Хроники отряда Кси. Противостояние.

-- Никто. Видимо, эти парни прилетели под маскировкой. А у кого она есть, кроме как у Альянса?

Клау добавил набор очень грязных ругательств, почесал белобрысую, немного плешивую макушку и, казалось, утратил к Русанову всякий интерес.

-- Вы все четверо — добыча, буркнул он наконец -- Виноваты или нет — мне плевать. Сдадим пленников властям на Гиркане, тем более, за вас там неплохо за платят.

-- Зря. Космофлот Земли за нами прилетит.

-- Ваш Космофлот не успеет. Сюда уже летят имперские корабли. Вас примут и увезут, так что готовься оправдываться перед старейшинами. И скажу тебе честно — оправдания не помогут.

«Вот и делай Ушедшим добро, -- подумал отчаявшийся Русанов. — Вот и надейся на объединение человечества. Что у сирмийцев, что у гирканцев — у всех извращенная этика. Хорошо хоть Измайлов сообразил и увел «Алконост» через варп. А мог и остаться — из-за меня… И попал бы со всем экипажем в клещи гирканского флота. Что-то мне подсказывает — здесь замешан отряд Кси, а где Кси — там интриги и грязная игра».

* * *

Секретная база отряда Кси, 250 часов спустя

Экран связи погас. Ангелина коснулась кулона на шее, и маскировка исчезла, отрывая округлый подбородок, яркие губы, четко очерченный овал лица. Чуть дольше, всего на миг, тень задержалась в глазницах.

«Черт бы побрал контрабандистов, переговоры с ними выматывают. Марти справляется лучше, меня же мучает желание послать этих упырей в задницу... Но нельзя. Отряду нужна минус-материя»

Она отошла от устройства связи, склонилась на умывальником, плеснула водой в лицо. Зеркало отразило тени под глазами.

«Неизвестность меня выматывают. Мы играем с сирмийской контрразведкой, считаем себя умнее, но так ли это? Их флотилия нанесет орбитальный удар по Гиркану. Мы высадим десант, как и обещали. Но дальше цели разойдутся, и что тогда? Справится ли Рей?».

Всего два часа назад Ангелина проверила личное оружие и заставила диверсионную группу проделать то же самое. Она вела переговоры и просчитывала варианты, на всякий случай подготовила себе и Марту заместителей, а для заместителей – еще и дублеров...

Несмотря на всю эту бурную деятельность, Ли не покидало ощущение холода. Климатическая установка базы, ориентированная на среднего человека, не позволяла ей согреться.

«Когда все кончится, надо сходить к Владу, проверить, почему я вдруг ослабела».

Ангелина отогнала неприятные мысли, как только пискнул браслет.

– Контр-адмирал Флетчер на связи.

Голограмма воплотилась в квадратную фигуру Ричарда, его красные от ярости щеки и нахмуренный, весь в складках лоб.

– Какого черта, Март!…. ах, простите, мисс... не припомню вашего имени.

– Бывший старший лейтенант Ангелина «Ли».

– Не важно, черт бы вас побрал! Позовите Марта.

– Его нет на базе.

– Ах так? Тогда передайте от меня капитану второго ранга, что он полное дерьмо!

– Какие дополнительные объяснения передать ему, контр-адмирал?

– Вы еще спрашиваете! Империя гирканцев обвиняет капитана «Алконоста» в уничтожении колонии на Фесни. Захвачены пленные. Мы на грани войны, Лига ведет переговоры с союзниками, просит помощи в обороне Земли...

– А при чем здесь Мартин Рей? Мы больше не офицеры Объединенного Космофлота.

– Не верю, что отряд Кси здесь не при чем. Хочу спросить прямо – вы там все свихнулись? Собираетесь начать войну и пойти путем Крайтона? Ради чего?

– Простите, контр-адмирал, ваши подозрения беспочвенны, но я передам бывшему капитану Рею, что вы беспокоились..

– Беспокоился?! Да! Передай кое-что этому сукину сыну... Передай, что если из-за его интриг хоть один удар коснется Земли, мы этого «Рея» из-под земли достанем. И пусть не мечтает, что ему позволят врать в суде о «защите человечества» и оставят доживать в безопасной камере. Совсем напротив – до суда он попросту не доживет.

Экран погас, и Ангелина нервно рассмеялась.

– Если на Земле у нас такие союзники, то как же выглядят враги?

Она отошла и присела на край кровати, ощущая внезапную слабость . Слегка ныли пальцы рук. «Все ли идет по плану?.. «Атлант» готов к переходу в пространство гирканцев... Как только Март снова выйдет на связь и скажет кодовое слово...»

Слабость вдруг сделалась непреодолимой, мир посерел, верх и низ поменялись местами, Ангелина покачнулась и упала на койку боком, а потом скатилась на пол, потеряв сознание.

* * *

– Ли уже три часа без сознания... Надеюсь, ментальное сканирование не навредило.

–Не повредило и она скоро очнется, – довольно приятным по тембру, но холодноватым голосом произнесла Зинаида, разрывая мысленную связь и осторожно отступая назад.-- Ее болезнь не по моей части. Это не ментальное.

– Да, пожалуй. Я исследовал кровь и сделал пару снимков. Видите? В ее крови нано-частицы, возможно, искусственные.

– Позвольте глянуть.

Псионичка подошла к экрану -- холодная, правильная, как всегда.

– Кажется, этот возбудитель вам знаком? -- нетерпеливо спросил Влад, которого присутствие телепатки почему-то смущало.

– Знаком. Я читала о нем в закрытом репозитории для псиоников. «Родина» вируса — Сирма.

– Полагаете, Ангелину заразили?

– Не уверена, но возможно.

– Люди на базе рискуют?

– Вам, конечно, виднее. Я думаю, опасности нет. Для распространения нужна специфическая атмосфера с большой концентрацией парниковых газов.

– Вот, значит, как… Я-то смотрю, эти нано-счастицы изменчивы. Лекарство мы синтезируем и оно притормозит процесс, но в конце концов...

-- Да, я поняла. Лет через пять вирус поразит мозг. Нарушится координация движений, речь станет невнятной, Ли не сможет глотать пищу, забудет лица друзей. В конце концов ее ожидают безумие и смерть. Мне очень жаль, доктор.

Влад тяжело опустился на стул. Хотел спрятать лицо в ладони, но постеснялся делать это на глазах у псионички.

– Думаю, болезнь Ангелины придется засекретить. Ото всех, даже от наших сотрудников.

– Как скажете, доктор.

– Надеюсь, средство для радикального лечения все же найдется, а вот разговора с самой Ли я откровенно, говоря, опасаюсь. Он получится сложным.

– Не надо трусить, Влад, сложностей не возникнет, я все слышала и все понимаю... - раздался с кровати приглушенный голос.

– Господи боже! Да ты, дорогая, как всегда, слышишь и видишь все.

– Не вижу, но слышу... И не надо плакать, старый друг. Пять лет – это чертова целая вечность. Сделай укол, я встану, уйду работать и не стану тебе мешать...

– Твой фатализм просто неприличен.

Влад сверился с надписью на экране, наполнил шприц, сдвинул воротник Ангелины и ввел желтоватую жидкость прямо в шею.

– Полежи хотя бы полчаса.

– Мне и пяти минут хватит...

* * *

… Уже у себя в каюте Ангелина проверила пропущенные вызовы на закрытом канале. Один из них приходил от Сантоса, что настораживало.

«Сантос сейчас в Йоханнесбурге. Он ненавязчив и не вышел бы на связь без причины».

Она опустилась в кресло и попыталась отвлечься, пересматривая старые материалы по операциям на Сирме. Повторный вызов от Сантоса не приходил очень долго. Канал заработал лишь через два с половиной часа, когда Ангелина потеряла надежду.

– Семьсот третий на связи...

– Ли слушает.

– Я могу говорить только с Мартом.

– Его сейчас нет, но можешь доверять мне точно так же , как ему.

– Но...

– Слушай, я ждала тебя очень долго для моей короткой жизни, так что не тяни время...

Сантос, похоже, смутился, а, может, и слегка обиделся.

– Войну считают неизбежной, из-за этого на Космофлоте начались перестановки, -- быстро заговорил он. -- Пять дней назад я получил назначение в космос, на исследовательскую базу «Инфернум-семь».

– Ничего о ней не знаю.

– Это сверхсекретный объект, которого нет в репозитории. Мне сказали, он подчиняется временной контрразведке Космофлота. Там потребовался врач с незапятнанным послужным списком, одинокий, без сомнительных связей. Решили, что я подхожу.

– Неплохо. Держи меня в курсе дел.

– Это не все. Подробности долго объяснять, поэтому запомните и передайте, пожалуйста, Марту. Первое – «Инфернум-семь» очень странное и нехорошее место. Второе – я нашел там Кая Эсперо.

– Что?!

– Повторяю еще раз – я нашел Кая.

После этих слов сигнал прервался.

«Черт бы тебя побрал, добрый доктор, – подумала Ли. – Лучше бы ты никогда не находил это. Но ты нашел. И теперь у меня острое желание -- забыть о нашем разговоре и ничего не передавать Марту. Браун опасен. Браун может стать тем фактором, который ляжет на неправильную чашу весов и окончательно уничтожит отряд. Март думает иначе. Если я совру про Эсперо, он никогда меня не простит... как назло, жизнь тоже кончается, нельзя вдобавок потерять друга...»

Глава 3. У каждого свой путь

Космическое пространство Альянса, годы и месяцы назад

Космическая яхта «Лили» была прекрасна. Элегантный, с идеальными обводами корпус. Лучше варп-двигатель и силовое ядро. Свежий воздух, дорогие синтезаторы, бассейн и весь мыслимый комфорт в замкнутом пространстве корабля. Месс Шеффер любил свою яхту и предпочитал ее техничную роскошь скучному ретро земных или марсианских городов.

Он всегда жил так, словно шел по грани. Побег от опекуна -- в четырнадцать лет. Бои на арене — в пятнадцать, космические гонки — в восемнадцать, контрабанда лишь ради развлечения в двадцать два, участие в пиратских рейдах — в двадцать пять.

Впервые он убил, чтобы понять сущность смерти, и убивал регулярно, пока не пресытился.

Тела девушек брал или покупал, а иногда, бонусом, покупал и сердца, бросая любовниц, как только наступит скука. Двух самых капризных тогда еще молодой тогда Месс бросил в буквальном смысле слова, силой затолкав в шлюз.

К тридцати пяти Шеффер успокоился и понял, что простые развлечения исчерпаны. Оставались развлечения сложные, престижные и, в хорошем смысле, пряные — политика или война.

Возможность войти в Лигу Земли Шефферу отсекли очень быстро. Трижды проклятый отряд Кси раскопал прошлое кандидата -- то, которое с неприятным душком. Оставалось поиграть на марсианском политическом поле, и Месс воспользовался этим, лоббируя самые интересные либертианские законы. Рост индекса коррупции на Марсе вскоре привлек внимание инспекций, и Шеффер затаился, прыгнув на «Лили» в глубокий космос.

Здесь, на окраине обитаемого пространства, он открыл для себя полноту счастья. Риски ионных штормов, опасность черных дыр, необъяснимые зоны, недоступные для варп-прыжков заняли ум Шеффера на годы.

Свое сорокалетие он встретил в созвездии Цефея, на борту «Лили» в одиночестве, точнее, в компании с искином, который полностью заменял команду корабля.

Искина звали Рупертом. Точнее, имя Руперта носило его визуальное воплощение — голограмма элегантного консильери. Под обликом секретаря скрывался крошечный проектор, которые плавал воздухе салона, но Месса такие мелочи не смущали. Руперт был умен, очень предан хозяину и изысканно циничен по отношению к прочим. Все технические работы на борту выполняли микроботы, всё тот же консильери незримо управлял ими сам.

-- За жизнь! — объявил Месс, поднимая бокал игристого вина.

… Через неделю «Лили» «заправлялась» минус-материей на Ферее. Шеффер использовал паузу и пригласил на борт биологов, выбрав троих, наиболее перспективных, но не знатных и, по слухам, не слишком совестливых.

-- Я хочу жить вечно, -- без обиняков сказал он. — Вечно в своем теле, конечно, а не в форме ИИ или клона. Эту дешевку не предлагать.

-- Но…

-- Что «но»? Не стесняйтесь, говорите прямо.

-- Даже если мы сумеем остановить старе… простите, естественный износ вашего тела, чисто статистически перспектива смерти останется. Травмы, аварии, насилие…

-- Чушь! Я не спрашивал вас про риски. Сирмийцы живут по четыреста лет. Для начала (подчеркну — для начала) я хочу нечто похожее, и готов щедро платить. На Ферее вы полезные планете плебеи. На мое службе станете аристократами от науки.

Светила науки посовещались на своем ферейском мелодичном говоре, после чего на эсперанто заговорил самый смелый из них.

-- Понимаете, сеньоро Шеффер… Культуре Сирмы тоже четыреста лет. Сирмийцы изменили свой геном в древности, они делали это до рождения ребенка, на уровне клетки, и даже там самых древних выжило мало. Вы — взрослый состоявшийся мужчина. Поменять ваш геном — задача невероятная. Есть, конечно, иные пути. Мы можем вылечить ваши болезни, поддерживать организм на постоянной основе, дать вам внешность тридцатилетнего или, если хотите, вовсе юноши, но… Вы все равно проживете лет сто пятьдесят. Дальше гарантии не будет.

-- Нет, не пойдет. Я хочу поменять свой геном и получить в карман вечность.