Свихнувшийся герой

— Почему он угоняет машину, похожую на разыскиваемую? — добавила Лена. — Он ведь знает, что гаишники ее ищут и могут остановить.

— А зачем он звонил в газету и письма прислал? Это вопрос его личности, что ли. Мы пока не понимаем, чего он хочет, зачем все это затеял, и его бред по поводу несправедливости и отмщения — лишь прикрытие для достижения основной цели. Но вот какая она — его цель, пока неясно. — Семенов начал стучать пальцами по столу.

— Может, он правда псих? — заключил Коля.

— Или хочет, чтобы мы поверили в это, — уточнил Петр Петрович.

— Псих не сможет переадресовать посылку электронного письма через взломанный вай-фай другого оппонента, — пояснил начальник компьютерного отдела майор Морозов, — да так, что мы — не психи, его найти не можем. Я считаю, что в электронике он дока. Мы сканируем всю Московскую область и не можем его засечь, а обычно всех, кого хотели, засекали за час. Значит, мы психи, а он нет.

— Может, у вас ресурсов не хватает, техника не та? — спросил Семенов. — Давай, я позвоню в ФСБ Статникову — он поможет. Только ты, Вить, не обижайся.

Услышав про комитетчиков, Морозов поморщился, но полковник требовал от него результатов, и он добавил:

— Техника у них и у нас одинаковая, слава богу, недавно закупили, но… можно и их подключить, но это ничего не даст.

— Ладно, уговорил, — кивнул Петрович, — пока помощи просить не будем, но и вы там не расхолаживайтесь, а то я вас знаю, не можете найти — и успокоились. Ты пойми, майор, обнаружение его электронного адреса — возможно, единственный путь к его поимке.

— Да понимаю я, понимаю.

— Вон он что пишет. — Петр Петрович посмотрел на экран ноутбука и прочел выделенную черным фразу из письма Зорга:

— Путем бессмысленных убийств я пробужу от вековой спячки русский народ, он сметет ненавистную власть и воздвигнет меня на российский трон. Я стану президентом страны, ее царем и императором и быстро наведу порядок. Я раскулачу богатых, накормлю бедных, вылечу больных, научу неграмотных, осчастливлю несчастных. Я мессия, пророк и я, только я смогу поднять страну с колен и возродить ее былое величие. — Петрович обвел взглядом всех присутствующих. — Во загнул, — с негодованием добавил он. — Да он Господь Бог какой-то, действительно — мессия. Осталось добавить: излечу калек и воскрешу мертвых.

Все молчали и думали. Наконец полковник обратился к присутствующему на совещании психологу, капитану медицинской службы Ивану Григорьевичу Дронову. Перед тем как утром выехать из дома, он послал ему по электронной почте оба письма с просьбой составить психологический портрет преступника. И, естественно, пригласил на совещание. Григорич — так его называли в управлении, открыл папку, достал из нее лист машинописного текста, пробежал по нему взглядом и передал полковнику.

— Вот отчет.

Семенов мельком просмотрел текст и сказал:

— Своими словами, вкратце, самое основное.

— Да… — Психолог кивнул. — Личность незаурядная, словарный запас большой, пишет чисто, без орфографических ошибок, видимо, компьютерную программу использует, мысли излагает четко, кратко, но его одержимость темой справедливости наводит на мысль, что либо он хочет, чтобы мы поверили в его фанатизм, либо у него глубокие психологические расстройства в личностной сфере. Так психика меняется с потерей любимого, дорого человека, утратой каких-то ранее значимых для человека ценностей, и это не заболевание, не депрессия, а именно глубокая психологическая перестройка.

— Можно ее симулировать? — спросил Семенов.

— Конечно, можно. Многие ваши и наши клиенты дурку гонят в СИЗО, их отправляют в Сербского, и там мы их быстро выводим на чистую воду. Через детектор лжи пропускаем.

— У нас другой случай, нам его уличать не надо, нам его найти надо и обезвредить.

— Он заранее просчитывает свои действия, и вполне возможно, что все это тонкая психологическая игра и впоследствии он выдвинет вполне конкретное требование, скорее всего, материального характера.

— Над тем, что он уникальный, экстраординарный преступник, я тоже думал, но пока доказательств этому нет. Хотя диалог посредством электронной почты он уже наладил. Мы ему еще не ответили, но уже читаем его послания, изучаем. Внимание он наше привлек. Как думаешь, ему отвечать или не стоит? — спросил Петрович.

— Надо ответить и прямо спросить, зачем он все это делает. Посмотрим, что он пришлет, — кивнул психолог.

— Я думаю, погонит пургу про справедливость.

— Сначала — да, но потом, я думаю, предъявит требования, выдвинет ультиматум. Например, вы мне что-то — и я прекращу делать то-то и то-то, расстреливать людей, например.

— Думаешь, он вымогатель, деньги попросит?

— Вполне возможно, а для чего он все это затеял — ради наживы.

— Ладно, выясним. Как его поймать? — Петрович со свойственной ему прямотой подытожил умозрительную беседу на психологические темы.

— Надо наладить с ним диалог и постараться найти с помощью электронных средств обнаружения. Это в компетенции ваших специалистов. — Психолог кивнул на Морозова.

— Если подключить спутниковые системы слежения, быстрей получится, — добавил компьютерщик.

— Значит, даю заявку в ФСБ? — Петрович уставился на Виктора.

Тот чувствовал себя несколько уязвленным, но преступника надо было ловить, и он ничего не сказал, а только кивнул. Семенов позвонил генералу Бурляеву и попросил сделать заявку на поиск оппонента с помощью спутниковой системы ГЛОНАСС. Тот обещал послать запрос товарищам из контрразведки и закончил разговор.

Потом Семенов заслушал криминалиста и был крайне недоволен услышанным. Кроме пуль, гильз, трупов и нескольких раненых, у него ничего не было. Нашли небольшой отпечаток протектора, но если машина угнана, то улика эта смысла не имела.

— Мы можем по какой-либо из улик идентифицировать преступника? — спросил Семенов.

— Нет, — сдержанно ответил Усанов. — Мы имеем несколько генетических кодов в каплях слюны, засохших на телефонной трубке, но кому они принадлежат, мы не знаем. Таксофон, с которого он звонил в газету, использовало много народу.

— А голос его записали?

— Голос звонившего записан, — ответил вместо криминалиста Морозов, — но он, видимо, изменен, поэтому идентифицировать будет трудно. Хотя мы ввели в поисковый компьютер его профиль, и если он еще раз позвонит, мы определим номер и расположение аппарата.

Следственная машина медленно набирала обороты, информация собиралась, накапливалась и анализировалась, и нужно было время, чтобы количественные изменения переросли в качественные. А как раз времени у Семенова и оперативников не было. Время всегда на стороне преступника.

Глава 5

Зорг встал после полудня. Несколько минут нежился в кровати, смотрел в открытое окно на зеленые шелестящие листья дворовой березки, слушал соловья, вдыхал легкие дуновения теплого ветерка и ловил горячие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь побеги вьюна. Наконец встал, сходил в туалет, почистил зубы, умылся, сделал утреннею зарядку и пошел на кухню завтракать. Приготовил говяжью отбивную с кровью, яичницу из четырех яиц, запил молоком и закусил мягкими свежими баранками. Затем спустился в подвал, почистил и смазал автомат Калашникова, пистолет «глок» с глушителем, пополнил магазины, немного пострелял в деревяшку и стал готовиться к отъезду. Отодвинул шкаф, поднял несколько досок пола и вынул из тайника большую завернутую в тряпку вещь. Закрыв схрон, вернул шкаф на место, положил сверток на стол и размотал ткань.

В ней лежали новенький гранатомет РПГ-18 и граната к нему. Протер его от пыли, немного почистил от масла и приготовил к работе. Проверил спусковой механизм, гранату, выдвинул ствол, примерил на плече, а потом задвинул ствол обратно и замотал в ту же тряпку. Сложил оружие в синюю спортивную сумку, застегнул молнию, оделся и вышел из дома.

Он сел в джип, выехал из гаража, вышел, закрыл дом и ворота, вернулся в машину и не спеша поехал в Москву. Приехал к станции метро «Курская», оставил внедорожник на платной стоянке, забрал сумку, вышел, включил сигнализацию и пошел во дворы. По уже привычной, отработанной схеме он выбрал себе подходящую машину российского производства, на этот раз восьмую модель «Лады», вскрыл ее и быстренько угнал. Орудовал в тонких черных кожаных перчатках, на голове у него была бейсболка с длинным козырьком и на глазах темные очки.

Через час приехал на Кутузовский проспект, к гостинице «Украина», заехал во двор, оставил машину на стоянке, взял сумку и вышел. Подошел к первому подъезду ближайшего дома, с помощью электронного ключа открыл дверь, вошел, поднялся на лифте на последний этаж, с помощью отмычки вскрыл замок двери и залез на чердак. Он вылез на крышу, подошел к краю и осмотрелся. Перед ним простиралась красавица Москва. Стоял прекрасный жаркий летний день, солнце было почти в зените, поднялся ветерок, смог немного развеялся, и дышать было легко и приятно.

Зорг поглазел на пик Останкинской телебашни, на громады бизнес-центра «Россия», на высотки МГУ, а потом свесился через парапет и взглянул на Кутузовский проспект. Машин на нем было много, была пробка, они неспешно, урывками продвигались по своим делам. Убийца не стал тратить время попусту, вынул из сумки гранатомет, освободил от упаковки и вставил в ствол гранату. Взвел спусковой механизм, прицелился в первый попавшийся на глаза представительский «мерседес» с синей мигалкой на крыше и джипом охраны позади и нажал на курок. Раздался громкий хлопок, граната вылетела из ствола и полетела вниз, в направлении проспекта. Зорг провожал ее безучастным взглядом до тех пор, пока она не ударилась в лобовое стекло машины, не пробила его, не влетела внутрь и не взорвалась. В одно мгновенье у иномарки выбило стекла, оторвало крышу, и она, объятая пламенем, врезалась в уличный фонарь. Тот не выдержал натиска трех тонн металла и со снопом искр от рвущихся проводов рухнул в палисадник.

Зорг спрятал трубу гранатомета в сумку, быстро спустился на чердак, на лифте приехал на первый этаж, вышел из подъезда, сел в девятку и уехал с места преступления. Через десять минут он уже ехал в метро, а еще через двадцать сидел в водительском кресле своего джипа. По заведенной традиции он отправился в «Макдональдс», плотно поел, заехал в «Ашан» за продуктами и отправился домой.

Петр Петрович приехал на Кутузовский проспект, когда следственные мероприятия были в полном разгаре. К тому времени «мерседес» был потушен и движение на проспекте восстановлено. Оцепили лишь небольшой участок дороги и палисадник, где стояла иномарка и валялся столб. В квадрате работали более двадцати полисменов, и все они собирали остатки тел, мелкие части машины, фрагменты гранаты и микроскопические не сгоревшие частицы взрывчатки.

— В целом картина ясная, — сказал Семенову Коля Скоков. — Преступник расположился на крыше вон того дома и выстрелил из РПГ.

— Люди там работают? — спросил полковник.

— Две следственно-оперативные группы.

— Откуда узнали, что с той крыши стреляли?

— Из показаний очевидцев. Охранники в машине сопровождения видели дымный след снаряда. Среди них есть бывшие военные, знают, о чем говорят.

— Кто погибший?

— Председатель правления «Омега банка» господин Марк Исаакович Шульман с пресс-секретарем и водителем. Больше никто не пострадал.

— Родственникам сообщили?

— Не успели, думал, вы…

— Позже, хотя охранникам это сподручней сделать. Они, наверно, жену, детей знают. А то я не люблю это процедуру. — Семенов поморщился, Коля замолчал.

— Ты их допрашивал? — наконец спросил полковник.

— Да, начальника охраны.

— И что он говорит, какие версии выдвигает, мотив у него есть, подозреваемые?

— Говорит, что никаких конфликтов у Шульмана ни с кем не было, и он не может в толк взять, кому понадобилось его ликвидировать. Сейчас не девяностые.

— Не девяностые, а ездил вон с какой охраной, целый джип, четыре человека, значит, чего-то опасался. Может, конкуренты его убрали?

— Не знаю, может, охранники скрывают, что конфликты были, и хотят сами разобраться.

— Найди информацию на убитого.

— Уже собираем, Егорова занимается.

— Что еще?

— Пресса тут навязчиво вьется, интервью просят, вопросы задают и по Садовому, и по обстрелу у Думы, и по «Голден Паласу».

— Ничего не отвечай. Передай стандартный пакет в отдел по связям с общественностью, пусть они там и расхлебывают.

— Я так и сделал.

Семенов и Скоков обошли вокруг дымящихся развалин лимузина, осмотрели столб, накрытые черным целлофаном фрагменты тел и вернулись к микроавтобусу.

— Как ты думаешь, Зорг их угробил? — спросил полковник.

— Почерк совсем не похож, но учитывая, что он то стрелял, то взрывал, может, и он. Пока фактов, указывающих на это, — нет. Нет и улик и неизвестно, заказ это или что-то еще.

— Если это Зорг сотворил, то это не заказ, а месть за несправедливость, — усмехнулся Петрович, попрощался с майором, сел на заднее сиденье «форда» и попросил водителя ехать в уголовный розыск.

После дневного сна Зорг уселся за компьютер писать очередное письмо в газету и проработал дотемна. В конце сохранил файл, скопировал на флэшку и отправил его по почте на адрес «комсомолки», хотя точно знал, кому оно попадет.

«Если я все правильно рассчитал, то первым делом его просмотрят дяди в темных пиджаках, — думал он, — но они-то мне и нужны».

Поужинав немного, он спустился в подвал, вынул из схрона под шкафом целлофановый пакет, вытащил из него пачки денег и разложил на столе. Пересчитав содержимое заначки, сложил доллары обратно в пакет, но класть в подпол не стал, а сунул в черную спортивную сумку. Туда же запихнул папку с документами, коробку с воинскими наградами и именной пистолет Макарова с красивой гравировкой на ручке. Добавил две полные обоймы и папку с небольшими фотографиями.

Сумку оставил в подвале, а сам поднялся на первый этаж и прошелся по небольшому дому. Осмотрел прихожую, чистенькую гостиную, взял со старенького шкафа фотографию в рамке и положил в пакет, сунул туда же несколько маленьких статуэток и часики. Осмотрев спальню и туалет на втором этаже, забрал бритвенный прибор, помазок, расческу и зубную щетку и все это сложил в сумку.

— Вроде все, — констатировал мужчина и спустился в гостиную, а оттуда в подвал. Рассовав вещи по сумкам, стал готовиться к отъезду.

Вечером Семенова вызвал к себе Бурляев и попросил рассказать, какие следственные мероприятия проведены в связи со взрывом на Кутузовском. Петрович доложил обстановку, предоставил заключения экспертов как по расстрелам, так и по взрывам и на вопрос, следует ли объединять дела, ответил:

— Данных, что «мерседес» взорвал Зорг, нет.

— Тебе помощь нужна? — спросил генерал.

— Ты подключил комитетчиков?

— Да. Официальный запрос им послал, и они должны дать ответ, но ты же знаешь, как у нас в государстве все медленно делается. Пару дней будем ждать.

— Будем ждать, а что делать, — согласился полковник.

К себе в кабинет Петрович вернулся к полуночи и, перед тем как ехать домой, решил проверить электронную почту. Чутье ему подсказывало, что преступник мог прислать письмо. Психолог ему сказал, что у Зорга сейчас период так называемой «влюбленности», он получил доступ к СМИ, получил условную аудиторию, ему есть что сказать и его распирает общаться. Поэтому он будет поначалу регулярно, активно контактировать, а потом ему надоесть, интерес пропадет, и он исчезнет. Надо использовать это время для получения о нем прямой или косвенной информации, выяснения его личности и местонахождения.

И вот полковник уселся в кресло, вынул из портфеля и положил на стол ноутбук и активировал его. Пока загружались программы, Петр сидел, ждал и ни о чем не думал. Он поймал себя на мысли, что немного волнуется. Несмотря на длинный, тяжелый, суетной день, он еще не утратил способности нервничать. Когда же в его новом, специально созданном, почтовом ящике он увидел отметку о письме, у него сердце екнуло. Он открыл страничку и увидел сообщение за подписью «Зорг».

Первым делом Семенов снял трубку служебного телефона и позвонил начальнику компьютерной службы Морозову:

— Витя, добрый вечер, Семенов.

— Доброй ночи, Петр Петрович, ты еще в управлении?

— Да, получил очередное письмо от Зорга. Вы его отследили?

— Отследили, но опять неувязочка. Оно отправлено из компьютерного салона, я послал туда своих людей, но они не нашли ни того, кто посылал, ни контактов.

— Как так?

— А так, салон закрыт на ремонт и в нем никого, кроме охранника, нет. Как Зорг подключился к Сети через их компьютеры, неизвестно. Видимо взломал их код и прикрылся их электронной подписью. Я же говорил, он гений в электронике и программировании.

— И никакой не псих.

— Естественно. Что комитетчики? — поинтересовался Виктор.

— Запрос до них дошел, но реагируют они вяло, зачем им лишние хлопоты.

— Ничего, среагируют, может, они быстрей его найдут.

— Ладно, если что узнаешь — сразу звони. Пока.

— Пока, Петр Петрович.

Семенов положил трубку, поудобней уселся в кресле и открыл файл.

— Значит, ты не псих, ты гений и у тебя ясная мотивировка, но мы ее пока не знаем, — пробормотал полковник. — Ты ее скрываешь, пудришь нам мозги, но я догадываюсь, что будет дальше. Или политические требования, и тогда ты террорист, или выкуп за прекращение своей деятельности, и тогда ты вымогатель. А может, и то и то — ты террорист-вымогатель.