воздушные снаряды надёжно "сковали" ниаронцев, и имперские канониры пытались максимально полно распорядиться предоставленным шансом. Сейчас все орудия рарденцев, способные вести огонь по противнику, били с невероятной скорострельностью — все наставления "о недопущение ведения артиллерийского огня в максимальном темпе, из-за риска повреждения энергопроводов" были благополучно забыты.

Не до хорошего сейчас было.

Догмы хороши в мирную пору, когда требуется сохранять всё в целости и сохранности, а военное время обычным делом становится совершение невозможного.

…На ураган рарденских файерболов калибром от шести до трёх дюймов, тяжёлый ниаронский крейсер "Кинугаса" время от времени солидно рявкал своими четырьмя девятидюймовками. Попадание всего лишь одного такого "подарка" гарантировало любому из кораблей рарденцев ОЧЕНЬ большие неприятности, вот только…

Вот только количество девятидюймовок и их скорострельность пока что уберегали имперцев от подобного. Редкие залпы не позволяли ниаронцам скорректировать огонь корабельной артиллерии должным образом, так что огненные шары островитян вздымали огромные буруны воды где угодно, но только не вблизи рарденских кораблей, и уж никоим образом не попадали в цель.

Зато частая пальба северян начала быстро приносить результаты.

…Да, канониры Великоокеанского флота Рардена не отличались особой выучкой. Даже совсем наоборот — на корабли дальневосточной эскадры обычно отправляли тех, кто по каким-либо причинам не подходил на другие флоты Империи. Подобная методика распределения кадров зародилась ещё при ТОМ режиме, так что не удивительно, что за Великоокеанским флотом закрепилась стойкая слава прибежища неумех, алкоголиков и прочей швали. Частью подобные слухи были оправданы, но всё же не на сто процентов.

Рарден, Империя-без-Императора, слишком привыкла к мирному течению жизни. Несмотря на столь кровопролитное начало правления, диктатор Ярослав вёл вполне мирную внешнюю политику, не стараясь становиться затычкой в любом мировом конфликте. Конечно же, флоту и армии уделялось достаточно внимания и бюджетных денег, но основной приоритет был сделан на мирное созидание. Новые мосты, дороги, мануфактуры, рудники, даже города — всё это возводилось повсеместно, прежде малообжитые регионы Империи начинали вливаться в русло общеимперской жизни. Да, конечно, порой методы, коими это достигалось, были весьма далеки от гуманизма, но по-другому действовать было и нельзя.

Диктатор Ярослав просто довёл до логического конца прежнюю систему наказаний. Отныне никакой смертной казни, только каторга, но зато в самых отвратительных местах страны — тундра Полуночных земель, бескрайние просторы тайги Лесного океана, жаркие пески Срединной земли…

Успело родиться и вырасти целое поколение, никогда не знавшее войн, как внутренних, так и внешних. И это невольно сыграло дурную шутку с боеспособностью армии и флота.

Постепенно уходили на заслуженный покой ветераны, а им на смену приходили молодые, необстрелянные новички. Боевые генералы и адмиралы потихоньку выдавливались с руководящих постов "паркетными шаркунами" и лизоблюдами. Многие офицеры и солдаты, храбрые и умелые во время войны, элементарно спивались, не в силах найти себе место в повседневной рутине…

Таких ссылали в отдалённые гарнизоны, подальше от цивилизации и от возможностей карьерного роста, например, на самую периферию или же в глубочайший тыл…

Дальний Восток Рардена вообще и Флот Великого Океана в частности были как раз одним из таких мест.

Старые корабли, старые солдаты, совершенно неперспективный театр военных действий, ввиду отсутствия наличия серьёзных противников…

Но нет же.

Война между государствами идёт постоянно и лишь изредка принимает вид открытой конфронтации. На этой войне нет ни фронтов, ни тылов: поле битвы — вся планета. Никогда не знаешь, кто станет твоим следующим врагом, а союзники… А что союзники? Никакая страна не будет с тобой навечно, это всё временно…

У любой страны должны быть лишь только два настоящих союзника — флот и армия… Хотя нет, на самом деле их три — армия, флот и боевой дух, желание драться за свою Родину, драться и умирать.

И у рарденцев был этот дух. Они знали, за что идут в бой — не впервой было этому народу отражать набеги иноземцев.

Рарден проигрывал битвы, но войны никогда.

Это стало знаменем, это стало верой.

Больше жизни, больше смерти.

Сегодня моряки Великоокеанского флота Рардена пошли в заведомо неравный бой, без шансов на победу, не потому, что их палками и кнутами погнали вперёд командиры и маги.

Нет, вовсе нет.

Они просто знали, что даже их смерть — это просто ещё один кирпичик в основание будущей Победы. Быть может не сегодня, не завтра, и даже не через год, но Победа — будет.

Рарденцы в это верили.

…И дрались, дрались не щадя себя. В невероятном, безумном темпе стреляли имперские канониры по неумолимо надвигающимся боевым машинам Ниарон. Не забывая, впрочем, и о таких немаловажных вещах, как корректировка огня и внесение различных поправок.

"И ведь отлично стреляют, демоны!" — невольно подумал фрегаттен-капитан Васнецов.

Такого не ожидал даже он — с третьего залпа накрытие, с пятого — попадание, и всё благодаря поступающим, пускай и с изрядной долей помех, данным с "Саргата". Правда, попавший в носовую оконечность тяжёлого ниаронского крейсера четырёхдюймовый файербол не причинил больших разрушений ввиду своей слабосильности, но и это уже было кое-что.