Кодекс Охотника. Книга XXVII

Это что получается? У меня появился почтальон? Настоящий, да еще целых три, и у меня теперь есть связь с внешним миром?

Честно говоря, я не поверил своим глазам, когда проснулся и увидел артефакты, материализовавшиеся со мной после сна.

Чем отличается Бог от человека? Ну вот, примерно вот этим. Сильно облегчённой, скажем так, логистикой. Перемещения Богов по Многомерной Вселенной нарушают некоторые правила, такие, как, например, запретные миры. Но, как я всегда говорю, всё зависит от всего. Поэтому, в зависимости от степени «закрытости» мира или силы богов, пробираться они могут туда или сюда. Но, в любом случае, их возможности потрясают. Особенно, когда они объединяются друг с другом.

А судя по тому, что я увидел, объединение богов в коалиции идёт семимильными шагами. Такого я не припомню уже… Да, Кодекс меня подери, я вообще такого не помню! Может, Старый Мак знает. Но боги не просто так становятся богами.

Эти, некогда живые индивиды, с чрезмерно завышенным чувством собственного величия, в первую очередь, заботятся о себе. А создавать какие-то союзы, как бы они сказали, «это так по-человечески». Но сейчас они объединяются по разным причинам. Кто-то хочет познать тайну этого долбанного мира, где я оказался.

А вот три тёлочки… гхм… хотел сказать, богини, судя по их взглядам, преследуют несколько другую цель. И эта цель, надо признать, мне ни хрена не нравится.

Да, давным-давно, когда нас с Тёмной Богиней связывали краткие, но очень пылкие отношения… Нет, мне удалось кое-что узнать. Да, я был тогда молодой да ранний, а Вечная Богиня как была хитрой стервой, так и осталась. Но, судя по намёкам, было в нас, Охотниках, что-то такое, чего не доступно богам. И этому чему-то бессмертные Высшие Существа очень сильно завидовали. Понятия не имею, что это. Но, судя по всему, эти мадам что-то затеяли.

Что ж, сильным союзникам я всегда рад. А иметь в союзниках богов — об этом можно только мечтать. К слову, надо поинтересоваться, как они сюда проникли. Лично для меня стена, возведённая хранителями, всё ещё была неприступной.

Когда я взывал к Кодексу, это было похоже на крик через закрытую стену. У Кодекса, можно сказать, очень тонкий слух. И очень выборочный, да. Пока что я видел богов только в своей душе. А для души, как известно, нет никаких преград, чем эти хитроумные божки и воспользовались.

Ну и опять же, физических воплощений богов в этом мире я не видел. Ближе всего, как ни удивительно, находилась Тёмная Богиня, чьё присутствие в этом Мире было самое близкое к тому состоянию, которое можно назвать материальным. Ну так не зря она считалась самой хитроумной среди богов. Слишком много у неё было козырей в рукавах.

И вот это недавнее ощущение силы с глубин Атлантического океана. Сейчас я не чувствую ничего за Божественным куполом. Но есть у меня ощущение, что Мудрейший уже засунул ногу в приоткрытую дверь в этот мир. И очень сильно хочет пролезть целиком. А вот это чрезвычайно плохо.

С Богом в физическом воплощении, а значит, и с полным сил и возможностей, я не мог справиться в одиночку и в прошлой жизни, ну, имеется в виду — при прямом противостоянии. Тут выхода два — либо надурить, либо позвать братьев. Всё-таки вместе мы — такая сила, что одиночный бог для нас не соперник. Они это знали, и мы это знали.

Но, как я и говорю, Охотники при всём своём величии были всего лишь людьми. И хода в этот мир у них нет. Хотя вот, умудрились передать эти артефакты. Интересно будет подумать, как выстроить коммуникацию в будущем.

Всё это я думал, сидя около Искры Кодекса в башне моей крепости в Арктике, пытаясь понять, что поменялось в этом мире. Судя по ощущениям, нифига не поменялось. Этот маленький огонёк Кодекса был похож скорее на конденсат с другой стороны неприступной стены, нежели чем на самый маленький ручеёк. Так что да, даже Кодексу в этот мир нету ходу.

Да и при прощании с этой тройкой божественных затейниц в последний момент я успел уловить их эмоции. Кажется, передача мне посылочки далась им достаточно сложно. Не думаю, что они в состоянии наладить бесперебойную поставку. А ведь это было так здорово.

А ещё думаю, что у них есть какое-то ограничение по весу и размеру. Ведь вместо этой маленькой коробочки они могли притащить мой старый доспех. Вот это был бы поистине божественный подгон, но видимо придётся закатать губу. Да и положа руку на сердце, то, что хранилось в этой маленькой коробочке… Да за него, наверное, можно было бы купить Империю.

Я вздохнул, поднялся на ноги и вернулся обратно в усадьбу, разбудив своих жён поцелуем и попросив зайти ко мне в кабинет.

Через несколько минут девушки впорхнули в мой кабинет, улыбаясь. Аня, как всегда, выглядела безупречно. Катюхе, беременность давалась похуже. Но и она тоже улыбалась. Хотя, когда садилась на диван, слегка придерживала живот.

— Как ты, милая? — обратился я к Кате.

Та посмотрела на меня с легким удивлением.

— Ты знаешь… Сильно лучше. Как будто… — она задумалась. — Как будто наша девочка внезапно перестала тянуть энергию!

— Вот и хорошо, — улыбнулся я, про себя подумав, что Тёмную надо бы крестной назначить. Столько энергии, сколько она влила в Катюху, могло бы… Да, дофига чего могло. Но Тёмная поделилась с моей будущей дочкой, облегчив жизнь моей жены. Что ж… Зачет!

— Господин? — в проёме двери появился Иннокентий, который держал на руках всё ещё сонного Антона Александровича.

— Иннокентий, а вы зачем подняли Антона? — тут же нахмурилась Аня.

— Это я попросил, — улыбнулся я, вставая с кресла и беря на руки своего наследника. — Спасибо, Кеш, оставь нас одних.

— Да, господин! — кивнул тот и отдал мне сына, а затем вышел, прикрыв за собой дверь.

— Ба-тя! — сонно пробормотал Антоха, и попытался сломать мне палец, которым я щёлкнул его по носу.

Он попробовал так, без лишнего энтузиазма. Во-первых, он понимал, что у бати сломать ничего не выйдет. Это его сначала расстраивало, но потом он привык. Ну, а второе, всё-таки время было раннее, и он хотел ещё поспать. В итоге усталость взяла своё, и он умиротворённо засопел у меня на груди.

Я аккуратно уселся обратно в кресло, вызвав у моих супруг синхронные улыбки умиления.

— Выбирайте, — кивнул я и подтолкнул к краю стола шкатулку.

Несмотря на то, что Катя была сильно беременна, она подскочила к шкатулке, в которой, переливаясь, лежало кое-что интересное. Вот что значит женщины, неравнодушные к украшениям.

— Ух ты! — девушки одновременно, не толкаясь, заглянули внутрь и достали оттуда кольца.

— А что это за металл? Первый раз такой вижу, — нахмурилась Катя.

— Это не золото, — сказала Аня. — Ой! Оно поменяло цвет.

— Смотри, камешки могут меняться, — заметила Катя.

— То есть, это мы своей волей?

На несколько секунд они выпали из этой жизни, разглядывая кольца, которые у них в руках меняли цвет на абсолютно разные.

— Да, маленькая побрякушка великого колдунства, — улыбнулся я. — Выбирайте и надевайте.

— Так они одинаковые, — нахмурилась Катя. — Вот эти две побольше, а вот эти поменьше. А вот это… Но не мой размер, по-любому… Ух ты!

Катя взяла в руки пятое кольцо, которое в её руках начало менять размеры.

— А как это?

— Ну… Это чрезвычайно сложно объяснить, — улыбнулся я.

— А что это за кольца? — цепкий взгляд моих жён окинул мои руки. — Ага, и у тебя тоже есть.

— Почему их шесть? Для кого?

— Ну, потому что шесть — это именно то число, по которому и делаются эти артефакты. — Не торопись, я дальше всё расскажу.

Ну да, кольцо Истребителей я не носил уже довольно давно, боясь за цвет камня, который оно покажет. А конкретно «это» кольцо я сделал обычного матового платинового цвета без всяких изысков.

— Так, вот это вроде наши… — переглянулись Катя с Аней и посмотрели на меня. — Ну что, надеваем?

— Надевайте, — ласково улыбнулся я.

Девушки с ощущением удивления косили взглядом себе на пальцы: прямо сейчас, в режиме реального времени, кольца меняли цвет, подстраиваясь под их настроение.

— Секунду! — сказал я, протянул руку вперёд, взял маленькое колечко и нацепил на палец сопящего Антохи. — Вот теперь всё.

— А эти два? — кивнула Катя, а потом посмотрела на Антона, мгновенно поняла и погладила живот. — Ага, понятно с одним. А пятое?

— Не решил пока, — улыбнулся я.

— И что они делают? — тут же спросила Аня. — Я ничего не чувствую.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — сказал я. — Аня, подойди к окошку. И пожалуйста, не пугайся. Просто ничего не делай, сейчас я кину молнию в тебя.

— Саша, — нахмурилась Аня. — Ты испортишь мне причёску!

— Блин… — задумался я. — Ну тогда ледяную стрелу.

— Эээ… — сказала Аня, — а она мне платье не подпортит?

— Нет, в этом и прикол демонстрации. Катюх, а ты отойди, на всякий случай, в сторонку.

— Саша, — абсолютно серьёзно посмотрела на меня Аня. — Ты же понимаешь, что если испортишь мне платье, то… — она многозначительно замолчала.

— Да, да, да, понимаю. Что я, дебил, что ли? В общем, смотри, доспех не ставь, ничего не делай, вообще ничего. Тебе понятно?

— Понятно, муж мой, — широко улыбнулась Аннушка.

Люблю их. Вот что значит полное доверие.

Я специально медленно сформировал в воздухе ледяное копьё, и лёгким взмахом толкнул его в сторону Ани. В принципе, даже такое небольшое копьишко, с моей-то силой, могло пробить бронированный танк.

Прямо сейчас, на мгновение, вспыхнули все наши кольца. И… стрела бессильно рассыпалась перед Аней.

— И что это было? — спросила Катя.

Аня нахмурилась, глядя на пол.

— Саша, я могу вызвать горничных? Сейчас промокнет ковёр.

— Не промокнет, — улыбнулась Катя.

Из её руки вылетела горячая волна, пахнуло горячим воздухом, мгновенно растаяв сосульки и высушив ковёр.

— Ух ты! — улыбнулась Аня. — А меня научишь?

— Ага, — засмеялась моя вторая жена. — Сразу после того, как ты меня научишь на бирже играть.

Тут уже засмеялась Аня:

— Не надо оно тебе в твоём состоянии. Да и вообще, твоя сила в другом.

— А если я хочу? — надула губы Катя.

Аня покачала головой:

— Ну, если хочешь, то научу. После родов.

Я смотрел на жён и умилялся. Всё-таки зайки они у меня. Опять же они синхронно повернули ко мне головы.

— Ну, так объяснишь?

— Объясню, — сказал я.

Приподнял руку, демонстрируя кольцо.

— Это артефакт называется «Связь душ». Люди, которые их носят, становятся как бы единым целым. Их сила, энергия…

Я на секундочку задумался.

— Сложно объяснить конкретно. Основной прикол в том, что души становятся общими.

— То есть, я смогу теперь доставать у тебя из океана душ твоих весёлых тварюшек? — тут же навострила уши Катя.

Судя по её взгляду, она пыталась сейчас это почувствовать.

— А как? А как это сделать?

— Нет, — рассмеялся я, — я же говорю, это немного не так работает. Да, там есть разные ништяки, я потом про них вам расскажу. Но самое главное, это то, что тот, кто попытается напасть на одного из носителей кольца, ну, ему нужно будет пробить нашу общую защиту. Простыми словами, если кто-то захочет убить вас, мои дорогие жёны, то он должен пробить сначала мою защиту. А как вы знаете, я не только лучший муж на свете, но ещё и самый крепкий муж в этом мире!

Тут я вызвал улыбки у своих жён и понимание в их глазах.

— То есть, теперь нас вообще никак нельзя убить? — сделала свой вывод Аня.

Я снова засмеялся, всё-таки вера в меня их потрясала.

— Не то, чтобы совсем, но да, вы очень близки к этому.

— Супер подарок! — сказала Аня. — Спасибо! И отдельное спасибо за Тоху.

— Да, дорогой! Ты молодец! В том, что ещё заботишься о наших будущих потомках.

Затем жены подошли ко мне, обняли с двух сторон, и чмокнули одновременно в обе щёки.

— А кому отдашь этих два кольца?

— Пока не знаю, — задумался я. — Как сказал, этот артефакт по шесть штук делается всегда. Но прикол в том, что… Да, — я кивнул на спящего Антоху, — он будет расти вместе с пальцами малыша. Но есть один плохой момент. Дело в том… — Я тяжело вдохнул и сделал трагическое выражение на лице. — … что снять теперь эти кольца до конца жизни вы не сможете.

На лицах моих жён появился ужас, и они тут же одновременно дёрнули себя за кольца и… конечно же, сняли.

— Эээ… — посмотрели на меня с недоумением.

— Это была шутка, — заржал я.

— Дурак!