- Подхватить что? - не поняв, переспросил хирург.

- Typhus icteroides - желтую лихорадку. Я за всю свою жизнь видел только один случай, - это было тридцать лет назад, в Америке. Сейчас у него фаза trompeuse 2, переходящая в фазу пожелтения.

Хирург, видимо, сомневался.

1 желтую лихорадку (исп.).

2 ложная фаза (франц.).

- Послушайте, - сказал он неуверенно. - А может, это болезнь Вейля?

- Браво, коллега! - воскликнул старик. - Может быть! Давайте проверим на морских свинках. Как раз работа для моего лохматого ассистента. Ему бы только мучить этих животных. Если свинка останется жива и здорова, значит, я прав. Но мне кажется, - скромно добавил он, - что я не ошибаюсь.

- Но почему?

Терапевт развел руками.

- Интуиция, коллега. Завтра температура опять поднимется и начнется vomito negro 1. Я непременно пришлю сюда своего юношу, пусть сделает анализ крови.

Хирург смущенно почесал затылок.

- А... скажите, а что такое красная лихорадка?

- Красная лихорадка? A, fievre rouge. Это так называемая антильская лихорадка.

- Ею болеют только на Антильских островах?

- Да, на Антильских островах, в Вест-Индии, на Амазонке. А что?

- Да так, - замялся хирург и покосился на сестру милосердия. - Но ведь желтая лихорадка встречается и в Африке, не так ли?

- В Нигерии и соседних областях, но туда она занесена из других стран. При словах "желтая лихорадка" мне представляется Гаити или Панама, весь этот пейзаж - пальмы и прочее.

- Но как он попал сюда с этой лихорадкой? - рассуждал хирург. - Инкубационный период равен пяти дням, верно? А за пять дней... Выходит, что он летел всю дорогу.

- Выходит, - сказал терапевт таким тоном, что, мол, нынче это сущий пустяк. - Видно, торопился. И куда его черти несли? - Пальцы врача отбивали дробь на спинке кровати. - Думаю, сам он уже не скажет вам, почему так спешил. Очень плохое сердце. Этот человек, видно, многое перенес.

1 Черная рвота (исп.); также испанское название желтой лихорадки.

Хирург слегка кивнул и взглядом выслал сестру из палаты.

- Я вам кое-что покажу, - сказал он и открыл бедра больного. У самого паха виднелись белые шрамы, один длинный и четыре покороче, расположенные полукругом. - Пощупайте, какие они глубокие, - показал хирург. - Я все думал, от чего бы они могли быть...

- Ну, и?..

- Если он жил в тропиках, это может быть след лапы хищного зверя. Посмотрите, как конвульсивно сжались когти. Для лапы тигра они маловаты. Скорее всего, это ягуар... стало быть, речь может идти об Америке.

- Вот видите, - старый врач торжествующе высморкался, уже выясняется его биография. Lokus1: Вест-Индия. Curriculum vitae: 2 охотник и авантюрист...

- И моряк. На левом запястье под бинтом у него татуировка - якорь. Он из так называемой хорошей семьи: ступни у него довольно узкие...

- И вообще, сказал бы я, интеллигентное тело. Анамнез: пьяница, явно наследственный алкоголик. Застарелая легочная болезнь, которая недавно активизировалась, видимо, в результате лихорадки инфекционного происхождения. Скажу вам, меня эта красная лихорадка вполне устраивает. - В глазах терапевта блеснула радость. - И следы излеченной фрамбезии. Ах, коллега, мне вспоминаются мои мальчишеские мечты о дальних странах, индейцах, ягуарах, отравленных стрелах и всем прочем. Какой любопытный случай! Скиталец, который уезжает в Вест-Индию... Зачем? Видимо, бесцельно, если судить по почтовым штемпелям судьбы. Там он ведет странную, беспокойную жизнь, сердце у него для его лет невероятно изношено, он пьянствует с тоски и от жажды, обычной у диабетиков... Я прямо как на ладони вижу эту жизнь, коллега! - Старый врач, задумавшись, почесал кончик носа. - А потом внезапное и

1 Местонахождение (лат.).

2 Биография (лат.).

стремительное возвращение домой, безумная погоня за чем-то... И вот, уже у самой цели, он умрет у нас па руках от желтой лихорадки, которой его заразила жалкая крохотная stegomyia fasciata 1 в последний день блужданий в тропиках.

Хирург покачал головой.

- Он умрет от сотрясения мозга и внутреннего кровоизлияния. Оставьте мне мой диагноз.

- Желтая лихорадка у нас редкость, - настаивает терапевт. - Пожелайте ему, коллега, славной кончины, пусть он покинет этот мир, как редкий и замечательный пациент. Разве не похож он в этих повязках, безликий и безыменный, на воплощенную тайну? - Старый врач бережно прикрыл одеялом бесчувственное тело. - Ты еще кое-что расскажешь нам при вскрытии, бедняга. Но тогда книга твоей жизни будет захлопнута...

XI

Утром температура у больного поднялась до тридцати восьми с лишним, бинты у рта потемнели, словно от проступившей крови. Пациент совсем пожелтел, как и следовало ожидать, и таял на глазах.

- Ну что? - осведомился хирург у сестры милосердия. - Сегодня ночью он вам не снился?

Сестра решительно покачала головой.

- Нет. Я молилась, и это помогло. А кроме того, - мрачно добавила она, - я на всякий случай приняла тройную порцию брома.

Вошла другая сестра и доложила, что пациент с абсцессом на шее лежит в жару, икает, ничего не говорит и слабеет. Недовольно ворча, хирург заспешил к ясновидцу, так что полы его белого халата развевались на ходу.

Ясновидец, с заострившимся носом, уныло торчащим кверху, лежал, закрыв глаза.

- Ну, с какой стати у вас жар? - рассердился хирург. Покажите! - Температура была тридцать

1 комар стегомия (лат.).

восемь с лишним. Хирург сердито снял с больного повязку, рана была отличная, чистая, вокруг ни следа воспаления. И вообще никаких признаков болезни, вот только икота и чуть пожелтели белки глаз.

Хирург бредет по коридору и снова заходит в палату номер шесть. Там, у постели пациента Икс, стоит знаменитый терапевт в обществе четырех молодых врачей в белых халатах и со смаком произносит: "Fiebre amarilla".

- Ничего не поделаешь, коллега, - обращается он к хирургу, - придется вам поделиться этим пациентом с нами. Такой редкостный и интересный случай. Вот погодите, здесь соберется весь факультет со всеми светилами науки. Вы бы хоть повесили над постелью балдахин и надпись под хвойной гирляндой: "Добро пожаловать!" Или что-нибудь в этом духе. - Он высморкался, словно в рог затрубил. - С вашего разрешения мы возьмем у него несколько капель крови. Господин ординатор, распорядитесь, чтобы ассистент взял у больного кровь.

Получив по инстанции это распоряжение, высокий, длинноволосый ассистент, стоявший у левого локтя корифея терапии, наклонился к предплечью больного и протер его кожу ваткой.

- Когда вы освободитесь, - проворчал хирург, обращаясь к старику, - я попрошу вас на минутку к себе.

Но старый доктор еще не исчерпал своих восторгов по поводу желтой лихорадки и продолжал говорить о ней, пока хирург вел его в палату ясновидца.

- Ну вот, - сказал хирург. - А теперь скажите мне, что с ним?

Старик засопел и взялся за пациента, легко и искусно ощупывая его, тихо приказывая вздохнуть, не дышать, вздохнуть глубже, лечь, сказать, если будет больно, и все прочее. Наконец он оставил пациента в покое, в раздумье потер себе кончик носа и подозрительно воззрился на ясновидца.

- А что с ним может быть? Ничего, все в порядке... Тяжелый невропат, - добавил он бесцеремонно. - Не пойму только, почему у него жар.

- Вот видите, - накинулся хирург на ясновидца. - А теперь скажите, приятель, что вы вытворяете?

- Ничего я не вытворяю, - попытался отрицать больной. Но, может быть, мое самочувствие связано с тем пациентом, а?

- С каким?

- С тем, из самолета. Ведь я все время о нем думаю. У него снова жар?

- Вы его видели?

- Нет, не видел, - пробормотал ясновидец, - но я думал... сосредоточился на нем. Понимаете, такой контакт страшно изнурителен.

- Он ясновидец, - поспешно объяснил хирург. - А вчера у вас была температура?

- Да, была, - признался ясновидец. - Но иногда я... прерывал контакт, и температура падала. Это можно регулировать волей.

Хирург вопросительно взглянул на светило терапии. Тот ерошил бородку и размышлял.

- А боли? - спросил он вдруг. - Болей у вас не было? Я имею в виду боли, которые ощущает тот пациент.

- Да, были... - как-то стесненно и нехотя ответил ясновидец. - Собственно, это были чисто душевные явления, хотя и локализованные на определенных участках тела. Трудно определить точно, - робко оправдывался он, - но я назвал бы это психической болью.

- А где вы ее ощущали? - быстро спросил терапевт.

- Вот тут, - показал ясновидец.

- Ага, в верхней части брюшной полости. Правильно, удовлетворенно проворчал старый врач. - А здесь, под ложечкой?

- Давит и поташнивает.

- Очень хорошо, - обрадовался терапевт. - И больше ничего?

- Ужасно болит голова, вот здесь, в затылке... И спина. Словно меня перешибли пополам.

- Coup de barre 1, - обрадовался старый доктор. - Это же coup de barre, дружище! Вы

1 Прострел (франц.).

замечательно определили. Желгая лихорадка. Все симптомы. Как по-писаному!

Ясновидец испугался.

- Что вы говорите! Вы думаете, я мог подхватить желтую лихорадку?

- Нет, что вы! - усмехнулся терапевт. - Будьте спокойны, у нас нет такого комара. Самовнушение, - ответил он на вопросительный взгляд хирурга и, видимо, решил, что вопрос вполне исчерпан. - Самовнушение. Я не удивлюсь, если у него в моче обнаружат следы белка и крови. Когда имеешь дело с истериком, - добавил он наставительно, - ничему не следует удивляться. Они выкидывают такие фокусы... Повернитесь к свету!

- Но у меня слезятся глаза, - запротестовал ясновидец. Мне больно от света.

- Превосходно, голубчик, - похвалил его терапевт. - Совершенно верная клиническая картина, друг мой. Вы прямо-таки клад для диагностика - умеете хорошо наблюдать... То есть наблюдать самого себя. Отличный пациент! Представьте себе, многие люди совсем не умеют определить, где и что у них болит.

Ясновидец был явно польщен.

- А здесь, господин доктор, - несмело признался он, - у меня сосет.

- Эпигастрический симптом, - похвалил терапевт, словно экзаменуя усердного студента. - Отлично!

- И во рту, - припоминал ясновидец, - будто все опухло.

Старый доктор опять громогласно высморкался, словно торжествующе затрубил.

- Вот видите, - обратился он к хирургу, - налицо все симптомы febris flavae. Мой диагноз подтверждается. Подумать только: тридцать лет я не видел больного желтой лихорадкой! - с чувством добавил он. - Тридцать лет - немалый срок!

Хирург не разделял восторгов терапевта и, нахмурясь, смотрел на ясновидца. Тот отдыхал, изнуренный и обессиленный.

- Для вас подобные эксперименты вредны, - строго заметил он. - Больше я вас тут не оставлю, отправляйтесь лучше домой. А то вы внушите себе все болезни, какие только есть в клинике. Словом, забирайте-ка свою зубную щетку и... - он указал на дверь.

Ясновидец меланхолично кивнул в знак согласия.

- Я бы тут и не выдержал, - смущенно признался он. - Вы понятия не имеете, как это изнурительно. Будь он... этот самый Некто, пациент Икс, в сознании, я бы воспринимал его ощущения отчетливо, ясно... как черное на белом. А в таком глубоком беспамятстве... - Ясновидец покачал головой. - Чудовищная, почти безнадежная работа! Ничего определенного, никаких очертаний. - Он пошевелил в воздухе тонкими пальцами. - К тому же лихорадка, эдакий хаос в подсознании... все перепутано и бессвязно. А кроме того, здесь всюду чувствуется его присутствие, все только и думают о нем: и вы, и сиделки - все! - Лицо ясновидца выражало глубокое страдание. Я должен уйти отсюда, иначе я сойду с ума!

Терапевт с интересом слушал, склонив голову набок.

- Скажите, - спросил он, - вы что-нибудь узнали о нем?

Ясновидец сел, дрожащими пальцами зажег спичку и закурил сигарету.

- Да, кое-что! - Он с облегчением выпустил клуб дыма. Что бы я ни узнавал, у меня все равно будут пробелы и неясности. - Он махнул рукой. - Познавать - значит постоянно сталкиваться с загадками. Если вы спрашиваете, натолкнулся ли на них я, отвечу "да". Стало быть, я и узнал нечто. Я понимаю, вы бы хотели, чтобы я вам рассказал, но предпочитаете не расспрашивать. - Он подумал, прикрыв глаза. - Но мне необходимо избавиться от мыслей об этом человеке. Если я расскажу их вам, я смогу отложить свои мысли в долгий ящик, как вы изволили бы выразиться. Человек никогда не избавится от того, о чем молчит.

РАССКАЗ ЯСНОВИДЦА

Ясновидец уселся на постели, подтянув худые колени к подбородку, и, кося глазами, уставился в пространство, тощий и карикатурный в своей полосатой пижаме.

- Прежде всего надо объяснить мой метод и некоторые исходные понятия, - не без колебания начал он. - Вот, например, представьте себе круг, кольцо из медной проволоки. - Он начертил в воздухе круг. - Круг - вещь зримая. Мы можем представить его себе, как отвлеченное понятие, можем дать ему математическое определение, но психологически круг есть нечто представляемое зрительно.

Если завязать вам глаза, вы сможете ощупать проволоку и сказать: "Это круг". У вас было бы ощущение круга. Существуют люди, которые могут с закрытыми глазами, на слух, различить форму тела, издавшего звук. В данном случае они услышали бы круг, если бы по нему ударили палочкой. А если бы по этой проволоке ползла мыслящая муха, у нее тоже осталось бы вполне отчетливое ощущение круга.

Надо понять, как тесно соприкасаются эти чисто физические ощущения круга с душевным состоянием человека, который в полной темноте чувствует близость круга. Чувствует без помощи зрения, слуха или осязания. И это совершенно точное ощущение. Скажу вам, что, если исключить таким образом физическое восприятие, у вас будет гораздо более отчетливое ощущение именно круга, а не материала, из которого он сделан. Ибо форма - а не материал! - категория психологическая. И когда я говорю "ощущение круга", я имею в виду не какое-нибудь предположение или догадку, а совершенно точное, острое, я бы сказал мучительно ясное восприятие. Но сформулировать это восприятие и выразить его словами чрезвычайно трудно...

Ясновидец вдруг замолк.

- А почему, собственно, я выбрал для примера именно круг? Вот, видите, я предвосхищаю собственный рассказ. Ощущение замкнутого круга... Это форма тропика и одновременно форма жизни... - Он отрицательно покачал головой. - Нет, так у нас ничего не выйдет. Я знаю, вы оба скептически относитесь к телепатии. И справедливо. Телепатия - вздор, нельзя познавать вещи и явления на расстоянии, надо приблизить их: звезды - с помощью астрономических выкладок, материю - с помощью микроскопа и анализа. А если мы исключим чувственные восприятия, то можем приблизиться к чему угодно, сосредоточившись на мысли об этом предмете. Я допускаю, что бывают предчувствия, откровения, видения и сны. Я их допускаю, но отвергаю и отрицаю, как метод. Я не провидец, я аналитик. Подлинная действительность не является нам зримо, ее нужно извлечь точной работой, анализом, сосредоточенной волей. Вы признаете, что человеческий мозг - орудие анализа, но почему-то отвергаете мысль, что он может быть своего рода линзой, которая приближает вещи к нам, причем мы даже не трогаемся с места и не открываем глаз. Удивительная линза, сила которой меняется в зависимости от концентрации нашего внимания и воли.

Удивительное приближение, которое происходит не в пространстве и времени, - оно проявляется лишь в степени интенсивности ощущений и восприятий, внутри вас. Удивительная воля, которая вводит в ваше сознание вещи от вас независимые. Человек мыслит представлениями, которые возникли помимо его воли, пришли к нему извне, и он не может влиять на них, Он только концентрирует на них свое внимание.

То же со зрительными и слуховыми восприятиями, - мы воспринимаем органами чувств и нервными центрами вещи и явления вне нас. Также можно воспринимать мысли и . переживать чувства, находящиеся вне нас, и воспоминания о том, что было не с вами и не касается непосредственно вашего "я". Это так же естественно, как видеть и слышать, но вам не хватает внимания и навыка.

Хирург нетерпеливо заерзал на стуле, но ясновидец, очевидно, не заметил этого; он упивался своими поучениями, размахивал руками, мотал головой и каркал, полный самодовольной уверенности, что сладкозвучно поет.