Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

Мы вышли из двора, прошлись немного по улице. Рита вела меня уверенным быстрым шагом, и я вдруг вспомнил про типичную уловку некоторых хитрых барышень, которые специально звали доверчивого кавалера в заведение с завышенными в несколько раз ценами, а прибыль потом делили с хозяевами. Рита оказалась не из таких.

Небольшое уютное кафе на углу встретило нас приятной негромкой музыкой и одуряющим запахом свежей выпечки, от которого у меня моментально потекли слюнки. Даже столик свободный нашёлся, у окна. Даже не надо отправлять слугу, чтобы он забронировал столик, вносить депозит, согласовывать визит, чтобы ненароком не столкнуться с представителем враждебного клана, и так далее. Просто зашли, как к добрым друзьям.

Рита заказала зелёный чай, я выбрал обыкновенный капучино, искренне удивляясь ценникам. Знал бы, давно бы начал ходить в заведения для простонародья. Хотя нет, аристократам сюда нельзя. Не поймут свои же, если ты вдруг начнёшь ошиваться в подобных, плебейских местах. Урон чести. Аристократ обязан кутить в заведениях, подходящих ему по статусу, а не там, где хочется.

— Чем ты по жизни занимаешься, Рита? — спросил я.

— Я? Я просто в училище учусь. На педагога. По русскому. Но вообще, мечтаю журналисткой стать, — призналась она. — Даже подрабатываю в одной газетке. В местной. А ты?

Я молча помешивал кофе крохотной ложечкой и думал. Знакомства среди газетчиков никогда лишними не бывают. Пиар даже для аристократов — важная статья расходов. Общественным мнением нужно управлять, и этим, так или иначе, занимаются все кланы, даже императорская семья. Надо бы разузнать подробнее, что за газета и кому она принадлежит.

— А я пока в поисках себя, — сказал я. — Начал жизнь с нового листа, пока временно осел здесь, на Мысу. Кручусь-верчусь потихоньку.

Она многозначительно посмотрела на мой новый прикид. Верчусь я вполне успешно.

— А что за газета? — спросил я.

— «Тюменский вестник», — чуть смущённо призналась она. — Я там совсем чуть-чуть работаю.

Это, кажется, газетёнка Чернышевых. Желтизна, но в пределах разумного. Наряду со светской хроникой там регулярно появлялись выдуманные истории про демонов, про контакты с тварями, про способы овладения бытовой магией для простолюдинов. Интересно, что будет, если вбросить через них историю про боевые чипы императорской армии. СБК мониторит всё, даже такие сомнительные источники информации. А значит, можно здорово осложнить жизнь одному чересчур надоедливому графу.

Глава 12

В кафешке мы сидели до тех пор, пока Рита не спохватилась, что ей пора бежать на работу. Сидели и болтали о всякой всячине чуть ли не четыре часа, несколько раз повторяя заказы, обменялись номерами телефонов, договорились о новой встрече на выходных. Короче говоря, всё прошло гладко для спонтанного свидания, если это можно так называть.

Про чипы и вообще про её работу речь я не заводил, незачем. Слишком рано нагружать её такими просьбами, поэтому болтали на отвлечённые темы, и собеседником Рита оказалась прекрасным.

Так что в качалку я вернулся в самом прекрасном расположении духа. Нужно было теперь спланировать наши дальнейшие действия по покорению города. Желательно, не привлекая особого внимания. Я уселся за стол и разложил перед собой карту.

Город, надвое рассечённый рекой, будет принадлежать мне. Хоть я больше и не дворянин.

Новые и новые дела наваливались на меня каждый день нескончаемым потоком, и я чувствовал, что скоро потону в этом цейтноте. Нужно срочно делегировать обязанности доверенным людям, а с такими людьми всегда напряжёнка. Андрей, по правде говоря, туповат для должности первого заместителя, не потянет. Слава трусоват, да и в целом на эту роль не годится. Паша и Лёха — просто мускулы, подойдут для грязной работы, но точно не для деликатных и непростых дел, требующих смекалки и импровизации. Пока придётся делать всё самому, но скоро я просто физически не смогу держать всё под контролем.

И это ещё я не стал снимать с должности Серёгу, который так и будет заниматься тачками. Перебивать номера, перекрашивать угнанные, и так далее.

Но кроме подчинённых, мне нужны были ещё и союзники, хотя бы временные. Гуртом и батьку бить легче, поэтому мне жизненно необходимо с кем-нибудь объединиться. Прежде, чем мои враги не объединились против меня.

Поэтому я привёл себя в порядок, на всякий случай прихватил пистолет, взял телефон и вызвал себе такси до поместья баронов Остерманов. Единственных здешних дворян, не замешанных в интригах и дрязгах слишком сильно. Глава семейства, Георгий Остерман, предпочитал тихую уединённую жизнь на природе, а не шумный и грязный город.

Вызвать такси оказалось сложнее, чем я предполагал. Операторы, заслышав место назначения, почему-то выясняли, что свободных машин нет и в ближайшее время не будет. Причём звонил я в самые разные службы заказа, везде ответ меня ждал один и тот же. Я, конечно, в курсе, что таксисты жуть как не любят ездить за город, но не настолько же.

Пришлось шагать до Серёгиного автосервиса.

Завидев меня, работяги сразу же насторожились, похватались за монтажки и гаечные ключи. Серёга, похоже, им ничего не сказал о смене власти. Вот и повод его проверить.

— Сергея Ильича позовите, — сказал я.

Один из сервисменов пулей влетел в кабинет босса, остальные хмуро глядели на меня. Я же разглядывал следы повреждений, немного прибранные после того дня, но всё ещё заметные.

Серёга Масло вышел ко мне в своём неизменном рабочем комбинезоне. Рука в гипсе, вид помятый, тревожный. Мой визит стал для него неожиданностью, причём не самой приятной.

— Иван В-василич… Здравствуйте, — сказал он, чуть ли не кланяясь мне.

— Здравствуй, Сергей, — сказал я.

Рабочие, завидев такое отношение со стороны начальства, тут же переменили настрой и отложили монтажки, потихоньку возвращаясь к своим делам.

— Нужна машина. На несколько часов, за город съездить, — сказал я. — Таксисты отказываются, собаки.

— Машина? — задумчиво переспросил Масло. — Хорошо, найдём…

— Любая подойдёт, — сказал я.

На статусность и внешний вид мне было откровенно плевать. Лишь бы довезла меня из точки А в точку Б.

— «Патриот» есть… — оглянувшись по сторонам, сказал Масло.

— Годится, — кивнул я.

Он сходил обратно в кабинет и вернулся с небольшой связкой ключей, от которой отцепил один, в виде массивного брелка с логотипом завода. Мы вместе вышли на территорию разборки, прогулялись в дальний уголок. Белый джип сверкал и блестел в солнечных лучах. Солидная машина.

— Дай угадаю, недавно он был чёрным, — хмыкнул я.

— Верно, — посмеялся Масло.

Вряд ли хозяева станут его искать, у них сейчас полно других забот. Так что я взял ключи, забрался внутрь и завёл мотор, заурчавший голодным зверем.

— Сегодня верну, — заверил я Серёгу.

— Можете себе оставить, — махнул рукой тот. — Его всё равно пока не продать.

Я кивнул, захлопнул дверь. Сидеть в джипе оказалось непривычно высоко, словно я забрался и сел на стремянку, но в плане езды «Патриот» проявил себя как отличный автомобиль. Я включил навигатор на телефоне и покатил в гости к барону Остерману. В его владениях полноприводный автомобиль будет как раз кстати.

Ехал я спокойно и неторопливо, все уступали мне дорогу, не рискуя связываться с владельцем большого тонированного джипа. Турбированный мотор порыкивал из-под капота, табун коней рвался на волю, и я знал, что стоит мне только нажать на газ посильнее, как все эти кони помчатся со скоростью гоночного болида.

Я выбрался из города, поехал по трассе, вдоль которой высились вековые сосны, качающие зелёными верхушками. Замигал жёлтым цветом значок бензина, стрелка качалась около нуля. «Патриот» — прожорливая скотина.

Пришлось заезжать на первую же встреченную заправку и тратиться ещё и на бензин. В тот момент, когда я завинчивал пробку бензобака, к соседней колонке подъехал красный кабриолет с поднятой крышей.

Своего «Патриота» я заправлял сам. К кабриолету немедленно подбежал пожилой заправщик, и из окна высунулась опухшая рожа одного из моих старых знакомых. Вот так встреча.

— Ты⁈ — выдохнул аристо, напрочь позабыв про заправщика, бензин и всё остальное.

Он уставился прямо на меня со странной смесью гнева и ужаса на лице.

Я рассмеялся, глядя ему прямо в глаза, заплывшие обширными гематомами.

— А ну, стой, мерзавец! Ты, отродье пса и кривой козы! — визгливо закричал аристократ. — Я, барон Розен, вызываю тебя на дуэль!

Заправщик, выронив пистолет, который успел снять с колонки, торопливо побежал внутрь здания. Дуэль одарённых на территории — это ЧП, настоящее бедствие. А препятствовать дуэли не то чтоб запрещено… Никто не осмеливается это делать.

— На дуэль вызывают равных, — процедил я. — Ты мне не ровня.

Униженный аристо удивлённо захлопал глазами. Выше, чем простой дворянин, мог быть только член императорской фамилии, но их всех знали в лицо. И среди них никак не могло быть девятнадцатилетнего парня. Все великие князья были уже достаточно пожилыми людьми.

— И… Кто ты такой? — выдохнул водитель кабриолета.

— Ты разве с первого раза не понял? — спросил я. — Лучший друг твоей мамаши.

Аристо зарычал, выскочил из машины. Нас разделяла бензоколонка, но это его не остановило, он принял горделивую позу и его руки окутало тёмно-синее облако. Другие клиенты заправки начали спешно разъезжаться, даже те, кто ещё не успел заправиться, все благоразумно уносили ноги как можно скорей.

— Не советую, — предупредил я.

Синий маг прорычал что-то нечленораздельное, а затем с его рук, которыми он беспрестанно размахивал, сорвались две ледяных стрелы одна за одной. Я чудом успел увернуться, укрываясь за бензоколонкой, и ледяные снаряды разбились с хрустальным звоном, осыпая всё вокруг мириадами осколков.

Я обратился к своей магии, к своему источнику… И понял, что истратил почти всё ночью и утром, а магическая сила так и не восполнилась. Вот это номер. Вот это внезапно.

Нет, я всё так же мог видеть потоки энергии, упорядоченный хаос, синий туман, клубящийся вокруг этого аристо, Чувствовал, что могу воздействовать на всё это, но стоит мне обратиться к источнику магии, как он мгновенно иссякнет.

— Назовись, ты, чёртов трус! — крикнул барон Розен. — Чтобы я знал, с чьего семейства требовать компенсацию! И кому слать уведомление о твоей смерти!

— Не утруждайся, — сказал я.

— Выйди и встреть свою смерть лицом к лицу! — проорал он.

Какой вспыльчивый. Не тот ему цвет достался, совсем не тот.

Я прятался за бензоколонкой, раздумывая, что делать, и оглядываясь по сторонам в поисках чего-нибудь, что могло бы мне помочь. Урна для мусора, ящик с песком, пожарный щит, компрессор для подкачки шин, пылесос. Цистерна. Ничего такого, что могло бы пригодиться мне в бою с этим ходячим морозильником.

И ведь я даже выглянуть наружу не мог без риска получить снежком по лицу. Ладно хоть ощущение энергии позволяло мне без труда избегать атак барона Розена. Не будь у меня этого — давно бы уже валялся на асфальте, проткнутый ледяной стрелой или просто замороженный, избитый и униженный.

А пистолет, как назло, остался в салоне джипа. На пожарном щите, выкрашенном красной краской, висели топор, багор и ведро, и я принял решение прорываться к ним. Хоть какое-то оружие. В «Патриота» залезть я попросту не успею.

Я побежал изо всех сил, чувствуя, как ледяные осколки щекочут кожу морозной свежестью, барон Розен, не жалея сил, херачил по мне магией. Асфальт под ногами вдруг заскользил, превращаясь в натуральный каток, но вместо того, чтобы остановить меня, мне это только помогло. Скорость я набрал приличную, поэтому просто скользнул вперёд ногами в эффектном подкате.

Лёд подо мной кончился внезапно, но это не помешало мне добраться до пожарного щита целым и невредимым, и я сразу же сорвал с него топор. Он, конечно, предназначался для борьбы с огнём, а не с холодом, водой и льдом, но даже так — оружие эффективное. Во всяком случае, размозжить голову зарвавшемуся барончику его точно хватит.

Надо было только каким-то образом до него добраться.

Я на всякий случай вновь обратился к источнику, и, о чудо, магии в моём распоряжении стало больше. Это противоречило всем законам восполнения силы, которые я только знал, но я чётко ощущал, что она восполнилась. Словно превозмогание, адреналин или ощущение смертельной опасности пополняли мои запасы магической силы. Так что, если я хочу и впредь заниматься развитием магического искусства, придётся всегда идти в первых рядах, в самое пекло. Подвергать себя опасности ради ещё одной порции могущества, на потеху той сущности, что наделила меня этой силой.

— Ты от меня не убежишь, трус! — прокричал барон Розен.

Я шагнул ему навстречу, выбираясь из-за ящика с песком. В лицо мне сразу же полетела целая серия ледяных шипов, способных прошить человека насквозь, но я испарил их прежде, чем они ко мне приблизились, а потом сам рванул к барону, крепко сжимая в руке топор.

— Что⁈ — не поверил Розен.

Он успел возвести между нами ледяную стену, закрываясь ей, как щитом, но я с размаху ударил по ней топором, и она разлетелась на кусочки, как от взрыва.

— Бум, — шепнул я прямо в лицо Розену, приблизившись к нему вплотную.

Синий маг отшатнулся в испуге, распухшее лицо выражало настоящий ужас. Я легонько стукнул его обухом в лоб. Убивать мне его было незачем, а вот выключить ненадолго — почему бы и нет, и барон, обмякнув, упал на асфальт. Хотя другой аристо на моём месте наверняка прикончил бы оппонента. Но я не аристо.

Я немного поглядел на лежащего ничком барона, подошёл к его кабриолету, сунул голову внутрь. На этот раз он был один. Ладно, пусть ещё разок ключи поищет, я вытащил их из замка зажигания и снова метнул изо всех сил куда-то в кусты, окружающие заправочную станцию.

Топор я вернул на место, на пожарный щит, и персонал станции начал робко выглядывать из своих укрытий, радуясь, что мы с бароном не разнесли всю заправку под ноль.

Ну а затем я вернулся к своему джипу, критически оглядывая свежие царапины от ледяных осколков. Глубокие, до металла. Можно было и не красить «Патриота» в белый. Всё равно опять в малярку.

Никого дожидаться я не стал. Ни полицию, ни скорую, ни подкрепление Розенов. Забрался в джип, завёл мотор и поехал. Начинало уже вечереть, а я пока так и не добрался до имения Остерманов.

Навигатор вёл меня по трассе, пока в какой-то момент не приказал свернуть на какую-то стрёмную грунтовку, в лес. Ездили по ней редко, дорога успела частично зарасти травой, ямы и кочки чередовались друг с другом без конца, но подвеска «Патриота» легко справлялась с этими мелкими неприятностями.

Раньше я в гостях у барона не бывал, слышал только, что он забрался далеко в глухомань, подальше от надоедливых посетителей, соседей и вообще от мира. Поэтому, встретив прибитую к сосне табличку «Проезд запрещён», ничуть не удивился. Навигатор упорно вёл меня вперёд, так что я предупреждению не внял.

А зря.

Встретили меня выстрелом, сноп дроби пролетел над крышей «Патриота», заставляя меня вдавить педаль тормоза и резко воткнуть задний ход. На дороге стоял заросший мужик с двустволкой, целясь точно в меня. Первый — предупредительный.

Я с удивлением узнал в этом мужике самого барона. Видел его несколько раз на приёмах и светских раутах, когда он ещё не совсем обезумел, и родовое проклятье не настигло его окончательно. Теперь, видимо, настигло. Я остановил «Патриота», дёрнул ручник и выскочил из машины, вскидывая руки над головой.

— Не стреляйте! Ваше благородие, не стреляйте! — крикнул я.

— Ты кто такой⁈ — рявкнул Остерман.

— Иван Ипатьев! — представился я.

— Не знаю такого! — недружелюбно целясь в меня из ружья, сказал Остерман.

— Мой отец — Василий Заславский! — крикнул я.

Барон, хищно прищурившись, повёл стволом, указывая мне за спину. Мол, проваливай.

— Я к вам по делу! — сказал я.

— Я не веду дел ни с Заславскими, ни с их бастардами! — крикнул барон.

— Я не отношусь ни к тем, ни к другим! — сказал я.

Остерман нахмурился, пытаясь найти смысл в моих словах, опустил ружьё.

— Мне нужно с вами поговорить! — сказал я.

— Говори, — разрешил барон. — Как это ты можешь быть сыном Заславского, если ты не Заславский и не бастард?

— Я изгнан из рода из-за отсутствия дара, — признался я. — Но речь не об этом…

— Вот оно что! — усмехнулся Остерман. — Понял. Хорошо, идём. Внутри поговорим.