400 страниц моей любви

— У-у-у, эта не отстанет, — простонал я, понимая, что покоя нам теперь точно не дадут, и нехотя выпустил Милу из объятий.

Обернувшись простыней, открыл дверь и столкнулся с изумленным взглядом служанки.

— Ой! — пискнула она и впилась взглядом в брачный браслет на моем предплечье, после чего, потупив взгляд, пробормотала: — Простите, миор, я не знала…

— Теперь знаешь, — делая акцент на первом слове, ответил я. — Передай, что мы не придем, и принеси нам еды.

— Но все ждут… — с просительными нотками протянула она.

— Все? — раздраженно переспросил я.

Бог мой! Сейла, ну хоть бы ты взяла все в свои руки. Выходит, этот лопух Леон так ни на что и не решился? Если бы между ними все случилось, то сейчас спали бы как убитые, даже и не помышляя о том, чтобы вставать на завтрак. Ну, Леон! Вот же идиот закомплексованный! У нас времени всего три дня осталось, и если они не скрепят свой союз исполнением супружеского долга, то… В горы? А как же Мила? Не имею я права обрекать ее на такую жизнь в отдалении от всех и вся. Но и без нее теперь жизни не представляю…

— Ну… — тем временем мялась возле дверей служанка.

— Сейла там? — строго спрашиваю, моля бога о том, чтобы услышать отрицательный ответ.

— Нет, они уехали к горячим источникам, — опасливо косясь за дверь, отозвалась она, и я облегченно вздохнул, но на всякий случай уточнил:

— Они? — вкрадчиво так переспросил.

Девчушка оказалась догадливая и по моему тону поняла, что юлить явно не стоит. Получив в ответ кивок и отметив про себя, что служанка боялась быть услышанной, я довольно ухмыльнулся: значит, Сейла уехала с Леоном и все идет так, как надо.

И кстати, ай да сестренка! А ведь хорошая идея! Я все равно обещал показать ребятам горячие источники, так какая разница, после праздника или сейчас? Зато благодаря их целебной магии Мила уже сегодня будет вполне готова к тому, чтобы принять меня…

Если вообще пустит в свою комнату. Уж больно подозрительно покладиста она сейчас, не к добру это с ее-то натурой. И не съязвила еще не разу. Видимо, в шоке от быстроты развития наших отношений. Что уж там, я и сам не ожидал, что все закрутится столь стремительно, хотя в силу обстоятельств заранее знал, что кто-то из девчонок станет моей избранной. Да и к Миле давно подкатывал, но до поры до времени безуспешно. А тут — «пришел, увидел, низложил», как порою описывал свои любовные похождения Винс. Я-то думал, сделаю предложение, навру с три короба о любви безумной, возможно, даже поунижаюсь немножко, валяясь в ногах и вымаливая согласие на помолвку, лишь бы по своей воле пошла, мне же еще ее любовь заслужить надо, а вышло… уж как вышло. И с чего я решил, что она собиралась замутить с кем-то из моих братцев? Видать, напряжение последних дней окончательно лишило меня способности трезво мыслить. Как теперь вымаливать прощение за обман и грубость? Хотя что тут голову ломать, она ведь женщина как ни крути. Надо подарить что-нибудь. Вопрос — что?

Все эти мысли крутились в голове, пока мы ждали завтрака, который я распорядился принести в комнату Милы. А ей велел собираться к поездке на источники, чем явно вызвал недовольство девушки. Ожидал столь привычной отповеди, но, как ни странно, она промолчала. Даже страшно как-то, чует мое сердце — впереди буря. Отправился к себе в комнату, быстро переоделся, прихватил верхнюю одежду, вернулся, а Мила еще платье даже не зашнуровала, и чулки вон на кровати лежат. А каково мне смотреть на то, как одевается та, которую я с удовольствием вообще лишил бы одежды и запретил выходить из спальни. Подлое влечение опять начало мутить мой разум, но я сдерживал порыв броситься к ней, зацеловать, заласкать.

Эх, долго эту пытку я не вынесу. Поторопить бы, ей же самой лучше станет после купания в волшебном озере, но молчу, боюсь, что любое мое слово может стать причиной скандала. Вон она как напряжена, нет-нет да кривится. Вопрос: отчего? Ей все еще больно? Или… противно? Не-э-эт… Такого быть не может. Но то, что растеряна и на грани срыва, это определенно, странно только, почему сдерживается до сих пор?

Позавтракав, вышли во двор, где нас уже ждали ее подружки. Заметив их, Мила выдернула из моей руки свою ладошку, сделав вид, что мы просто идем рядом и ничего нас не связывает. Ну-ну! Интересно, как долго она надеется сохранять случившееся в тайне?

Как же трогательно смотрелась ее встреча с лероссом.

— Имя ему дай, — предложил я, и Мила на минутку задумалась.

— Пусть будет… Ворон. Будешь Вороном? — произнесла она, глядя в морду лероссу, и тот кивнул, принимая имя.

Теперь я буду спокоен за нее, зная, что в мое отсутствие за ней присмотрят и не дадут в обиду.

Наконец-то мы тронулись в путь. Ехали молча, я сдерживал рвущегося вперед Роса, но девчонки тащились словно сонные мухи, приходилось приноравливаться к заданному ими темпу. А возле самого озера нам навстречу из тумана выплыли две фигуры: Сейла и Леон. Каково же было удивление моих спутниц, когда они увидели мою сестру с их дружком! То-то еще будет, когда узнают о двойном обручении.

Перекинулись с ними буквально парой фраз, и парочка поспешила к замку.

Спустя пару минут я напрочь позабыл обо всем. Обжигающе горячая вода ласкала тело, а передо мной входила в озеро самая прекрасная девушка на свете. Демоны! Как же хочется плюнуть на присутствие девчонок и… Эх… Тогда она меня точно не простит. Но это идея. Надо будет когда-нибудь ее осуществить. Вдвоем. Наедине. А еще… Еще, после того как Мила сможет общаться со своим лероссом, неплохо бы подговорить коней-демонов, чтобы нашли себе заранее подружек и… мм… Не-э-эт… Сначала пусть спарится с кем-нибудь Милин Ворон. Хотел бы я посмотреть, какой она будет под впечатлением нежданного порыва страсти, вызванного объединяющей их связью.

Глава 10

ПРАЗДНИКИ

Там, на озере, я в полной мере оценила привлекательность и сексуальность доставшегося мне в мужья мужчины. Да, я все еще немного злилась за столь скоропалительное обручение, хотя для меня в этом было больше плюсов, нежели минусов. Но черт побери, как же хотелось исполнения наивных девичьих грез: романтики, признаний в любви под луной, а вышло все как-то все стремительно и сумбурно. Хлоп — проснулась и неожиданно стала женой. Но почему именно я? Вряд ли у Поля не было выбора. Зачем ему младшая дочь небогатых аристократов? Хотя он-то как раз мог и не заморачиваться вопросом, дадут за невестой приданое или нет, благо денег у их семьи достаточно. Но все же — почему я?

На обратном пути в замок я отметила, что боль ушла. Странно даже, то еле ходила, а тут на Ворона едва ли не взлетела, лишь потом вспомнила, что надо было бы вести себя поосторожнее.

Как-то так вышло, что по возвращении мы с Полем очутились в моей комнате. Помню, что-то хотела ему высказать, пусть и с опозданием, насчет утренних событий, но… В общем, он меня поцеловал. Нежно. Ласково. И я ответила на этот поцелуй, неожиданно потеряв ориентацию в пространстве и времени. А потом сама не заметила, как мои же руки стаскивают с него рубаху, и моя одежда непостижимым образом оказывается раскиданной по полу, креслам, что-то из вещей очутилось даже на письменном столе и на подоконнике. И да, в этот раз боли не было… Хотелось, чтобы эти сказочно прекрасные ощущения никогда не кончались. Увы, Поль все же остановился.

— Собирайся, к обеду опоздаем, — подарив еще один поцелуй, прошептал он, выскользнув из моих объятий, на ходу подхватил свою одежду и скрылся за дверью.

Какое-то время я просто-напросто пыталась прийти в себя. Все происходящее никак не укладывалось в голове. Как ни крути, но утром это, по сути, напоминало изнасилование. Да, потом физиология дала себя знать, и я перехватила инициативу, но сначала? А сейчас все было так волшебно, что словами передать невозможно. И ведь он прежде никогда не проявлял ко мне интереса как к женщине. Или мне казалось, что не проявлял, и те подкаты не были шуткой? Выходит, я каждый раз, отбривая его, била по самолюбию парня? Хм… Я, конечно, понимаю: он старше нас года на четыре и гормоны наверняка дают о себе знать, но не вот так же решать этот вопрос! Хотя про брачный браслет-то он не забыл в процессе, значит, заранее готовился.

Последняя мысль немного согрела душу. Вот только не пойму, почему бы ему не действовать традиционным образом, со свиданиями, цветами, поцелуями, а близкие отношения начинать уже потом, по обоюдному согласию. Еще эта грубость вначале… Его слова и поступки были так нехарактерны тому Полю, которого я знала. И эти оранжевые всполохи в глазах. Магия? Какая? Зачем? Неужели ему просто-напросто срочно потребовалась жена? Не понимаю. Гормоны? Вряд ли. В конце концов, мальчикам, юношам, а тем более мужчинам из аристократических семейств никто не мешает заводить временных любовниц без каких-либо обязательств на будущее. И предложи он мне по-человечески стать его женой, я бы согласилась. Не потому что люблю, нет, просто этот брак для меня более чем выгоден во всех отношениях. Ведь в силу происхождения мне светили или гарем, или неведомая свобода по окончании академии, но стать женой дерца можно было только мечтать. Да и сам Поль как мужчина вызывает симпатию и даже влечение, в отличие от мерзкого герия Телано, гарем которого мне светил в случае отчисления. Вопросы, вопросы, вопросы. Ответов нет. А спросить язык не повернется.

Зайдя в ванную, в очередной раз порадовалась чудесам магических миров, где даже на высоте многих сотен метров, а то и километров над землей из крана текла вода, причем и холодная, и горячая. Отрегулировала температуру, забралась в ванну.

И тут же вспомнилось странное отношение к Полю среди местных жителей, да и опустевший городок… Теперь еще и эта внезапная помолвка, каковая по здешним обычаям приравнивается к свадьбе, а само торжество устраивается или нет по желанию новобрачных. Что-то тут нечисто. Вот и сходила в библиотеку, называется. Вопросов до этого было немало, а стало еще больше. Как ребята воспримут новость о нас с Полем? Бедная Кайра, это будет болезненный удар по ее чувствам, ведь она влюблена в него. И вдруг на смену грусти пришла волна тепла и нежности от мысли, что где-то там, на конюшне, меня ждет мой Ворон. Припомнился взгляд лучащихся теплом карих глаз, шелковистая грива под моими пальцами, бархатный нос. И как-то сразу та-а-ак хорошо стало, что улыбка на пол-лица расплылась.

Завершив наконец-то водные процедуры, завернулась в мягкое пушистое полотенце и вышла из ванной, продолжая улыбаться. После купания в озере с горячими ключами я чувствовала себе хорошо, как никогда прежде, и если отбросить смущение, то стоит признать — близость с Полем окрылила. Не та, первая, когда я была в шоке и не ведала, что творю, а вторая. И сейчас все тело буквально поет, на душе легко и спокойно, будто скинула тяжелый груз. Хотя чему удивляться? Теперь, что бы ни случилось, гарем герия Телано мне не грозит. Вот родители-то удивятся, когда узнают, что их дочь стала женой ни много ни мало дерца, да не просто абы какого, а сына первого советника короля! Ну и расстроятся, конечно, ведь не видать им теперь выкупа, еще и молиться надо, чтобы мой муж приданого не запросил.

Несмотря на внезапность нашей помолвки, на отсутствие цветов и свиданий, я сейчас была счастлива. Вот только как теперь себя вести по отношению к Полю? Хотелось бы, чтобы муж меня уважал, считался с моим мнением. Слышала, такое иногда бывает. А значит, надо как-то отреагировать на характер наших отношений. Но как? Взбрыкнуть и расфыркаться? Нет. Ничего более глупого и несвоевременного даже специально придумать невозможно. Подобная реакция была бы уместна во время завтрака, но в тот момент я просто-напросто опешила от самого факта помолвки с дерцем и, что тут скрывать, была ошарашена неожиданными ощущениями, полученными во время нашей близости. Ведь, несмотря на боль, это было… божественно.

К тому же меня мучила перспектива потерять многих друзей. Конечно, в случившемся не было моей вины, все произошло по инициативе Поля, но вряд ли влюбленная в него Кайра станет выслушивать объяснения и вникать в подоплеку произошедшего. Факт остается фактом: я знала о ее чувствах к Полю, а теперь он мой муж. Подруга как минимум обидится, а может, и вообще больше не захочет меня видеть, и судить ее за это сложно. Останутся Сеймона и Леон. Первая уже больше четырех лет дружит с Кайрой, и не исключено, что примет сторону подруги, а Леон… Он все-таки парень, с ним не поболтаешь обо всем, что наболело. Вырисовывается отнюдь не радужная перспектива: у меня останется муж, Леон, восемь враждебно настроенных одногруппников-виртонгов, ненавидящая меня Кайра и в лучшем случае соблюдающая нейтралитет Сеймона, а в довершение еще и мечтавшие продать меня подороже родители, которые тоже не придут в восторг от того, что выкупа им теперь не видать.

В общем, все это как-то разом навалилось на меня, едва отпустил шквал эмоций, вызванных нашей с Полем первой близостью и помолвкой, и я просто не смогла разобраться в образовавшейся путанице противоречивых чувств. Теперь, немного остыв, я конечно же понимаю, что ничего уже не изменить и придется смириться со сложившейся ситуацией, постаравшись увидеть в ней положительные стороны.

Однако психологически я не была готова к своему новому положению. Что делать? Вести себя как ни в чем не бывало? Не смогу. Раньше Поль был всего лишь товарищем, с которым мы вечно цапались из-за любого пустяка. И если вчера я впервые ощутила, что меня к нему влечет, то сейчас откровенно хотелось его близости. Но, показав ему это, не буду ли я выглядеть распутной женщиной? И еще, что требуется от жены дерца? И… Сколько же всего навалилось! За что мне это?

Так, в задумчивости, я и подошла к окну: красота-то какая! Благодаря тому, что замок находится очень высоко, а жилые этажи располагались выше уровня крепостных стен, то вид отсюда открывается воистину волшебный: на горизонте высятся горные пики, а перед ними расстилаются заснеженные равнины и леса. Те, что ближе к замку, — явно хвойные. Вон даже снежные шапки па сосновых и еловых лапах видны.

Захотелось вдохнуть запах хвои, ощутить аромат смолы, выступающей на стволах. Не сдержавшись, потянулась к щеколде на оконной раме, та поддалась мгновенно, и створка распахнулась под порывом ветра. Зябко поежившись, вдохнула полной грудью. Увы, лес был слишком далеко, чтобы ветер смог донести сюда его ароматы. Прикрыв обратно створку, тщательнее закуталась в полотенце и замерла, любуясь окружающими красотами.

И вдруг так грустно стало, аж выть захотелось. События этого утра что-то всколыхнули внутри, заставив вспомнить то, что уже почти позабылось. Сознание будто раздвоилось на «здесь» и «там». Теперь я не просто верила, я знала: эта я — не совсем я. Тело, в котором нахожусь, окружающий меня мир и люди, все это некогда было вымышлено мною же для едва начатого на тот момент романа.

Вспомнилось, как накануне Нового года гуляла по такому же заснеженному хвойному лесу, какой раскинулся у подножия скалы, где высится приютивший нас замок. Как приносила оттуда елочку, и мы с мамой наряжали ее разноцветными игрушками, гирляндами, мишурой, а потом ели традиционные салаты, пили шампанское и слушали поздравление президента, транслируемое по всем телевизионным каналам. Как-то она там сейчас одна? Да, Муз сказал, что мама не волнуется и думает, что я якобы укатила куда-то отдыхать. Но всему же есть предел! К тому же она наверняка ждала, что я буду звонить или писать ей через Интернет, но этого не происходило. Сколько времени уже прошло на Земле?

Захотелось, как раньше, посидеть на балконе, сжимая в руках мою любимую кружку и наслаждаясь ароматом свежесваренного кофе, пошастать по соцсетям в поисках чего-нибудь смешного или интересного или хотя бы просто рассматривая всякие умильные фотки, коими наполнен Интернет. А еще очень хотелось бы потискать Тошика, моего любимого кота-гиганта породы мейн-кун. Тут я вообще пока что ни с одной кошкой не встречалась, хоть и люблю их до одури и знаю, что на Рестанге они есть.

Вздохнув, отвернулась от окна. Вид на раскинувшийся внизу лес словно был тайным ключиком, открывшим нечто в моей памяти. Почему это произошло именно сейчас? Ведь мы и сюда ехали через точно такой же лес, но тогда никаких ассоциаций он не вызвал. Может, частично выполнилось поставленное Музом условие? Хотя он же требовал романтики, любви и хеппи-энда, а ничего такого пока и близко не было. Конечно, можно было после щелчка брачного браслета сказать: «…и жили они долго и счастливо», — после чего поставить жирную точку, завершив историю. Но я все еще тут, а не в нашей с мамой квартире, значит, этого мало, нужны романтика и любовь, будь они неладны.

Самое неприятное заключается в том, что каких-то пятнадцать-двадцать минут назад я была счастлива здесь, а теперь меня тянет обратно на Землю. Однако, пока не выполню выставленные капризным Музом требования, не бывать мне там, хоть убейся. Кстати, а что будет, если я не дай бог тут умру?

— Муз!!! — зачем-то глядя в потолок, выкрикнула я в надежде — вдруг отзовется?

Ответом мне послужила тишина.

Постояла немного, отгоняя прочь пугающие своей неопределенностью мысли. Нет, рисковать точно не стоит, надо во что бы то ни стало постараться выполнить требования, и тогда все вернется на свои места. Я снова стану богом. Буду сидеть дома, придумывать новые миры, населять их разумными и неразумными существами, закручивать сюжетные линии, вплетая в них судьбы моих героев… И больше никогда не увижу Поля, Сеймону, Кайру, Леона… Черт. Они не часть моей жизни! Они…

— Слишком реальны, — на этот раз уже вслух выдохнула я, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы.

Стараясь отвлечься, прошла в гардеробную и задумалась: что бы надеть? Настроение на нуле, но надо же как-то развивать романтическую линию, иначе застряну здесь на веки вечные. А задерживаться тут опасно, вон, уже сейчас начинаю хныкать от одной мысли о разлуке с друзьями, и чем дольше пробуду на Рестанге, тем сильнее успею к ним привязаться.

Так, все! Хватит хандрить.

И все же, что мне надеть? Сегодня все-таки не обычный день. Во-первых, наверняка Поль огласит новость о нашей помолвке, во-вторых, день рождения его сестры, ну и в-третьих, не стоит забывать про праздник Слияния лун.

Нарядов не так уж и много. Собственно, их у меня вообще раз-два и обчелся. По крайней мере, в академии, а что там, в доме родителей осталось, не знаю. Погорячилась я когда-то, написав, что героиня из небогатой аристократической семьи, ну почему не придумать было кого-нибудь богатенького? И мир чтобы к женщинам был подобрее, без всяких там гаремов и тому подобного. Вот только теперь сожалеть поздно, ничего уже не изменить.

Выбирать предстояло между двумя платьями — темно-синим с насыщенно-бордовой отделкой и ярко-фиолетовым с белой. Сколько я себя помнила, ни то ни другое я ни разу не надевала, храня их для особых случаев, поэтому сейчас примерила сначала одно, покрутилась перед зеркалом, сняла, надела второе и… влюбилась! Если первое мне просто шло, то второе очень выгодно оттеняло цвет кожи и глаз, эффектно гармонируя с оттенком моих распущенных волос.

Удовлетворенная сделанным выбором, с помощью парочки шпилек подняла часть волос наверх, оставив остальные свободно ниспадать по плечам и груди, еще раз глянула в зеркало и…

— Ты прекрасна, — раздался от дверей голос Поля.

Обернулась и замерла. Он был великолепен! Словно угадав, в чем я сегодня буду одета, он облачился в темно-фиолетовый костюм, состоящий из облегающих брюк и колета, под которым виднелась белоснежная атласная рубашка со свободными рукавами. Волосы были собраны в низкий хвост, открывая волевое лицо, с которого на меня как-то жадно смотрели насыщенно-зеленые глаза. Это смутило, и я отвела взгляд. Тут же невольно посмотрела на его слегка улыбающиеся губы. Вспомнилось, как он целовал меня, как ласкал мое тело… Я тут же потупилась, ощущая, что щеки покрывает румянец, а внизу живота разливается предательское тепло. Стараясь немного отвлечься, стала рассматривать пряжки, украшающие его ботфорты, и шпагу на поясе. Бог мой, неужели я влюбляюсь? Нет. Нет и еще раз нет. Я хочу вернуться домой, а значит, тут надо создать лишь видимость чувств. Обладая холодным умом, проще будет окрутить Поля и заставить его именно полюбить…

— Еще минута, и мы никуда не пойдем, — хрипловато произнес объект моих размышлений и сделал шаг в комнату, но внезапно замер. — Нет, — будто споря с самим собой, пробормотал он. — Боюсь, Сейла точно обидится на нас…

— Э-э… Да-да. Прости, — встрепенулась я. — Пойдем.

От брошенного им взгляда у меня по всему телу побежали мурашки, и на краткий миг опять почудилось, будто в его глазах искрятся огненно-оранжевые молнии. Он взял меня за руку, вызвав волну мурашек. М-да уж, с гормонами что-то делать надо, этак я, с цепи сорвавшись, совсем связно мыслить перестану.

Мы шли пустынными холодными коридорами, где единственными звуками были наши шаги. Поль молчал, едва ли не до боли сжимая мою руку. Покосилась в его сторону и чуть с шага не сбилась — лицо серьезное, сосредоточенное, губы плотно сжаты. Казалось, он идет не на обед по случаю празднования дня рождения сестры, а в зал суда, где должен будет доказывать свою невиновность перед господами присяжными.

За одним из поворотов мы неожиданно наткнулись на самозабвенно целующуюся парочку. И все бы ничего, если бы у меня при виде их страсти не сжалось все внутри. Вот спрашивается, я же успела стать женой Поля, причем в полном смысле этого слова, так почему же меня так зацепил тот факт, что он целует Сейлу?

Поль тем временем остановился, сжав мою ладонь еще сильнее, отчего я чуть не вскрикнула. Сделал шаг назад, увлекая меня за собой. Памятуя о том, в каком он напряженном состоянии был до этого, я заткнула свою нелепую ревность куда подальше. Внутри все сжалось от страха за Леона. Вряд ли Поль обрадовался увиденному. Что-то сейчас будет… А тот тем временем как бы нечаянно кашлянул, после чего вновь вышел из-за поворота, где успевшие отпрянуть друг от друга голубки поспешно приводили себя в порядок.

— А вот и наша именинница! — как ни в чем не бывало громогласно возвестил Поль. — С днем рождения, сестренка! — Он обнял смущенно потупившую взгляд девушку, а затем, отстранившись, вытащил что-то из кармана. Это оказалось великолепное колье из крупных рубинов.

— А-а-а!!! — схватив его, заверещала Сейла и тут же кинулась на шею брату. — Ты все же его купил!

— Ну конечно же купил, — вмиг растеряв былое напряжение при виде счастливого лица девушки, усмехнулся тот в ответ. — Как раз для такого вот случая. Жаль только, второго подарка у меня нет.

— И не надо, — восхищенно разглядывая презент, прошептала девушка. — Это самый лучший подарок в моей жизни.

Второго? Странно. На Рестанге не принято дарить подарки на праздник Слияния лун, в отличие от земного Нового года. А если у них в семье и заведена такая традиция, то почему Поль не озадачился этим вопросом заблаговременно? Вот ни за что не поверю, что у него не хватило бы денег.

Сейла все еще сияла как начищенный медяк, Поль с улыбкой наблюдал за ней, а я смотрела на поникшего Леона. Было заметно, как он смутился, став свидетелем этой сцены, и причина была очевидна: его семья не настолько богата, чтобы парень мог позволить себе делать столь дорогостоящие подношения своей избраннице. Хотя, думается, этот мимолетный роман зачахнет довольно быстро. Это сейчас, при сестре, Поль не выказывает недовольства поведением товарища, а вот позднее, наедине, ждет их разговор но душам, после которого Леон и взглянуть на Сейлу побоится. Где это видано: сын простого пекаря увивается за дочерью дерца! К тому же, насколько я помню, у нее уже есть жених, и он тоже вряд ли будет в восторге от этой истории.

Пока я размышляла, мы продолжили путь и вскоре вошли в распахнутые двери обеденной залы. Все уже были в сборе. Стол, в отличие от вчерашнего, ломился от разнообразных яств и напитков. От моего взгляда не ускользнуло то, как почернели и без того темные глаза Кайры, заметившей, что Поль держит меня за руку. Ой, что-то будет, когда она узнает о случившемся этим утром. Ну да и ладно. Для меня главное — вернуться домой, а она… Она всего лишь второстепенная героиня, слишком тихая, чтобы создать неприятности, слишком незначительная, чтобы ради нее осложнять себе жизнь. Единственное, на что она способна, — косые взгляды и слезы в подушку, это я как-нибудь переживу.

Как и в прошлый раз, я поспешила занять самое дальнее место, но Поль придержал меня за руку:

— Подожди, — с непонятным мне довольством окидывая взглядом застывших возле стола братьев, произнес он. — Твое место теперь возле меня, — пояснил он, заметив мою растерянность.

Ну что же, логично. Жена сидит рядом с мужем, просто я еще не до конца осознала свой новый статус. Но в таком случае Сейла, наверное, должна будет пересесть к братьям, вряд ли ей позволят продолжить флиртовать с Леоном, пусть и в собственный день рождения. По обычаям этого мира даже в семьях простолюдинов одинокие единокровные родственники за столом всегда оказываются рядом, за исключением таких вот супружеских пар, как мы с Полем. Это в прошлый раз она сидела возле брата, а сейчас рядом с ним буду я, и значит…

— Мм… Э-э… О-о! — удивленно выдохнули на разные лады я, Сеймона и Кайра, когда Поль пропустил вперед сестру, а за нею Леона, после чего подтолкнул меня и сам занял место возле кресла-трона!

Винс и Шелд наблюдали за этим с каким-то странным интересом и, как мне показалось, даже облегчением, вот только я ничего не понимала: да, мы с Полем обручились и скрепили брак первым брачным утром, но Сейла и Леон?

— Ну что же, в нашей семье сегодня произошло целых три события, — заняв свое место, произнес старший брат, подняв бокал.

Все молчали. Поль довольно улыбался, сжимая под столом мою ладонь, Сейла и Леон обменялись взглядами и тоже приподняли бокалы, Сеймона, успевшая, кажется, понять больше меня, заулыбалась, а вот Кайра… От брошенного ею взгляда в мою сторону я аж инстинктивно отшатнулась, как-то даже не по себе стало. Вот так дела, и не скажешь, что эта скромница и тихоня способна на проявление такой ярости.

— Поль, мы, безусловно, благодарны тебе за все, что ты сделал для нашего рода, — не заметив реакции Кайры, продолжил свою речь Винс, а я с удивлением взглянула на… мужа, который лишь сдержанно кивнул на слова брата. А старший из братьев дел Ларго тем временем вещал дальше: — Но позволь все же в первую очередь поздравить Сейлу. Дорогая сестренка, — мягко произнес он. — Во-первых, с днем рождения. Желаю тебе безграничного счастья, любви и конечно же здоровья, а остальное у нас и так есть. Во-вторых, поздравляю с помолвкой…

Я, совершенно неприлично отвесив челюсть, уставилась на сидящего рядом с Сейлой Леона. Ну прохвост! И как только умудрился? Это где же видано — простолюдин женился на высшей аристократке?! Представляю, какой фурор произведет подобная новость, когда слухи доползут до столицы. Представители прессы будут рваться в эту долину, несмотря на всевозможные риски, лишь бы урвать эксклюзивный репортаж от первоисточников.

Собственно, лицо вытянулось не только у меня, но и у Кайры. Только Сеймона отреагировала на новость спокойно. Винс и Шелд тем временем вручили сестре подарки. Что уж там было, я даже и не взглянула. Никогда излишним любопытством не страдала — не мое же, так какое мне дело, что там такое?

— Поль и Камилла, — вновь приподнимая бокал, произнес Винс, а Кайра тут же скривилась как от боли и опалила меня взглядом подозрительно покрасневших глаз. Казалось, еще немного и она разревется при всех.

— Простите, — неожиданно поднимаясь из-за стола, произнесла она. — Мне что-то нездоровится.

И с этими словами она совершенно неподобающим для девушки образом перешагнула через скамью и направилась к выходу. Спина ее была напряжена так, будто девушка кол проглотила, походка стала какой-то дерганой. Я ошалело смотрела ей вслед, чувствуя, как из нее буквально брызжет вполне ощутимая даже на расстоянии ненависть.

— От лица всего нашего рода поздравляю со столь знаменательным событием в вашей жизни, — после того как за девушкой закрылась дверь, продолжил свою речь явно недовольный уходом Кайры Винс. — Желаю поскорее обзавестись потомством, ну и опять же — счастья, любви и здоровья, — оратор отсалютовал нам бокалом и выпил до дна.

Полю подарили какое-то метательное оружие, в котором я, если честно, все равно не разбиралась, мне же преподнесли огромный сверток, в котором оказались два больших отреза безумно дорогого ларкосского шелка насыщенного бордового и белого цвета.

Дальше мы ели, пили, о чем-то болтали. Поль проявлял чудеса предусмотрительности — стоило мне чего-то захотеть отведать, и он, будто угадывая, сразу же предлагал мне именно это блюдо. Леон с Сейлой тихонько щебетали о чем-то своем, изредка отвлекаясь, чтобы ответить на обращенные к ним вопросы, Сеймона растерянно поглядывала на дверь, видимо надеясь, что подруга немного поостынет и вернется, но, увы, чуда не происходило.

А я ломала голову над новыми вопросами: как случилось, что семья Поля с легкостью приняла Леона? По всему выходило, что я чего-то явно не знаю о своем товарище. А это непростительный промах для автора, вселившегося в тело своей героини. Ну и меня распирало от желания узнать, о каких таких заслугах Поля перед родом дел Ларго говорил Винс, когда начинал свою речь.

Глава 11

ТАЙНЫ РОДА ДЕЛ ЛАРГО

После праздничного обеда мы все вышли из-за стола. Леон с Сейлой тут же куда-то умчались. Сеймона, подтверждая мои самые худшие опасения, бросила на меня мрачный взгляд и тоже ушла, явно к Кайре. Винс и Шелд, извинившись передо мной, уволокли за собой Поля, оставив меня одну. Но перед тем, как все успели разойтись, я случайно услышала, как Сейла тихонько прошептала на ухо моему мужу:

— Тридцатый стеллаж, средняя стойка, нижний ряд, отодвинешь энциклопедию растительного мира, толстый том такой, помнишь? Так вот за ним… — как-то резко оборвав фразу, закончила она и устремилась за Леоном.

Оставшись одна, я раз за разом прокручивала сказанные сестрою Поля слова. Казалось она неслучайно это сделала в тот момент, когда все, кроме меня, находились в отдалении от шепчущейся парочки. Девушка лишь внешне производила впечатление наивной куколки, но, судя по разговорам, была на редкость умна и рассудительна. Интересно, она действительно хотела, чтобы я нашла это нечто? Ну что же, даже если и не так, все равно любопытство разорвет меня на части, если не узнаю, в чем тут дело. Слишком много странного происходит. Итак, что бы это могло быть? Кабинет? Вряд ли там имеется столько стеллажей. Какой-то семейный архив? Не исключено — род их старинный, и корни его теряются в глубине веков. Как вариант, речь могла идти и о библиотеке. И если в архивы меня, пусть и ставшую уже частью семьи, вряд ли кто-то пустит, то посещение библиотеки не должно вызвать удивления.

Выйдя из столовой, словно по волшебству, буквально сразу же натолкнулась на ту самую служаночку, которая была ко мне приставлена хозяевами замка.

— Литэ Камилла, — потупив взор, девушка присела в подобии книксена.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я.

— Талиса, — удивленно отозвалась она.

— Талиса, проводи меня, пожалуйста, в библиотеку, — попросила я.

— Как вам будет угодно, литэ, — отозвалась девушка и, убедившись, что я следую за ней, повела меня куда-то по бесконечной путанице звенящих от тишины холодных каменных коридоров и лестниц.

Стоило войти в темное помещение, и сразу же вспыхнуло множество плярисов, располагавшихся на стенах, под потолком и кое-где просто висящих в воздухе. В нос буквально ударил характерный для подобных помещений запах книжной пыли и затхлости. Но он не вызывал негативных эмоций, наоборот, на душе становилось как-то спокойно в этой обители знаний.

Ну что сказать? Библиотека произвела на меня неизгладимое впечатление. Казавшаяся прежде неимоверно огромной обеденная зала была как минимум раза в три, а то и четыре меньше этого огромного помещения, сплошь уставленного высокими, до самого потолка стеллажами, на которых аккуратно было расставлено бесчисленное количество книг, рукописей, свитков. Я даже опешила. Да, понимаю, что история рода дел Ларго насчитывает сотни тысячелетий, и за это время здесь скопилось немало ценных и интересных фолиантов, но как искать требуемый мне стеллаж? Оглядела пару ближайших, надеясь увидеть где-нибудь табличку, способную существенно облегчить мне задачу. Увы, ее не было. Ну и откуда начинается исчисление? Конечно, можно посчитать сначала от одного конца зала, и проверить, а если не найдется описанный Сейлой том энциклопедии, то с другого, но, учитывая размеры помещения, одни только прогулки из конца в конец займут приличное время. А значит, повысится вероятность, что кто-то успеет прийти и помешать.

— Талиса, — подозвала я застывшую на пороге библиотеки девушку, а когда та нерешительно приблизилась, спросила: — Ты не знаешь, что тут где располагается? — не желая сразу же выдавать то, что ищу определенный стеллаж, поинтересовалась я.