Помоги проекту - поделись книгой:
- Вы зашли за ними в вестибюль гостиницы или наблюдали с улицы? - спросил Майк, чтобы помочь девушке преодолеть смущение и неприятные ощущения, связанные с этими воспоминаниями.
- Нет, я зашла в маленький бар на той же улице. Оттуда было очень удобно наблюдать за дверью. Бар только открылся, там никого еще не было. Мне было ужасно неудобно, я ведь не могла ничего заказать. Бармен смотрел на меня с подозрением и... В общем, мне пришлось сказать, что у меня здесь назначена встреча. Вряд ли он мне поверил, но оставил меня в покое, в это время в бар зашли несколько посетителей, это просто его отвлекло.
- И что же было дальше? - Майк задал этот вопрос, так как Эли опять замолчала и пауза явно затянулась.
- Дело в том... Не помню толком, что было дальше, знаю только, что почему-то выскочила на улицу, словно увидела что-то очень важное для себя, а потом очнулась уже в больнице.
- Как странно! Я говорил с полицейским инспектором, который ведет это дело. По фактам и выводам экспертов получается нечто непонятное. Такой характер аварии мог быть только в том случае, если бы автомобиль, который принадлежал Таис Крамер и в котором находилась Эли, появился на шоссе либо из-под земли, либо упал сверху, то есть, появился в некоторой точке мгновенно. Его нигде не видели до аварии, его не зафиксировала ни одна дорожная камера наблюдения.
- Такого не может быть, - раздраженно заметил Арни Брокс, - и это не единственная странность в этом диком происшествии. Как мог пропасть человек? Ну, допустим, иногда это все же случается, однако не при таких обстоятельствах! Была ли она вообще в тот роковой момент в своей машине?
- Могла быть. Отпечатки пальцев, волосы, след разлитого кофе и разбитая чашка, которая побывала в руках именно Таис Крамер, - ответил Кринс
- У полиции были образцы отпечатков ее пальцев? - удивился Арни Брокс
- Образцы были получены из министерства иностранных дел, тогда их еще брали у всех прибывающих в страну, но полиция осматривала и ее дом, так что...
- Но тогда, - заметила Анжела, думая, понятно, о своем, - о каком угоне могла идти речь?
- Теоретически можно себе представить пару эпизодов, связанных с угоном и не противоречащих собранным фактам и данным экспертов, но это слишком маловероятно, поэтому, насколько мне известно, эта версия уже не рассматривается, - торопливо объяснил Майк и продолжил, - следствие по этому делу сейчас ведет комиссар Катлер. Попробую с ним поговорить.
- Вы думаете, что он вам сообщит что-то такое, чего не было в газетах? - спросил доктор.
- Газеты уже потеряли интерес к этому происшествию, закон жанра, - невольно усмехнулся Майк, - а полиция продолжает работать. Наверняка, появилась новая информация.
- Вы правы, - поддержала журналиста Анжела, - постарайтесь выяснить все, что только можно, вы будете держать нас в курсе?
- Конечно. Ведь я понимаю, что для вас это не простой интерес.
Майкл не был лично знаком с комиссаром столичного полицейского управления Эриком Катлером. Когда он звонил ему, то был готов к тому, что комиссар не сразу согласится на встречу с провинциальным журналистом. Но Катлер пригласил Кринса в свой кабинет, едва выслушав его просьбу и не дослушав объяснения. Это было хорошим началом.
Кринс поднялся на седьмой этаж, выйдя из лифта, повернул направо и оказался перед солидной, обитой мягким темно-коричневым синтетическим материалом дверью с лаконичной табличкой "Комиссар".
Странно, но его охватило такое волнение, что пришлось с полминуты постоять, взявшись за ручку, чтобы успокоиться. Вот бы удивились те, кто знал Майкла. Он и сам не ожидал от себя такого.
- Можно? - спросил Кринс и, не дожидаясь ответа, вошел в кабинет.
Комиссар стоял у окна. Он повернулся, очевидно, на звук голоса, дверь открылась беззвучно.
- Здравствуйте, господин Кринс, - с улыбкой поприветствовал он гостя, подкрепив свое приветствие крепким рукопожатием, - давайте пока расположимся здесь, - Катлер показал на небольшой чайный столик у окна, рядом с которым стояли два удобных кресла.
Кринс сел в кресло, но комиссар присоединился к нему не сразу. На столике появились две чашки кофе и коробка с бисквитами.
- Давайте немного разбавим наши проблемы приятным общением, - предложил Катлер.
- Спасибо, - отреагировал Майкл на все сразу.
- Я с удовольствием читаю ваши статьи, знаю немного и о ваших расследованиях, поэтому надеюсь, что наша совместная работа сдвинет с мертвой точки это странное дело. Одного полицейского рвения оказалось недостаточно для решения загадки: как происшествия на двадцать втором шоссе, так и исчезновения госпожи Крамер. Нужен какой-то иной подход. Надеюсь, что именно вы и способны его предложить. Ко мне материалы следствия доставили только вчера, так что выслушаю вас сначала, так будет лучше, пожалуй.
- Пока я знаю очень мало и пришел к вам за информацией, - честно признался Кринс.
- Это мне понятно, но не отменяет всего того, что я сказал. Спрашивайте, конечно, но я думаю, что многое вам известно, наверняка, даже то, чего пока не знаю я.
- Хорошо, давайте я сначала выложу свои факты, а уж потом и вопросы.
- Это было бы разумно.
- Доктор Брокс признался мне, что располагает уликой, которой он не придал значения, потому и не передал ее следователю. Он очень сожалеет, что так поступил, но без злого умысла.
- Что за улика?
- В личных вещах девушки, которая пострадала в той аварии, оказалась странная рукопись, как мы сейчас думаем, принадлежащая Таис Крамер. Она ведь писательница, так?
- Да, говорят, весьма талантливая, но рукопись была не в машине? Или как она оказалась среди вещей девушки? Как, кстати, ее имя?
- Зовут ее Эли Гори, и она была в машине пропавшей женщины. Там все не совсем понятно. Тяжелых травм в результате аварии у Эли не было, но она не может вспомнить, как оказалась в автомобиле. Это очень беспокоит, прежде всего, ее мать. В этой семье все складывалось не просто.
- Вот как. Так девочка была знакома с госпожой Крамер?
- В том-то и дело, что нет. Правда, Эли говорит, что имя она вроде слышала раньше. Но она не знает, и пока ей не удается вспомнить, при каких это было обстоятельствах.
- Увы, это ничего не проясняет, скорее уж наоборот.
- Об этой семье вам могут рассказать и материалы из служебного компьютера полицейского участка в южном округе, где пару лет занимались семьей Гори. Девочка не окончила школу, ушла из дома, жила с неким Тэдом Шеррисом. Сейчас Шеррис отбывает наказание за участие в попытке ограбления банка Стоунов. Эли очень изменилась после происшествия на шоссе. К счастью, она вернулась домой к матери, взялась за учебу, собирается в этом году окончить школьное образование и поступить в университет. У нее оказались весьма заметные способности к точным наукам, она вполне реально может получить муниципальную стипендию для одаренных студентов. Анжеле Гори, матери Эли надо бы радоваться, но ей страшно, она не понимает, что произошло. И пока она в этом не разберется, она не может жить спокойно, радуясь произошедшим переменам.
- Она обратилась за помощью к вам?
- Нет, ко мне обратился доктор Брокс. Анжела неожиданно вошла в жизнь старого холостяка, и, похоже, его это вполне устраивает.
- Теперь мне понятно, как вы оказались в этом расследовании, но только это. Так что вы надеялись узнать у меня?
- Насколько мне известно, в происшествии пострадало несколько машин. Наверняка полиция говорила с людьми, которые ехали в этих машинах?
- Конечно. К счастью, все они живы, а в настоящий момент и здоровы.
- Мне бы хотелось, если это возможно, посмотреть протоколы, а еще лучше получить возможность самому поговорить со всеми участниками этого происшествия.
- Поскольку имена свидетелей и пострадавших упоминались в прессе, и люди эти не скрываются, мне остается только дать вам список, копии протоколов вы тоже сможете получить, оставьте только адрес, по которому их прислать. Дело это загадочное, непонятное пока, но никакой секретности. Если я хочу, чтобы вы помогли нам, то просто обязан поделиться информацией. Надеюсь, вы будете держать меня в курсе своих успехов.
- Не сомневайтесь, комиссар, но сначала надо дойти до успехов. - Майк улыбнулся, но к словам своим он относился серьезно. Катлер это понял.
Бриджит зашла в свой загородный дом и в сердцах громко хлопнула дверью. Это черт знает что такое! В самый разгар самых удачных ее гастролей! Она была в полушаге от провала! Она, конечно, выкрутилась. Но каких сил это ей стоило!
Идиотка! Слюнтяйка! Истеричка! Романтическая психопатка! Она не находила достаточно точных и крепких слов, чтобы привести в норму свою вышедшую из-под контроля нервную систему. Глоток коньяка, душ, таблетка снотворного и крепкий сон часов на десять, - мысленно прописала себе Бриджит Брайн, одна из самых сияющих звезд на нынешнем небосводе шоу-бизнеса.
Таблетка подействовала не так быстро, как хотелось бы. Но напряжение, изводившее ее психику последние несколько часов, медленно и как бы неохотно стало разжимать свои цепкие когти.
События этого вечера словно в замедленном варианте прошли перед мысленным взором.
Все шло просто великолепно. Зал с прекрасной акустикой. Оформление делал художник, хорошо знавший не только свое дело, но и тех, для кого он готовил сцену. Выступать здесь было легко и приятно.
На рекламу они почти не тратили денег. В этом уже не было необходимости. Билеты были проданы все до единого, и задолго до начала гастролей.
Бриджит упорно и надо сказать достаточно быстро двигалась к вершине своей карьеры, к пику своей популярности, или как там еще говорят.
Природа щедро одарила молодую актрису. У нее был сильный голос, приятный и своеобразный тембр которого попадал точно в десятку современных веяний в популярной музыке. Яркая внешность в сочетании с безупречной фигурой привлекали к певице не только поклонников, но и модельеров. Костюмы, в которых она выступала, очень часто затмевали своей популярностью новинки престижных подиумов. В общем, слава, успех, деньги.
Бриджит Брайн была достаточно умна, чтобы понимать: пик успеха - это конечный отрезок времени. Все когда-нибудь кончается. Но деньги - вещь более постоянная. Она зарабатывала деньги и наслаждалась каждым мгновением своего триумфа.
В этот вечер все было как всегда: аплодисменты, цветы... Публика неистовствовала.
Все случилось вначале второго отделения...
Бриджит прекрасно знала, как нужно вести себя на сцене, когда выходишь к уже возбужденным зрителям в разгар программы. Она давно уже научилась смотреть в зал так, что буквально каждый зритель свято верил, будто она смотрит именно на него. При этом она, разумеется, не видела ни одного конкретного лица. Так было и в этот раз... до определенного момента.
Она исполняла один из самых забойных своих хитов. Хорошо отрепетированная танцевальная мелодия жила как бы своей самостоятельной жизнью. Исполняя ее, певица будто включала автопилот. Дежурная мимика, отточенная пластика. Душа актрисы, в принципе, не принимала в этом такого уж активного участия.
Взгляд скользил поверх зрителей, делая заученные остановки в нужных направлениях. И вдруг!..
Лицо, вырвалось из темноты и заставило посмотреть. Каких-то несколько мгновений Бриджит не видела ничего, кроме этих печальных глаз на бледном детском личике. Девочке было лет пятнадцать.
Что-то очень знакомое было в этих чертах, в грустной улыбке, едва мелькнувшей на губах. В затаенном свете недетского взгляда, ничуть не нарушавшего общей поразительной гармонии облика. Нестерпимо захотелось сию же секунду умчаться по зову этого взгляда... Куда?!
Каким усилием воли она заставила себя продолжать выступление и довести концерт до привычного финала!
Глаза актрисы были плотно закрыты. Она, наконец, уснула крепким исцеляющим сном.
Ей снился небольшой городок у моря, где прошло ее детство, где она была безмятежно счастлива, где ее любили не за то, что она знаменитость, не за ее яркость и даже не за ее талант. Любили просто так, потому что она - это она, и нет на свете другой такой, плохой или хорошей, не важно. Оказывается, приятно знать, что где-то тебя любят и ждут, не сверяясь ни с твоими успехами, ни с твоими поражениями.
Было раннее утро. Бриджит Брайн сняла телефонную трубку и, не спеша, как бы еще раздумывая, набрала номер своего продюсера.
- Кид, я хочу, чтобы ты устроил мне гастроли в Корнель.
- Ты что! Бриджит! Это же жуткая дыра! Там ничего не сорвешь. Правда, это у моря. Но если тебе хочется поплескаться в морской воде, можно найти варианты и поинтереснее.
- Я не хочу никаких других вариантов!
- Но почему?
- Кид, этот город... Ну, в общем, я там родилась.
Она не стала пользоваться своим телефоном. Зайдя в знакомое с детства маленькое придорожное кафе, попросила разрешения позвонить. Она очень волновалась. Непослушные пальцы с трудом набрали нужный номер.
- Здравствуй, Тедди... Я должна тебя увидеть... Даже если...
- Конечно, Брид, я ждал твоего звонка... Очень долго ждал.
- Я в кафе. Помнишь?
- Конечно, как я мог забыть? - В голосе Тэда сейчас было все: улыбка, понимание, нежность, надежда.
- Я жду тебя.
Когда она положила трубку, руки ее дрожали. Хорошо еще, что сейчас здесь почти никого не было. Единственный посетитель показался ей знакомым, но она не стала напрягать память, не важно.
Бриджит устроилась за столиком, отгороженным от остальной части помещения стойкой бара. Когда-то они прятались здесь от посторонних глаз и назойливого любопытства. Им верилось в уединенность этого маленького пространства.
Тэд зашел в кафе, кивнул приятелю, привычно поглощавшему свой завтрак, устроившись за первым от входа столиком, невнятно поздоровался с хозяином и уверенно направился туда, где его ждали.
- Здравствуй, - голос Тэда едва прорвался сквозь волнение, - ты давно приехала?
Поделиться книгой: