Измена. Магическая кухня попаданки

– Теперь за мной долг. Ты, возможно, спас мне жизнь. И Бел тоже.

– Ой, это мелочи, – отмахнулся Адриан и вдруг подошел к нам ближе. – Давайте я провожу вас до экипажа? Мало ли, что по дороге случится.

– С чего это ты такой добрый? – усмехнулся Ален, но кивнул.

Защита и вправду не помешала бы. Вдруг за поворотом новая партия противников пряталась?

– Может, у меня свои цели? – в тон ему ответил Адриан, тоже сверкнув улыбкой. – Например, спасти вас столько раз, чтобы попросить о помощи.

– Так давай, валяй, послушаю твою просьбу, – пожал плечами Ален.

Мы уже почти подошли к экипажу. К счастью, сделали это без приключений. Адриан усмехнулся и встряхнул своими длинными черными кудрями, рассыпавшимися по плечам.

– Еще не время, лорд Кэрин. Еще не время. Кроме того, сегодня я просто отдал тебе долг чести и жизни. На этом позволь раскланяться. Надеюсь, скоро встретимся. По более веселому поводу, чем сегодняшняя драка, – Адриан шутливо отдал нам честь и исчез.

Ален пожал плечами.

– Странный малый. Но приятный. Слышал, что он тоже аристократ. Но там какая-то темная история с внезапным разорением их семьи, заключением отца под стражу. Шептались при дворе, что по ошибке. Ну, как по ошибке. Нарочно, конечно, подставили его отца, опозорили его род. Адриан тогда исчез из виду. И вот, оказывается, с разбойниками снюхался, еще и главарем банды стал! Далеко пойдет парень…

– А он вроде младше тебя, Ален? – спросила я, забираясь в экипаж.

Ален забрался следом за мной и кивнул.

– Да, он намного младше, совсем мальчишка еще. Наверное, твоего возраста, девочка…

Я замерла, когда мы сели совсем рядом друг возле друга в экипаже. И наши тела плотно прижались друг к другу. Несмотря на одежду, я ощущала жар тела Алена, и мои щеки вспыхнули. А он усмехнулся, потянувшись ко мне. Кончики его пальцев очертили овал моего лица. Пробежались по шее, спустились на ключицы. И вернулись к лицу, приподнимая подбородок.

– Ален, что ты делаешь, Ален? – пискнула я, когда его губы накрыли мои.

Желание захлестнуло нас штормовой волной, когда экипаж тронулся в сторону замка Алена. Этот поцелуй был долгий, ласкающий. Когда кончик языка Алена играл, дразнил, обводя краешек моих губ, проникая в них едва-едва, играя с моим языком. Но не насилуя, а лишь приглашая… ответить.

Я не смогла удержаться. Со стоном обвила шею Алена, вжимаясь в его сильное горячее тело. И ответила на поцелуй со всем своим пылом, понимая, что в замке придется сложно. Ой-ой, как сложно! Ведь мне нужно будет удержаться в рамках и не прыгнуть в постель к этому красавчику-лорду. Не стать его постельной грелкой, любовницей-кухаркой! А он, гад, точно не станет держаться в рамках. Будет соблазнять! Начал ведь уже сейчас? Еще до замка не добрались, а Ален уже поцеловал меня.

Глава 7

Как только мы приехали в замок Алена, я сразу бросилась на кухню. Даже не зная, где она находится. И застыла в коридоре, как дурочка, разводя руками. В доме Алена было непривычно тихо. Даже слуг я на первый взгляд не заметила. Поэтому спросить, где находится кухня, было не у кого. Я вертела головой, но справа и слева виднелся лишь полутемный коридор с бесчисленными фамильными портретами на стенах. Наверняка, аристократическая родня?

Я хмыкнула, вспомнив, что у Клода, вообще, ни одного портрета на стене не висело. Он ненавидел вспоминать о прошлом. Даже я почти ничего не знала о его матери, Клод не любил говорить и об отце… Будто стыдился? Я не настаивала. Мне было не интересно это. А вот Ален, наверняка, обожал свою родню. Вот какой красивый портрет молодой девушки, так похожей на него? Только младше… Я подошла ближе и провела по золоченой раме кончиком пальца. Будто желая быть ближе к Алену.

– Заблудилась, красавица? – раздался за спиной смешливый голос Алена.

Я вздрогнула и спрятала руку за спину.

– Д-да. Я на кухню хотела сходить. Сварить тебе супчика снова. А то тебя побили!

Ален поморщился и повел плечами. Было видно, что серьезных травм нет, но синяки и ссадины болели.

– Да ерунда, – галантно сказал он, перехватывая меня за руку. – До свадьбы заживет. Давай я лучше проведу тебя в твои покои? Ты устала с дороги. Тебе нужно отдохнуть. Забудь о работе на пару дней. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в моем замке гостьей.

У меня мурашки побежали по спине от его низкого чувственного голоса. Сразу вспомнился поцелуй в экипаже, на который я так и не смогла не ответить… Черт! За что боролась, на то и напоролась? Я же сбежала в город как раз ради того, чтобы не оставаться на ночь в замке Алена, когда он позвал меня гостьей. Чтобы он не изнасиловал меня. И что же? Буквально на следующий день оказалась тут же. Я почувствовала себя в ловушке. Ловушке собственной дурости. С чего я взяла, что Ален, вообще, даст мне работу? Может, это лишь предлог, чтобы вынудить меня стать его любовницей и не выпускать из постели?

– Нет, Ален, – жестче, чем нужно, отрезала я, вырывая руку из его теплых пальцев. – Я пришла к тебе работать, а не гостить. Гостить я могла у Элизабет, она приглашала. Но мне нужны деньги, чтобы обеспечить моего сына и себя всем необходимым. А я из простой семьи, быть нахлебницей я не привыкла. Так что уж извини, но покажи мне кухню. Я хочу помочь тебе.

– Ладно. Пойдем, – растерянно протянул Ален, отступая от меня на шаг и окидывая меня задумчивым взглядом.

Я сглотнула, понимая, что он был просто вежлив с девушкой. А я налетела на него так зло, будто я ведьма, которая хочет сварить его в котле. В его же котле на чертовой кухне!

– Прости, Ален, – искренне выдохнула я, прильнув на секунду к его сильному широкому телу, положила ладони на грудь и ощутила слишком частое биение сердца. – Я правда переживаю за тебя. И хотела использовать свою магию, чтобы тебе не было больно.

Лицо Алена смягчилось. Он кивнул вперед и направился по коридору первый. Но не подал мне руки. Наверное, побоялся приближаться ко мне, и я мысленно шикнула на саму себя, что напугала зря мужика.

Кухня оказалась неподалеку. Огромная, светлая, с большими окнами, наполнена связками ароматных трав над потолком. А также деревянной мебелью орехового цвета, огромной печью и кучей глиняных горшочков разных форм и размеров, которые были свалены в углу. На окне гордо возвышался закопченный противень. Я поморщилась. Да уж, условия антисанитарии налицо. Ничего, я уж доберусь до тряпки и выдраю все так, что сверкать будет!

– Кладовая с припасами там, – негромко отозвался Ален, тронув меня за локоть, все еще держась от меня на расстоянии. – Если понадоблюсь, я в кабинете, наверху, справа. Вторая дверь от лестницы.

Ален быстро вышел из комнаты, а я, помыв предварительно руки с помощью одного из кувшинов, наполненных водой, принялась за работу. Быстро отыскала пару штук картофеля, одну луковицу, натерла морковку, нашла пучок зелени и распотрошила его. Потом пришел черед масла, такого же, как я уже использовала в таверне, где кормила посетителей Элизабет. И конечно, соль, несколько щепоток. Залила горшочек водой и поставила на огонь. Вскоре там весело забулькал суп. Я оживилась и, когда блюдо было уже готово, налила порцию в красивую фарфоровую пиалу, чтобы отнести Алену и вылечить его.

Он и вправду был в кабинете. Правда, в весьма странной позе: полулежа на животе, на низком диванчике. Прямо на подушках. И морщился от боли.

– О, целебный супчик! – обрадовался Ален и глотнул сразу, не дожидаясь, пока остынет.

И конечно, обжег губы, зашипел.

– Ну, что ты, как ребенок? – рассмеялась я, присаживаясь на диванчик рядом с Аленом.

Тот, осторожно дуя на краешек пиалы, выпил суп, и мы принялись ждать.

– А в прошлый раз когда помогло? – спросил минут через пятнадцать растерянный Ален.

Я пожала плечами:

– Сразу, как сделал первый глоток. А что?

– Да ничего, – развел руками Ален. – Болит.

Я мысленно выругалась. Знакомым с детства земным трехэтажным матом. Для верности мы подождали еще столько же, но когда через полчаса даже царапина на щеке Алена не затянулась, я забила тревогу.

– Может, моя магия перестала работать? – запричитала я, заламывая руки. – Я правда хотела тебе помочь! Прости, пожалуйста!

– Не переживай, Бел, – Ален потянулся ко мне, проводя ладонью по щеке. Так бережно и ласково, что я зажмурилась. – Возможно, твоя магия слишком слаба пока еще? И ты не вступила в полную силу обладания ею. Вот и исчерпала в прошлый раз своим супчиком для меня свой магический резерв. Попробуем через пару дней! Обещаю, разрешу даже стукнуть меня противнем по голове, чтобы потом залечить шишку.

– Но ты прогонишь меня, – прошептала я тихо, и на глазах появились слезы. – Если я окажусь бесполезной в плане магии. Ты же брал меня только ради этого. Кухарку ты и так нашел бы.

– Иди ко мне, Бел, – Ален встал и потянул меня к себе.

Хлоп – и я оказалась уже на его коленях. К счастью, сидя, а не лежа. Он зарылся лицом в мои волосы и прошептал:

– Тебе нечего бояться, Бел. Я не прогоню тебя с работы, даже если у тебя совсем нет магии. Я не хотел, чтобы ты, вообще, работала, ты слишком красива для того, чтобы стоять у очага или перебирать крупу… Оставайся моей гостьей, я выделю тебе покои, закажу гардероб…

«И сделаю тебя своей шлю… любовницей, – договорила за него моя фантазия. – Потому что за все блага в любом мире, где бы я ни жила, нужно платить!»

Платить своим телом я не желала. Но и отталкивать Алена снова не хотелось. Ведь нас так тянуло друг к другу. Но меня останавливала и моя ложь. Как я могла вешаться на шею этому красавцу, чтобы через пару дней сказать: «Прости, дружок, я замужем?» Нет, лучше не давать никаких авансов!

– Ален, пожалуйста. Мы же уже обсуждали. Я или честно выполняю свою работу, на которую ты меня нанял, или ухожу, – тихо застонала я, пытаясь вывернуться из его цепких рук.

Соблазнение шло, как по маслу. Тело предавало свою хозяйку, тянулось к этому красивому мужчине, но… Я же не дурочка Изабелла, которая влюбилась в мужика и потеряла себя полностью? Клод ее обеспечивал, а в итоге, изменил. И разбил бы ее сердце, если бы я не появилась в теле Изабеллы раньше, чем она все это увидела. Кто сказал, что Ален другой? Ведь я не услышала пока предложений руки и сердца. А пламенные признания в любви у нас и жиголо в ночных клубах делали. Вот только срок годности у этих признаний не больше, чем одна ночь. Мне только не хватало залететь в моем положении попаданки, не имея развода, с ребенком на руках. Да, да, только второго ребенка не хватало. От другого папочки.

– Прости, я снова не сдержался, – Ален улыбнулся, разжимая ладони. – Не виноват, что меня так сильно тянет к тебе. Проси, что хочешь, я хочу загладить свою вину перед тобой.

Мои глаза лукаво сверкнули, когда я услышала про «загладить вину». И я быстро закивала:

– Я хочу попросить у тебя спирт и чистый белый платок, Ален. Раз уж мой супчик не помог и не заживил твои раны, я хочу хотя бы промыть ссадины и поухаживать за тобой.

Ален от изумления приоткрыл рот.

– Что? Промыть? Да там же царапины… Бог мой, Бел, ты невозможная! – рассмеялся Ален, прижимая меня к себе в крепком объятии. – Другая молодая женщина в твоем бедственном положении попросила бы у меня золотое украшение или еще что-то. Что можно было бы продать в тяжелые моменты. А ты? Ты просишь меня отдаться в твои руки и подставить спину, которой меня приложили о стенку?

Я смущенно потупилась и заерзала в его руках, желая вырваться.

– Да, это мое желание. Ну, что, выполнишь? – прошептала я, смущаясь окончательно.

Выставил меня этот Ален дурочкой и все! Ну, и что, что он мне нравится гораздо больше любых украшений? И я хотела не денег его, не замка, не титула! А просто обнимать и целовать этого замечательного мужчину. Но у меня в новой жизни все слишком сложно: и бывший муж, и ребенок от него. Все это точно не даст построить здоровые хорошие отношения.

«Не зря говорят, то, что построено на лжи, существовать долго не может… – вздохнула я про себя. – Но я попытаюсь продлить нашу сладкую сказку с тобой, Ален. Потому что и я… уже влюбилась в тебя. Просто ты еще не знаешь об этом…»

– Да, я согласен. Только есть один момент, – лукаво прищурился Ален. – Платок и спирт в спальне. Не испугаешься пойти за мной в спальню?

– Чего же мне бояться? – фыркнула я, вставая на ноги.

Ален не шевельнулся, лишь посмотрел на меня долгим изучающим взглядом.

– Может быть, того, что твои незыблемые моральные принципы пошатнутся, когда ты окажешься уже в моей кровати, Бел? Пускай и промывая раны. По собственному желанию.

Мы совместными усилиями отыскали спирт, платок. Ален оседлал стул, развернув его в другую сторону, опуская голову на спинку. Я осторожно намочила платок прохладным спиртом и прошлась по царапинам и синякам, понимая, что это лишь предлог, чтобы посмотреть на моего красавца-хозяина без рубашки. В горле пересохло, пока я бережно водила по следам после драки. Мускулистое тело, рельефный пресс, изящная талия, широкие плечи… Да, я понимала, почему Ален был так уверен в себе и считал, что уложит меня в постель по щелчку пальцев!

– Мне нужно будет выбраться в город, – неловко проговорила я, пряча глаза. – В замке у тебя мышь повесилась. А для сытного обеда надо достать продуктов на рынке.

Знать бы еще, где находится этот рынок. И как туда добраться. Я ж не наездница, на лошади кататься не умела. Или Ален выделит мне экипаж и помощника? Ох, черт, почему так вспыхнули щеки? У меня задрожали руки, платок упал на пол, и я беспомощно мазнула кончиками пальцев по гладкой коже спины Алена, чувствуя желание. У меня подкашивались ноги от того, как сильно мне хотелось провести губами по его царапинам.

«Изабелла, возьми себя в руки! – одернула себя я. – Нельзя так западать на мужика, даже красивого и благородного, который хорошо повел себя по отношению к тебе и сыну!»

– Я помогу тебе, Бел, – раздался голос Алена. – Буду сопровождать тебя в поездке в город. Ты девушка красивая. Еще пристанет кто-то на рынке, обидит. Нет. Я защищу тебя. Кроме того, продукты тяжелые, нечего тебе таскаться с ними одной. А лишних слуг, чтобы отправить тебе в помощь, как видишь, у меня пока нет. Я долго не жил в замке, и тут осталось всего несколько человек, которые приглядывали за ним. Ну, ничего, хоть я и аристократ, но не гордец. Справимся и вдвоем, да, милая? – Ален повернулся ко мне.

Так и сидя вполоборота, он перехватил мой подбородок, проводя с нажимом пальцами по губам. Я нервно облизнулась и чуть не застонала, когда поняла, что кончик моего языка прошелся по его пальцам.

– Тебе не стоит так утруждаться… – мой голос слегка дрожал.

Ален усмехнулся, отпуская меня и вставая со стула.

– Никакого труда. Одно удовольствие помогать тебе, прекрасная Изабелла. Кстати, раз будем в городе, заедем к твоим родственникам. Познакомлюсь с твоей родней. Да и с Патриком увидимся. Уверена, ты соскучилась по сыну. Если захочешь, заберем малыша и поедем в замок. Уверяю, Патрик не помешает. Это золото, а не ребенок.

Я сдавленно закашлялась, чувствуя, что своим хорошим отношением и заботой Ален загоняет меня в ловушку. Ведь я не смогу ни рассказать правды про то, что Патрик у отца, а родственников никаких нет. А забрать малыша… хотела бы я это сделать. Но не выйдет.

– Н-не нужно, Патрик пока проводит время с родней, малышу это полезно, новые знакомства, – нервно проговорила я, понимая, какую чушь несу.

Ален расхохотался и обнял меня.

– Изабелла, ему даже не пять лет! Он пока не понимает пользы новых знакомств! А вот по маме, уверен, уже соскучился… как и мама по нему, – Ален весело тронул мой нос и кивнул. – Ладно, я не настаиваю. Заберешь ко мне в замок ребенка, когда захочешь. Дело твое. Просто заедем ненадолго к твоим родственникам. Я хочу с ними познакомиться и повидать Патрика. Это мое желание, и это не обсуждается.

Глава 8

Мое дыхание сорвалось окончательно. Если мне не удастся отвлечь Алена на рынке, то мне конец. Он точно узнает правду про Клода. Может, у Элизабет побыстрячку бабушку какую-то одолжить? Помню, смотрела в детстве фильм «Семья напрокат». Вот это мне сейчас пригодилось бы!

– Хорошо, – опустила глаза я, не решившись спорить с Аленом, чтобы не привлекать внимание.

А он тем временем и правда переключился на другое, к счастью. И улыбнулся, хватая меня за руку, утягивая из комнаты.

– Куда ты меня тащишь? – рассмеялась я, когда Ален толкнул меня в новую комнату, совсем рядом с той, где мы находились сейчас.

Он зажег свечу, ведь тяжелые шторы были задернуты, почти не пропуская свет с улицы. Эта комната оказалась очередной спальней. Причем, спальней явно женской. Тут преобладали светлые тона, кружева, и даже массивная деревянная мебель, как принято у богатых аристократов, не смотрелась вычурно. Вот только в этой спальне были наглухо зашторены окна, чувствовался спертый воздух, и атмосфера казалась какой-то гнетущей. Я уговаривала себя, что подобное, наверняка, творится и в других комнатах замка. Ален ведь почти здесь не живет! Но я все равно чувствовала себя неуютно в этой спальне. Будто нарушила чужой покой.

– У тебя нет одежды, – пожал плечами Ален, прочитав невысказанный вопрос в моих глазах. – Я на днях приглашу в замок портного, но сейчас тебе нужно переодеться, хотя бы в домашнее. Хочу позаботиться о тебе.

И до того, как я успела отказаться, Ален распахнул шкаф. Там было много нарядных и домашних платьев, пошитых, как на меня. В первый момент я пискнула от восторга и зарылась в шелка и бархат. Они немного отдавали пылью, но выглядели прекрасно.

– Бери все, что понравится, – кивнул мне Ален.

И тут меня словно прошило уколом стыда и гнева. Это… это же, наверняка, платья его бывших любовниц?! Ален говорил, что у него в гостях… бывала не одна женщина. И выходит, я просто очередная подстилка, которую он покупает дорогими тряпками, пытаясь уложить в постель и подольститься?!

– Это осталось от твоих шлюх, к списку которых ты так сильно желаешь меня причислить?! – я размахнулась, а Ален не ожидал нападения.

От моего удара на его щеке заалело пятно. Ален пораженно выдохнул:

– Бел, за что?! Это вещи не любовниц, я никогда не опустился бы до такой низости! Это… платья моей покойной сестры!

Я медленно выдохнула и мучительно покраснела от стыда, уставившись на свою руку. Которой только что дала пощечину своему… нет, не возлюбленному! Не жениху! А хозяину. Работодателю. Ревновать которого я не имела никакого права. И что-то мне подсказывало, что за свое поведение я сейчас поплачусь. Я читала это в гневном блеске зеленых глаз Алена, когда он резко перехватил меня за руку, притягивая к себе.

– Да сколько ж можно, Бел?! – вдруг рявкнул Ален, я вздрогнула и попыталась вырвать руку, но он держал крепко. – Ты постоянно упрекаешь меня в беспорядочных половых связях, хотя сама говоришь прямо, что ложиться ко мне в постель не собираешься? Что за неуместное ханжество? Я молодой здоровый мужчина! Конечно, у меня были женщины! Или ты предпочла бы, чтобы я в своем далеко не юном возрасте оставался девственником? Это смешно!

Я вспыхнула до слез. Внутри я понимала: Ален прав. И я не имела права осуждать ни его прошлое, ни настоящее. Но… измена Клода почему-то глубоко ранила меня. И я во всех мужчинах теперь видела изменников. Предателей. Врагов. Возможно, если бы я призналась в этом Алену и рассказала правду, почему так психую, когда вижу хоть намек на любовниц, он меня понял бы. Но… я не могла так рисковать. Вдруг Ален догадался бы, кто я есть на самом деле? Хотя он и так догадается. Совсем скоро. Когда настоит на том, чтобы мы съездили к несуществующим родственникам навестить Патрика.

– Ни в чем я тебя не упрекаю! Тебе показалось, – вдруг соврала я, соврала нагло, глядя в зеленющие глаза напротив, которые вспыхнули яростью.

– Ах, показалось, Изабелла? Тогда позвольте откланяться! – ядовито процедил Ален. – Пойду заниматься делами. А Вам настоятельно рекомендую заняться тем же! Кажется, Вы постоянно подчеркиваете, что в любовницы ко мне не нанимались? А нанимались в кухарки! Прошу, приступайте к Вашим непосредственным обязанностям и закроем, наконец, тему моей личной жизни!

Это было как пощечина. Хлестко и наотмашь. Я даже приоткрыла рот от его жесткой отповеди. Так со мной… еще никто не разговаривал. И хотя я могла признать, что заслужила подобное, но… Мне почему-то захотелось плакать. Будто я до конца не верила, что Ален может быть таким. Жестоким, холодным, ставящим на место. Я же… ему нравилась, правда?

«Допрыгалась, девочка?» – горько зазвенела внутри какая-то тайная струнка, связывающая меня с Аленом. Зазвенела и порвалась. Возможно, это было доверие?