Темный охотник #7

Хм… что же такого происходит во Вселенной, пока мы тут развлекаемся?

«Пожалуй, я прислушаюсь к вашему совету, Ваше Темнейшество!»

«В твоём голосе столько сарказма, — отозвалась Тёмная, — будто я тебя хоть раз подставляла. И почему вы все так мне не верите?»

«Потому что у тебя семь пятниц на неделе?» — предположил я.

«Ой, всё!» — хмыкнула Тёмная, и ощущение её присутствия пропало.

Так-так, а что тут у нас?

Я как-то привык, что ни со злобоглазов, ни с вполне себе разумных циклопов ничего не выпадало. И чуть не забыл проверить жопоглаза. И вот тут меня ждал ценный трофей!

Чёрное ядро размером с грецкий орех!

Достав его через тени, я показал Ане.

— Ого! — удивилась она. — Это же целое сокровище!

— Это три-четыре печати, — прикинул я. — Мне тут… мысль в голову пришла, что надо ускорить прокачку.

Аня вздохнула, вытирая кровь с клинка и убирая его в ножны.

— Если бы не твои печати, — покачала она головой, — меня бы убили ещё на подступах. Первый же заражённый циклоп справился бы со мной.

— Я обещал прокачку, — подмигнул я ей, — но не говорил, как именно она произойдет.

Мы выбрались из пещеры, и тут мне в голову прилетел образ от одного из многочисленных пауков-наблюдателей, которых я разослал по всему острову. Конкретно этот дежурил возле окна разлома, и сейчас показал, как с него спала белёсая вуаль.

— Разлом открылся, — сообщил я Ане. — Похоже, эта тварь каким-то образом умудрилась его заморозить, когда мы зашли. Сильный был противник.

Аня посмотрела на меня, и в её глазах проскользнуло… сожаление? Внезапно она шагнула ко мне и впилась своими губами в мои долгим и страстным поцелуем.

Так же внезапно она отстранилась, сделав шаг назад, и прижала палец к губам, лукаво улыбаясь.

— Что было в разломе — остаётся в разломе, — подмигнула она.

Я только кивнул в ответ.

— Надо скорее идти к выходу, — Аня сделала вид, что ничего не произошло, и заговорила о делах. — Наверняка там сейчас целый отряд в разлом зайдёт. Будет нехорошо, если они найдут «наших» циклопов.

— Согласен, — я посмотрел в небо, где парила, купаясь в солнечных лучах, одна вредная девчонка. — Попробую договориться насчёт попутки.

— И нам бы вымыться, — скептически осмотрев себя, добавила Аня.

«Лава! — позвал я. — Подвезёшь?»

«Нашёл извозчика», — недовольно проворчала она, но всё же спикировала вниз и приземлилась рядом с нами.

— А я её помню! — воскликнула Аня. — Привет, рада тебя видеть!

Лава склонила голову, разглядывая принцессу.

«А она ничего так, — заметила виверна. — Ладно, полетели».

ㅤ

Уже через пять минут мы были у озера, где по-быстрому сполоснулись. На этот раз без всяких заигрываний, просто помылись, стараясь не слишком пялиться друг на друга. Мои вещи высохли на горячих от солнца камнях за какие-то минуты, а поддоспешник и доспех, которые Аня обмыла только снаружи, и не думали намокать.

Покопавшись, я нашёл в крипторе мыльно-рыльные принадлежности Фламинго. Конечно, это не полноценный уход, к которому привыкла принцесса. Там вообще вместо шампуня было средство «семь в одном», которым и помыться, и побриться можно, а при необходимости и ботинки начистить. Но и этого хватило, чтобы привести себя в порядок.

Так что к окну выхода мы подлетели чистые и свежие, как будто не в чёрном разломе двое с половиной суток провели, а в СПА-салоне отдыхали. Мы по дороге даже перекусить успели!

С высоты птичьего полёта мы увидели, как группа людей входит в разлом.

— Как думаешь, что будет, когда мы вернёмся? — спросила Аня, крепко держась за меня.

— Думаю, нас ждёт долгий разговор с твоим отцом, — ответил я. — Но знаешь что? Оно того стоило. И да, ты была великолепна!

— В какой из моментов? — хихикнула принцесса. — Во время битвы, или когда строила дом циклопам?

— И то, и то, — усмехнулся я, — но особенно на озере!

— Чернов! — возмутилась Аня, но тут же сменила тон. — Мне вообще-то тоже понравилось. Даже уходить отсюда не хочется. Ты правда думаешь, получится с курортом?

— Конечно, получится, — пожал я плечами.

Найти бы только на всё это время…

Мы приземлились с таким расчётом, чтобы нас не видели, и вышли навстречу поисковому отряду пешком.

— Ваше Высочество, — поклонился командир отряда. — Рад видеть, что вы живы и здоровы.

— Благодарю, — величественно кивнула Аня. — Отец сильно гневался?

— Мне это неизвестно, Ваше Высочество, — улыбнулся немолодой егерь в усы. — Но сейчас он ждёт у выхода, и выглядел вполне спокойным, когда мы заходили.

— Может и обойдётся, — Аня кинула на меня взгляд.

— Разлом зачищен, господа, — я с намёком кивнул в сторону окна выхода. — Кристалл недоступен, этот разлом останется открытым, но опасности не представляет.

— Как скажете, коллега, — егерь подошёл ко мне и протянул руку. — Примите мои поздравления и моё восхищение. Отличная работа!

— Так-то всю работу её высочество выполнила, — ответил я на рукопожатие. — Я так, подсказывал.

— Нам бы кто так подсказывал, — без всякой иронии ответил командир отряда.

Глава 3

Он вам не барон!

Кристина Соколова нервно теребила край пиджака, сидя в служебной машине, которая мчалась к Кремлю. Она всё ещё не могла поверить, что именно ей выпала честь брать интервью у самого Императора. Точнее, не честь, а жребий — она вытянула короткую соломинку.

«Наверное, решили не рисковать опытными журналистами», — думала Кристина. Новость о пропаже принцессы Анны в чёрном разломе потрясла всю Империю, и никто не знал, чего ожидать от этого интервью.

Сама она только минувшей весной закончила журфак, и до сих пор числилась на Имперском канале стажёром. Уже опытным, но всё ещё стажёром

Крист была страстной поклонницей Анны с тех пор, как та завела блог. Энергичная, смелая принцесса казалась ей воплощением того, какой должна быть современная аристократка. И теперь Кристина ехала брать интервью у отца своего кумира. И вспоминала все известные ей техники самоконтроля — потому что волновалась так сильно, что стук её сердца должны были слышать все в машине.

Её и оператора, тоже вытянувшего короткую соломку, быстро провели через охрану и привели в небольшой зал для пресс-конференций.

Император вошёл без лишних церемоний. Несмотря на бессонную ночь, он выглядел собранным и решительным.

Пара слов приветствий, стандартные действия по настройке света и звука…

Кристина сделала глубокий вдох, собралась… Это просто интервью, а человек перед ней не кусается. Наверное.

— Ваше Величество, спасибо, что согласились на это интервью. Вот уже третий день весь мир следит за новостями о пропаже принцессы Анны. Как Вы оцениваете текущую ситуацию?

Император чуть заметно улыбнулся:

— Вы ведь знаете, что такое замороженный разлом?

— Да, конечно, — подтвердила Кристина, — и смею вас заверить, сейчас это знает каждый гражданин Империи.

Его Величество удовлетворённо кивнул.

— Тогда вы должны понимать, что оценивать текущую ситуацию мы будем только после его разморозки.

Кристина продолжила, идя по заготовленному и согласованному с начальством списку вопросов:

— Новость о случившемся распространилась по всему миру. Особенно бурно отреагировала Ацтекская империя. Как Вы прокомментируете международную реакцию?

— Мы ценим поддержку наших союзников и понимаем беспокойство других стран, — ответил Император с дежурным выражением на лице. — Однако хочу подчеркнуть: Анна сделала то, что на её месте сделал бы любой егерь. Я горжусь своей дочерью и её преданностью долгу.

Кристина почувствовала, как напряжение немного спало. Она решилась задать более острый вопрос:

— А что Вы скажете о поступке барона Артёма Чернова? Отправиться в чёрный разлом в одиночку — это ведь откровенное безумие!

— Не спорю, действия барона Чернова могут показаться безрассудными, — Его Величество вздохнул. — Однако он уже неоднократно доказал свою способность выходить невредимым из любой ситуации. И что немаловажно — выводить людей.

— А что Вы скажете о том, что Ваша дочь явно неравнодушна к Артёму? — набравшись смелости, спросила журналистка.

Лицо Императора мгновенно стало непроницаемым:

— Без комментариев. И не рекомендую пускать этот вопрос в эфир.

Кристина поспешно кивнула и сменила тему:

— Как Империя готовится к возможным последствиям этого инцидента? Ведь всё же это чёрный разлом в густонаселённой части столицы. Есть ли планы по усилению безопасности вокруг разломов вообще и этого в частности?

— Мы постоянно работаем над совершенствованием наших методов работы с разломами, — Император снова перешёл на сухие канцелярские фразы. — Этот случай, несомненно, станет важным уроком для всех нас. Но я хочу подчеркнуть: наши егеря — лучшие в мире, и мы продолжим поддерживать их высочайший уровень подготовки.

— Ваше Величество, — Кристина, почувствовав сухость ответа, вдруг решила пренебречь инструкциями, — я заранее прошу простить, если вопрос прозвучит неуместно. Мы все привыкли видеть в вас в первую очередь Императора. Но как отец, что вы намерены предпринять, когда Её Высочество всё же выйдет из разлома? Вы запретите ей подобную деятельность?

Император нахмурился, и от него явственно повеяло давящей силой. Сердце начинающей журналистки пропустило пару ударов… Но император неожиданно улыбнулся.

— А знаете, Кристина, — он неожиданно назвал её по имени, — спасибо вам за этот вопрос! Когда она всё же выйдет… Да, именно так. Так вот, когда она всё же выйдет, я скажу ей то же самое, что сказал только что вам. Что хоть это и прибавляет мне седых волос, но я горжусь ею, и тем, что она делает!

Вдруг в зал вбежал секретарь Его Величества и что-то прошептал ему на ухо. Глаза Императора расширились, и он резко встал.

— Интервью окончено — разлом разморозился. Мы выезжаем немедленно.

Кристина в замешательстве посмотрела на своего оператора.

Император, уже направляясь к выходу, обернулся:

— Вы можете ехать с нами, если готовы работать в прямом эфире.

Не веря своему счастью, Кристина часто закивала.

— Тогда идите за мной. Там весь район оцеплен, поедете в моей машине, — император притормозил в дверях, ожидая, пока оператор в спешке собирал своё оборудование. — Отснятое интервью можете пустить в эфир прямо сейчас, кроме вопроса о личных отношениях.

Пока они мчались к месту событий, оператор успел отправить отснятый материал на канал. Кристина лихорадочно готовилась к прямому включению, понимая, что это может стать поворотным моментом в её карьере.

Император, который, казалось, волновался меньше всех, включил телевизор и переключил на имперский канал.

«Срочное включение, — раздался голос ведущего. — Его Величество Император Дмитрий Михайлович только что дал короткое интервью по поводу чёрного разлома, в который ушла принцесса Анна нашему специальному корреспонденту Кристине Соколовой…»

Кристина заинтересованно просмотрела интервью. Вопрос про отношения с Черновым вырезали так, что и незаметно, молодцы. А вот своей работой журналистка осталась недовольна. Спина недостаточно ровная, микроэмоции на лице неуместные…

«И только что мы получили подтверждение, — в кадре снова появился диктор телеканала, — что чёрный разлом, в котором пропала принцесса Анна, разморозился. Наш корреспондент прямо сейчас направляется на место событий вместе с Императором. Оставайтесь с нами для получения самой свежей информации».

Кристина глубоко вздохнула. Её первый день в качестве полевого репортёра обещал стать незабываемым.

* * *

Когда мы с Аней вышли из разлома, я сразу почувствовал напряжение, висевшее в воздухе. Император стоял в окружении охраны, его лицо было непроницаемым.

— Папа! — Аня бросилась к отцу.

Я ожидал бури, но Его Величество просто крепко обнял дочь. Однако когда он отстранился, я заметил, как его взгляд изменился. Он смотрел на Аню так, словно видел её впервые.

— С возвращением, — сказал он, не сводя глаз с дочери. — Ты… изменилась.

Ой да ладно, изменилась. Да, Аня буквально фонила силой. Её аура пульсировала энергией, которой раньше и в помине не было. Вот только это всего лишь последствия «душа» из остаточной энергии поглощённых жопоглазом душ.

— Барон Артём Чернов, — Император перевел взгляд на меня, — благодарю за службу.

— Ваше Величество, — я склонил голову. — Разлом зачищен, опасности больше нет.