Краш

— Если заслужишь. — Ольга смотрела на меня очень строго. — Я официально беру девочку под свою защиту.

Энжи показала мне язык, и мы дружно расхохотались. Принесли меню, в котором я мог узнать от силы десяток блюд, а Энжи не одного. Спасать нас пришлось Ольге. Энжи спросила у нее, есть ли в меню что-то из лягушки. Ольга подтвердила, изумленно посмотрев на нее, а та развернулась ко мне:

— Если ты это будешь есть, я не буду с тобой целоваться.

На протяжении трех часов смех из нашего зала раздавался почти постоянно. Я переводил взгляд с одной на другую и понимал, что таким счастливым я не был никогда. Когда Энжи вышла в дамскую комнату, которая была отдельно для нашего вип-зала, как пояснила мне Ольга, я взял ее руку и поцеловал кончики пальцев.

— Спасибо тебе.

— Ты просто не понимаешь, — ответила она, сжав мои пальцы, — что это значит для меня. Это тебе спасибо.

Когда же мы с Энжи остались одни, она взахлеб мне начала рассказывать:

— Она меня просто загнала к парикмахеру и в ювелирный. А потом, — она сделала круглые глаза, — мы приехали в лимузине.

— Вот видишь, как мало надо, чтобы удивить? — Ольга подошла и обняла Энжи. — Эта девочка сама по себе драгоценный бриллиант, а я немного лишь позаботилась об оправе.

— Угу. Как насчет воспитания этого бриллианта? Огранки, так сказать?

У Энжи явно что-то едкое вертелось на языке. Но первой ответила Ольга.

— Нет, дорогой мой, если ты хочешь насладиться этим сокровищем сполна, огранить его, сделать совершенным, должен ты сам. Если испортишь, будешь виноват только ты.

— Он и так меня воспитывает, — Энжи показала на меня пальцем.— заставляет слушаться.

— Правильно. — Ольга легонько шлепнула ее по руке. — Знаешь, от кого чаще всего приходится защищать женщину?

— От маньяков? — та сделала перепуганные глаза.

— От нее самой. И делать это нужно уметь самой.

Глава 7. Культ.

Оставив Энжи охранять и обучать новичков, я отправился на то место, где мы видели странный признак. По пути я добил десятый уровень и подкупил меч раза в три сильнее кинжала, так что особо не переживал по поводу, живности, которая меня могла подстеречь во время путешествия. Главной его прелестью была магия льда, замораживающая и останавливающая цель.

Призрака не было. Ничего не было от слова совсем. Подняв камень, из-под которого тот появился, я разрыл киркой все вокруг него. Я сел на перевернутый камень. Что за ощущение у меня было тогда? То самое, так испугавшее Энжи. Чувствую ли я сейчас хоть что-то подобное? Нет. Зато я слышу, как что-то движется в мою сторону. Не просто движется, крадется. Что-то новенькое.

Новый меч заморозил матерого леопарда прямо в полете, разрубив его чуть ли не до половины. Поднявшись, когда заморозка закончилась, он стоял передо мной с ужасающей раной, проходящей мимо шеи от середины холки до пуза, через всю грудину. Животное такого же уровня, как и я, стояло, не имея возможности не сбежать, не прыгнуть на жертву, внезапно, ставшую его палачом. Удовольствия в этой картине никакого, потому я постарался быстро прикончить зверя. Вот теперь можно и узнать, как я его смог услышать.

«Дополнительные параметры

Алхимия 0,000015

Гончар 0,000002

Каменотес 0,000005

Кожевник 0,000005

Контролируемая ярость 0,000025

Оружие (дерево) 0,000010»

Оружие (Сталь) 0,000015»

Звериное чутье 0,000015»

Путник 0,000155

Бег 0,000025»

Даже так. Звериное чутье? Полезный навык. И бег наверняка влияет на усталость. С остальным все понятно. Теперь можно осмотреть, что мне принес этот бедолага семейства кошачьих. Шкурка испорченная, жаль. А вот другая вещь интереснее.

«Ожерелье из клыков леопарда

Специальный навык Звериное чутье 0,000100»

Надеваю и меня мгновенно аж пригибает к земле чувство опасности. Широкой дугой меня окружает, похоже, волчья стая. Они послабее кисы, но их не меньше шести. Отползаю немного назад. Как и ожидал, у останков леопарда они выстраиваются более тесной кучкой. И тогда я поднимаюсь. Матерые волки и два молодых сзади. На мелочь не отвлекаюсь. Из первого прыжка двое приземлились в четырех направлениях, а один едва смог урвать крохи из моего здоровья. Тут же роняю его голову на землю, а потом добиваю подранка, которого зацепил при первом ударе. Широким зигзагом приканчиваю молодняк. Итого два боя максимум по минуте и семь противников. Неплохой ножик.

Чутье молчит. Значит собираем шкурки и все остальное. Теперь можно заняться призраком.

А вот его-то и нет. Обхожу всю местность, на которой мы наблюдали его и продолжаю путь в направлении, в котором исчез этот неопознанный летающий субъект.

По дороге приканчиваю пару кабанов и медведя одиннадцатого уровня. Моя морозилка, как я прозвал меч, работает замечательно. Удар – ледышка, главное не промазать. А потом хочешь – руби, хочешь – шинкуй или пили. А вот тигра двенадцатого уровня мое чутье не учуяло. Напал гад со спины во время движения и снес мне одним ударом процентов тридцать жизни. И если б не нарвался он при повторном прыжке на крит в голову, да еще и с заморозкой, сомневаюсь, что я бы уцелел. Содрав шкурку и с этой кошки, двигаюсь дальше. Упсь, оказывается с тигром я сражался фактически на околице крупного поселка. Нужно поговорить с Дэном по поводу логики – даже я балбес в поведении диких животных чувствую нелепость какую-то.

Поселок полон магазинов и мастерских, но они все закрыты. Встреченный мной ребенок-непись сообщает, что все на каком-то служении во имя какого-то Мастера. Оба-на, додумались до поселений мормонов в игре? Интересный поворот. Дохожу до здания, из которого валит толпа. Жду пока во дворе остается один-одинешенек толстый НИП – ну чистый поп из старых мультиков. Он охотно мне рассказывает об их этой Церкви Мастера, Создателя всего сущего во всем их мире. Бойко рассказывает, прям агитирует присоединиться к верующим в этого Мастера. Отбившись от проповедника, забегаю в ближайшую лавку. Выбор бедненький, цены за шкурки жлобские, только за великолепную шкуру тигра я получаю хорошую сумму монет. Даже удивился разовой щедрости. Выхожу за околицу и с меня хватит пока.

***

— Чего? Культ? Церковь? Краш, ты издеваешься? — Дэн смотрит на меня, только точно не могу понять – он считает, что я идиот, или что я из него идиота делаю. Скорее всего, он тоже этого пока не понимает.

Он начинает рыться в базах. Я даже после нескольких посиделок с ним за компом приблизительно понимаю смысл его поисков.

— Вот постройки. Лавки, мастерские, ратуша. Нету никакой церкви.

Начинаю по памяти зарисовывать карту.

— Тут чистое поле, нет постройки здесь.

Теперь я сам начинаю сомневаться.

Вхожу в игру. Через минуту вываливаюсь.

— Ну.

— Что ну? Ты был прав. Крыша у меня тю-тю. Нету там ничего.

Дэн не на шутку испуган.

— Ты это, отдохни лучше, в игру не лезь. Если хочешь, Энжи вызови.

— Энжи в игре в большей безопасности будет, пока у меня кукуха на место встанет.

«Отдыхаю» я у Никитоса. И отдыхаю так, что от меня пар идет, как в бане. На каждую сторону Грифа кинул по лишней двадцатке и погнал. Когда я выжимаю, чтоб вставить гриф в паз, мир мне закрывает взлохмаченная коричневая шевелюра с серебристо-серыми локонами, а в губы впивается горячий и мягкий рот. От неожиданности мои руки подгибаются и гриф летит вниз. Останавливается он в сантиметрах от ее шеи, точнее в эту шею почти упирается кулак, в котором зажат гриф. Никитос чуть приподнимает гриф и помогает мне закрепить его.

Потом Энжи стоит и хлюпает носом. Никитос, до сих пор лицо в красных пятнах, орет на нее. Потом немного успокаивается.

— Вот скажи, ты сказки любишь?

Я хмыкаю, а Энжи исподлобья смотрит на меня.

— Люблю…

— Вспомни, как они все заканчиваются. Жили они долго и счастливо и померли в один день». Так вот, ты только что чуть не устроила «померли в один день, а пожить даже недолго счастливо не успели» Нравится такой конец сказки?

— Нет. — Она начинает реветь.

Он поворачивается ко мне.

— А ты чего ухмыляешься?! Гераклом себя почувствовал? Тебе до этого веса еще полгода идти. Сгинули с глаз моих до вечера! Оба!

Идем с Энжи в кафешку. Она ковыряется в мороженом, а просто сижу, думаю.

— Прости меня. — Она виновато заглядывает в глаза.

— Да за что. Это я сгоряча лишку кинул, не удержал. Так что это мне надо просить прощения. — Обнимаю ее, а она прижимается ко мне.

— Дэн, говорит, что ты чокнулся. — опять заглядывает в глаза, только теперь встревожено.

— Да привиделось в игре не пойми что, а я Дэну выложил.

— Он говорил, чтоб я от тебя подальше держалась. — При этих словах она прижалась ко мне еще крепче. — Что ты меня придушить можешь.

Она перешла на шепот.

— Только если ты меня душить будешь, я все равно хоть хрипеть буду, что я. Тебя. Люблю. — Закончила она, целуя меня в промежутках между словами.

Я обнял ее еще крепче.

— Не настолько я чокнулся, чтобы душить свою девушку. Свою любимую девушку. — Целую в макушку, потому что она уже спрятала лицо у меня на груди и обхватив меня руками. Так и сидим.

— Кстати, я тебя попросить хотела. Не целуй меня больше, когда я в игре, я сейчас постоянно новичкам что-нибудь объясняю. А когда чувствую, а теперь я знаю, что это, у меня мысли все из головы выскакивают и я забываю, что говорить надо. — Она посмотрела мне в глаза, теперь с озорством. — Прикинь, они Дэну пожалуются, а он решит, что я тоже кукукнулась.

— Будем оба кукукнутые. — Философски констатирую.

Нельзя Энжи рассказывать за этот культ. Надо самому разбираться. Пока не будет доказательств, ее втягивать нельзя. Давно я порадовался, что легко жить, оказывается, когда не врешь, не притворяешься? Придется. Придется врать и выкручиваться, пока соберу доказательства. Не нравится мне эта история, очень не нравится.

***

Снова иду в село. Осматриваюсь. Другое это село. Крыши в другом порядке покрашены. Рожи у торговцев другие. Как доказать это Дэну. Расскажу, что у него в игре села местами меняются – окончательно в психи запишет. К сестре на пушечный выстрел не подпустит.

Захожу в лавку.

— Что ищешь, мил человек.

— Шкуру тигровую хочу.

— Редкий товар. Есть одна, только порченая. Поискать если могу подсказать, где нормальную найти.

Идея!

— А великолепную?

— Совсем редкость. Но одну знаю. На юг день ходу.

Два часа реального времени. Только с боями все три получилось. И бои нешуточные. Дошел на энтузиазме, последнюю четверть без единой бутылки снадобий. Зато шкур навалом. Медведи, рыси, тигр среднего качества.

Вот село, вот церковь.

— Что путник, решил всё же к нам примкнуть?

— Да! Ну что ж, теперь ты желанный гость в нашей деревне. И цены тебе будут поменьше, и товар сыщется покрепче. Только шкуры приноси в дар храму.

Отдаю хорошую медвежью шкуру и тигра. Поп сияет. Святоши… Захожу в лавку, где тигра продал в прошлый раз, прошу посмотреть шкуру. Ох, святоши хреновы, цена в десять раз выросла. Возвращаю. На вопрос торгаша выдумываю.

— Я белого тигра хотел.

— Ну ты хватил. Белого тигра днем с огнем не сыскать. Почти самый редкий товар.

— Почти? А какой же самый редкий?

— Четырехлистный клевер.

— И что за клевер такой?

— Съешь его и ни один враг в тебя не попадет несколько минут.

— И где его найти?

— Его лишь пророк наш приносит раз в год.

В месяц, значит.

— А что за пророк?

— Ты ж наш теперь? Вот у пастыря и поспрошай.