Компьютерра PDA N117 (25.06.2011-01.07.2011)

Сначала, общие рассуждения. Etymotic Research ER-4P без усилителя звучит ужасно что с iPhone 4, что с Cowon D2. Это та печальная истина, которую я осознал только после того, как протестировал мои любимые наушники с усилителем. До усилителей я как-то замечательно жил в убеждении, что 4P дают отличный звук на любом приличном плеере. Какая, все-таки страшная штука - сравнение! Не знал бы, так и продолжал жить в неведении. Теперь же оказалось, что у 4P нет ни достойных низов, ни малейшего объема и вдобавок, все звуки смешивается в кучу. А ведь это не Sony, Philips или там какой-то Koss, а Etymotic Research! Могу лишь догадываться, как будет выглядеть сравнение перечисленных ширпотребных «ушей» после их прослушивания с усилителем!

При подключении Etymotic Research ER-4P к iBasso T3 появляется дополнительная громкость (кто бы сомневался :), наконец-то отделяются от кучи-малы верха, средние я как-то не углядел (не то слушал?), бассов как не было, так и не прибавилось.

iBasso D12 Anaconda дает ER-4P отличный объем, хорошее разделение звука, чистый верх без свиста (ну это и без того фирменный знак Etymotic), четкие средние и ... опять отсутствие бассов!

GO-VIBE Petite + DAC: объема нет, верх чистый без свиста, хорошее разделение, четкие средние, бассов как не бывало!

Вывод: Etymotic Research ER-4P с низкими частотами не дружит ни в какой конфигурации. Еще раз повторю: что я несколько лет замечательно с этими наушниками жил - не тужил, даже не догадываясь о Гадком Утенке.

Второе общее замечание: Cowon D2 в принципе усилители не нужны! Скажу больше: усилители портят звук, потому что вызывают хрипы (на уровне +10 Db), при слабом же усилении (+3Db) никакой разницы - что с усилителем, что без - не чувствуется. Причина, как я понял, во встроенном в D2 усилителе, который невозможно отключить. Усилитель этот (хотя бы исходя из цены вопроса) более, чем средненький, однако его вполне хватает, чтобы давать лучший штатный звук из всех массовых плееров (опять же: мы не ведем речь о Hifiman HM-801 и ему подобных устройствах). Про соединении с внешним - пусть даже высококачественным - усилителем, ничего кроме искажений не получается.

Зато iPhone 4 на усилителях расцвел пышным цветом. Думаю, маководам будет особенно интересно протестировать свой ненаглядный гаджет с портативными аудио усилителями. Хотя бы для того, чтобы узнать, какая постыдное звучание у их любимца, взятого «из коробки». Тем не менее, аудиочип, встроенный в джобсовый смартфон, не безнадежен, поскольку с усилителями он раздухарился и стал выдавать более чем пристойные звуки.

Все нижеизложенное относится к связке iPhone 4 + Sennheiser MM 550 Travel + усилитель. Для упрощения эксперимента прослушивание велось через встроенный кабель. Разницы в беспроводном звучании напрямую и через адаптер BTD 300 Audio я не заметил никакой, что тоже не удивительно: главный конек BTD 300 - это профессиональный (ну, типа) компрессионный кодек apt-X, который MM 550 Travel не поддерживается (до сих пор не могу понять почему: ведь он есть в младшей модели беспроводной линейки Sennheiser PXC 360 BT!).

Итак, поехали: iPhone 4 + Sennheiser MM 550 Travel +

1) iBasso T3: появляются низы (без усилителя айфон их просто на MM 550 не выдает), происходит четкое разделение средних и верхних частот, однако все впечатление смазывает слабое, но очень неприятное «цикание» верхов;

2) iBasso D12 Anaconda: качественное увеличение объема звучания (полное ощущение, что голова превращается в концертный зал!), очень четкие средние и очень чистые верхи. При этом громкость звучания сильно скромнее, чем у T3, который явно ниже классом Анаконды!

3) iBasso D4 Mamba: бассы четко выраженные, но оооочень мягкие! Такие даже не припомню на стационарном оборудовании. Хороший объем (не такой впечатляющий, как у Анаконды, конечно), средние выведены вверх больше привычного (глупость сморозил? ну да что поделаешь: так вот мне все это слышится). А вот верхние частоты глуше ожидаемого (и того, что было на Анаконде).

4) Meyer Audio Corda StepDance: Басы лучшие из всех протестированных усилителей (запредельно энергичные - хочется тут же вскочить и дергаться в ритм). Лучшее разделение частот. Лучшие верха с микроскопическими подробностями. В общем, что-то невероятное. Даже не верится, что это играет айфон, а не какой-то профессиональный плеер.

5) Ordnance Amplifiers 25: В общем и целом весьма достойное звучание. Мягкий басс, ровные средние, чуть смазанные верхние частоты, но не до такой степени, чтобы испортить общую картину.

6) GO-VIBE Petite + DAC: Глухой басс. Шипение (свист?) наверху, глуховатые средние и нет никакого объема и разделения частот.

Теперь выводы. Самыми слабенькими оказались GO-VIBE Petite + DAC и iBasso T3. На последний я возлагал большие надежды, поскольку он самый миниатюрный и идеально смотрится в кармане куртки рядом с моим айфоном (остальные усилители чуть ли не в полтора раза крупнее T3). Но никакие габариты не компенсируют качество звучания, которое откровенно проигрывало конкурентам. Как видите, сенсации опять не вышло: самые дешевые модели оказались и самыми слабыми.

Победа Meyer Audio Corda StepDance оказалась, увы, пиррова. Два фактора - непрактичная цена и столь же неприемлемые габариты (91 x 65 x 28 мм, вес без батареи 150г - для сравнения Mamba: 55 x 21 x 92 мм, вес 130г) - исключили лучший усилитель из списка Старого Голубятника.

Наиболее оптимальным выбором мне показались две модели от iBasso - D12 Anaconda и D4 Mamba. Первый усилитель стоит 11290 руб., второй - 8720 руб. Признаюсь, я очень долго крутил оба гаджета, прослушивая их один за другим раз, наверное, двадцать. В конце концов, пришел к выводу, что превосходство в звучании Анаконды (а оно безусловно есть) не оправдывает лишних 30 % стоимости. И принес домой Мамбу :)

Вот характеристики моего избранника (courtacy Doctorhead.ru):

- Цифро-аналоговый преобразователь от Wolfson WM8740 + TI PCM2706

- USB подключение к компьютеру

- Функция «Линейный выход», позволяет использовать усилитель в качестве самостоятельного USB/DAC устройства (иными словами, вы можете подключать Mamba к USB-порту компьютера или ноутбука и использовать в качестве внешней высококлассной звуковой карты)

- Работает как DAC + AMP в режиме Combo, режим только с рабочим AMP, или отдельный ЦАП (функция линейного выхода)

- Двухпозиционный регулятор усиления для корректного подключения как низкоомных так и высокоомных наушников (+3/10dB)

- Питание от одной батареи или аккумулятора формата КРОНА (9V 300mAh)

- Более 9 часов работы

- Компактные размеры 55 x 21 x 92 мм

- Небольшой вес: 130 грамм

- Поставляются с USB кабелем, кожаным чехлом и бумажной инструкцией

Кафедра Ваннаха: Игра в образование

Автор: Ваннах Михаил

Опубликовано 01 июля 2011 года

Каждое лето Россия недужит. Симптом зовется ЕГЭ. Единый Государственный Экзамен вызывает эмоции, заслуживающие лучшего применения. Именно его обвиняют во всех бедах. В упадке нравов, в отсталости промышленности, в сенильности наук… Так ли это?

Рискнём предположить, что в данном случае симптом выдаётся за саму болезнь, а та оказывается столь страшна, что пребывает за пределами внимания. Её боятся называть, точно так же, как древний лесовик избегал звать топтыгиных подлинным именем Ursidae, а обходился эвфемизмами – Мёд ведающий, Пчелиный волк (Beowulf), Пчельник (Baer)…

Возьмём же и в начале наших рассуждений зададим простейший вопрос. Ну а какое образование, собственно, нужно России? И вот ответа-то на него не существует в принципе. Россия - это кто персонально? Вот-вот!

Вспомню "красного директора" недавнего прошлого. Благодаря особенностям приватизации общенародной собственности он оказался владельцем контрольного пакета акций легендарного в давнем прошлом завода. Так вот, на всех муниципальных совещаниях, посвящённых проблемам общего и профессионального образования, он заводил одну и ту же песню. Ему были нужны токари, фрезеровщики, слесари-сборщики… Профессии из легендарного справочника Huette, инженерной библии конца позапрошлого века.

А почему он нуждался в этих ремёслах? Да потому, что хапнутый им завод оснащён оборудованием аккурат под эти профессии, в девяностые годы прошлого века там функционировал бельгийский станок времен НЭПа. Но почему станки сохранились, а людей нет? Да очень просто – потому, что нет крепостного права.

С таким оборудованием, с такими техпроцессами, с таким менеджментом платить персоналу новоиспечённый капиталист мог столь мало, что вся рабсила утекла. Мужики в Первопрестольную – кто в отделочники, а самые ленивые в сторожа, охранять объекты от самих себя. Бабоньки ж подались на ближайший рынок, торговать многократно размороженной и замороженной рыбой. И выпускникам ПТУ, возьмись вдруг откуда-то такие, наш менеджер предлагал столько, что это не обеспечивало бы даже простого воспроизводства рабочей силы (в эту стоимость входят жильё, еда, одежда, медицинское обслуживание). Так что точка зрения его на образование в отсутствие крепостного права не имеет значения.

Нo вот руководитель оборонного предприятия, причём четверть века назад – первосортного. От огня продукции которого бежали (точнее – неудачливо пытались бежать) и бойцы НОАК на своих двоих, и ЮАРовские наёмники, чьи броневички панар таяли, как восковые свечи… Ему нужны инженеры. Для работы по специальности он взял прошлым летом только двоих. А на какую зарплату, спрашиваем? Да со всеми надбавками на 6500 в месяц… (Продавщице в гипермаркете дают 10-11 тысяч.)

Экспортных контрактов у него уже нет – советский задел НИОКР съеден вчистую. Можно было б получить заказ от ГРАУ – но замкнутый круг. Российской армии нужны технологии не тридцатилетней давности, а как минимум современные. А взяться им неоткуда – сказываются десятилетия недофинансирования. Так что окажись даже каким-то чудом молодые инженеры подготовлены на самом что ни на есть современном уровне, платить им тут всё равно будет нечем…

Зажмёшь в угол начальника от медицины и пытаешь, пошто он закрывает земские ещё больницы в старинных купеческих городках? А он, ирод, ссылается на отсутствие врачей. Показывает закрытую пару лет назад на ключ операционную, которая старательно облицована кафелем да метлахской плиткой и в силу этого не может быть использована под палату. Ну а по прямому назначению её не употребляют, ибо в районе нет хирурга. Зарплата у которого, при стаже и наличии первой категории, окажется на пару сотен целковых выше жалованья молодого инженера. А стоимость жизни в районах, даже по официальной статистике, выше, нежели в губернском городе – местных продуктов натурального хозяйства нет, а привозимые обходятся дороже.

А дамы из местной службы трудоустройства? У них неограниченное число неквалифицированных рабочих мест. Дворники, подсобные рабочие, уборщицы… Зарплата мелкая, но ничем не отличающаяся от зарплаты врача или инженера и превосходящая зарплату выпускницы-отличницы педа – 4000 рублей после года работы.

То есть делаем первый и очень страшный вывод. На уровне платёжеспособного спроса никакой реальной потребности в плодах образования нет. Есть потребность в массовом неквалифицированном труде по недорогой цене! Ну а образованным профессионалам традиционные, унаследованные от индустриального общества структуры – что казённые, что частные, – норовят предложить такую же зарплату при несопоставимо большей ответственности (с врачей больные норовят взыскать ущерб в размерах, абсолютно не соотносящийся с его зарплатой).

Но это мы всё говорили о потребителях образованных людей. Ну а что же думают те, кому предстоит получить образование, или, точнее, их родители? Понимаете, они меньше всего задумываются о том, что знания есть ценность сама по себе. Не волнует их и структура спроса общества на рабочую силу.Инстинкт заботы о потомстве (а вшит он в наш wetware крепко, и тот, кто думает, что в него лично природные программы не введены, подобен водителю, до первой остановки не знающему, что в авто есть свечи и фильтры) заставляет их заботиться о том, чтобы ребёнок получил допуск к высокооплачиваемой и неутомительной работе. Причём то, что ребёнок не слишком одарён способностями и не отшлифован воспитанием, их не волнует. Деточка моя – значит самая лучшая!

И вот тут-то и кроются корни всеобщей ненависти к ЕГЭ. Владелец бывшего цеха, ныне торгового центра, может сколь угодно расщедриваться на подарки учителям и зарплату репетиторам – но баллы по ЕГЭ у его дочери всё равно оказываются в районе 40… И у сына продавщицы из того же торгового центра баллы такие же (на репетиторов она потратила меньше в абсолютных цифрах и несопоставимо больше в пропорции к семейному достатку).

Только вот ни крутого бизнесмена, ни продавщицу с книгой в руках никто не видел. А вот девочка из читающей семьи без репетиторов имеет средний балл по трём ЕГЭ 91… И хотя учитель словесности поставил ей за год трояк (язычок барышни по остроте сравним с золлингенской бритвой), беспристрастный тест вывел ей 94! Немудрено для человека, даже в эпоху мультимедиа прочитавшего двадцать шесть томов Золя и двадцать четыре Бальзака.

Так что позволим возразить тем, кто полагает, что тест приводит к натаскиванию детей на его сдачу, а не к добросовестной учёбе. Чем кто займётся в школе – его дело. Но тому, кто знает материал, – ЕГЭ сдать нетрудно, попробуйте сами. Во всяком случае, это проще, чем надеяться на появление компетентных и беспристрастных экзаменаторов. Поразительно высокие результаты, показываемые в некоторых регионах экзаменуемыми, не знающими русского? Так это не проблема тестов, это проблема государственного устройства – поглядите, насколько больше дотаций из бюджета получают эти края, чем нечернозёмные области.

Вообще говорить об уровне высшего образования сегодня смешно. Даже в отдельных случаях, когда здешний выпускник получает в зарубежном университете из первой мировой десятки постдоковскую позицию. Ни один российский ВУЗ не входит ныне в первые мировые две сотни. Количество мест в системе высшего образования сравнялось с числом родившихся семнадцать лет назад, включая хронических алкоголиков, наркоманов и имбецилов (тьфу, виноват, альтернативно ментально одарённых).

Система высшего образования реально выполняет две роли. Прежде всего, обеспечивает заработком тех, кто в ней и рядом с ней (те же репетиторы) задействован. Ну а кроме этого она создаёт иллюзию социального лифта – продавщица стоит в ларьке по семьдесят часов в неделю, с одним выходным в месяц и без всяких больничных, ибо надеется, что её сынулю ждёт блестящая карьера. Её тридцатилетняя соседка (с таким же графиком работы) платит за своё заочное (на нормальное нет ещё и времени) образование в частном ВУЗе с названием из дюжины слов сама. На вопрос "Зачем?" решительно объясняет, что умный человек всегда пробьётся… (Лишь профессионально-жреческое фарисейство даёт возможность выслушивать сие с серьёзно-благожелательным выражением лица).

Подведём же итоги. Беда состоит в том, что система развивается в силу социальной инерции. Ресурсы, выделяемые на это, и финансовые, и человеческие, по большей части расходуются впустую. Попыток хотя бы оценить, в какой парето-области лежат оптимальные структуры народного, профессионального и высшего образования, не предпринимается никем.

Да, понятно, что демократически избираемому политику объяснить избирателю даже с самым скверным, но формально высшим образованием то, что его ребёнку предстоит трудиться штукатуром, будет подобно электоральному самоубийству. Но делать-то это придётся – пока ситуация "разруливается" массовой миграцией из бывших советских республик. Но это порождает немало новых проблем, вроде трагедии пятнадцатилетней школьницы Ани Бешновой…

Так что пока всё, что мы видим вокруг образования, не заслуживает иного названия, как игры. Реальные проблемы и их реальное решение – впереди.