Пермский Губернский 3. Элит

Нет, конечно, мне могло показаться, ведь субстанция, из которой состояло существо — была мутновато-голубой. Но тем не менее — выглядело жутко.

Странное существо повернуло здоровенные глаза в нашу сторону и тут же замерло. Что это такое? А главное — что именно оно сейчас чувствует? Враждебность? Неуверенность? Страх? Или хочет нас сожрать? Может, желает установить контакт?

Треклятая Аделаида! Я совершенно, ничего не чувствовал.

— Не профессор. — слегка опечаленно вздохнула жижа и продолжила выползать из комнаты: — Но ДНК, как у Профессора. А значит, есть ключ научного руководителя комплекса «Арес».

— Что ты такое? — спросил я.

— «ИИСАК.». — ответил желеподобный монстр: — И-И-С-А-К.

— Ты… Тень? — уточнил я.

— Нет. Я — «ИИСАК». Искусственный интеллектуальный самообучающийся автомат-контроллер. Или искусственный интеллект с АГРОМНЫМ кнутом. Шутка. — ответило нечто.

— Ты из другого мира?

— Нет. Меня создали здесь. В этом комплексе. Я, своего рода — помощник научного руководителя. И массовик-затейник! Провожу концерты и юмористические выступления по субботам.

— Шутник, значит? — усмехнулся я: — Но ты не очень-то похож на робота.

— Понимаю, что выгляжу странно… Но в моих протоколах заложено много шуток про слизней и дождевых червей. К примеру — знаете, что говорит отрубленный кончик дождевого червя своей основной половине?

— Что? — уточнил кот.

— Ну, здорова, отец! Ха-ха-ха-ха…

В коридоре воцарилась гробовая тишина.

— Понятно. Лопата. — вздохнул Иисак: — Я к тому, что роботов для людей почти всегда рисуют антропоморфными для удобного взаимодействия. Но Профессор Осокин сделал меня на основе жидких кристаллических соединений. Мне не страшна высокая температура, пули, взрывы и прочие механические повреждения. А также, за счёт особой структуры моего биомеханического желе — органы управления не разрушаются и всегда нужной температуры. Единственное, что для меня страшно… А, я вам не скажу!

— Да, ну брось! — возмутился я: — Интересно же.

— Ладно. Электромагнитный импульс. Единственное, от чего Профессор не смог меня защитить. Но, вы же не будете экспериментировать, правда?

— Господи… — кот спрыгнул и аккуратно подошёл к огромному слизню: — Только сейчас дошло. Ты же из этих? Как его там… Жидкокристаллических хранителей знаний?

— В точку. — согласился Иисак: — Нас разработали ещё в девяносто третьем году. Но из «разумных» остался только я один. Остальных — замочили в сортире…

— Но, зачем? — удивился я.

— Информация, Господин… Простите, а как мне к вам обращаться? — поинтересовался Иисак: — Я молчал больше двадцати лет. Знаете ли, общения хочется! Но я совсем забыл про манеры.

— Фёдор Осокин. — представился я.

— Имя нового Научного руководителя сохранено. Права управления обновлены! Протокол «Наследие» — активирован. — сообщил Иисак: — Ваш дедушка завещал вам весь этот комплекс! Все архивы, которые хранятся в нём. Ядерный реактор «Неон». Роботизированную систему защиты «Незабудка». Меня, естественно. А также — Дверь.

— Дверь?

— Дверь. — подтвердил Иисак: — Могу вас отвести к ней. Потому что… всё остальное не так интересно. Судя по нынешней дате — архивы уже не актуальны. А термоядерный реактор вот-вот скиснет, и его зальёт грунтовыми водами. Думаю, жить ему осталось недолго. Лет двадцать пять… А жалко! Перспективный проект был.

— То есть, ты был знаком с моим дедом?

— Не будь я жижей с кучей электроники, то мог бы назвать себя его другом. Он часто приходил ко мне. Идём! — Иисак подполз к двери и распахнул её: — Комплекс «Арес» приветствует своего нового руководителя!

Когда мы вышли на небольшой балкончик с транспортировочным вагончиком, то у меня даже захватило дух. Под нами распростёрся огромный комплекс с кучей различных отсеков, пристроек и коридоров, что больше напоминали лабиринты из греческих мифов.

А главное — всюду горел свет, различные указатели и даже сопроводительные фонарики, чтобы научные сотрудники не заблудились.

И апогеем всего величества была огромная модель Земли, где каждый континент был поделён на сектора с четырьмя фамилиями: Осокин, Артов, Князев и Коновалов.

Кстати, Князева и Коновалова мне ещё предстоит отыскать. Они наверняка знают, откуда у всей этой дичи с сывороткой «О» ноги растут.

— Хм-м… — Иисак подполз к транспортировочному вагончику: — Сдаётся мне, что здесь уже, кто-то был. О! Действительно — последний заход в систему буквально два дня назад. Не порядок…

— А сюда можно попасть без ДНК Осокиных?

— Нельзя. Скажу больше — сюда нереально проникнуть, если не знаешь, куда идёшь. Скорее всего, тут были младшие научные сотрудники. Но у них нет прав. Так что, комплекс ничего им не показал.

— То есть ты активируешься только с ДНК Осокиных?

— Не совсем. ДНК Осокиных активирует ключ Научного руководителя. У Научного руководителя есть абсолютные права! И доступ ко всей информации, которая содержится в комплексе «Арес». А меня, как раз — активирует ключ Научного руководителя.

— Хех… — усмехнулся кот: — Допустим, кто-то взломал дверь и проник внутрь. То, что тогда?

— Ими займётся роботизированная система «Незабудка». Увы… Здесь хранится слишком много тайн. Поэтому — воришкам придётся заплатить жизнью. — зловеще ответил Мистер Желе: — Но вам я обязан показать всё!

— Это ещё, почему?

— Перед тем, как проиграть Человеку-Комете — Профессор Осокин сказал, чтобы я провёл для вас экскурсию и ввел в курс дела. Он был уверен, что рано или поздно вы найдёте комплекс. — пояснил Иисак: — Проходите в вагончик! Сейчас спустимся и я вам покажу.

— Откуда он знал? Я родился в шестом году.

— Для меня это тайна.

С этими словами массивный слизень превратился в очень даже компактную сферу, размером чуть больше человека.

— О! — я подобрал гильзу пять сорок пять, когда мы зашли в вагончик: — Кажется… Это не младшие научные сотрудники.

— Что ж… Тогда я не завидую их участи. — с сожалением ответил Иисак.

Снизу всё казалось ещё более, запутанным и непонятным. Я терялся в этом огромном количестве различных указателей. Не нужно было, никаких боевых дронов. Незнающий человек тут просто заблудится и умрёт от голода.

— Идём к Двери и не тормозим. — произнёс Мистер Желе и покатился по коридору.

— Слушай… Перед тем, как ты вышел — я видел засохшую кровь на стенах. — я с любопытством оглядывался по сторонам: — Что тут произошло?

— Проблема заключается в том, что Профессор Осокин хотел получить силу первого «Источника». Но руководству Империи это не понравилось. Возник конфликт, в результате которого, Профессор Осокин сразился с Человеком-Кометой. Битва проходила в воздухе, над Пермью. Но закончилась она здесь. Энергетический всплеск от Человека-Кометы свёл с ума всю электронику. А в секторе «Альфа» проводили эксперименты над пойманными ходоками. Электронные замки открылись и Тени вырвались на свободу. Активировалась «Незабудка». Увы, энергетический сбой сильно повлиял на работоспособность дронов. Некоторые научные сотрудники в тот день не вернулись домой.

— Я одного понять не могу. — кот взглянул на желейную сферу: — А для чего Деду Гавру нужна была сила «Источника»?

— Этого он мне, увы, не сообщил. Но, как сказано в архиве — силу получит лишь тот, кто прольёт кровь человека с другой душой. Увы, мне не совсем понятен данный термин. «Другая душа». Однако Профессор Осокин утверждал, что Дверь поможет ему с поисками такого человека. — ответил Иисак.

— А ты любишь интриговать. — усмехнулся я.

— Люблю. Умею. Практикую. — отшутился сферический слизень: — Так же в комплексе «Арес» проводились медицинские исследования. Профессор Артов хотел найти панацею! И ему это практически удалось. Во время сильнейшей грозы шестнадцатого июля одна тысяча девятьсот восемьдесят третьего года, в Профессора Артова попадает молния. Из-за этого инцидента он на всю оставшуюся жизнь оказывается прикован к инвалидному креслу. Именно тогда Артов запустил проект «Омни» и проект «Пятьдесят пять».

— Это, что такое? — поинтересовался я.

— «Пятьдесят пять» — попытка воскрешать мёртвых солдат и вновь отправлять их на поле боя. А «Омни» — особая сыворотка, которая ускоряет регенерацию. Говорят, что она создана на основе вашей крови. Версий сывороток было много. Но действующие образцы выпустили лишь к двухтысячному. Его называли лекарством Миллениума! То, что перевернёт весь наш мир… Но побочки от «Омни» оказались страшными. Ускорение регенерации поднимало температуру тела до сорока трех градусов. Естественно — никто не выживал. Мой личный архив идёт лишь до две тысячи второго года. Последнее обновление в меня загрузили Профессор Коновалов и Профессор Князев. Их имена вы могли видеть на модели земного шара.

— А как они зашли?

— У них был доступ среднего уровня. И они знали мой код активации. Как я понял, информацию об «Омни» надёжно спрятали. Только, не совсем понятно, от кого?

— От Артова.

— Возможно. Только вот, Профессор Артов — умер в девяносто девятом году. А его второй сын Станислав так и не перенял бразды правления. Он, вообще, пропал в неизвестном направлении. Однако, это даже хорошо.

— Почему?

— Профессор Осокин утверждал, что Станислав слишком алчен до силы и может использовать потенциал комплекса во зло.

— Вот, как? Интересно. — я обратил внимание на очередные коричневые следы и… такое ощущение, будто здесь раньше лежали тела, которые в спешке утащили.

— Осторожно! — Ириска резко выставила руку, а затем присела на одно колено: — Болты от арбалета… Прямо в полу!

— Малый арбалет. Один из типов оружия роботизированной системы защиты «Незабудка». — подтвердил желейный шар: — Здесь неподалёку дроны и нашли оставшихся сотрудников. Нужно быть осторожнее! Если в комплекс, кто-то проник — он может устроить засаду.

— Нет тут, никого. — ответил я.

— Откуда такая уверенность? — удивился Иисак.

— Просто, доверься мне.

— Я доверяю только математике. И слухам проституток! Ха-ха-ха-ха…

— …

В тишине мы дошли до узенького коридора, в конце которого красовался гермозатвор, как в бункере.

«Зона межпространственного квантового перехода» — сообщала надпись на стене.

Откупорив гермозатвор, мы оказались в широком зале с огромной кучей компьютеров и…

— Не может быть. — тихо прошептал я. В центре зала стояла «голова» генератора межпространственных порталов. Неужели, нашёл⁈

— Что такое? — поинтересовалась Ириска.

— Да, так… Показалось, что это — «Звёздные ворота». — пошутил я, разглядывая консоль подбора координат: — Нет… Только не это…

Перед нами стояла часть древней технологии Ультиматов. Дверь, как правильно заметил наш желейный друг.

А именно «Неора» — этакая огромная галактическая сеть, чтобы мгновенно путешествовать между мирами без космических кораблей. Только вот, от идеи отказались. Почему? Хех… Был один нюанс.

— Вы заметили, что-то интересное? — уточнил Иисак, подкатившись ко мне.

— Это я заметил, что-то интересное! — распушился кот: — Тут нацарапано, что кто-то идёт… И, что Генерал Лосинских должен был уничтожить комплекс. Только вот… Что-то «Арес» стоит и здравствует!

— Иисак. Почему комплекс должны были уничтожить? — спросил я.

— А вот, как раз из-за Двери. — пояснил желейный шар: — Дело в том, что Профессор Осокин научился использовать энергию Трещин.

Этого я боялся больше всего…

— Для чего использовать?

— Для установки мостов с другими мирами. — ответил Иисак: — Чтобы искать там людей с «другой душой». Вот.

— Скажи! На этом комплексе есть большая стеклянная сфера? — строго спросил я.

— Нет. Никаких сфер у нас нет. Ну, кроме меня.

— Старый осёл… — выдохнул я.

— Что-то случилось? — казалось, что желешка тоже начал переживать.

Случилось, дорогой сферический друг. Твой «отец» использовал обрывки чужих технологий, чтобы построить мощнейшую бомбу, которая может превратить всю Солнечную систему в одну массивную чёрную дыру…

А, так — ничего не случилось!

Всё прекрасно.

Глава 5

Что-то Мерлин в последнее время зачастил с общими сборами. Но на этот раз, видимо, что-то действительно серьёзное.

Кира попросила Викторию заехать за ней, поскольку «Буханка» пока стояла в гараже у Петровича, а «Солярис» загремел в ремонт. Что-то случилось с подвеской. Увы, охотники хорошо разбирались только в отечественном автопроме, поэтому пока язва была вынуждена передвигаться на своих двоих.

Но сейчас вылезла совсем другая проблема. А именно то, что охотники снимали жильё именно на Юрша 86, где сейчас проходил ремонт квартиры… И не абы какой — а самого Осокина!

Если вскроется, что Виктория общалась с Фёдором ещё до начала миссии — могут возникнуть крайне неудобные вопросы. Благо, что ремонт закончится только к третьему сентября. А значит, был небольшой шанс, что к тому времени охотники уже свалят обратно в Екатеринбург.

— Как же я заколебалась! — ворчала Кира, бегая по квартире в старой пижамке в виде единорожки: — Нигде… Нигде его нет!!!

— А, что ты ищешь? — поинтересовался Тигра, попивающий чай на кухне.

— Погоди! Так, зачем звали меня, если есть ты? — перебила его Виктория.