Девушки после пятидесяти – 2. На паузе

– Это хорошо, что в разводе. А ты уверена, что на этот раз с тобой приключилась именно любовь? Вдруг опять ошибка?

– Уверена! Знаешь, он невероятный. С ним интересно, знает много, умный, весёлый, а главное …, – глаза Светки загорелись, – ещё и в постели, ну понимаешь? Настоящий праздник, а не вот это вот всё. – Светка скривилась и изобразила руками некое движение, после чего Ольга преисполнилась к ней сочувствием и опять вспомнила сегодняшнее утро. Как же ей повезло-то на старости лет!

– А Кира в курсе?

– Нет, что ты! – Светка смотрела на мать с удивлением, мол, ты меня совсем, что ли, за дурочку держишь.

– Представляю, что скажет Марго, – Ольга хихикнула.

– Меня больше волнует, что скажет Фил, – Светка тяжко вздохнула.

– Вопрос вопросов! Вы всё же с Кирой вместе целых тринадцать лет прожили. Про то, что ошиблась, ты могла бы и за три года понять, не дожидаясь беременности и свадьбы, – проворчала Ольга, не удержалась. – Да и отец из Киры вроде неплохой, не отлынивает, в отличие от твоего. Но не переживай, мальчики обычно замамины, это радует, тут тебе повезло, а вот девочки наоборот запапины. Ты, к примеру, даже до сих пор иллюзии насчёт отца своего питаешь, несмотря на то, что мы с ним разошлись, когда ты ещё совсем дитенька была. Небось, сейчас повод ищешь, чтоб на Киру всех собак повесить? – Она испытующе посмотрела на дочь. Зять, хоть и унылое говно, и в постели, по Светкиному мнению, никудышный, но не заслуживает, чтоб его на ровном месте ещё и виноватым сделали.

Светка покраснела и кивнула. Ну, хоть краснеет, стыдно ей.

– Это плохо. Скажи ему всё честно, и не забывай, время идёт. Ты не только свои годы растрачиваешь, но и его крадёшь. Он ещё найдёт себе девушку, которая будет ему в рот смотреть и внуков для Марго пачками рожать. А то она меня достала уже, почему да почему Светочка ещё детей не хочет?! А оно вон почему, по кочану!

Разумеется, Ольга расстроилась. Кирилл, конечно, звёзд с неба не хватает, но не алкаш, не бабник, человек семейный, жену и сына любит, а это уже большой плюс! Неизвестно ещё, что за фрукта она там встретила. Опять же Филиппчик, десять лет, разумеется, не самый опасный возраст, это вам не четырнадцать или шестнадцать, но … Вот так, стоит только свою жизнь устроить, как тут же дети проблем подкидывают, переживай теперь за них на старости лет.

– Я попробую, – уныло согласилась Светка, но по её виду Ольга поняла, что ничего такого она пробовать не будет, будет выжидать и искать, к чему бы придраться.

– А чем этот фраер занимается, который в кровати молодец? – поинтересовалась она для порядка. Сейчас ей по большому счёту было наплевать, чем этот новый себе на жизнь зарабатывает. Вот пусть Светка сначала от мужа уйдёт, тогда и поглядим. Что-то ей подсказывало, что история эта будет длиться ещё долго. Попробуй ещё до Кирилла докопаться, чтоб его завиноватить! А там либо шах, либо ишак. Да и к большим деньгам своего свёкра, у которого Светка ни в чем отказа не знает, она давно привыкла, в шалаш с милым вряд ли сразу кинется.

– Он программист, – радостно доложила Светка, и глаза её опять засияли.

– Это хорошо, – похвалила Ольга. – Программисты неплохо нынче зарабатывают, да и в армию их пока вроде не гонят.

– Вот уж деньги точно не самое главное, – Светка беспечно махнула рукой.

– Ну, да?! Я посмотрю на тебя, если тебе в халупе нашей опять жить придётся.

Халупой с лёгкой руки Марго Ольга теперь и сама называла свою бывшую квартиру, ту самую кооперативную, построенную её родителями с помощью всей родни в советскую ипотеку и переданную Ольгой дальше по инстанции уже подросшей Светке, то есть то самое фамильное гнездо. Сами понимаете, фамильное гнездо не выбирают. У кого-то оно во дворце, у кого-то в «халупе», а у кого-то и вовсе в коммунальной квартире. Когда Марго обозвала её фамильное гнездо халупой, Ольга очень обиделась, но нынче уже приходилось признать, что халупа она халупа и есть, хоть и являлась когда-то предметом мечтаний рядового советского обывателя. Прихожая в халупе микроскопическая, кухня такая, что двоим не разойтись, не говоря уже о том, чтобы в обморок в ней падать, детская похожа на пенал, а гостиная, она же столовая, она же спальня, она же кабинет и библиотека явно со всеми своими функциями в полном объеме никак не справляется, а сверху, практически на голове у проживающих пристроен потолок. Разве не халупа? Если, конечно, снести все стенки, то размером это чудо советской инженерной мысли сможет потягаться с прихожей в квартире Марго, и то не факт.

Светка некоторое время жила в халупе одна, потом с Кириллом. После рождения Филиппа, Лёнчик купил семье сына новую, большую и красивую квартиру там же на Крестовском, где проживала Марго, и где, по её мнению, должны проживать все приличные люди. С тех пор халупа стояла пустая, даже в аренду не сдавалась, ввиду отсутствия у Светки потребности в деньгах, особенно в таких небольших, за которые можно было бы халупу сдать. Светка в течение десяти лет брака за каменной спиной свёкра избаловалась его деньгами практически как Марго, завела себе домработницу, няню для сына и кухарку. До шофёра дело пока не дошло, но теперь Ольга заподозрила, что только потому что шофёр как-то всё-таки ограничивает свободу передвижений замужней дамочки. С персональным водителем по программистам не попрыгаешь.

– В халупе? Да запросто буду жить! – геройски сообщила Светка.

– Почему это, интересно спросить, ты собираешься жить именно в нашей халупе? У твоего нового программиста своего жилья разве нет?

– Нет, – призналась Светка, – он как приличный человек всё бывшей жене оставил.

– Я правильно поняла, – Ольга насторожилась, – что этот приличный человек уже прямо сейчас в нашей халупе проживает?

– Ну, да! – Светка потупилась. – Ему же негде.

– Какая прелесть! – Ольга всплеснула руками. – Ты в тайне от мужа поселила своего любовника в наше фамильное гнездо. Очень удобно, ничего не скажешь. О времена, о нравы!

– Да ладно тебе. – Светка надулась.

– Нечего обижаться, со стороны всё это выглядит, мягко говоря, неприлично. Не тяни, пожалуйста, и всё честно расскажи Кириллу. – Ольга встала из-за стола. – Мне пора. Запомни, что бы в результате ни случилось, я всегда на твоей стороне, Николай тоже. И заплати, будь любезна, за старуху-мать.

Она поцеловала дочку в макушку, подхватила сумку и направилась к выходу. В этот момент она почувствовала себя немножко Дамой и слегка устыдилась.

На улице всё оставалось по-прежнему. Казалось, грязь летит со всех сторон: и сверху, и снизу, и сбоку. Хорошо, она заранее посмотрела прогноз и не надела белые меховые кроссовки. Всё-таки немаркий цвет одежды и чёрные ботинки на толстой подошве стиля «говнодав» в Питере никогда не выйдут из моды. Ольга натянула капюшон и попрыгала через грязные лужи в сторону машины.

По дороге в избушку она проклинала царя Петра, которому вздумалось выбрать место для великого города в этом чёртовом болоте, укоряла своих предков во всех коленах, которым с какого-то перепуга из поколения в поколение вздумалось жить в этой чёртовой столице этой чёртовой империи, и ругала себя, что послушалась Николая с его лесной избушкой, ведь могли бы переехать куда-нибудь к тёплому морю, когда это ещё было возможно. Грязь, льющаяся с неба, лениво размазывалась дворниками по лобовому стеклу. Борясь с куриной слепотой, Ольга с трудом видела дорогу. На Западном скоростном диаметре хотя бы светили фонари, а вот далее, на шоссе по пути к избушке даже обочины дороги угадывались с трудом. Свернув с шоссе на дорогу к дому в мокрый неубранный снег, машина заелозила и вовсе перестала слушаться, её почему-то постоянно несло в кювет. За время прожитое за городом Ольга вместе со своим автомобилем не раз уже полежала в кювете. Она знала, что дело это неприятное и очень хлопотное, поэтому буквально кралась по дороге. И только въехав в гараж избушки, она выдохнула с облегчением. Спина от пережитого напряжения вспотела, и Ольга подумала, что нет худа без добра, после таких приключений организм просто обязан скинуть килограмм-другой лишнего веса.

После того, как она бросила курить, этот вес появился внезапно откуда ни возьмись, и можно сказать, встал во главу угла. Ольга теперь постоянно вспоминала некурящих подруг. С Вероничкой-то давно всё ясно, сведения о её весе являются большой тайной даже для неё самой, потому что Вероничка попросту выбросила весы, чтобы не расстраиваться, а вот как Элине постоянно удаётся оставаться в одном и том же размере? Наверное, так же, как ей удаётся оставаться в одном и том же возрасте, вернее, без него.

* * *

К ледяному ветру внезапно добавился ледяной дождь, а затем всё вдруг исчезло и замерло. Дерево осторожно глянуло на небо, там светились звёзды. Ага, значит, подморозит и можно будет немного поспать, жаль только, что без снежного одеяла, а под ледяной коркой. Если опять примчится ветер, то будет ломать обледенелые ветки. Это не больно, так как они почти умерли, но всё равно неприятно. Дерево смотрело на звёзды и думало, каково им там в пустоте и темноте. Несутся со второй космической скоростью невесть куда и зачем. Хотя нет, наверное, несутся всё-таки кометы, а эти торчат пришпиленные на своих местах как деревья, и ведь никто не пожалеет, не согреет. Хотя, чего их греть, когда они сами как Солнце. Дерево вспомнило солнце и размечталось. Под солнцем хорошо. С солнцем и ветер становится другом, и дождь не колется ледяным иглами, а гладит и массирует ожившие ветки. В том самом учебнике по физике дерево узнало ещё и о скорости света, о бескрайности космоса и о том, что свет от звёзд не знает преград и может идти от них тысячелетиями. Вполне вероятно, эти вот самые звёзды, которые так красиво мерцают там в вышине, сейчас уже погасли и замерли в темноте холодными камнями. Дерево поёжилось, представив камень в пустоте и темноте. Это никуда не годилось. Пусть уж лучше подмораживает, как сейчас, ведь всегда есть надежда, что потом оттает и даже зацветёт.

* * *

Холодный ноябрь сменился не менее холодным декабрём и приспособленное население, умеющее жить в этой стране, отложив в сторону совесть, наплевав на неурядицы, зажмурившись и заткнув уши, стало готовиться к главному празднику года и страны. Центральные проспекты и витрины магазинов засверкали гирляндами, бутики зазывали скидками, афиши пестрели «Щелкунчиками», снег валил и валил, а городские власти, как водится, никак не могли с ним справиться, но очень старались, ежедневно рапортуя о невиданной битве за урожай, пардон, со стихией.

За городом снег валил с не меньшей силой, но обычно кажется, что за городом его выпадает в разы больше, наверное, потому что с загородным снегом никто даже не собирается биться так как с городским. Расчистят основные трассы, и на том спасибо. Так что за городом спасение утопающих в снегу – это сугубо их личное дело. Загородные жители поэтому иногда грешат тем, что начинают ненавидеть так называемую открыточную «зимнюю сказку», которую регулярно наблюдают из своих окон, и которую так любят жители больших городов, и в которую эти городские стремятся всякий раз, как только у них приключается выходной день. Но одно дело наблюдать эту сказку изредка по выходным и праздничным дням и совсем другое видеть её изо дня в день. Только представьте, что у вас в окошке один и тот же пейзаж с ноября и практически по май. За городским окном, так или иначе, как в кино происходит движение, а не только одинокое дерево торчит. Окошки в соседних домах то загорятся, то погаснут, какие-то пешеходы пробираются среди сугробов, дворники копошатся, машины проезжают. Всё-таки разнообразие какое-то, не то что в лесной избушке, где, куда ни глянь, ёлки, сосны да берёзы все в снегу, как мёртвые с косами стоят, и тишина.

– А как же лесные жители: белки, лисы и зайцы? – спросите вы.

– Вы ещё про ёжиков спросите, – отвечу я вам. – Уж, их-то вообще никто толком и не видел, но они точно есть как те самые суслики.

Белки, правда, иногда шустрят перед окном в поисках припрятанной с осени жратвы, синички тоже пролетают, снегири, бывает, сверкнут красным пузом, но зайцы в основном по ночам промышляют. Они оставляют на снегу следы, похожие на лыжные, обгладывают кору с деревьев и очень редко позируют днём во всей красе. Дикий свободный заяц – это вам не миляга кролик уси-пуси, так что подкладывать ему морковку бесполезно. Не ест он этого барахла, а наоборот, пугается. Дикий заяц чем-то смахивает на кенгуру, размером иногда с приличную собаку, толстожоп и в период линьки слегка ободран. Так же и лисы зачастую выглядят настоящими голодранцами, особенно всё в тот же период линьки, эти тоже в окнах не позируют, они мышкуют и гоняют зайцев тоже по ночам. Лишь иногда удаётся увидеть хитрую рыжую морду, деловито несущуюся мимо. Лис может даже сопровождаться эскортом из собак, но рожа у него при этом всё равно будет оставаться беспартийной. Однако подобное зрелище только для тех, кому повезёт, ведь не будешь же сидеть у окна, дожидаясь представления. Окно – это вам не ютуб какой-нибудь: включил-выключил и посмотрел в удобное время.

Так что загородные жители, чтобы не сойти с ума от «зимней сказки», обычно находят себе занятие в городе, а если не нашли, то поковырявшись у себя в теремах, и расчистив в снегу дорожки, пишут книги, как обустроить что-нибудь, или даже телеграм-каналы заводят. Ведь загородные жители обычно специалисты если не по всем, то многим вопросам, им ритм жизни не мешает концентрироваться на разумном, добром и вечном. И если, живя за городом, не читать новостей, то вполне себе можно почувствовать, что такое покой. Но это всё на любителя, нелюдима и прочего интроверта. Поэтому девушкам в солидном возрасте не надо так уж стремиться переехать в собственный домик в деревне, как это пытаются намечтать себе некоторые. Мол, как хорошо долгими зимними вечерами, наглядевшись на «зимнюю сказку», посиживать у камина с бокалом вина. Ага! Чтобы оценить всю глупость подобных мечтаний, достаточно хотя бы неделю самостоятельно побегать с лопатой, разгребая эту «зимнюю сказку», потаскать дрова или попробовать завести этот чёртов генератор, который обычно совершенно не хочет заводиться именно в тот самый момент, когда это срочно необходимо. Можно ещё для пущего веселья почистить камин, помыть его закопчённое стекло, вынести золу, или, на худой конец, потаскать газовый баллон весом в пятьдесят килограмм. Конечно, если у вас есть основательный мужчина мечты, как у Ольги, или вокруг бегают мамки и няньки, то есть имеется возможность оплачивать разнообразный обслуживающий персонал, то вы вполне можете себе позволить пожить некоторое время в лесной избушке или даже в загородном дворце, как это делает Марго.

Ольгу, в отличие от Николая, никак нельзя было бы определить в нелюдимы и интроверты, писать книги и заводить телеграм-каналы она не умела, поэтому ей, чтобы не сойти с ума в благости «зимней сказки», приходилось всё-таки иногда сквозь пургу и метель прорываться в город на любимую работу. Тут следует отметить, что летом она предавалась своему городскому занятию с гораздо меньшей радостью, чем зимой.

Как обычно это случается под Новый год, в салоне «Для своих» начались самые горячие денёчки. Казалось, широкие народные массы стараются привести себя в порядок исключительно к Новому году, а в остальное время ходят заросшие, лохматые, седые со стучащими по асфальту когтями.

Ольга стригла очередную клиентку, смотрела в зеркало то на неё, то на себя и злилась. Какая гадость всё-таки эта чёртова зима! Сколько денег ни вкладывай, как ни натягивай барабаном лицо, но природа возьмёт своё, тут Марго права, годы уносят красоту у всех, даже у тех, у кого её и отродясь-то не было. Печи, камины, батареи, мороз – первейшие враги женской красоты и вечной молодости. Кожа шелушится и сохнет, становится дряблой, и ничего с этим не поделаешь. Никакие чудо-уколы, лазеры и прочие шмазеры не помогут. Как говорится, нет у вас методов против Кости Сапрыкина, то есть старость так или иначе наступит, хоть вы сто пятьсот раз девушка не только в своей душе, но и с общего вида, особенно в сумерках. Ольга вздохнула и вспомнила, что забыла с утра нанести на лицо толстый слой бесценного нынче иностранного крема. Крем привезла Светка, она знала, что лучший подарок для матери из-за границы, это купленный в магазине Дьюти-фри крем из ассортимента чудодейственных средств для увядающей кожи 55+. Кстати, средств для кожи 60+, не говоря уже про 70+ в продаже не наблюдается даже за границей. Более того, средства гормонозаместительной терапии на пациентах старше шестидесяти пяти даже не испытываются. Так и написано в аннотации, что данных нет. Видимо, предполагается, что после шестидесяти пяти и жизни-то никакой нет. Кстати, из Гугла Ольга узнала, что врачи считают предстаростью период жизни с сорока пяти до шестидесяти пяти лет. Особенно странно это слышать тем, кому всего только сорок пять. У них жизнь, может быть, ещё толком-то и не началась, а уже на тебе – предстарость! Выходит, у Ольги на всё-про-всё оставалось каких-то три года, а потом гори оно всё синим пламенем, прощайте, радости бытия и секс, здравствуйте, старость, дряблость, маразм и остеопороз, ну, а для тех, кто не согласен, испытания на себе различных гормонозаместительных препаратов.

Дорогие иностранные средства увядающей коже тоже не шибко помогали, но для очистки совести Ольга всё равно регулярно мазала ими всё, что положено. Неизвестно ещё, как оно будет выглядеть, если совсем не мазать. Правда, представить, наверное, можно, если посмотреть на Даму. Однако и Дама регулярно мазала лицо чем-то, купленным в гипермаркете.

Кстати, о гипермаркетах! Там в отделах женской гигиены девушкам предлагаются различные прокладки. Юные девицы о представленном ассортименте не задумываются, берут нужные и бегут дальше, а вот девушки в предстарости с удивлением обнаруживают обилие прокладок от недержания. По всему получается, что от одних прокладок девушка постепенно, но неизбежно переходит к другим. Если бы это было не так, прокладки от недержания для женщин продавались бы исключительно в аптеках, как это происходит с мужскими. Из этого можно смело сделать вывод, что мужчины в предстарости всё-таки не страдают недержанием в таком массовом порядке, как женщины. Об этом факте врачи странным образом стыдливо помалкивают, а великая и всемогущая Фарма, если что-то и лечит, то параллельно с этим может сильно покалечить нечто другое, поэтому ничего более безопасного и лучшего, чем прокладки, девушкам почему-то предложить не может. Ну, конечно, это же вам не отрезать разные органы к чёртовой матери и не фуфломицины людям втюхивать! Такое положение дел вряд ли кого-то может устраивать, особенно если девушка с виду совсем ещё не бабушка. Да и бабушкам, собственно говоря, мало радости от описанных штанов. Кстати, дедушкам тоже! Ведь вполне возможно, что мужские прокладки от недержания отсутствуют в отделах личной гигиены гипермаркетов по той простой причине, что дедушки до возраста недержания доживают далеко не все.

Ольгу недержание пока не беспокоило, но раз проблема столь явно обрисована в любом гипермаркете, значит, она существует, и никого не минет чаша сия, этакая вишенка на торте. Или вот ещё реклама зубных протезов на четырёх винтах … Ольга представила, как они с Николаем через три года, когда предстарость останется за плечами и начнётся старость, держась за руки, будут белозубо улыбаться и писать в памперсы.

От скорбных мыслей Ольгу отвлекла Оксанка.

– Ольга Викторовна, а вы слышали про грибы?

– Про какие грибы? – Ольгина клиентка встрепенулась.

– Спокойствие, – Ольга призвала её к порядку. – Не надо вертеться. А ты раз начала, рассказывай быстро и внятно.

– Есть такие грибы, всякие разные, их там целая специальная аптека, причём у нас в Питере, они там эти грибы фасуют и по всей стране рассылают, даже мухоморы! Говорят, они очень полезны для здоровья. Многие употребляют. У них и сайт свой есть, вот слушайте, – Оксанка уткнулась в смартфон и стала перечислять список болезней от которых лечит какой-то гриб с мудрёным названием.

– О! Я тоже что-то такое слышала, – клиентка опять заёрзала в кресле.

– Оксанка, там только про пользу от мухоморов? А про целебные свойства цианида ничего не написано? – поинтересовался Хмурый Саша.

– Дурак, не смейся, вот написано: обладает ноотропными, противовоспалительными, иммуноукрепляющими и антиоксидантными свойствами, стимулирует психические процессы, препятствует развитию рака, улучшает состояние желудочно-кишечного тракта, помогает от депрессивных и тревожных состояний.

– Хочешь, я тебе тоже напишу чего-нибудь. – Саша заржал. – Я умею.

– Прошёл клинические испытания. Вот! – Оксанка показала Саше язык.

– Посмотри, для повышения потенции и роста груди помогает? – спросила Ольга. – Если нет, то не считается.

Оксанка надулась.

– Если у человека рак, то он и грибы есть будет, и мочу пить, и керосин, и к колдунам пойдёт! Лишь бы помогло, – со вздохом поведала Ольгина клиентка.

– Помню, в начале девяностых лечили по телевизору, – сообщил Сашин клиент. – Воду заряжали, грыжи заговаривали. Хорошее дело, между прочим!

– Они и сейчас по телевизору мозги людям заряжают, – сказал Саша.

– И не говорите, – согласился клиент.

Дверной колокольчик возвестил о посетителе.

– Я к Регине, – сообщили от дверей.

– Проходите, раздевайтесь, – защебетала, было, Оксанка. – Ядрёна мать, красотища-то какая!

Естественно, что после подобного восторженного вопля администраторши, все уставились на входную дверь. Ольга тоже отвлеклась от головы клиентки, глянула в сторону двери и обомлела. У шкафа, куда клиенты вешали одежду, стояла прехорошенькая юная девица лет шестнадцати. Видимо, реакция Оксанки была связана с тем, что девица сняла шапку. Голова её была окрашена в ярко розовый цвет, но при этом корни волос оказались ядовито зелёные, будто их измазали зелёнкой.

– Папа велел исправить, – сообщила девица и потупилась.

– А я б ещё и ремня дал, – сообщил Сашин клиент.

– Ремня мама хотела всыпать, – призналась девица.

– А что? – Регина указала ей на кресло. – Мне так очень даже нравится, креативненько, жалко портить.

– Это для Омска креативненько, – заметил Саша, – а для Питера избыточно.

Он подошёл к рабочему месту Регины и потрогал волосы юной проказницы.

– Подружка, небось, красила?

– Угу, – девица радостно кивнула, – мы на ютубе посмотрели, а краску на Озоне купили, не с первого раза, но получилось.

Она явно была собой довольна.

– Оно и видно, специалисты делали, – Саша усмехнулся. – Я бы, честно говоря, срезал всё, но, боюсь, папа не обрадуется, если дочка лысая придёт. Точно ремня даст.

Девочка хихикнула.

– Нечего хихикать, если продолжишь в том же духе к тридцати реально облысеешь. – Саша сделал страшное лицо, и Ольга сразу вспомнила Сергуньку, который восторгался свирепостью Сашиной физиономии. Девочка, однако, вида этой физиономии нисколько не устрашилась, а наоборот, состроила Саше глазки и опять захихикала.

– Делайте, пожалуйста, что хотите, но папа сказал не возвращаться, пока не стану похожа на человека. Деньги есть. – Она помахала двумя пятитысячными купюрами, устроилась поудобней и уткнулась в смартфон.

– Повезло тебе с папой, как я погляжу. Другой бы сам тебя налысо побрил. – Регина со вздохом направилась к стеллажу с красками.

Расплачиваясь за стрижку, клиент Хмурого Саши заметил:

– Дело даже не вычурности, нынче надо быть скромнее, лучше не привлекать к себе внимание всякого рода элементов. Выделяться стало опасно. Обвинят черти в чём и сдадут в кутузку. А в кутузке юным девушкам не место!

– В кутузке никому не место, – не удержалась Ольга.

– И то верно. – Клиент попрощался и ушёл.

Хмурый Саша глянул на часы.

– Ольга Викторовна, если Верочка опять на час опоздает, я от неё всё-таки откажусь, – сообщил он тоном, не допускающим возражений.

– Имеешь полное право! – согласилась Ольга. – Это Сергунька с ней почему-то нянчился, хоть и стонал, а у тебя и так клиентов невпроворот.

– Вот из-за Сергуньки и терпел. Если через двадцать минут не явится, позвоню, скажу, чтоб уже не торопилась.

– А можно я, можно я?! – заканючила Оксанка, подняв руку вверх как в школе. – Давно хотела ей рассказать, что про неё думаю, а ещё лучше просто послать на …, извините, ну вы поняли.

– Можно, засекай время, – милостиво разрешил Саша.

– Саш, дай совет, пока свободен, – попросила Регина, стоящая в задумчивости у стеллажа с красками. – Смывать?

– Не-а, корни для начала дай в цвет бровей и растяни слегка, но не до конца, стричь всё равно придётся, а там поглядим, – Саша ткнул пальцем в нужные тюбики, – фифти-фифти. – Он уселся в клиентское кресло и тоже уткнулся в смартфон.

– Ну, дитя мое, будем от твоего бриллиантового зелёного добиваться радикально чёрного цвета, – сообщила Регина девчушке.

– Без разницы, – девчушка махнула рукой.

– Современная молодежь не читает Ильфа и Петрова, – заметила Ольгина клиентка.

– Современная молодёжь ничего не читает.

В этот момент опять зазвонил дверной колокольчик.

– Всем привет и с наступающим! – в дверях стояла ослепительная Светка в ярко красном пуховике. Из-за Светки выглядывала Марго в полушубке голубой норки.

– Вы не ждали, а мы и припёрлися! – радостно добавила румяная Марго.

Все присутствующие уставились на столь дивное диво, даже девчушка оторвалась от смартфона, а Хмурый Саша почему-то вскочил.

– А вы обе что здесь делаете? – сурово поинтересовалась Ольга.