Смертельный взмах пера

— Насть, здравствуй, мне тут от Димы… Да, от моего Димы, от брата, от кого ж еще… Да, он мне что-то написал, что задержится… Написал про какое-то Запокровское или Запокровск, не пойму, это под Москвой где-то? Нет? А где? Ах вот оно что! Как же… я должна была догадаться!

Выражение ее лица переменилось: она поджала губы, насупилась, разве что пламя не вырывалось из ноздрей.

Я невольно представила Зинаиду Ипполитовну валькирией: рогатый шлем, доспехи и копье.

— Засранец! Вот отправляй его одного после этого! — Она закончила разговор вся красная. Потом повернулась ко мне, дрожа от злости и волнения. — Не успела успокоиться, вот и аврал. Евгения, поможете Дмитрия вытащить?

Глава 2

— Откуда вытащить? — Я внутренне собралась, переключилась в рабочий режим. — Что случилось?

— Да вот… — Зинаида взяла себя в руки. Сняла очки, достала косметичку и принялась подправлять макияж. — Мы как последний раз с Димой поскандалили, так у нас уговор был: точка! Дима ждет меня в Москве. Как раз и квартира московская зря простаивать не будет. Я должна была, как договорюсь с вами, ему позвонить. Он готов был срочным рейсом вылететь.

— То есть Дмитрий знал, что вы хотите нанять меня? — удивилась я.

— А я ему позвонила, как только от этого, как же его, Коваля вышла. Я Диме по этому делу отчитываюсь за каждую мелочь, а то психует. Он и так уж принимает антидепрессанты. От брата полтора месяца ни слуху ни духу. Если бы Вячеслав не был гулящим кобелем, Дима бы сильнее беспокоился. А так — привык, что брат как в загул, так от него нечасто вести бывают.

— Может, он и на этот раз в загуле? — с иронией осведомилась я.

— Мы с Димой так думаем. Но только для психологической защиты. Иначе совсем кошки на душе скребут. — Зинаида закончила с макияжем.

— Так что с Димой? — напомнила я.

— Сбежал! — Зинаида направилась к выходу. — Анастасия, коллега моя, в Москве на всякий случай за Димой присматривала. И подтвердила: да, сбежал! Покинул московскую квартиру и рванул в Запокровское! Здесь, рядом с Тарасовом. И мне ничего не сказал. Да и Анастасии тоже. Вот только сегодня и отправил мне эсэмэску, полчаса назад. И похоже, сбежал вчера поздно вечером, потому что днем она проверяла — он еще был на месте.

— Вы знаете, зачем он туда поехал? И откуда конкретно его нужно вытаскивать? — Я тоже вытащила мобильный телефон: предупредить Милу, что я вновь на работе.

— Знаю, — нахмурилась Зинаида. — Он…

Она не успела ничего сказать — в дверь постучали.

— Извините, можно? — В дверях показалась невысокая молодая женщина в брючном костюме, работница издательства.

— Только быстрее. — Еще больше нахмурилась Зинаида. — Что такое?

— Да вот. Вам, Зинаида Ипполитовна, придется другим выходом воспользоваться. У нас там опять… авария.

Я кинула взгляд на свою клиентку, потом на женщину.

«Аделина Гримм, офис-менеджер, издательство „Корона“» — гласил ее бейдж.

— Какая авария? — спросила я.

Офис-менеджер Аделина не выглядела паникующей или нервной. Скорее смирившейся.

— А вот, — она подвела нас к окну, открыла жалюзи. — Вон там главный вход в издательство, видите? Толпа народу! Это все, эм… фанаты Вячеслава Овидиевича. Снова устроили акцию то ли протеста, то ли еще чего. Хотят, чтобы книга поскорее вышла.

— То есть выйдем запасным выходом? — Зинаида тоже не паниковала, замечательно.

— Они и у запасного дежурят. Пробиваться приходится. — Офис-менеджер Аделина всплеснула руками. На правой, на безымянном пальце, в глаза бросился причудливый серебряный перстень: вместо камня — половинка сердца, выполненного со всеми анатомическими деталями.

— Значит, будем пробиваться, — заключила я. — Они как, сильно агрессивные?

— Разве что орут. — Аделина вместе с нами вышла из кабинета.

Секретарь был тут как тут, дежурил в конце небольшого коридора напротив входа в кабинет.

Зинаида скомканно попрощалась с ним — ей сейчас было не до хороших манер.

— Да, попробуем запасным, — моя клиентка не стала спорить, — там должно быть поменьше народу.

Шедшая впереди нас офис-менеджер Аделина предложила:

— Можно и таким, совсем-совсем запасным выходом пройти. Мы им пользуемся в крайних случаях. Зато не засекает никто.

— Что за выход? — быстро спросила я.

— А вот, через школу. — Аделина притормозила возле плана пожарной эвакуации. — Видите, здание большое. Треть здания — вот тут, видите, к нам ведет узкий проход? Эта треть здания наша. А вот эти две трети — школа.

— Для школы как-то тихо, — заметила Зинаида.

Она все же слегка нервничала, то и дело оглядывалась. Будто опасалась, что на сей раз протестующие фанаты решат взять здание штурмом. Подобно тому как это произошло с книжными магазинами.

— Так сейчас время продленки. Да и здание само старое, стены толстые. Дети нам не мешают.

— Зинаида, — произнесла я, — стоит попробовать совсем запасной выход. Ни к чему привлекать лишнее внимание.

— Вести вас через школу? — Аделина уже достала ключи из внутреннего кармана пиджака. Глядела она при этом на Зинаиду.

— Это ведь нелегально? — прищурилась Зинаида.

— Что поделать, крайний случай. На крайний можно, у нас этот вопрос улажен со школой. Так как?

— Да! — ответила я. — Зинаида Ипполитовна, идемте.

Хохот, если и была недовольна тем, что «бразды правления» перешли ко мне, ничем этого не показала. Это меня слегка удивило: я ожидала возражений от такой властной женщины.

Мы спустились по основной лестнице на один пролет, остановились возле неприметной двери с табличкой «Служебное помещение». Аделина пропустила нас, прошла сама и заперла за собой. Под ее руководством мы поднялись по узкой лестнице на два пролета вверх, потом вбок. После еще одной двери — длинный коридор без окон. Вдобавок узкий — на глаз едва полтора метра в ширину наберется. Я начала думать, что проще было бы проскочить через толпу фанатов. Да и пышнотелой Зинаиде было некомфортно маневрировать в таком пространстве; хмурая и сосредоточенная, она старалась не задевать стены, покрытые облупившейся старой краской. Глянув на потолок, я заметила паутину. Н-да, попахивает готическими романами.

И… продленка или нет, но в глухой тишине коридора послышались голоса, пока еще слабо.

— Совсем чуть-чуть осталось, — подбодрила Аделина.

Она шла быстро и уверенно, видимо, не в первый раз уже.

— Куда ведет эта дверь? — недовольно откликнулась Зинаида. На ее костюме все же осели клочки пыли и паутины и чешуйки краски. Зря маневрировала.

— Тсс! — Попросила Аделина, остановившись перед старой деревянной дверью, весьма крепкой на вид.

Мы все втроем прислушались.

— А Вася у нас сегодня Чернобыль, — сообщил молодой женский голос.

— Это почему?

— Потому что с тобой рядом никто сидеть не может. Всех достал. Вот и сиди один в зоне отчуждения.

Раздались частые смешки, кто-то хохотнул. По голосам я предположила подростков лет четырнадцати-пятнадцати.

— Дополнительные занятия. Факультатив, — чуть виновато пояснила офис-менеджер «Короны». — Ладно уж, побеспокоим.

Она отперла дверь (дверь открывалась вовнутрь, в нашу сторону). И прежде чем открыть ее, громко постучала несколько раз.

По ту сторону двери все смолкли. Затем женщина настороженно откликнулась:

— Кто там?

— Виктория Викторовна, это я, Аделина Владимировна, — громко, извиняющимся тоном ответила наша проводница, — из «Короны». Вы нас не пропустите? Нас только трое! У нас форс-мажор.

— Открывай, сова, медведь пришел! — выкрикнул веселый мальчишеский голос.

— Только быстро. У меня занятие, — со вздохом разрешила невидимая нам Виктория Викторовна. — Секунду. Мальчики, помогите-ка мне. Да, двигайте вот сюда.

Послышался металлический скрежет. Мне представился огромный ржавый засов, с трудом сдвигающийся под руками подростков.

— Проходите.

Мы оказались в небольшом классе. И правда факультатив: человек десять учеников, не больше. Рассадка учеников сразу обнаруживала Васю «Чернобыля»: в ряду у окна сидел только один ученик, остальные вразнобой расселись по второму ряду. Я оглянулась и вместо воображенного засова увидела четырехэтажную металлическую этажерку на колесиках, заполненную книгами.

Потревоженная нами Виктория Викторовна — молодая учительница в больших очках и зеленом летнем платье — кивнула в сторону двери:

— Аделина Владимировна, дальше сами?

— Да. Вахтера предупрежу, не впервой ведь. — На лице офис-менеджера «Короны» читалось явное облегчение. — Виктория Викторовна, спасибо вам огромное, так выручили!

Я тоже поблагодарила учительницу. Зинаида Хохот на такую мелочь слова тратить не стала, в секунду оказавшись у двери. А нас подождать?

— Выход дальше по коридору! — Сообщила ей Виктория Викторовна и махнула вправо странной короткой указкой с шишковатыми наростами по всей длине. — А потом направо повернете!

— Не волнуйтесь, помним! — заверила Аделина. — Спасибо! Извините еще раз за беспокойство.

Она вышла последней и закрыла за собой дверь. Я еще успела услышать ворчание учительницы:

— Теперь понятно, почему завуч так легко разрешает взять этот кабинет…

Я нагнала Зинаиду — та на всех парах уже сворачивала за угол.

— Зинаида Ипполитовна, не выходите без меня, пожалуйста! — я придержала ее за плечо.

— А что, разве опасность какая? — удивилась она. — Надо торопиться!

— Позвольте мне вас прикрыть, — возразила я. — Вдруг у этого выхода тоже кто-то дежурит. Не думаю, что фанаты такие тупые.

Зинаида смерила меня неоднозначным взглядом, словно вдруг усомнилась в том, что ей стоило меня нанимать.

— Вам нужна моя помощь или нет? — Я скептически посмотрела в ответ.

Рядом в ожидании замерла Аделина.

— Ладно. Давайте, — кивнула Зинаида.

— Аделина Владимировна, ведите нас, — попросила я.

Путь из школы занял всего несколько минут. По счастью, мой «Фольксваген» был припаркован в одном из соседних дворов — сказалось то, что близ издательства и школы парковочных мест не нашлось. Шум, производимый толпой поклонников Вячеслава Хохота, был слышен и здесь. Все-таки хорошо, что пошли в обход.

За школьной оградой Зинаида засуетилась:

— Аделина, спасибо вам, очень выручили. Евгения, пойдемте скорее.

Аделина кивнула нам, коротко попрощалась и направилась обратно к главному выходу из школы.

— Моя машина неподалеку припаркована, — сообщила я, — предлагаю поехать на ней.

— А у вас какая? А, «Фольксваген»? Хорошо, что не джип. Я вот сдуру себе внедорожник купила, так и… — Зинаида махнула рукой.

Я не стала уточнять. Еще помнила, как этот внедорожник доставил мне хлопот в предыдущем деле.

У здания школы никаких неадекватных фанатов не наблюдалось. Правда, чтобы попасть на дорогу, мне пришлось объехать все здание целиком. Но моя скромная персона любителей отечественных ужастиков не интересовала, а Зинаида не побрезговала спрятаться на полу машины, между задним и передним сиденьем.

— Все равно костюм в стирку, — посетовала она, когда опасность миновала и можно было по-человечески сесть и пристегнуть ремень безопасности. — Ох Дима-Дима…

Готова спорить, Зинаида наверняка припомнит родному брату его выходку. Вполне вероятно, ей доставит удовольствие отчитать младшенького и перечислить, что конкретно бедная сестра из-за него претерпела. Чтобы впредь слушался. А уж если бы Зинаиде пришлось героически прорываться (опять же, с помощью моей скромной персоны) через толпу фанатов, чтобы в порванном костюме и с синяками уехать на внедорожнике с разбитыми стеклами… Ох, что было бы!

Не знаю, отчего я это подумала. Хотя нет, знаю. Зинаида — и неважно, насколько велик был ее вклад в успех брата, — наверняка относилась к тем людям, которые за все свои труды хотят постоянной благодарности. Я легко могла представить, как она ругается со своими братьями. И как среди этой ругани мелькает классическое: «Я столько для тебя сделала, а ты! Неблагодарный!» И затем — подробное перечисление собственных заслуг, чтобы до гробовой доски помнили.

Я глянула на свою клиентку в зеркало заднего вида. Не исключаю, что госпожа литературный агент действительно выкладывалась по полной, куя успехи брата и подсаживая его на пьедестал. Но если она так же усердно «ковала» ему мозги, чтоб не забывал, кому он обязан успехом… В таком случае не удивлюсь, если Вячеслав сбежал от такой заботушки. Подозреваю, что и Дмитрия Зинаида опекает с тем же усердием. По крайней мере, пытается его контролировать.

Заботится ли она о братьях потому, что они — ее братья? Или потому, что она старшая и хочет быть всегда правой, всегда командовать? И если так — почему ей так сильно нужно это подчинение?

Что ж, скоро мне предстояло познакомиться с одним из братьев Зинаиды. Интересно, платит ли он сестре такой же заботой?

Я неспроста задавалась этими вопросами. Зинаида собиралась взять брата в партнеры по расследованию. Их взаимоотношения, несомненно, будут влиять на ход поисков. Надеюсь, факт моего найма не пригасит энтузиазм Дмитрия. Все-таки я посторонний человек, а в этом деле туго переплелись деловое и семейное. Не все мои клиенты готовы на безоговорочное доверие ради решения своих проблем. Особенно известные личности, пекущиеся об имидже. Утайки, несомненно, будут.

По просьбе Зинаиды мы заехали к ней. Крохотная однокомнатная квартирка, зато в центре Тарасова; и вид с миниатюрного пузатого балкончика на четвертом этаже открывался весьма статусный.

Пока я звонила тетушке, Зинаида переоделась и сделала себе чай. И как-то неуверенно спросила меня:

— Будете?