Черный Маг Императора 10

— Да, взгляд у нее закачаешься, — согласился я. — Ты видел ее глазищи?

— А-то… Я все видел, на что нужно было обратить внимание, — сказал мой друг. — Жаль только, что она думает будто ты псих…

— Посмотрим. Может быть и расскажу со временем. Сначала нужно разобраться, как и что.

На приготовления мне потребовалось не больше двадцати минут. Что там готовиться, все разогреть? Осталось только узнать у гостьи, что она больше любит — чай, кофе или колу.

Софья купалась почти полчаса. Даже пела от радости. Я и на первом этаже слышал ее звонкий голосок. Большую часть песен я ни разу не слышал, но попадались и знакомые. «Во поле березка», например.

Она пришла на кухню распаренная, довольная и с гулей на голове, которую скрутила из полотенца. Я думаю, этот навык у всех девчонок в крови. Как они эту гулю крутят — черт его знает. Такое ощущение, что без нее никак обойтись нельзя. Ну вытерли волосы и хватит. Сами потом высохнут.

— Блаженство… Разве может быть что-то еще лучше в жизни? — сказала она, усаживаясь за стол и обводя взглядом приготовленные мной блюда. Точнее дважды разогретые. Пока девушка купалась, они успели остыть, поэтому пришлось включать духовой шкаф еще раз. — Слушай, я такая голодная, что кажется сейчас съем все!

— Ешь на здоровье, — усмехнулся я. — Там в холодильнике еще пирожные есть, будешь?

— Спрашиваешь! Конечно буду! — ответила она, затем взяла в руку ломоть пиццы, откусила немного и начала медленно жевать с закрытыми глазами. — М-м-м… Как же это здорово, нормальная человеческая еда… Если бы ты знал, как я по ней соскучилась…

— Могу себе представить. Ты давай, кушай не стесняйся, — я обвел рукой стол. — Бери что нравится.

— Максим, с чего бы мне тебя стесняться? — спросила она и подмигнула. — Я знаю о тебе почти все и к тому же жила с тобой в комнате почти два года. Поверь, за это время я успела к тебе привыкнуть.

Охотно верю… Вот только я еще долго не смогу привыкнуть к той же самой мысли. Это же надо! Со мной в комнате почти два года жила девушка! Причем взрослая девушка!

— Ты чего покраснел весь как рак? — спросила она, расправившись с первым куском пиццы и взяв в руки второй.

— Ничего, — соврал я. — Просто я иногда краснею. У меня такое свойство от природы.

— Ага, как же. Нашел кому врать. Нет у тебя такого свойства от природы, — она откусила пиццу, пожевала немного, затем запила это все колой и прищурилась. — Знаю я, почему ты красный. Стесняешься девчонки, вот почему. Я бы на твоем месте тоже, может быть, стеснялась. Хотя вряд ли…

— Это еще почему?

— Потому, что ты меня тоже разной видел. Даже со сломанной рукой, — напомнила она про момент нашего знакомства.

— Сломанным крылом, ты хотела сказать.

— Рука, крыло… Какая разница… Даже видел, как я в туалет хожу.

От этих слов я даже есть перестал. Так и замер с шаурмой в руках. Надо же… У меня и мысли такой не было… А ведь и правда, ей тоже есть чего стесняться, однако она ведет себя совершенно свободно…

Как только я подумал об этом, сразу стало легче. Я вдруг расслабился и понял, что мы и правда знаем друг про друга много всего. Причем очень личных моментов. Поэтому стесняться при этом просто глупо. Надо принять этот факт и смириться с ним.

Я глубоко вздохнул, откусил шаурму и покачал головой.

— Кто бы мог поверить, мой Корвин на самом деле девчонка!

— Ага, согласна, есть чему удивиться, — согласилась она.

Больше мы с ней не разговаривали до тех пор, пока не пришло время пирожных, к которым Софья попросила молока.

— О! Привет, разбойник! — сказала она, когда в комнату с важным видом вошел Пират. — Ну что, так и не поймал меня ни разу? Помнишь, я тебе обещала хвост выдрать при случае?

Судя по тому, что котяра зажмурил глаза и начал тереться об ее ногу, обещаний девушки он не помнил. Вскоре к нему присоединился и некрокот, который запрыгнул ей на руки.

— А ну-ка валите оба отсюда! — сказал я и забрал Фауста у Софьи. — Морды наглые! Дайте человеку поесть спокойно!

Коты убрались восвояси, а девушка взяла в руку пирожное в виде лебедя. Для начала она вытащила из крема его изогнутую шоколадную голову и съела ее. Затем слизала крем и лишь потом пришел черед всего остального.

— Я точно также их ем! — воскликнул я.

— Да знаю я, — вновь напомнила она мне очевидный факт. — Только я, в отличие от тебя, семь штук за раз таких точно не съем.

— Так то когда было… Еще в прошлом году, да и то на спор… Сейчас я тоже столько не съем.

— Ну все, хватит на сегодня, — сказала она, вытерла руки салфеткой и потянулась. — Теперь я готова к разговору. Тебе, наверное, хочется многое у меня узнать.

— Точно, — кивнул я. — Очень многое. Вопросов столько, что хоть записывай.

Кстати, ночной халат на ней смотрелся очень круто. Вот только я бы на ее месте, на груди его посильнее запахивал. Отвлекает от разговора, между прочим.

— Тогда пойдем в гостиную. Давно хотела попробовать посидеть в кресле твоего деда. Мне кажется, оно такое удобное, что из него и выбираться не захочется, — сказала она, затем поднялась со своего стула и легкой походкой пошла в комнату.

— Погоди, я сейчас. Посуду только уберу со стола. Терпеть не могу, когда на ночь остается, — сказал я ей, складывая тарелки.

— Ой! Я и не подумала совсем! — спохватилась она и остановилась. — Давай я тебе помогу.

— Нет, я сам. Ты же все-таки у меня в гостях. Убирать со стола — это удел хозяина.

— Точно? — прищурилась она. — Ты же терпеть не можешь мыть посуду?

— Сегодня особый случай, — ответил я и улыбнулся. — Можно сказать, исключительный. Так что иди располагайся в гостиной со спокойным сердцем. Я сейчас приготовлю чай и приду.

— Ну ладно, так тому и быть. Сегодня буду чувствовать себя гостьей, — подмигнула мне Софья и ушла.

На самом деле мне просто хотелось побыть пару минут одному, чтобы немного расслабиться перед разговором и привести свои мысли в порядок. Хоть я и старался изо всех сил, а за час привыкнуть к друг другу все-таки непросто. Пауза была мне просто необходима.

Я не спеша убрал со стола, вымыл посуду, приготовил две кружки ароматного чая и пошел в гостиную. Не знаю, будет ли Софья еще что-то есть после такого плотного ужина, но небольшую вазу со своими любимыми конфетами на поднос поставил.

— Слушай, я конфеты еще захватил, — сказал я, когда вошел в комнату. — «Мишка на севере», любишь такие?

В ответ я услышал лишь тихое сопение Софьи. Девушка свернулась калачиком в кресле деда и спала.

— Блин… Ну вот и поговорили… — расстроился Дориан.

— Ну чего ты? Откуда ты знаешь, что у нее сегодня за день был? Может быть, ей как раз и нужно поспать, — сказал я и тихонько поставил поднос на стол.

— Интересно же… — простонал он.

— Завтра поговорим. Не умрем. Сам же говорил, что скоро только кошки родятся.

Я взял дедов любимый плед, который лежал на диване, и укрыл им девушку. Затем забрал полотенце, которое свалилось с ее головы на пол и повесил его себе на плечо.

— Спасибо… — прошептала она, затем глубоко вздохнула и продолжила сопеть.

Мне оставалось лишь выключить свет и тихо выйти из комнаты. Хорошо бы и самому поспать, у меня тоже денек хлопотный выдался. Хотя… Разве тут заснешь, после таких событий?

Глава 9

Сквозь сон мне показалось, что где-то в доме шумит вода. Не понял? Я что, кран забыл закрыть в ванной или на кухне? Стоп, да это душ! У меня же Воронова в гостях!

В этот момент шум воды прекратился. Я сел на кровати и накинул на себя одеяло. Была у меня такая привычка посидеть утром на кровати минуту-другую. В это время я окончательно просыпался и собирался с мыслями.

Если, конечно, мне давали это сделать. Сегодня вот, например, не получилось. В дверь осторожно постучали.

— Максим, ты спишь? — поинтересовалась Софья тихим голосом.

— Не-а, заходи, — разрешил я и быстренько проверил, все ли части тела я как следует укрыл.

Она вошла не одна. Следом за ней в комнату заперлись Кайсаров с Гонаном, которые при этом ожесточенно спорили.

— Как персики, я тебе говорю, — голосом знатока говорил Данил. — Что я, маленькие яблоки от больших персиков не отличу не отличу?

— Да какие персики? — возмущался Гонан Иллюзорный. — Дураку ясно, что яблоки. Ты вообще можешь яблоки от персиков отличить? Хотя, что с тобой спорить? Видно же, что ты в этих делах не соображаешь. Молод еще!

Так… Значит эти два засранца за ней подглядывали! Извращенцы призрачные!

— Ну не скажи… — усмехнулся Дориан. — По-моему, желание как раз понятное.

— Доброе утро! — поздоровалась со мной Софья, вытирая волосы полотенцем. — Я без спроса полотенце свежее взяла, ты не против?

— Конечно нет. Бери сколько хочешь, — сказал я, глядя на призраков, которые поймали мой недовольный взгляд и теперь стояли молча.

— Ты вчера на кухне телефон оставил. Тебе уже два раза звонили, — сказала она и улыбнулась. — Кто именно — я не смотрела.

— Угу, спасибо… — сказал я и укутался посильнее.

— Ладно, ты просыпайся пока, а я завтрак приготовлю.

— Ты газовой плитой пользоваться умеешь? — мне почему-то пришла в голову мысль, что может и не уметь. Покалечится или дом взорвет… Объясняй потом деду, что да как.

— Видела, как это делается, — ответила она. — Кстати, когда твой дед приедет?

— Откуда ты знаешь, что он уехал? — удивился я.

— Ты же не стал бы меня оставлять в гостиной, если бы это было не так, правильно? — с улыбкой ответила Софья. — А потом, я видела вас вчера, когда вы грузили сумки в такси. Ты меня просто не заметил. Ну и на вокзале потом, так что…

— Понятно. Я уж думал ты мысли мои читать можешь.

— Пока нет. Жду тебя внизу.

Она вышла из комнаты призраки собрались было за ней, но я хотел им сказать пару слов.

— Вы оба, стоять на месте! — прошипел я, едва за девушкой закрылась дверь.

Они замерли, а затем медленно развернулись ко мне.

— Какого хрена вы за ней подглядываете? Это неприлично, между прочим! Она у меня в гостях!

— Это он придумал… — сказал Кайсаров.

— Это он придумал… — сказал Гонан.

Оба одновременно показали пальцами друг на друга. Еще бы кто-то из них признался. Даже не сомневался, что будет именно так. Однако в данном случае мне это было неважно.

— Еще раз узнаю, что вы за ней подсматриваете, развею обоих! — пригрозил я им. Понятное дело, что я не мог этого сделать, но они-то не знают.

Оба опустили головы и поплыли сквозь дверь в коридор.

— А я тебе говорю яблоки… — услышал я голос Гонана за дверью.

Идиоты!

Я отбросил одеяло и начал одеваться. Теперь уже в ванную комнату в одних трусах не побежишь…

Софья не врала, с газовой плитой она обращаться умела. Даже более того, к тому моменту, когда я закончил все свои дела и спустился вниз, завтрак уже был готов. Мой любимый, кстати, яичница с беконом. Себе она приготовила то же самое.

— Садись к столу, Максим, — сказала она, раскладывая еду по тарелкам. — Ты извини, пришлось похозяйничать в твоем холодильнике. Правда я уже потом поняла, что это неправильно.

Понятное дело, привыкла, еще бы… Столько времени со мной рядом жить… Поневоле начнешь все мое своим считать.

Глядя как она наслаждается каждым кусочком, я решил не отрывать ее от завтрака вопросами и дал спокойно поесть. Между тем в моей голове начали появляться вопросы, о которых вчера я не думал.

Вот, например, вопрос номер один. Как теперь с ней быть? Оставлять жить у себя — это не вариант вообще. Как я деду объясню ее появление здесь? Разве что рассказать ему всю правду…

— Можно снять ей квартиру, если что, — пришел на помощь Дориан. — Чем тебе не вариант?

Хорошо, допустим с жильем мы решим. Вопрос номер два. А как быть со всем остальным? Купить ей вещи и всякую прочую ерунду не проблема, но ее же нужно будет как-то представить… Нарышкину, Лазаревой, да и вообще… Не будет же она целыми днями в квартире сидеть?

— Макс, может быть, ты для начала с ней поговоришь обо всем этом, прежде чем разными проблемами себе голову забивать? — поинтересовался Мор. — Ты ищешь ответы на вопросы, которых пока нет. Неизвестно будут ли они вообще, эти вопросы, а если будут, то какие именно.

Я решил прислушаться к словам своего друга и занялся завтраком, который и в самом деле оказался таким как нужно. Вроде бы яичницу поджарить не проблема, но на самом деле процесс довольно сложный.

Каждый любит это делать по-своему и бывает, что одна минута запросто может испортить все блюдо. Причем неважно, минутой больше она будет жариться или минутой меньше. С беконом такая же история.

— Спасибо за завтрак, Софья, — сказал я, отодвинув от себя пустую тарелку. — Ставлю тебе пять баллов!

Сама Воронова уже давно все съела, пока я раздумывал над всякими вопросами и теперь молча пила сок в ожидании, когда я доем.

— Не за что, — ответила она и налила себе еще апельсинового сока.