Бункер. Пыль

Элиза сжала его руку. Прошла еще дюжина шагов, оба тихо считали. Им обоим было трудно считать так много.

«Риксон говорит, что они идут не спасать нас, а хотят захватить наш бункер».

«Да, но он видит в людях плохое», — сказал Джимми. «Так же, как и ты видишь в них хорошее».

Элиза посмотрела на Джимми. Они оба сбились со счета. Он подумал, может ли она представить себе, каково это — тысячи людей. Он едва мог вспомнить себя.

«Я бы хотела, чтобы она видела хорошее в таких людях, как я», — сказала она.

Джимми остановился, не доходя до следующей посадки. Элиза сжала его руку и свой ранец и остановилась вместе с ним. Он опустился на колени, чтобы быть ближе к ней. Когда Элиза капризничала, он видел щель, оставшуюся от ее отсутствующего зуба.

«В каждом человеке есть немного хорошего», — сказал Джимми. Он сжал плечо Элизы и почувствовал, как в горле у него образовался комок. «Но есть и плохое. Риксон, наверное, иногда больше прав, чем виноват».

Он ненавидел говорить это. Джимми ненавидел забивать голову Элизе подобными мыслями. Но он любил ее так, словно она была его собственной. И он хотел дать ей большие стальные двери, которые ей понадобятся, если бункер снова станет полным. Именно поэтому он разрешил ей разрезать книги в жестяных банках и брать понравившиеся страницы. Именно поэтому он помогал ей выбирать важные книги. Он выбрал те, которые помогали ей выжить.

«Тебе придется начать смотреть на мир глазами Риксона», — сказал Джимми, ненавидя себя за это. Он встал и потянул ее за собой вниз по ступенькам, на этот раз уже не считая. Вытер глаза, прежде чем Элиза заметила его слезы, прежде чем она задала ему один из своих легких вопросов, на которые совсем не было легких ответов.

6

Трудно было оставить позади яркий свет и комфорт своего старого дома, но Джимми согласился переехать на нижние фермы. Детям там было комфортно. Они быстро возобновляли свою работу на грядках. К тому же это было ближе к последнему из угасающих паводков.

Джимми спускался по скользким ступеням, испещренным свежей ржавчиной, и прислушивался к журчанию воды, бьющейся о лужи и сталь. Многие зеленые аварийные лампы были утоплены наводнением. Даже в тех, что работали, оставались мутные пузырьки воды. Джимми подумал о рыбах, которые раньше плавали в том месте, где теперь было открытое пространство. По мере того как вода отступала, он обнаружил несколько рыб, хотя уже давно решил, что переловил их всех. Их оказалось слишком легко поймать в ловушку в обмелевшем бассейне. Он научил Элизу, как это делать, но она с трудом снимала их с крючка. Она постоянно сбрасывала склизких тварей обратно в воду. Джимми в шутку обвинил ее в том, что она делает это специально, и Элиза призналась, что ей больше нравится их ловить, чем есть. Он позволял ей ловить последних рыбок снова и снова, пока ему не стало слишком жалко бедняжек, чтобы позволить ей продолжать это. Риксон, Ханна и близнецы были счастливы избавить этих отчаявшихся выживших от страданий и отправить их в свои желудки.

Джимми поднял взгляд за поручень над головой, представив себе свой боббер в воздухе. Он представил себе, как Тень смотрит вниз и бьет его лапой, как будто Джимми теперь рыба, оказавшаяся в подводной ловушке. Он попытался выдуть пузыри, но ничего не вышло, только усы щекотали нос.

Еще ниже, в том месте, где лестница заканчивалась, собралась лужа. Пол здесь был ровный, без уклона для стока воды. Потоки не должны были подниматься так высоко. Джимми включил фонарик, и луч прорезал непроглядную тьму в глубине Механического. Электрический провод, проложенный через открытый проход, протянулся через пост охраны. Рядом с ним тянулся клубок шлангов, который затем поворачивал обратно. Кабель и шланг знали дорогу к насосам — их оставила Джульетта.

Джимми пошел по их следу. Когда он в первый раз спустился по лестнице, то обнаружил пластиковый купол ее шлема. Он лежал среди кучи мусора, обломков и ила — всякой гадости, оставшейся после того, как ушла вода. Он постарался убрать все, что мог, и нашел среди мусора свои маленькие металлические шайбы — те самые, которыми крепились старые бумажные парашюты, — похожие на серебряные монеты. Многое из мусора, оставшегося после наводнения, так и лежало. Единственное, что ему удалось спасти, — это пластиковый купол ее шлема.

Провод и шланг повернули вниз по квадратным ступеням. Джимми шел по ним, стараясь не споткнуться. С труб и проводов над головой время от времени падала вода и била его по плечам и голове. Капли сверкали в луче его фонарика. Все остальное было темно. Он попытался представить себе, что находится там, внизу, когда все заполнено водой, и не смог. В сухом состоянии это было достаточно страшно.

Шлепок воды прямо по макушке, а потом щекотка, когда ручеек стекает в бороду. «В основном сухо, я имел в виду», — сказал Джимми, обращаясь к потолку. Он добрался до нижней ступеньки. Теперь его вела только проволока, и было плохо видно. Он побрызгал на тонкую пленку воды, направляясь по коридору. Джульетта сказала, что важно быть там, когда насос закончит работу. Кто-то должен быть рядом, чтобы включать и выключать его. Вода будет проникать внутрь, поэтому насос должен выполнять свою работу, но плохо, если он будет работать вхолостую. Она сказала ему, что сгорит нечто, называемое «крыльчаткой».

Джимми нашел насос. Он недовольно дребезжал. Большая труба перегнулась через край колодца — Джульетта сказала ему, чтобы он был осторожен и не упал, — и из его глубин доносился всасывающий, булькающий звук. Джимми направил фонарик вниз и увидел, что шахта почти пуста. Всего фута два воды, взбаламученной бесплодными усилиями огромной трубы.

Он достал из нагрудного кармана кусачки и выловил провод из тонкого слоя воды. Насос сердито зарычал, металл звякнул о металл, в воздухе запахло горячим электричеством, пар поднимался от цилиндрического корпуса, обеспечивающего питание. Раздвинув два соединенных провода, Джимми кусачками перерезал один из них. Насос продолжал работать, но постепенно заглох. Джульетта подсказала ему, что делать. Он зачистил отрезанный провод и скрутил концы. Когда резервуар снова наполнится, Джимми придется вручную закорачивать пусковой выключатель, как это делала она все эти недели назад. Они с детьми могли бы работать по очереди. Они будут жить выше разрушенных наводнением уровней, ухаживать за Уайлдсом и держать бункер сухим, пока Джульетта не придет за ними.

Хранилище 18

7

Спор с Ширли по поводу генератора закончился неудачно. Джульетта добилась своего, но победителем не вышла. Она смотрела, как уходит ее старая подруга, и пыталась представить себя на ее месте. Прошло всего несколько месяцев после смерти ее мужа Марка. Джульетта целый год была разбита после потери Джорджа. И вот теперь какой-то мэр говорит начальнику механического отдела, что они забирают резервный генератор. Украсть его. Оставив бункер на произвол механической поломки. Один зуб отщелкнется от шестеренки, и все уровни погрузятся во тьму, все насосы затихнут, пока их не починят.

Джульетте не нужно было слушать, как Ширли аргументирует свои доводы. Она и сама вполне могла их назвать. Теперь она стояла одна в тусклом коридоре, шаги подруги затихали, и думала, что же она делает. Даже окружающие теряли к ней доверие. И почему? Из-за обещания? Или она просто упрямится?

Она почесала руку — один из шрамов под комбинезоном зудел — и вспомнила, как после почти двадцати лет упорного избегания разговаривала с отцом. Ни один из них не признался, насколько глупым он был, но это висело в комнате, как семейное одеяло. Вот в чем заключалась их неудача, источник их стремления добиться многого в жизни и одновременно причина ущерба, который они так часто оставляли после себя, — эта пагубная гордыня.

Джульетта повернулась и вошла обратно в генераторную. Грохот вдоль дальней стены напомнил ей о более… неуравновешенных днях. Звук рытья не был похож на деформированный генератор ее прошлого: молодой, горячий и опасный.

Работа над резервным генератором уже шла полным ходом. Доусон и его команда отсоединяли выхлопную муфту. Раф массивным гаечным ключом откручивал одну из крупных гаек на переднем креплении, отделяя генератор от древнего крепления. Джульетта поняла, что она действительно это делает. Ширли имела полное право злиться.

Она пересекла комнату, пролезла через одно из отверстий в стене, просунула голову под арматуру и обнаружила Бобби в задней части огромного экскаватора, почесывающего бороду. Бобби был громадным человеком. Он носил длинные волосы, заплетенные в тугие косы, как это любят делать шахтеры, а его угольная кожа скрывала следы усилий, затраченных на темные работы. Он был во всех отношениях противоположностью своему другу Рафу. Хайла, его дочь и одновременно тень, тихо стояла у его локтя.

«Как дела?» — спросила Джульетта.

«Как дела? Или как работает эта машина?» Бобби повернулся и с минуту изучал ее. «Я скажу тебе, как работает это ржавое ведро. Она не для поворота, не для того, что нужно тебе. Она направлена прямо, как стержень. Она вообще не предназначена для управления».

Джульетта поприветствовала Хайлу и оценила прогресс в работе экскаватора. Машина хорошо отмывалась, была в прекрасной форме. Положила руку на руку Бобби. «Она будет управляться», — заверила она его. «Мы поставим железные клинья вдоль стены здесь, с правой стороны». Указала на это место. Прожекторы, установленные над шахтами, освещали темную скалу. «Когда задняя часть будет давить на эти клинья, передняя часть будет отходить в сторону». Одной рукой изображая экскаватор, она надавила на запястье другой, выгнув руку, чтобы показать, как он должен маневрировать.

Бобби неохотно согласился. «Это будет медленно, но может получиться». Он развернул лист тонкой бумаги, на котором была изображена схема всех бункеров, и изучил путь, нарисованный Джульеттой. Она украла схему из потайного кабинета Лукаса, и предложенный ею ход пролегал по дуге от 18-го до 17-го бункера, от генераторной до генераторной. «Придется вбить клин и вниз», — сказал ей Бобби. «Мы должны заклинить и вниз», — сказал ей Бобби. «Она находится под наклоном, как будто ей хочется подняться».

«Это нормально. Что слышно по поводу укрепления?»

Хайла изучала двух взрослых и крутила уголек в одной руке, в другой держала свой грифель. Бобби посмотрел на потолок и нахмурился.

«Эрик не очень-то хочет давать в долг то, что у него есть. Он говорит, что у него хватит балок на тысячу ярдов. Я сказал ему, что тебе нужно в пять или десять раз больше».

«Тогда нам придется достать немного из шахт». Джульетта кивнула на Хайлу и ее грифель, предлагая записать это.

«Ты хочешь развязать здесь войну, да?» Бобби подергал себя за бороду, явно волнуясь. Хайла перестала писать на грифельной доске и переводила взгляд с одного начальника на другого, не зная, что делать.

«Я поговорю с Эриком», — сказала она Бобби. «Когда я пообещаю ему груду стальных балок, которые мы найдем в другом бункере, он уступит».

Бобби поднял бровь. «Плохой подбор словечек».

Он нервно рассмеялся, в то время как Джульетта жестом указала на его дочь. «Нам понадобится тридцать шесть балок и семьдесят два стояка», — сказала она.

Хайла виновато посмотрела на Бобби, прежде чем записать это.

«Если эта штука сдвинется с места, то будет много грязи», — сказал Бобби. «Транспортировка хвостов отсюда в дробилку в шахтах будет беспорядочной и потребует столько же людей, сколько и земляные работы».

Мысль о дробильном отделении, где хвосты измельчались в порошок и выбрасывались в выхлопной коллектор, пробудила болезненные воспоминания. Джульетта направила фонарик на ноги Бобби, стараясь не думать о прошлом. «Мы не будем выбрасывать хвосты», — сказала она ему. «Шестая шахта находится почти прямо под нами. Если мы будем копать прямо вниз, то попадем в нее».

«Ты имеешь в виду засыпать шестую шахту?» недоверчиво спросил Бобби.

«Шестая все равно почти исчерпана. И мы удвоим количество руды, как только доберемся до другого бункера».

«Эрик сейчас взорвется. Ты ведь никого не забыла, правда?»

Джульетта изучала свою старую подругу. «Никого не забыла?»

«Всех, кого ты не хочешь вывести из себя».

Джульетта проигнорировала колкость и повернулась к Хайле. «Запиши Кортни. Я хочу, чтобы резервный генератор был полностью обслужен до того, как его привезут. Здесь не будет места, чтобы снять головки и проверить уплотнения, когда его установят. Потолок будет слишком низким».

Бобби следил за тем, как Джульетта продолжает осмотр экскаватора. «Ты будешь здесь, чтобы присматривать за этим, не так ли?» — спросил он. «Ты будешь здесь, чтобы подсоединить генераторную установку к этому монстру, верно?»

Она покачала головой. «Боюсь, что нет. Этим займется Доусон. Лукас прав, мне нужно подняться и сделать обход…»

«Чушь собачья», — сказал Бобби. «О чем это ты, Джулс? Я никогда не видел, чтобы ты так бросала проект на половине, даже если это означало бы работу в три смены».

Джульетта повернулась и бросила на Хайлу такой взгляд, который, как известно, у всех детей и теней означает, что их ушей здесь не ждут. Хайла посторонилась, пока две старые подруги продолжали свой путь.

«Мое пребывание здесь вызывает беспорядки», — сказала Джульетта Бобби, ее голос был тихим и поглощенным необъятностью машины позади них. «Лукас правильно сделал, что пришел за мной». Она бросила на старого шахтера холодный взгляд. «И я изобью тебя до потери сознания, если это дойдет до него».

Он засмеялся и показал свои ладони. «Ты не должна мне говорить. Я женат».

Джульетта кивнула. «Будет лучше, если вы все будете копать, пока я нахожусь в другом месте. Если я буду отвлекать, то пусть я буду отвлекать». Они дошли до конца пустоты, которую вскоре заполнил резервный генератор. Это было очень умно — держать хрупкий двигатель там, где он будет использоваться и обслуживаться. Остальная часть экскаватора была просто сталью и скрежещущими зубьями, шестеренками, плотно набитыми смазкой.

«Эти твои друзья», — сказал Бобби. «Они стоят всего этого?»

«Да». Джульетта изучала своего старого друга. «Но это не только для них. Это и для нас тоже».

Бобби пожевал свою бороду. «Я не понимаю», — сказал он после паузы.

«Мы должны доказать, что это работает», — сказала она. «Это только начало».

Бобби пристально посмотрел на нее. «Ну, если это не начало одного дела, — сказал он, — то я бы рискнул сказать, что это конец другого».

8

Джульетта остановилась у мастерской Уокера и постучала, прежде чем войти. Она слышала рассказы о том, что он был на свободе во время восстания, но это было шестеренкой, зубы которой отказывались сходиться в ее голове. С ее точки зрения, это была всего лишь легенда, в которую можно было не верить, потому что ее не видели своими глазами — примерно так же, как для большинства людей не понятен ее поход между бункерами. Слух. Миф. Кто была эта женщина-механик, утверждавшая, что видела другую землю? Подобные истории не принимались во внимание, если только легенда не превращалась в религию.

«Джулс!» Уокер поднял глаза от своего стола, один из которых через лупу был размером с помидор. Он отодвинул линзу, и глаз уменьшился до нормального размера. «Хорошо, хорошо. Очень рад, что вы здесь». Он помахал ей рукой. В комнате стоял запах горелых волос, как будто старик склонился над паяльной лампой, не заботясь о своих длинных седых локонах.

«Я просто пришла передать кое-что Соло», — сказала она. «И сообщить вам, что меня не будет несколько дней».

«Ох?» Уокер нахмурился. Он положил несколько мелких инструментов в кожаный фартук и прижал паяльник к влажной губке. Шипение напомнило Джульетте злобную кошку, которая жила в насосной комнате и ворчала на нее из темноты. «Этот Лукас уводит тебя?» — спросил Уокер. спросил Уокер.

Джульетта вспомнила, что Уокер не был другом открытых пространств, но он был другом носильщиков. А они дружили с его монетами.

«Отчасти это так», — призналась она. Она достала табурет и опустилась на него, изучая свои руки, которые были исцарапаны и испачканы жиром. «Другая часть заключается в том, что эти раскопки займут какое-то время, а ты знаешь, какой я становлюсь, когда сижу на месте. У меня есть еще один проект, над которым размышляю. Он будет еще менее популярным, чем этот».

Уокер некоторое время изучал ее, поднял взгляд к потолку, а затем его глаза расширились. Каким-то образом он понял, что именно она задумала. «Ты как миска чили Кортни», — прошептал он. «Создаешь проблемы с двух концов».

Джульетта рассмеялась, но при этом почувствовала разочарование от того, что она была такой открытой. Так предсказуема.

«Я еще не сказала Лукасу», — предупредила она его. «Или Питеру».

Уокер скривил лицо при упоминании второго имени.

«Биллингс», — сказала она. «Новый шериф».

«Точно». Он отключил паяльник от сети и снова вытер его о губку. «Я забыл, что это больше не твоя работа».

Вряд ли это было так, хотела сказать она.

«Я просто хочу сказать Соло, что мы почти приступили к раскопкам. Мне нужно убедиться, что наводнение там под контролем». Она указала жестом на его рацию, которая могла делать гораздо больше, чем просто передавать информацию по одному бункеру. Как и рация в комнате под серверами IT, это устройство, которое он построил, могло вещать на другие бункеры.

«Конечно. Жаль, что ты не уедешь через день или два. Я почти закончил с портативкой». Он показал ей пластиковую коробку размером чуть больше, чем те старые рации, которые она и ее помощники носили на бедрах. В ней все еще болтались провода и был прикреплен большой внешний аккумулятор. «Как только я с ней закончу, можно будет переключать каналы с помощью циферблата. Он поддерживает ретрансляторы, расположенные в обоих бункерах».

Она осторожно взяла прибор в руки, не понимая, о чем он говорит. Уокер указал на циферблат с тридцатью двумя пронумерованными позициями вокруг него. Это она поняла.

«Осталось только заставить старые перезаряжаемые аккумуляторы хорошо работать. Далее работаю над регулировкой напряжения».

«Ты потрясающий», — прошептала Джульетта.

Уокер засиял. «Потрясающие люди, которые сделали это в первый раз. Я не могу поверить в то, что они смогли сделать сотни лет назад. Люди тогда были не так глупы, как в это хочется верить».

Джульетта хотела рассказать ему о книгах, которые она видела, о том, что люди в те времена выглядели так, словно они были из будущего, а не из прошлого.

Уокер вытер руки старой тряпкой. «Я предупредил Бобби и остальных, и думаю, что тебе тоже следует знать. Рации не будут работать так хорошо, чем глубже они будут копать, и только тогда они попадут на другую сторону».

Джульетта кивнула. «Я слышала. Кортни сказала, что они будут использовать бегунов, как в шахтах. Я назначила ее ответственной за раскопки. Она продумала практически все».

Уокер нахмурился. «Я слышал, что она хотела сделать так, чтобы с этой стороны тоже дуло, на случай, если они попадут в очаг плохого воздуха».

«Это была идея Ширли. Она просто пытается придумать причины, чтобы не копать. Но ты же знаешь Кортни, если она что-то задумала, это обязательно будет сделано».

Уокер почесал бороду. «Пока она не забывает меня кормить, у нас все будет хорошо».

Джульетта засмеялась. «Я уверена, что не забудет».

«Что ж, желаю удачи в обходе».

«Спасибо», — сказала она, и указала на большой радиоприемник на верстаке. «Ты можешь соединить меня с Соло?»

«Конечно, конечно. Семнадцать. Забыл, что вы пришли сюда не для того, чтобы поболтать со мной. Давай позвоним твоему другу». Он покачал головой. «Должен сказать, что, судя по разговору, он очень странный парень».

Джульетта улыбнулась и посмотрела на своего старого друга. Она подождала, не шутит ли он, но решила, что он совершенно серьезен, и рассмеялась.