Дальше действовать будем мы

— Давай один на один Фома! Победишь и я забуду про ваш косяк. Ну а проиграешь, я тебя обоссу!

— Я тебя сам обоссу Заяц! Лучше скачи в свою нору, пока я тебе все кости не переломал! Вперед пацаны! А-а-а!!!

— А-а-а!!! — с воплями ломанулись раменские.

Да-да-да-дах!!!

Громом среди ясного неба прозвучало несколько автоматных очередей. Это конечно заставило ринувшихся в атаку остановиться и замереть, недоуменно озираясь.

— На каждое оружие есть оружие помощнее Фома, — сказал Зайцев. — Или деремся честно, или мы вас тут из автоматов положим.

— Э-э…

Такого поворота раменские никак не ожидали.

— Один на один Фома… и потом деремся без оружия как честные пацаны. Победите, город останется за вами. Проиграете — будете под нами.

Фоме не осталось ничего другого как бросить дубинку и снять с руки кастет. Ну а дальше случилась эпическая схватка сродни битве Пересвета и Челубея. Фома был неплох, но похоже морально сломался еще до схватки, ведь готовился драться с дубинкой и кастетом, ну и то, что у противника есть огнестрел, причем автоматы похоже тоже его подкосило.

Зайцев выхватил несколько ударов из-за чего едва поджившая бровь вновь начала обильно кровить, но в итоге он все же заборол своего соперника, ну и пацан сказал — пацан сделал, так что помочился на поверженного Фому.

— Ну а теперь бросайте свое железо с дубьем и деритесь как честные пацаны, — сказал Зайцев. — Иначе мы кого не постреляем, потом тоже обосцым! А кто смухлюет, того вообще потом забьем насмерть.

На землю полетели цепи и дубинки.

— Гаси чмошников!

Эта драка долго не продлилась, собственно закончилась едва начавшись, стоило только первым рядам вступить в бой, как задние побежали, сначала по одиночке, а потом целыми группами по пять-десять человек и в итоге побежали массово.

14

А вот кто удивил, так это раменские социально близкие. Прислали парламентера в виде пацана отмотавшего срок по малолетке с предложением о переговорах. Отказываться Киборгин не стал, почему бы и не поговорить, раз просят, убить всегда успеет. Дал гарантии безопасности и пригласил к себе в люберецкий офис.

Раменский смотрящий кочевряжиться не стал.

В кабинет вошел молодой вор в законе, на вид лет двадцать пять.

— Я, Олег Липатов, так же известный как Липа.

— О чем ты хотел поговорить, Липа?

— О союзе.

— Хм-м… неожиданно. А как же все эти ваши закидоны о неприемлемости сотрудничества с властями.

— Так ты же не власть.

— Я — Армия. Вы нас еще краснопузыми зовете.

— Все равно, вы же вышли из официальной сферы деятельности и вошли в теневую область.

— Ладно, пусть так. Ты знаешь такого положенца по кличке Бритва?

— Да. Он заходил к тебе от московских воров и рассказал… как он с тобой разговаривал, что и как ты сказал ему.

«Интересно было бы посмотреть на их реакцию… — подумал Анатолий. — Но спрашивать об этом конечно нельзя».

— Значит ты должен знать, что мы не станем заключать с вами никаких союзов Липа, несмотря на то, что вошли в эту теневую сферу. Или бегите, или умрите, вот все что мы можем вам предложить. Вы нам не нужны ни в каком виде. Ваши, так называемые моральные принципы, что вы называете понятиями, нам не подходят, они вредны, ибо это гниль, да и будем честны, они давно протухли… Все эти мерзости с опусканием и прочим моральным дерьмом паразитического образа жизни.

— Об этом я и хочу сказать, Киборг…

— Вот сейчас ты меня вправду удивил, — признался Анатолий. — Продолжай.

— Старым воровским принципам вроде не иметь семьи и вести скромный образ жизни остались привержены крайне немногие, в основном старики и то главным образом из русских… коим уже все равно даже при желании не завести семью по естественным физиологическим причинам. Все прочие давно уже кладут на это все с прибором, семьи может официально не заводят, но фактически… Про то, как шикуют кавказские воры уже ходят легенды. Дворцы с бассейнами, богатые пиры, у среднеазиатов не то что семьи, а настоящие гаремы.

— Красиво жить не запретишь, особенно когда бабло девать некуда…

— Ну да, — хмыкнул Липатов. — Кто ж им запретит, если они сами и определяют воровские понятия. Но это все ерунда, положим я сам хочу жить красиво, ни в чем себе особо не отказывая…

— И что же мешало?

— Отсутствие бабла.

— Да вроде не так уж плохо получаете… я пол ляма с Граненого снял.

— Это не показатель… тем более он был едва ли не самым богатым смотрящим среди нас. Я, например могу рассчитывать всего на сто штук в месяц.

— Тоже немало.

— Да, только и эти деньги не мои. Надо поддерживать своих шестерок, на грев подкидывать, то, се и остается сущий мизер…

— Ты мне сейчас на бедность пожаловаться решил? — усмехнулся Киборгин.

— Нет, я веду к тому, что нас воров из русских очень мало и посвящают в это звание не слишком охотно, а если и посвящают, то задвигают на периферию. Куда чаще и охотнее в звание воров в законе посвящают всяких кавказцев и они имеют самые жирные куски.

— Слышал что-то об этом… Только нам на это плевать. Сметем всех без разбору.

— Но стоит ли сметать всех?

— Стоит. Это как гангрена. Оставил небольшой кусочек зараженной плоти и все, болезнь началась с новой силой.

— Но в чем собственно разница между вами и нами? Та же иерархия, те же источники дохода…

«Так-то по большому счету ни в чем», — вынужден был признать Анатолий.

— Мы не занимаемся воровством, не обносим квартиры, не воруем последнее у рабочих крадя кошельки из карманов, не занимаемся мошенничеством… собственно как завещал Маркс экспроприируем у эксплуататоров.

— Но ведь этим все равно будет кто-то заниматься, так не лучше ли их держать под контролем?

— Нет. Этих уродов надо сразу давить как паразитов.

— Ладно… — вздохнул Липатов с несколько разочарованным видом.

«Не получилось, но попытаться стоило», — понял его Киборгин и чуть усмехнулся.

— Тогда такой вариант… Если отсечь все эти откровенно преступные деяния, то может есть вариант включить нас в свою структуру на общих основаниях?

— Хм-м… Неожиданно… я бы даже сказал оригинально… Вопрос в том, много ли вас таких, кто готов отказаться от ваших блатных понятий.

— Да в общем-то хватает, — пожал плечами Липатов. — Воровская романтика она знаешь ли по большей части до первой сидки, на самой зоне как-то не сильно весело даже в статусе вора в законе, а уж простого сидельца и вовсе… Понятно, что в нашей среде есть определенные правила игры, меряемся авторитетом, кто по какой статье ходил, на сколько и так далее, это как у вас награды, у кого какие медали да ордена и за какой подвиг получены… но по большому счету никому это не интересно особенно в разрезе того, что по старым понятиям вор в законе должен то и дело возвращаться на кичу, хоть по мелкой статье, но отсидеть пару-тройку лет в десятилетие, типа для подтверждения своего статуса.

Анатолий понятливо кивнул, а Липа продолжил:

— Но времена меняются. И если старики еще боле-менее следуют всем этим законам, то молодежи вроде меня это все давно не интересно. Ну и как я уже отметил, есть момент сильного внутреннего недовольства. Это я про кавказских воров коих становится все больше, да и посвящают их в сей статус по поводу и без. По старым понятиям большая их часть не прошла бы проверку и их всех бы посадили на перо, как тех кого посвятили, так и тех, кто посвятил.

— По сути стали блатными среди блатных.

— Тапа того… Нас отжимают сначала из крупных городов в вот такие городки-спутники, да малые районные городки, но дураков среди нас нет и все понимают, что этот процесс постепенно продолжится. Скоро нас выдавят в районы рулить поселками с одной лесопилкой, а в русских городах смотрящими сядут всякие швилли да прочие националы. Это мягко говоря неправильно.

— То есть у вас там назревает своеобразный межнациональный конфликт?

— Ну да… можно сказать произошла ответная национализация.

Киборгин понятливо кивнул. Слышал он как-то в свое время, что в девяностых славянские воры в законе предлагали ментам объединиться против кавказских и азиатских воров, но те почему-то не согласились. Может были ими куплены с потрохами… Как посчитал Анатолий, это была ошибка. Второе и тем более третье поколение этих бандитов стали бы обычными бизнесменами, особенно если бы была поставлена такая задача, а так получилось то, что получилось, бизнес контролируют всякие деды Хасаны и прочие Ахмеды с Исмаилами, да Асланбеки.

— Интересно.

Анатолий задумался. Упускать такой ресурс не хотелось. Это информация о противнике. Максимально полная. Но вопрос заключался в том, что предложить взамен славянским ворам за сотрудничество в изничтожении воров из числа всяких националов? Сохранять воровскую структуру в России он категорически не хотел.

— Липа… в общем это надо будет еще все согласовать на более высоком уровне, но есть один вариант нашего дальнейшего возможного существования, при этом вы не только не потеряете в уровне жизни, но и серьезно его поднимите.

— Слушаю!

— Вы идете по пути английских пиратов…

— То есть?

— То есть английские пираты попиратствовав некоторое время в интересах английской короны грабя испанские галеоны и поднакопив деньжат, покупали титулы и становились добропорядочными английскими аристократами. Так и вы, наверняка все-таки какие-то капиталы у вас имеются, плюс в воровской войне при нашей поддержке прибарахлитесь и становитесь через некоторое время честными бизнесменами.

— Бизнесменами… — удивился собеседник.

Ну да, в эти годы подобное казалось по определению невозможным.

— Хм-м… ладно, приоткрою немного карты, дам тебе, как говорят на Западе, инсайдерскую информацию, чтобы ты понимал, о чем идет речь. Как ты верно заметил, времена меняются и там на политическом олимпе скоро задуют другие ветра. Ситуация с продовольствием и промтоварами как ты сам знаешь, с каждым годом становится только хуже, а люди наоборот хотят жить лучше, копится недовольство и правители почувствовав, что у них начинает подгорать под задницей через год-два разрешат производственные кооперативы, то есть сначала малый, а потом и средний бизнес, то есть все эти цеховики, что сейчас в подполье, смогут выйти на свет и стать предпринимателями.

— Второй НЭП?

— Если грубо, то да, НЭП-2. Только без последующей его отмены. Какие-то уроки коммунисты все же усвоили… Ну а сказав «А», вынуждены будут сказать «Б», то есть еще через годик разрешат международную торговлю частным лицам со свободным выездом за границу и как ты понимаешь, тем кто впрыгнет в первые вагоны сего поезда сказочно обогатятся. Так что если не будешь хлопать ушами, то сможешь тоже построить себе многоэтажный дворец с бассейнами и завести гарем. По глазам вижу, что все понял… но да, мы потому и хотим вас всех на ноль помножить, чтобы особо не делиться доходами и не иметь проблем с бандитскими наездами, потому и решили нанести превентивный удар и зачистить поле деятельности от мусора дабы не путался под ногами.

— Кхе-кхе… — закашлялся Липа.

— Что скажешь? Многие из вашей братии согласятся на такой выход из сложившегося положения? Выйти из тени и зажить богачами открыто?

— Многие…

— Но сам должен понимать, за право поехать на этом «золотом» поезде придется постараться, фактически с ног до головы облиться кровью всех несогласных воров, ко не сбежит и решит сопротивляться.

— Понимаю… И начать лучше бы пораньше.

— Что так? Многие уже начали мазать лыжи и готовить лыжню?

— Можно и так сказать… После всесоюзной сходки наверное попробуют договориться с твоим начальством, может КГБ подпишут, а если ничего не получится, то многие побегут, сначала в свои республики, а если и там их начнут щемить, то и за границу.

«Интересно было бы посмотреть на Соколова, когда к нему заявятся воры в законе и начнут свои разговоры разговаривать, что-то предлагать, а то и угрожать», — мысленно посмеялся Киборгин.

Правда это сулило ему некоторые проблемы. Маршал наверняка вызовет его для разговора и прояснения ситуации и как все повернется остается только гадать.

«Поговорим и проясним…» — подумал он.

— Это уже ваше дело Липа. Выбирайте себе цели повкуснее и мы поможем людьми с вооружением за дольку малую. Но это после того, как вы, те кто решит сменить сторону, согласитесь на предложенный «английский» вариант, ну и мое руководство согласится с ним.

— А сам как думаешь, согласятся?

— Почему нет? — пожал плечами Анатолий. — Мы в Афганистане нередко использовали местных, у меня в батальоне фактически была рота белуджей. Они были очень хороши как вспомогательные войска, в роли разведчиков, поисковиков и так далее. Понятно, что воевали они за долю в трофеях… В общем опыт есть и его вполне можно применить с вами. Так что большого отторжения идея вызвать не должна.

— Хм-м… понятно.

Глава 8

15

Лишь в начале августа на одной из баз отдыха ДОСААФ удалось провести первую встречу ветеранов войны в Афганистане. Начать эксперимент Анатолий решил со своих бывших подчиненных, то есть со штрафников. Психологи провели первичную психологическую сортировку отсеяв тех, кто никаких сдвигов по фазе не получил и нормально устроился в жизни, этих просто незачем было привлекать к своему делу, только хуже будет. А также тех, кто заполучил совсем серьезные проблемы став откровенным социопатом-психопатом. Тоже не нужны, ибо требуется в целом вменяемые люди, а не то, что начнут пускать оружие в ход по поводу и без. Ну и националов Киборгин отсек, всех среднеазиатов и кавказцев. Их, собственно, толком не получилось обследовать в силу культурно-религиозных особенностей, да и не сильно стремились из-за ограниченности ресурсов. В общем собралось по итогу человек триста.

На сцене играл коллектив из тех же бывших штрафников — ДБ чей репертуар заметно расширился в том числе за счет песен от Киборгина. Анатолий вдруг вспомнил, что знаменитая группа «Голубые береты» возникла в конце 1985-го года, после того как основатель группы успел повоевать и вот получилось, что он в Афганистан даже не попал, война по факту кончилась значительно раньше, стало быть человек не получил нужных впечатлений, как и прочие участники группы и значит целый пласт песен просто не появится, вот он и решил воспроизвести, что помнил не считая это за плагиат.

Для создания более непринужденной обстановки завезли пива да с запасом, а так же не хитрую закуску под нее, так что вскоре после того, как люди чуть расслабились и прошел вал бурных встреч знакомых с активным проявлением эмоций и озвучивание общих воспоминаний, начали работать люди Анатолия, те, коих он сразу взял с собой и вовлек в свои дела. Пошла непосредственная вербовка людей, протекающая примерно по одному сценарию.

— Парни, как вообще жизнь?

— Да все как у всех…

Дальше за разговором каждый поделился своей немудреной историей после армии. Большинство пошли работать, кто-то попытался получить образование хотя бы средне-специальное.