Золотое Руно

Бекки почувствовала себя виноватой. С того момента, как отец погиб в кораблекрушении у берегов Уэльса, прошло шесть лет, и в ближайший четверг, она это знала, будет годовщина их свадьбы.

– Просто мы никогда не видели этого дядю Перси, – смягчившимся голосом произнесла она.

– Видели. – Миссис Меллор постаралась взять себя в руки. – Мы постоянно общались, когда вы были маленькими. Он вас обожал – обоих. Удивительно, что вы его не помните.

– А почему перестали видеться, когда папы не стало?

– Как тебе сказать… – Миссис Меллор заёрзала на стуле. – Однажды они с вашим отцом поссорились и какое-то время не разговаривали. Потом Джон погиб – и примириться они так и не успели.

– А из-за чего была ссора? – заинтригованная, спросила Бекки.

– Если честно, не знаю. Ваш отец не хотел говорить. Знаю только, что он очень сожалел об этом. Короче, когда дядя Перси позвонил, чтобы пригласить вас этим летом к себе, я очень обрадовалась.

– А тебя он почему не пригласил?

– Да пригласил он, дурочка, – со смешком ответила миссис Меллор. – Но ещё раз: мне надо работать. К тому же вы вечно ноете, что хотите больше независимости. Вот и попробуйте. А я вас буду навещать – на уик-энд и, может, когда-то вечером. Поверь, вы восхитительно проведёте время…

Бекки это не убедило, но она решила, что препираться – себе дороже. Ладно уж, шесть недель не такой уж большой срок.

Или не так?

* * *

Был душный июльский день. Солнце заливало окна и пороги домиков на Линдон Кресент.

Бекки зажмурилась от солнечных лучей, отражённых окном напротив, и тяжело вздохнула. Они с Джо только что запихнули два тяжёлых чемодана в багажник маминой крошечной машины.

– Будет здорово, вот увидишь, – не унимался Джо. – Мы несколько лет никуда не ездили. И это в сто раз лучше, чем тупой караван-парк в Лландидно.

Бекки уже готова была процедить что-то язвительное ему в ответ, но в это время со стороны растущего поблизости дерева послышалось громкое щебетание. Она обернулась и увидела на ветке волнистого попугайчика. Джо заметил, что лицо у неё сразу оживилось.

– Эй, ты чего?.. – спросил он.

– Тсс! – прошипела она. – Смотри… – И Бекки медленно, чтобы не спугнуть птицы, приблизилась к дереву. Попугай быстро закивал головой.

– Привет, – тихо сказала Бекки, осторожно протягивая к нему руку. Попугай радостно защебетал, и она погладила ему перья на брюшке.

Вдруг раздался пронзительный крик, от которого у них обоих мороз пробежал по коже, и птица, растопырив крылья и выпустив когти, кинулась на Бекки.

Бекки взвизгнула и резко вскинула перед собой руку, пытаясь защититься. Попугай увернулся и, вспорхнув, захлопал крыльями прямо у них над головами.

Джо стоял онемев.

Чёрные немигающие глаза, словно и не птицы, а какого-то тролля, опять уставились на Бекки, и попугай налетел снова, норовя вцепиться ей в шею когтями.

Джо наконец очнулся от оцепенения. Оглядевшись вокруг, он приметил садового гнома, скучавшего под пышным кустом азалий.

– А ну, кыш! – завопил он и, схватив гнома, замахнулся им на попугая. Тот увернулся и теперь.

Бекки побежала было к дому, но споткнулась и ничком упала на землю. Попугай с диким криком метнулся к ней.

Одним прыжком Джо оказался между ним и сестрой. На этот раз гном попал в цель. Раздался странный звук, птица перевернулась в воздухе и, решив больше не искушать судьбы, улетела. К большому облегчению Джо.

Бекки со сконфуженным видом поднялась на ноги.

– Улетел? – ещё не отдышавшись, спросила она.

Джо кивнул.

– Так точно.

– Слушай, с каких это пор попугаи нападают на людей? – прерывающимся голосом произнесла она.

– Спроси что-нибудь попроще.

Как раз в этот момент на крыльце появилась улыбающаяся миссис Меллор. В руке у неё позвякивали ключи от машины.

– Ну что, можем ехать? – Тут она заметила растрёпанные волосы Бекки и её испуганное лицо.

– Неужели подрались?

– Нет, – ответила Бекки, приходя в себя. – Джо спас меня от ненормального попугая. С помощью вот этого гнома. Спасибо, бро.

– Обращайся, – ухмыльнулся Джо.

У миссис Меллор слов больше не нашлось.

3

Дядя Перси

Они с мамой зашли в дом, и Бекки всё ей рассказала. Миссис Меллор тут же позвонила в манчестерскую полицию и сообщила, что бешеный попугай летает на свободе. Ей ответили, что она, скорее всего, перепила и, если позвонит опять, её оштрафуют за то, что отвлекает их от работы.

Бекки пошла в свою комнату, чтобы успокоиться и привести волосы в порядок. «А ведь это могла бы быть неплохая отговорка, чтобы не ехать к дяде», – мелькнуло на миг у неё в голове. Но нет, нет. Джо не задумываясь бросился на её защиту. И он так ждал этой поездки. В общем (хоть она бы в этом никогда не призналась), ей не хотелось его разочаровывать.

Через полчаса они втроём уже сидели в машине. Покопавшись в набитом до отказа бардачке, мама торжественно извлекла из него потёртый компакт-диск:

– Ну вот, теперь не заскучаем.

Бекки застонала. Только караоке в мамином исполнении сейчас не хватало (тот, кто наступил ей на ухо, был побольше медведя). Она сделала кислую мину и закрыла глаза, хотя правильнее было бы заткнуть уши.

Вокзал Пикадилли был переполнен людьми. Бекки поплелась вслед за Джо в ослепительно белый вестибюль. Она постаралась выкинуть из головы происшествие с попугаем, но тут же вспомнила старую песню о загубленных каникулах. Найдя тележку, они с Джо свалили в неё чемоданы и подождали, пока мама купит билеты, после чего двинулись к пути № 14.

Там было суетно и шумно. Пассажиры выходили из стоящего поезда и спешили на пересадку.

– У вас с собой мобильные, – дрогнувшим голосом произнесла миссис Меллор. – Так что будем на связи. На самом деле это не так далеко, и, если уж вам там действительно будет плохо, я приеду и тут же вас заберу. – Она наклонилась, чтобы обнять Бекки.

Бекки нехотя тоже обняла её, но, почувствовав, что она дрожит, произнесла слегка виноватым голосом:

– Всё будет хорошо, мам. Не волнуйся за нас. – И натянула на лицо свою самую лучезарную улыбку. – Да, всё будет просто великолепно.

– Ну вот и славно. – Миссис Меллор громко всхлипнула. – Я уверена, что так оно и будет. Берегите там друг друга, и весёлых каникул!

Бекки и Джо поднялись в вагон, волоча за собой чемоданы. Потом, сдав их в багажное отделение, пошли и сели за свободный столик. Миссис Меллор, обливаясь слезами, подошла к окну.

Поезд тронулся, и у Бекки ёкнуло сердце. Она в последний раз махнула матери рукой, и перрон остался позади.

– Как думаешь – какой он? – волнуясь спросил Джо.

– Кто?

– Дед Пихто. Дядя Перси, разумеется.

Бекки окинула его пренебрежительным взглядом.

– Если честно, я думаю, что он тюфяк и тупица.

– Почему?

– Ну, во-первых, изображает из себя изобретателя. Как будто на свете нет работы получше. А во-вторых, насколько мне известно, безвылазно сидит в своей дыре. Нам тоже предстоит эта радость… целых шесть недель, представь. Не знаю, как у тебя, а у меня есть моя собственная жизнь.

– А по-моему, он то что надо, – искренне сказал Джо. – Мама говорит, забавный, и папе он нравился. Так что не вижу почему… И мама говорит, у него огромный дом.

– Ага, – хмыкнула Бекки. – И я не удивлюсь, если нам велят убирать в этом его огромном доме, готовить ему еду и стирать его одежду. Если это так, то штаны поручаются тебе. – Она тяжело вздохнула. – И будем мы с тобой двумя домашними рабами, вот помяни моё слово! – По её тону Джо понял, что дальше спорить она не намерена.

Поезд тащился через Чеширскую равнину, преодолевая милю за милей распаханные поля и густые леса и останавливаясь, так казалось Бекки, в каждой задрипанной деревушке северо-запада Англии. После невыносимо долгого часа, в течение которого она не произнесла ни слова, если не считать каких-нибудь кратких междометий, в глаза ей бросилась ржавая табличка с названием конечной станции – Эдлберри.

Не дожидаясь, пока состав остановится, Бекки поднялась с места и обнаружила, что они с Джо – единственные пассажиры в вагоне.

– Уф. – Она перекинула через плечо сумку и пошла в багажное отделение за чемоданом.

– Ладно, выходим. – Бекки подождала, пока двери открылись, и тёплый летний воздух коснулся её лица. Она быстро сошла на платформу и осмотрелась. Платформа была пуста. – Смотри: этот старый сыч даже не удосужился нас встретить. Может нам вернуться в поезд и…

Прежде чем она успела закончить, на краю платформы появился человек. Его длинная тень сразу протянулась к ним. Человек шагнул на свет, и они смогли разглядеть на его загорелом лице широкую улыбку.

Дядя Перси оказался не таким старым, как представляла себе Бекки: лет пятидесяти, может быть, широкие плечи, седоватые волосы до плеч и добрые карие глаза.

– Здравствуй, Бекки, здравствуй, Джо. Как же я давно вас не видел!

Джо ответил ему улыбкой до ушей.

Бекки не выказала никакого энтузиазма.

– Я ваш дядя Перси, – словно не заметив этого, продолжал он. – Но вы можете называть меня любым из моих имён. Мне, например, всегда нравилось это – полковник Игидор Пуффберри. Как вам?

Тут даже Бекки не удержалась от кривой усмешки. И чего стоила одна только его манера одеваться! На нём был льняной кремовый пиджак с ярко-алой розой в петлице, золотой галстук с вышитой на нём буквой G, фиолетовый жилет и бермуды. В руке он держал защитные водительские очки – таких огромных она сроду не видела.

– Привет, дядя Перси, – радостно поздоровался Джо.

– Привет. – Дядя Перси энергично пожал ему руку.

Бекки тоже процедила что-то сквозь зубы.

– Моё почтение, Бекки. – Дядя Перси отвесил ей низкий поклон. – Смотри-ка, какой юной леди ты выросла.

Бекки подумала изобразить отрыжку, чтобы посмотреть на его реакцию, но сдержалась.

– Разрешите, я вам помогу. – Дядя Перси нагнулся и подхватил их чемоданы. – Надеюсь, в пути не скучали?

– Ничуть, – сказал Джо. – Красивый у вас цветок.

– Спасибо. Это роза «стефания», в Бауэн-холле, где я живу, других таких больше нет. Ну что, пошли? Вас там уже ждут.

– Кто? – осторожно спросила Бекки. О ком-то ещё мама не упоминала.

– Мои друзья, – просто ответил дядя Перси. – Особенно Мария волнуется. Я ей столько о вас обоих рассказывал, что вы ей уже как родные. – Он повернулся на одном каблуке и направился к выходу. – Идите за мной.

Бекки недоверчиво вскинула брови. Откуда он мог что-то о них знать?

– Кто это – Мария? – поинтересовался Джо, изо всех сил стараясь не отставать от дяди.

– Вы бы, вероятно, назвали её домработницей, – уточнил дядя Перси. – И, конечно, сама она называет себя так.

– У вас есть слуги? – удивилась Бекки.

– Да нет же, – сказал дядя Перси. – Уж я-то точно не считаю их слугами. Они мои друзья. Но Мария возразила бы. Ей больше нравится быть работницей. Придумала даже, что ей нужна форма. Вот только зачем?

– Вы, наверно, ужасно богатый? – спросил Джо.

Дядя Перси рассмеялся.

– Честно говоря, и сам толком не знаю. Некоторые мои патенты приносят хорошую прибыль, но я оставляю это другим. Большая часть доходов идёт на всякую благотворительность. Деньги меня не особо интересуют. Главное, чтобы дом принадлежал мне, вот и всё.

«Смешно», – подумала Бекки, не поверив ни одному его слову. Тем временем они дошли до парковки, и она остановилась как вкопанная. Там стояла и ослепительно сияла на солнце серебряная машина какой-то совершенно допотопной модели – такие она видела только в книгах по истории и совсем старых фильмах.

– Вау! – завопил Джо.

Бекки стояла с выпученными глазами и разинутым ртом. Это же Читти-Читти-Бэнг-Бэнг[2]!

– Ну что? Нравится? – спросил дядя Перси.

– Это ваша? – спросил Джо.

– А чья же ещё? Это роллс-ройс «Серебряный призрак». Сохранились только две такие машины с шасси, и я счастливый обладатель одной из них. Кое-что я, конечно, усовершенствовал, чтобы можно было ездить, как на современном автомобиле, но в принципе машина осталась прежней.

– Класс! – Джо повернулся к Бекки. – Скажи, Бекс?

– Угу! – поддакнула она и тут же подумала: «Хорошо, что друзья не слышат».

Дядя Перси открыл двери в салон машины и сделал приглашающий жест. Джо сразу запрыгнул внутрь. Бекки покосилась по сторонам, не смотрит ли кто, и последовала за ним. Дядя Перси ступил на подножку и сел за руль.