Лагерь "Ночной кошмар"

— Похоже, он ее не очень-то волнует, — заметила Холли.

— Она считает его занудой, — ответила Tea. — Но он не теряет надежды. Мне кажется, что своими так называемыми шутками он пытается привлечь ее внимание.

Затем представился Мик, а за ним заговорил высокий красивый мальчик с выгоревшими на солнце светлыми волосами.

— Меня зовут Сэнди Уэйн. Я из Сентер-сити. Я тренер по теннису и отвечаю за походы.

— Он новенький, — прошептала Tea. — Я пыталась днем разговорить его, но у меня не получилось.

— Может, он застенчивый, — предположила Холли.

— Может быть, — согласилась Tea. — Мне кажется, у него есть деньги. На нем были потрясающие фирменные темные очки. Они стоят долларов двести. Ну скажи на милость, кому придет в голову носить двухсотдолларовые очки в таком месте?

— Миллионеру. Есть еще вопросы? — рассмеялась Холли.

— А раз у него столько денег, то зачем ему здесь работать?

— Может, он без ума от дикой природы. — Холли начала злиться: иногда Tea удавалось порядком достать ее.

— А это Джон. — Теа кивнула в сторону невысокого темноволосого мальчика в джинсах с отрезанными штанинами и зеленой спортивной рубашке, представившегося как Джон Хардести. Холли обратила внимание, что он старается не встречаться ни с кем глазами и особенно избегает взгляда Теа.

— Он весь вечер сидит один-одинешенек и завязывает узлы на веревке, — вздохнула Теа. — Он не подошел ко мне и даже не помахал рукой.

— Может он тебя не заметил? — Холли тут же поняла, что ее слова прозвучали совершенно неубедительно.

— Может, и так, — ответила Теа. — Но мне в это что-то не верится.

Холли поняла наконец, почему Теа весь вечер была такая дерганая. Она попыталась подобрать слова утешения: похоже Джон не сохранил таких нежных воспоминаний о своем прошлогоднем романе, как Теа.

Наконец все рассказали о себе. Холли подумала, что с первого раза не так-то просто запомнить, кто есть кто.

— Уже поздно, — сказал дядя Билл. — Я не буду вас больше задерживать. Распечатки лагерных правил у вас на руках. Я хочу остановится на некоторых, самых важных из них: у ребят свет гасят ровно в девять часов, у вожатых — в десять тридцать.

Два-три человека застонали в знак протеста, а Мик спросил:

— А как насчет уик-эндов и выходных?

— Никаких исключений, — твердо ответил дядя Билл. — По опыту прошлых лет я знаю, что на следующее утро вы обязательно проспите.

— Правила здесь не такие жесткие, как в других лагерях, — прошептала Теа. — Но Дядя Билл следит за тем, чтобы они выполнялись.

— Мы сдаем в утиль банки из-под содовой и старые газеты — рядом со столовой стоят специальные ящики, — продолжил дядя Билл. — И последнее — и это очень важно — вожатым категорически запрещается встречаться с детьми, то есть ходить парочками, вместе бегать на танцы… Короче говоря, крутить с ними романы. Если в лагере окажутся ваша возлюбленная или возлюбленный, это прекрасно. Ухаживайте за ним во все остальное время года, но только не летом, где угодно, но не в лагере. Любого, кто нарушит это правило, мне тут же придется исключить из лагеря. Вопросы есть?

— А вдруг какая-нибудь девушка влюбится в меня до потери памяти? — спросил Кит. — Что мне тогда делать?

— Позвони в передачу «Очевидное-невероятное», — съехидничал Мик.

Раздался дружный смех, и на мгновение Холли стало жаль Кита — его шутки явно выходили ему боком.

Дядя Билл встал.

— Долго не засиживайтесь, — улыбнулся он. — Завтра за работу.

Холли с любовью смотрела, как дядя Билл идет прочь от костра.

Некоторые ребята остались сидеть у костра, другие начали расходиться по домикам.

Холли вдруг почувствовала, что ужасно устала, и решила пораньше лечь спать.

— Пойдем к себе, — предложила она Теа.

Та кивнула.

— Только подожди меня немного. Я хочу поздороваться с Джоном.

Теа подошла к сидящему в одиночеству и неподвижно глядящему на огонь Джону. Холли не слышала, что он сказал Теа, но у нее упало сердце, когда она заметила его холодный и равнодушный взгляд: он отреагировал на Tea как на пустое место. «И что Tea в нем нашла?»— подумала Холли.

Tea продолжала что-то говорить Джону. И тут кто-то подошел к Холли сзади и схватил ее за руку.

Она развернулась и увидела улыбающегося Мика.

— Готова к первой ночи в лесу? — Вблизи он казался еще больше похожим на Кевина Бейкона.

— Вроде да, — ответила Холли. — Все идет нормально.

— Если будет страшно, позови меня — я буду тебя защищать.

— Пока не потушат свет, — отшутилась Холли.

— И даже в темноте. Пусть тебя не пугают правила Дяди Билла. На словах он весь из себя крутой, но на самом деле добрый и ласковый, как котенок.

Холли не могла удержаться от улыбки: она знала, что Мик прав.

— Проводить тебя до домика? — спросил Мик.

— Спасибо. Я пойду с Tea, нам нужно поговорить.

— Ну тогда в следующий раз. Впереди у нас целое лето. — Мик повернулся и медленно пошел прочь.

Холли смотрела ему вслед. Сердце у нее билось быстрее обычного. Что делает его таким привлекательным? Может быть, причина в том, что он кажется немного… опасным?

Она повернулась, чтобы найти Tea, и увидела в нескольких шагах от себя Джери. Джери смотрела прямо на нее, и в ее взгляде была такая откровенная ненависть, что у Холли по спине побежали мурашки. Поймав ее взгляд, Джери не отвела глаз, а продолжала смотреть — зло и даже угрожающе.

Глава 7

Лагерь «Ночное крыло»

Дорогой Шеф!

Начало положено. Было не так-то просто вывинтить из стены болты, но все сбылось как во сне — или в кошмаре. Жаль только, что не свалился весь шкаф, но впереди еще достаточно времени.

Мало ли что может случиться в лагере — самые неожиданные несчастные случаи, даже со смертельным исходом.

Напиши мне, как у тебя дела. Помни, Шеф, я за тебя отомщу!

Всегда с тобой Я

Глава 8

Холли проснулась еще до шести — ее разбудило многоголосое щебетание птиц. Обычно она любила поспать подольше, но золотистые солнечные лучи и свежий, пахнущий сосной воздух прогоняли сон.

«Кто знает? — подумала она. — Может, я рождена для жизни на природе, хотя никогда раньше об этом и не подозревала».

Дебра все еще спала — ее кровать стояла в другом конце комнаты. Холли быстро и тихо натянула на себя новый купальник в розовую полоску и, схватив полотенце, вышла из домика.

Над лесом висела легкая дымка, земля и трава были покрыты росой. «Здесь и в самом деле очень красиво, — подумала Холли. — Неудивительно, что дядя Билл так прикипел душой к этому месту».

Она пошла по дорожке к озеру, подошвы ее босых ног легонько покалывали сосновые иголки.

Почти уже добравшись до озера, Холли вдруг услышала за спиной топот и тяжелое дыхание и поняла, что кто-то бежит по дорожке.

Она быстро обернулась и сразу же успокоилась, увидев, что это топает Сэнди. На нем был красный спортивный костюм и те самые роскошные очки, о которых рассказывала Tea.

— Привет! — Сэнди остановился. — Надеюсь, я тебя не напугал? Я всегда утром бегаю.

— А я обычно предпочитаю выспаться как следует, — сказала Холли, зевая. — Но утро сегодня такое чудесное, вот я и решила искупаться.

— Это верно, — согласился Сэнди. — Хочешь прогуляться по лесу? Я вчера нашел птичье гнездо. Птенцы уже выросли и скоро начнут летать. Они такие смешные.

— Звучит заманчиво, — признала Холли. — Но лучше я посмотрю на них попозже. А сейчас все-таки пойду искупаюсь.

— Правильное решение, — улыбнулся Сэнди. — Но послушай, будь осторожна! В озере есть очень глубокие места. И держись подальше от отмели — там попадаются пиявки.

— Спасибо, что предупредил. Надо же, пиявки! Я буду плавать в отгороженном для купания месте.

— Тогда все будет в порядке. Желаю получить удовольствие от купания. — Он свернул на другую тропинку и исчез среди деревьев. Мягкий стук его кроссовок постепенно затих.

Холли мысленно сказала себе, что стоит присмотреться к Сэнди поближе. Он очень симпатичный, и у него потрясающая улыбка. Но почему-то он не так волновал ее, как…

— Эй, привет! — Холли очнулась от своих мыслей: впереди на дорожке внезапно появился Мик.

— Ой! — Она подпрыгнула от неожиданности. — Откуда ты взялся?

— Из леса. Извини, что напугал. Я люблю продираться сквозь заросли — это интереснее, чем ходить по тропинке.

— А я вот собралась искупаться, — объяснила Холли.

— Я вижу. — Мик так пристально разглядывал ее, что она покраснела. — Красивый купальник, — сказал он и улыбнулся. — Не возражаешь, если я пойду с тобой? Я хочу проверить лодки, пока детишки не приехали.

— Конечно. Я тоже на них посмотрю — ведь я буду помогать Дебре учить детей управляться с лодками.

— Здесь есть байдарки и весельные лодки, — сообщил Мик. — Дети предпочитают байдарки. Прошлым летом у нас было пять байдарок, но потом произошел… несчастный случай, и теперь их только четыре.

Лодочная станция находилась сразу за подступающим к озеру небольшим холмом. Вода в озере сверкала, отражая лучи низко стоящего солнца.

— Озеро такое красивое! — с восхищением сказала Холли. — У него есть название?

— Оно называется Перо, — ответил Мик, — потому что на нем останавливаются перелетные водоплавающие птицы. Мой дедушка вырос в этих местах, и он как-то рассказывал мне… Что такое? — Мик внезапно замолчал и побежал к лодочной станции.

— В чем дело? — испугалась Холли, уловив в его голосе тревогу.

— Байдарки… Я вижу только одну…

Холли вбежала вслед за ним на деревянный причал и увидела на воде три весельные лодки и одну обшарпанную байдарку.

— Они под водой! — закричал Мик. — Вон там!

Холли наклонилась и посмотрела, куда он показывал. Сквозь толщу воды были ясно видны три байдарки, покоящиеся на песчаном дне — у каждой в боку было по большой дыре.

— Как это могло случиться? — недоумевала Холли.

— Понятия не имею, — озабоченно ответил Мик. Он стащил с ног кроссовки и прыгнул в воду прямо в одежде. — Давай сюда! — приказал он. — Поможешь мне!

Холли бросила полотенце и прыгнула вслед за Миком в холодную воду. Они ухватились с разных концов за байдарку, потащили ее по дну и в конце концов втянули на поросший травой берег. Мик перевернул ее, чтобы вылить воду, а затем стал рассматривать дыру.

— Ее кто-то пробил. — Он осторожно коснулся пальцем неровного отверстия. — Возможно, долотом.

Холли тоже провела пальцем по краю дыры и застыла в испуге — рядом с дырой, под сиденьем байдарки, она увидела мокрое красное перо.

К тому времени, когда Холли и Мик вытащили из воды на берег две оставшиеся байдарки, утро было уже в разгаре. Байдарки были тяжелые, и у Холли болели мышцы. Она пропустила завтрак, но есть было некогда — у нее хватило времени только на то, чтобы забежать в домик и переодеться, а затем она сразу же помчалась встречать приезжающих детей.

Переодеваясь, Холли размышляла над тем, что случилось. Она рассмотрела мокрое красное перо и положила его в верхний ящик шкафа, рядом с пером из комнаты отдыха. Два пера… Что это? Простое совпадение? Или кто-то, вывинтив из стены болты и испортив байдарки, умышленно оставил перья как… Как что? Как предупреждение?

— Холли, скорее! — В дверях появилась Tea. — Дебра уже спрашивала, где ты. Только что приехал первый автобус.

Холли забыла про перья и поспешила вслед за подругой. Большая автомобильная стоянка была заполнена вожатыми и детьми.

Дебра, чьи черные косы были уложены вокруг головы наподобие короны, отмечала в списке имена приехавших детей по мере того, как они один за другим выходили из автобуса.

— Дебра, прости меня, пожалуйста, — извинилась Холли. — Байдарки затонули, и мне пришлось помочь Мику…

— У меня нет времени выслушивать твои оправдания, — резко ответила Дебра и отдала Холли список. — Вот эти шесть девочек из пятого домика, — сказала она. — Собери их и помоги им устроиться. Я приду к вам через несколько минут.

Уязвленная тем, что Дебра не захотела выслушать ее, Холли взяла список и в отчаянии просмотрела его. Десятки мальчиков и девочек — маленьких и постарше — кружились по автомобильной стоянке. Как отыскать среди них тех, кому предстоит поселиться в пятом домике?

— Выкрикни их фамилии, — раздался вдруг у нее над ухом знакомый голос. Холли подняла глаза и увидела улыбающегося дядю Билла. — Не волнуйся, Холли. Сначала никто не знает своих подопечных.

Приободрившись, Холли начала громко зачитывать фамилии из списка и неожиданно быстро отыскала своих девочек. Они были так взбудоражены тем, что оказались в лагере, что Холли заразилась их настроением и к тому времени, как они дошли до своего домика, забыла обо всех неприятностях этого утра.

Шесть девочек должны были спать на трех двухъярусных кроватях, стоящих вдоль одной из стен домика. Сестры-близнецы — Стейси и Сьюзи — моментально захватили ближайшую к двери кровать. Кенди и Мелисса, по-видимому близкие подруги, выбрали кровать, стоящую посередине. А две оставшиеся девочки — Джессика и Трейси тут же затеяли спор по поводу того, кому где спать.

— Я буду спать наверху! — заявила Трейси.

— Нет, я, — возразила ей Джессика. — Мне мама сказала, чтобы я спала наверху.

— Это нечестно! — возмутилась Трейси. — Я первая сказала! — Она уже успела забросить наверх вещи и считала это доказательством своей правоты.

— Девочки, у меня идея, — попыталась рассудить их Холли. — Почему бы вам время от времени не меняться местами: первую неделю наверху будет спать одна из вас, а вторую — другая.