Проект "Заражение" ШТОРМ. За бурей не всегда приходит рассвет

Ученые почесал за ухом и нерешительно указал направление движения.

- Думаю, туда… Я ведь тут никогда не был, но логически рассуждая…

- Понятно, - оборвал умника капитан. – Идем за Кнехтом, по сторонам смотрим, тварей не добиваем, экономим патроны. По возможности, пользуемся холодняком…

Отряд быстрым шагом двинулся вперед. Проходя мимо мертвой двуглавой твари, все снова ощутили странное давление внутри головы. Даже в таком виде монстр внушал страх и какое-то напряжение.

Звуки бойни доносились уже где-то далеко впереди, явно удаляясь. Данил насторожился: как бы у их «танка» снова крыша не слетела, вон как ломанулся вперед, словно таран…

Догнали они здоровяка лишь на переходе на нижний этаж. Кнехт отмахивался от новой невиданной твари. На этот раз она была похожа на... на крокодила… Только лапы больше, точнее выше, морда более тупая, а все тело при этом какое-то вытянутое, словно змеиное. Сержант явно проигрывал - видимо измотался топорищей своей махать. В тот момент, как отряд добежал до него, тварь уже скрутила великана в два оборота, словно анаконда, и пыталась дотянуться зубастой мордой до шеи товарища. Тот, сумев как-то насадить тварь на топор, пытался вскрыть ей брюхо, но сил в руках явно не хватало.

Завидев новых противников, крокодилообразная тварь зашипела, словно кот, забила хвостом, покрытым мощной чешуей. Пока капитан прикидывал, как бы не зацепить друга, Хакас, выхватив мачете из-за плеча, нанес сильный удар лезвием куда-то в область глаз и тут же отскочил назад.

Змеевидный крокодил дернулся, мотнул головой, ослабив хватку, и тут уже захрипел, словив в морду очередь сразу из трех автоматов.

Николай, кашляя, словно где-то рядом заводится целый локомотив, устало откинулся назад, раскинув руки. Капитан тут же, улучив момент, сделал товарищу укол. После стимулятора нужно быстро глушить разбушевавшуюся в крови друга заразу.

- Твою мать, да сколько их тут?! – разглядывая полуразбитую голову монстра, поддел ее кончиком ствола Байкал.

- Даже знать не хочется, - пробормотал Хакас.

- Док, что скажешь? Что за хреновина и почему мы уже второго перезверя, недомонстра видим?

Ученый опасливо подошел ближе, осмотрел монстра, затем с таким же удивленным поглядел на капитана.

- А мне почем знать? Я физик-ядерщик вообще-то!

- Может радиация?

Куль пожевал губами, нервно посмотрел по сторонам, словно силясь увидеть летающие рядом рентгены.

- Не-е-е-е-ет,- чуть было не рассмеялся Док. – Чтобы в такую тварь эволюционировать, нужны сотни лет! Поколения должны меняться постепенно, закрепляя новые признаки. За полгода такого обычная радиация наделать точно не могла! Да и не та доза тут…

- Что? Доза? – встрепенулся старик. – А чего ж ты, заразина такая молчишь?! Мы что нахватаемся?!

- Да успокойся, дед, - ухмыльнулся Бабай. – Что ты ее так боишься? Рентгеном больше. Рентгеном меньше. Если до реактора не доберемся, то уже все равно будет…

- Иди ты… - зло выругался старик. – Не до шуток…

- Успокойтесь, - поднял руки ученый. – У меня дозиметр молчит, значит, в норме пока. Будем ближе подходить, замеры сделаю, так что не переживайте…

И тут сумка ученого, словно издеваясь, разразилась диким стрекотом, а со стороны перехода на нижний уровень раздался глухой рык.

- К бою! – тут же перешел в боевой режим Петров, выцеливая того, кто поднимался к ним, тяжело шагая, заставляя лестницу вздрагивать.

- Не, Байкал, - сплюнул Куль. – Опять в какую-то жопу затянул… - старик сильнее сжал цевье автомата. – Бутылкой не отделаешься…

- Две?

- Да тут минимум на три!..

Тварь заурчала, заставляя воздух уплотняться и вибрировать. В ушах от низкого неприятного шума заложило, а в груди появилось ощущение падения.

- Ка-пи-та-н, - пробился внезапно голос одного из близнецов через помехи в наушниках. – Мы на-ш-ли вы-жив-ших. Повт-ю! Наш… вы-ших! Уч-ые…

- Что делать будем? – удерживая себя на самой грани от того, чтобы не попятиться, поинтересовался обычно хладнокровный Бабай.

- У тебя мотоцикл был когда-нибудь? – внезапно хихкнул Куль.

- Старый. У тя кукуха совсем поехала? Ты о чем? – насторожился Петров.

- Да нет... Предлагаю просто ручку в пол и упёрдывать отсюда… Командир?

- Предлагаешь не сбежать, а занять оборонительные позиции на дальних рубежах?.. - Данил усмехнулся. – Знаешь, а я, наверное, с тобой соглашусь! Группа, развернулись и алга!

Счетчик Гейгера, казалось, завис на одной ноте, добавляя тревожности и волнения. После слов командира, бойцы, не сговариваясь, словно гончие, сорвавшиеся с поводка, тут же кинулись в обратном направлении. Даже старик Куль бежал, не уступая молодому компьютерщику, позабыв про вечную боль в спине и коленях. С непонятной хренью воевать ему явно хотелось меньше, чем с невидимой радиацией.

***

Ученые, запуганные и обессиленные, нашлись братьями в небольшом помещении, куда те заскочили, когда на них, как и в случае с командой Петрова, кинулась целая волна зараженных. Близнецы утверждали, что массированная атака началась внезапно, без предупреждения обычными гортанными всхлипами.

- Может спалились где? – хмурился Петров, понимая, что дело уже не просто попахивает, а откровенно воняет.

- Командир… - укоризненно склонил голову Чук. – Ну, не первый раз замужем… Четко все было, даже зайти в коридор не успели еще, а они на встречу ломанулись!..

- Так у них связь!.. - напившись из протянутой Хакасом фляжки, устало проговорил старший научный сотрудник и, по совместительству, начальник инженерной лаборатории Михаил Егорович Шпиль. – Вы что впервые с ними сталкиваетесь?

- С такими, - Данил подчеркнул последнее слово, - впервые! Наши как-то попроще были…

- Ваши? А это какие именно?

- Не важно, - не стал открывать все карты командир группы. – Кнехт, как там у вас?

- Нормально, пока тихо, - отозвался наушник. – Твари активничают, но вперед пока не прут.

Его, Хана и второго бойца полковника было решено оставить снаружи, на охранении. Двери, ведущие в этот отсек удалось закрыть, но доверия они не внушали. Помещения в «Улье» были выстроены таким образом, что открывая створки противоположных дверей, можно было перекрыть весь коридор – полумера для защиты от пожара, или диверсий. Лабораторию с выжившими учеными отрезать без потерь не удалось. К сожалению, одна из тварей серьезно подрала ногу другого бойца полковника. Не смертельно, заражения вроде бы как не было, но все же, решено было пока дать ему успокоительное и снотворное из запасов лаборатории, так как молодой лейтенант принялся истерить по поводу раны. Для надежности его еще и сковали, так как Шпиль многозначительно вздохнул, оглядев ранение тщательнее. Никто из членов отряда капитана не знал, как местная живность влияет на организм и, потому, всецело доверились местным «светильникам» науки. На Афалине твари были другими. Да ещё там, в небольшом сибирском городке, откуда все началось, названия которого Данил даже и не запомнил, самые первые существа не походили на этих. Мир явно менялся. Менялась и зараза.

- У них микоризальная связь, - продолжил начальник лаборатории, после того, как ему помогли усесться на стул.

Выглядел Шпиль очень уставшим. Впрочем, как и десять других научных сотрудников. По их словам, они уже давно ничего толком не ели и не пили. Выживать удавалось только за счет оранжереи, расположенной тут же. Воду собирали из росы и системы полива, ели молодые побеги и стебли. Выйти наружу боялись и не могли. Причем из разговора лаборантов было понятно, что боялись они не только тварей… Точнее не совсем тварей. Больше них они боялись своего главного ученого, профессора Решетова, который из-за всего этого эксперимента сошел с ума. Видимо, именно он запустил реактор, подав тем самым сигнал высшему командованию, из-за которого команда Петрова и прилетела в «Улей».

- Какая? – насторожился Куль. – Ты тут эту толерантию прекращай, мне не очень интересна их связь… Я за нормальные отношения «мальчик-девочка»…

- Вот ты старый, а глупый, - не мог не поддеть старика одноглазый боец, сам ни слухом, ни духом не понимавший о чем речь.

- Микоризальная связь! – кивнул ученый, посмотрев на одноглазого военного с небольшим ирокезом щетки волос на голове так, словно нашел в нем собрата по серому веществу в голове. – Грибница, другими словами.

- Грибница? – пришла очередь удивляться Петрову.

- Да. Что-то вроде нее. Вы знали, что грибы умеют передавать между собой информацию?

- Ага, о приближении грибника или погоде! - буркнул ущемленный Куль. – То-то я, когда в бор выхожу, ни одного гриба найти не могу!

- Нет, - вымученно улыбнулся ученый. – Я не буду вдаваться в подробности, скажу вкратце. Грибная микориза это некий… ну, орган у гриба, в общем, который связывает его с другими грибами. Грибница. Ее способность передавать информацию от организма к организму была известна уже давно, аж в девятнадцатом веке. Еще тогда ученые предположили, что грибы способны передавать друг другу излишки питательных элементов по некой связи. Это как раз и обуславливает их колониальный рост, но способность передавать именно информацию, открыли совсем недавно. На этой основе профессор Решетов и делал свои опыты… - мужчина вздохнул. – Что в итоге и привело к бесконтрольным мутациям первых образцов и всему тому, что вы видите вокруг.

- Доктор, - остановил Данил ученого. – Или как вас, простите… Все это забавно, но я ни хрена не понял!

Шпиль вздохнул, пожевал губами, потер лоб и, наконец-то заговорил на нормальном, человеческом языке.

- Эти мутагинезы… эм… организмы... способны общаться между собой, обмениваясь информацией.

- Телепатия что ли? – саркастически усмехнулся Куль, усевшись на стул, и сложив ногу на ногу, принялся расшнуровывать ботинки. – А я всегда говорил, что бабка моя та еще… как ее там… микориза! Все заначки находила, лучше твоей ищейки!

- Нет, - ученый улыбнулся. – Мысли они передавать не способны, да, и, как нам удалось выяснить, мыслительной деятельностью обладают лишь высшие мутагинезы…

- Что за мутагинезы?

- Мутагинезы… Ну, мутировавшие организмы…

- Мутанты что ли? Еще их нам не хватало! – окончательно запутался в словах Шпиля Данил. – Проще говорите, профессор, про-ще!

- Вы их называете зараженными, но это не совсем верно. Это скорее мутагинез, чем заражение… Это отличные друг от друга процессы, хотя на ранней стадии очень схожи… Ну, так вот… Мыслительной деятельностью обладают не все. Только высшие, как я уже сказал ранее. Большая часть… кхм… Зараженных, пусть будет так, так вам понятнее, способны обмениваться между собой простейшими… Ощущениями, что ли. Да, скорее это слово самое приближенное к понятию. Они могут ощущать тревогу, страх, злость, испытываемую другими существами в цепочке. Мы бы давно уже выбрались, но увы… Стоит одному муту нас учуять, как вся база встает на уши…

- Хрена дела, - почесал затылок, сняв мокрую каску Байкал. – Так вот что получается… да, мужики, засада… Вот почему они всем скопом кинулись!

- Да! Стоит одному организму возбудиться, как возбуждается вся грибница…

- Развели тут Садом и Гамору, - сплюнул Куль, стягивая вонючие портянки. – Возбуждаются они…

- Так и чего делать-то, командир? – задал правильный вопрос Хакас, за подобные мысли и выбранный в заместители командира группы.

- Что делать, что делать, - пробурчал Петров. – Уши муравью приделать! Значит, будем валить всех! Реактор надо заглушить!

- Заглушить? – насторожился Шпиль. – Зачем? Что вы задумали?!

- У нас приказ – остановить ваш долбанный ядерный реактор, - повернулся к ученому капитан. – По нашим данным он взорвется через несколько часов и тогда в атмосферу попадут тонны веществ, которые вы в этой лаборатории разрабатывали…

Ученый секунду глядел на Данила, а затем оглушительно рассмеялся.

- Что? Взрыв? Реактор? Да кто вам такую чушь сказал?! Это же не бомба! Он не может просто так взорваться!

- Не понял, - нахмурился еще больше Байкал. – Нам из Москвы приказ пришел! Ваша лаборатория послала сигнал о том, что реактор перегружен и вот-вот взорвется! Нас прислали заглушить его.

- Реактор!? Заглушить?! Вас?! – ученый рассмеялся снова. – Да-а-а.. забавная ситуация! – Наконец-то вытер он слезы, отсмеявшись. – Чем вы его отключать будете? Пожарными шлангами? Его в аварийном состоянии почти неделю глушат, а в штатном – месяц. Если бы с ним что-то случилось, вы бы точно не смогли его остановить… Там такие протоколы защиты… Опять же! Автоматика все сделает сама, если что-то пойдет не так...

- Так с ним что, все в порядке?!

- Конечно! Реактор исправен и проработает еще лет сто! Если, конечно, такие как вы к нему свои рученки не протянут!

- Но, как же тогда… - Данил оглядел команду в поисках поддержки. – Как же сигнал из Москвы?!

- Какой сигнал? Космическая связь вырубилась месяца два назад, а мощности нашей радиостанции ни при каких условиях бы не хватило достучаться аж до Москвы через всю страну! Вы же сами знаете, какие помехи в атмосфере! Даже наших мощностей хватит максимум километров на сто… Но ни как не на четыре тысячи километров!

- Командир, - насторожился Хакас.

- Подожди, - отмахнулся Петров, заставляя голову работать, обрабатывая полученную информацию.

Что это получается?! Реактор исправен… «Улей» никакой сигнал не посылал. Москва обманула? Стоп… А кто вообще сказал, что пришел сигнал? Если до Москвы даже такой объект как этот «не дозвонится», то как научная станция могла с ней связаться?! А был ли мальчик?!

- Вы уверены, что с реактором все в порядке?!

- Ну-у-у, - Шпиль задумался. – Не совсем, в центр управления мы попасть не можем, но если бы что-то было не так, тут бы сирены выли, а, как видите, у нас довольно тихо.

- И сигнал вы точно не передавали? Может кто-то другой?! Есть еще выжившие не станции?!

Ученый замолчал, переглянулся с коллегами.

- Есть, но… Я бы не назвал его выжившим… - Петров промолчал, вынуждая ученого продолжить. – Профессор Решетов… Я про него вам уже говорил… Он… Он сошел с ума, и… в общем, он принял разработанное им вещество и теперь… Теперь он не совсем человек…

- Он мог послать сигнал или повредить реактор? – ухватился за ниточку сомнений Данил.

- Мог, - после нескольких секунд раздумья подтвердил опасения капитана ученый. – Но опять же, повторюсь! Сработала бы система защиты, а сигнал все равно бы не дошел до Москвы… Мы даже с соседней частью в в двух ста километрах от нас связаться не можем!

- А что там про не человека? – насторожился Куль. – Как наш?

- Ваш?

Петров скосил глаза на старика.

- Потом увидите. Сейчас надо решать, что делать. У нас приказ… нам нужно во всем убедиться! Где, вы говорите, этот центр управления?! Нам нужно попасть туда и лично удостовериться, что с ним все в порядке!

- Это невозможно, - печально вздохнул Шпиль. – Центр управления находится прямо в реакторной. А это два этажа вниз… Мутагинезов много, не пройти. Хотя с вашим оружием… - ученый замолчал, подумал, потом кивнул. – Да, наверное, можно по сервисным туннелям, там проложены кабеля и трубы. Но я вам ответственно заявляю, с реактором все хорошо!

- Хорошо, не хорошо, - поднялся со стула Куль, успевший переобуть берцы и, затянув шнурки по новой, - …а проверить нужно! Капитан, давай я схожу с молодым и умником нашим? Посмотрим, да вернемся…

Петров задумался, но потом кивнул.

- Да, давай. Можете не карте какой показать, или объяснить, как туда добраться? – последние слова адресовались научникам.

- Могу. У нас тут план эвакуации имеется… - при этих словах у Байкала чуть не начался нервный тик.В воспоминаниях всплыла та исчерченная линиями схема, попавшаяся им в коридоре. – Я на ней показать могу, но вы зря теряете время…

- А ты наше время не считай, - хитро прищурился старик. – Сколько есть, все наше! Сказано – проверить, значит – проверим!..

***

Полковник находился в замешательстве. Такого с ним уже давно не случалось. Весь его четкий и вытроенный план сыпался на глазах, и с этим нужно было что-то делать! Нужно было как можно скорее заставить Доронина действовать так, как нужно было ему! А не этой сраной пигалице, которая оказалась крепче, чем он думал. Он спешил. Нужно было опередить Чернову! Нужно, во чтобы то ни стало, пока состояние генерала близко к краху, спровоцировать его на действия! Ждать и мешкать больше нельзя! Да, еще не все готово, но он привык к подобного рода форс-мажорам.

Генерал находился у себя. Отсутствующий взгляд. Запах алкоголя. Помятый вид… Отлично – усмехнулся заместитель командира базы и прочистил горло, для привлечения внимания.