Клановые тайны мажорок

Беседка оказалась с удобствами. Переодевание заняло минут семь — костюм, который мне принесли, оказался ничем не хуже того, в котором я был, отличался только цвет — насыщенный темно-серый, и узоры, похожие на морские якоря.

— Добро пожаловать домой, дорогой Виктор Антонович — прошу вас! — расплылся в улыбке мажордом, когда он вышел из беседки. — Другое же дело!

— Вам виднее, любезный, — я скептически усмехнулся. — А где Лада? — возле машины девушки уже не было.

— Лада Евгеньевна изволили пройти в свои покои! Прошу вас, Виктор Антонович, пройдёмте! — масляным голосом заявил мажордом, остальные двое слуг тоже слащавенько улыбались.

«Блин, как-то всё это странно», — я ощутил себя одиноким на неизвестной территории, буквально как в первый день в этом мире.

— А мои вещи? — я оглянулся на машину.

— Будут доставлены в ваши покои после дезинфекции! — солидно произнес Петрович.

— Ну ладно, — согласился я, вдыхая ароматный лесной воздух. — Идём, что ли?

— Прошу за мной! — лысый мажордом показал в сторону большой аллеи, которая вела к особняку.

Идя за дворецким — при этом двое остальных шли сзади, я рассматривал и сам дворец-особняк, и природу, и фонтаны — в памяти мало что пробуждалось.

«Каштаны, липы, пихты, а вон там яблони и вишни — прикольненько. Шашлык здесь жарить классно, полно места, площадок и беседок», — оценивал я увиденное.

Дом оказался даже большим, чем я думал — построенный в стиле барокко, центральный корпус был протяженностью метров сорок, а два крыла были пристроены под углом градусов в шестьдесят в противоположную от ворот сторону.

Когда прошли аллею и вышли на мощеную площадку перед центральным зданием, я увидел несколько гуляющих около фонтанов парочек и сидящих на скамейке людей. К моему удивлению, никто на меня не обратил практически никакого внимания — это меня даже задело.

«Кто все эти люди? Это мои родственники или хер знает кто? Что они тогда здесь делают⁈» — вопросы роились в голове, но ответов не было.

Лестница к центральным дверям впечатлила — широкие ступени в обрамлении колонн, сверху разные фигуры античных богов.

— Прошу сюда, Виктор Антонович, — показал мажордом куда-то вправо.

— В смысле, вот же вход? — я недоумённо показал на шикарную лестницу и не менее шикарные дубовые, огромные двери.

— Нам не сюда, — натянуто улыбнувшись, покачал головой мажордом.

«Всё-таки мне здесь не рады — не видно радостно встречающих меня родственничков», — окончательно понял я, поэтому решил не обострять и молча пошёл за Петровичем.

Мы прошли правее по довольно узкой аллее метрах в пятнадцати вдоль главного корпуса и свернули к правому крылу.

«Здесь можно девчонок по вечерам тискать — кусты, романтика, скамейки», — мимоходом подумал я, рассматривая особняк — он был действительно огромный, а впереди показались ещё какие-то постройки.

Правое крыло было не меньшим в длину, чем главный корпус, и я увидел дубовую дверь уже поближе к углу. Именно к ней мы и свернули.

— Прошу вас, Виктор Антонович, проходите! — мажордом отпёр довольно массивным ключом не менее огромный замок, открыл дверь, зашёл и показал, что можно заходить.

Ощущая волнение и трепет, я ступил внутрь — вестибюль оказался довольно небольшим и полуосвещённым, двери по обеим сторонам были закрыты. Две изящных лестницы вели куда-то вверх. Я рассмотрел гобелен — там была изображена зимняя рыбалка, серебряные подсвечники и какие-то картинки кисти неизвестного мариниста — море в таком освещении выглядело очень мрачным, опасным.

— Ваши покои на третьем этаже, Виктор Антонович! — показал мажордом на правую лестницу.

— Так, Петрович, да? — поднял ладонь я.

— Так точно-с!

— А где все? Где папаша, мамаша, остальные? Почему меня никто не встречает?

— Не могу знать! Господину префекту и вашей достопочтенной матушке виднее, именно от них я получил чёткие распоряжения на ваш счёт, Виктор Антонович! — пояснил мажордом. — Пока отдыхайте в своей комнате, а когда придёт время, вас пригласят!

— Придёт время чего? — нахмурился я — сердце забилось быстрее.

— Вы и сами знаете, чего! — ухмыльнулся Петрович.

«Блядь, странный тип!» — поразился я такой его нагловатой мимике.

— Где мои вещи и планшет? — повернулся, но не увидел сзади двоих сопровождающих, которые несли сверток с его вещами.

— Мы их доставим в ваши покои, как только вы пожелаете!

— Я сейчас желаю! — я провёл пальцами по подбородку.

— Через час, Виктор Антонович! Отдохните пока, чайку нашего травяного, целебного попейте — матушка ваша, леди Алла, своими руками собирала все эти травы прошлой осенью, сама их сушила, сама обогащала, — с легкой слезинкой в голосе сказал Петрович.

«Перед мамашей тут все ходят на цырлах, видимо», — понял я.

— А где матушка сейчас?

— У неё важные дела в городском попечительском комитете, — с придыханием ответил мажордом.

«Важнее, чем любимый сын? Однако!»

— Ладно, где там моя комната? — вздохнул я.

— Прошу! — размашисто показал Петрович на лестницу.

Резные перила из палисандра, красная ковровая дорожка, разные картины и фотографии на стенах и межэтажных проёмах — стиль был немного мрачноватый, но какой-то уютный, я с интересом всё это рассматривал, поднимаясь за Петровичем.

На третьем этаже свернули налево, мажордом достал ключ и открыл вторую от лестницы дверь.

— Проходите, Виктор Антонович, располагайтесь, это ваша комната! — показал он рукой, приглашая Виктора заходить. — Всё, что вам надо, внутри!

— Так, стоп — я что, буду под замком? — изумился я.

— Это для вашего же блага, Виктор Антонович! Матушке вашей виднее, не правда ли? — с легким придыханием вопросил Петрович.

«Дать бы ему по лысине», — покачал я головой, сдерживая эмоции.

Несколько секунд подождав, вошёл внутрь.

— Отдыхайте, дорогой Виктор Антонович, если вам что-то понадобится — телефон вон там! — показал куда-то налево мажордом, степенно поклонился и закрыл дверь.

Я услышал звук поворачивающегося замка.

«За-е-бись, приехал домой! Прямо под домашний арест! Я вообще отсюда уеду-то⁈» — стоя около двери, я начал оглядывать комнату квадратов на шестьдесят. — «Вряд ли я вечером с Хики куда-то там пойду при таких раскладах!» — понял совершенно ясно.

В комнате было два окна. Дверь была практически в правом углу по отношению к остальной комнате. Мой взгляд сразу примагнитился к компьютеру, стоящему ещё левее одного из окон, тоже левого по отношению к двери. Огромный ковёр посредине, два больших шкафа, два маленьких, пару столиков и трюмо, книжные стеллажи, парочка кожаных диванов и кресел, телевизор между окон, кровать с балдахином напротив него, но поскромнее, чем у Анжелики.

«Ага, вот и душ», — посмотрел я в дальний угол напротив окон, где виднелась кабина, слегка прикрытая красивой портьерой. — «Корявая расстановка, несмотря на шторы и портьеры», — заключил я, поскольку свет с окон падал как раз на кровать.

Вздохнув и разувшись, я неуверенно направился к компьютеру — стол был большой, удобный и явно профессиональный, кресло тоже было отличное. Нажав кнопку включения, я дождался меню загрузки и разозлился — нужен был пароль, которого я не знал.

«Ладно, хер с ним, пойду купаться», — решил я, подошёл к окну и начал рассматривать окружающую природу и забор где-то вдали — поместье было огромным по своей площади. — «Нахера был этот цирк с переодеванием?» — с раздражением раздевшись, бросил на ближайший ко мне диван вещи и в одних трусах пошёл в душ.

Кабинка, совмещенная с туалетом, оказалась довольно небольшой, ванны в ней не было, только умывальник.

«Нет ощущения дома, всё это не ощущается моим», — с горечью подумал я, регулируя температуру воды.

Горячий душ и гель с ароматом сосновых шишек немного меня успокоил и взбодрил. Через пятнадцать минут, одев халат и выйдя в комнату, я задумался о том, как себя вести и что вообще делать дальше.

Обсохнув, снял халат, открыл один из шкафов и даже чуть присвистнул от удивления — одежды там было раза в четыре больше, чем я оставил у Анжелики. Выбрал себе легкие спортивные штаны и такого же черно-изумрудного цвета футболку — в зеркале это смотрелось очень стильно.

Я подошел к серому телефону с золотистым вензелем «К», без диска или кнопок, стоящему на большом трюмо правее от двери, и снял трубку, ожидая услышать столь же быстрый ответ, как в «Эскрайме». Однако в трубке была гулкая тишина — я подёргал рычаг, но ничего не произошло.

«Ну и дела — я тут что, наглухо заперт? Интересная ситуация, кто бы мог подумать!» — почесав затылок, я немного побродил по комнате, очень, очень смутно припоминая какие-то из деталей интерьера. — «Окна!» — пришла мысль в голову.

Я резво подошёл к правому окну и попытался его открыть — оказалось наглухо закрыто. В левом открывалась только форточка. Я с раздражением ударил кулаком по стене, оперся ладонями на подоконник и уставился на растущую в горшке герань — старую, большую. От запаха я поморщился и уже хотел отойти, как увидел девушку в военном кителе и форменной юбке, которая очень неспешным шагом прогуливалась вдоль кустов одной из ведущих к дому аллей, помахивая букетом цветов.

«Надо её позвать!» — решил я, отодвинул герань, стал ногой на подоконник и выкрикнул в форточку:

— Эй, привет!

Девушка остановилась, огляделась в сторону аллей, удивилась и замерла.

«Если бы Лиза была не в Москве, сказал бы, что это она», — между тем поразился я схожести этой девушки с Лизой, разве что эта была выше и немного старше.

— Эй, красавица, посмотри на третий этаж — я здесь! — снова выкрикнул я.

Глава 4

Девушка оглянулась, оглядела дом, нашла моё окно и явно увидев меня, прикрыла ладошкой рот на несколько мгновений.

«Волосы у неё как у Лады, блондинка с золотистым оттенком», — волосы ниже плеч и красивая челка впечатлили меня, как и её прекрасное личико и выразительные губки.

Она между тем подошла шагов на десять ближе к дому, но очень неуверенно.

— Слушай, я тут закрыт. Скажи кому-нибудь, чтобы мне чаю принесли, ладно? — я крикнул ей.

Разглядел её форму — темно-серая, с погонами, эмблемами, шевронами, галстучком, белая рубашка с воротником, верхняя пуговица расстегнута. Туфли стильные, но полувоенного покроя, с массивным каблуком.

— Хорошо, сейчас! — крикнула она в ответ и быстрым шагом направилась ко входу в здание, как я предположил.

Прикрыв форточку, задумался о том, что вообще не стоило сюда даже и приезжать, но Лада, эта стервоза, при потворстве Стеллы и Элины сюда меня буквально притащила, и особых вариантов не ехать просто не было.

«В конце концов, меня тут не убьют и не сгноят, какой-никакой, а сын», — минут десять нервно поразмыслив и прохаживаясь около компьютера, заключил я.

Раздался звук открывающегося замка, в комнату вошёл мажордом Петрович с подносом и следом за ним — та самая девушка.

— Алё, что происходит? Я в рельсу тут уже час звоню! — накинулся я на него.

— В рельсу⁈ — солидно прокашлялся лысый мажордом. — Уже всё работает, мои нижайшие извинения, дорогой Виктор Антонович! Вот чай и пирожные! — он поставил поднос на ближайший стол, чуть поклонился и вышел, закрыв за собой дверь.

Я тем временем рассматривал девушку, а она — меня.

— Привет! Не знаю, как тебя зовут, но большое тебе спасибо. Меня сегодня привезли сюда… — стоя около компьютера, начал говорить я, но девушка улыбнулась краем губ и мягко перебила:

— Да, всё это очень неожиданно для всех. Я думала, что никогда тебя не увижу больше, — сказала она довольно приятным голосом, который показался мне похожим на голос Лизы, только чуть более взрослый, чувственный.

— Ты мне одну хорошую девушку сильно напоминаешь… — я чуть стушевался — взгляд чистейших серых глаз, направленный на меня, смущал.

— Как интересно, — чуть сдвинула свои классные брови девица.

— Слушай, а где Лада, ты её не видела случайно? Лада Пепеляева…

— Моя сестра! — усмехнулась девушка, продолжая всё так же пристально смотреть на меня.

Я ощутил, что краснею — в ней было нечто такое, отчего немного бросало в дрожь — приятную, юношескую. Вблизи она была ещё более красивая, чем издали — роскошные волосы, прекрасное личико, великолепные брови и очень выразительные, чувственные губы. Грудь третьего с половиной размера тоже впечатляла.

— Вы с ней — сёстры? — поразился я. — Значит, Лиза…

— Моя младшая, да, — столь же спокойно, но так же пристально глядя на меня, ответила девушка. — А ты меня не помнишь, значит? Совсем-совсем?

«Что здесь вообще происходит? У Лизы, выходит, есть чуть более старшая сестра, которая тоже моя кузина?»

— Извини, нет! — я неуверенно взмахнул кистью.

Девица чуть поправила свою челку, потом воротник рубашки — это смотрелось очень красиво, несколько секунд пристально, даже дружелюбно, смотрела мне в глаза, потом быстро подошла и поцеловала меня в губы.

— А так?

Я вздрогнул всем телом и машинально хотел отстраниться от неё, но помешал компьютерный стол, в который я уперся.

— Я не кусаюсь! — улыбнулась краем губ девушка.

«Вот это да, какие у неё глаза и какой отпадный аромат — соблазнительница высшего уровня», — я ощутил, как сердцебиение ускорилось.

— Приятно познакомиться, — пролепетал, ощущая себя застенчивым школьником.

— Память не вернулась? — она кокетливо изогнула бровь.

— Н-нет, — помотал я головой.