Моя (не)любимая бывшая

Договаривались прыгать в воду, но у меня в голове все звучал родительский наказ: «Никогда не прыгай в темный водоем, дна которого ты не исследовал, сынок. Вдруг там штыри или другая опасная для жизни хрень. Или попросту мелко. Ноги переломаешь, инвалидом станешь или вовсе убьешься. Все по глупости».

Друзья не ждали, пока я созрею. Попросту пихнули меня вперед первого.

Я летел и орал.

Сейчас ощущаю нечто очень похожее.

Кажется, лечу куда-то в пропасть и вот-вот продырявлю грудь о какой-нибудь штырь.

В ушах стоит звоном голос Снежаны:

— Барсег, меня заставили! Я клянусь тебе, по собственной воле я бы никогда этого не сделала…

Не успеваю никак отреагировать. Неожиданно откуда-то справа появляется брат Ваган, хотя он должен бы сейчас быть в столице.

В отличие от остальных гостей, он не прибит к полу только что увиденным.

— Ты же сказал, его не будет! — неожиданно кричит Снежана, она явно возмущена появлением моего брата.

Ваган резко ее перебивает:

— Как тебе не стыдно, Снежана? Хорош заливать, что тебя заставили, сама же сказала на видео, что понравилось… Должна со стыда сгореть, а не врать тут всем в глаза, шлюха!

— Ваган, закрой рот, — рычу на него на автомате.

Но он и не думает затыкаться, горланит в свойственной ему агрессивной манере:

— Я не собираюсь закрывать на такое глаза. Ее брали в приличную семью, а она отсасывает всем на камеру и врет, что ее заставили. Может, еще скажешь, это я тебя заставил, а, Снежана?

— Это и был ты! — вдруг кричит она. — Это ты меня на камеру снял и заставил такое сказать!

На какую-то секунду Ваган кажется обескураженным, а потом громко возмущается:

— Как удобно ты сейчас отмазалась. Суперактриса! Вы слышите, что она говорит? Эта женщина всерьез меня обвиняет в несусветном! Она лгунья и блядь! И ей не место в нашей семье… Я бы никогда не полез к девушке брата, у меня своих хватает.

После его речи родственники заговаривают одновременно.

— В чем она обвиняет нашего сына, Артур? — пышет недовольством мать.

— Девочка завралась, — возмущается отец.

— Гнать ее взашей, и дело с концом, — голосит тетя.

Сквозь гул их голосов я все же слышу, как Снежана молит:

— Барсег, поверь мне, это он!

А я бы, может, и поверил.

Но что-то история слишком дикая.

Случись так, что к моей девушке пристал бы мой брат, разве она о таком смолчала бы? Неужели она и вправду не пришла бы с этим ко мне? И эта ее вина во взгляде…

Если женщину к чему-то там принудили, ей не в чем чувствовать себя виноватой и не за что просить прощения.

— Я же твоя невеста, — продолжает Снежана.

В этот момент меня накрывает дикой злостью.

Я впечатываю в нее убийственный взгляд и рычу:

— Ты мне больше не невеста! На бляди не женюсь.

Когда Снежана это слышит, она враз бледнеет.

Резко разворачивается на каблуках и бежит к выходу.

Хочу бежать следом, мчаться, делать что угодно, лишь бы меня прекратило корежить от адской боли. Но что бы я ни делал, она никуда не исчезнет.

Глава 3. Как это случилось

Снежана

Я выбегаю из ресторана, даже не застегнув куртку. Размазываю по щекам слезы и не знаю, куда себя деть. Мне везет, попадается сердобольный таксист, который соглашается подвезти.

— Кто тебя обидел, девонька? — спрашивает престарелый водитель.

А я уничтожена изнутри словами Барсега и не в силах ответить.

Просто прошу отвезти меня домой.

Всю дорогу ежусь, ожидая звонков. Но их нет, Барсег не звонит.

Кое-как выбираюсь из машины, шагаю к своему подъезду, дрожащими пальцами нахожу ключи. Попав на нужный этаж, открываю дверь и оседаю на пол прямо в прихожей.

Сил больше нет. Они все ушли на то, чтобы добраться до дома.

Пол нашей с сестрой крошечной хрущевской двушки покрыт коричневым линолеумом. Он кое-где затерт, но чистый, за этим мы постоянно следим.

Впрочем, даже будь пол прихожей грязным, сейчас это не имело бы для меня никакого значения.

В такси я еще сдерживалась, старалась громко не всхлипывать. Теперь же надобность в сдерживании отпадает.

Я рыдаю в голос, не могу остановиться.

Господи, зачем я вообще пошла в этот ресторан? Зачем пыталась спасти то, что уже невозможно спасти? Наши с Барсегом отношения были обречены ровно в тот момент, когда его брат зажал меня в собственном кабинете.

Барсегу плевать на правду, ему брат дороже…

Все, как Ваган и говорил, — никто меня даже не выслушал. Никто даже не попытался, а ведь в ресторане было полно женщин, которые чисто теоретически могли меня понять. Никому не нужна моя правда, потому что она слишком неудобоварима. Где это видано, чтобы невеста обвиняла брата жениха в изнасиловании? И вообще, считается ли это изнасилованием, когда заставляют взять в рот?

И все-таки я не ожидала, что Ваган поступит так… Что он поставит видео и отдаст меня на всеобщее поругание, да еще и изобразит из себя невинного. Он ведь, наоборот, убеждал меня, что нужно держать рот на замке, хотел, чтобы я молчала. И я молчала! А теперь он сам… Зачем? Чтобы иметь возможность так откровенно меня унизить?

Представляю, с каким рвением сейчас каждый родственник Барсега поливает меня грязью. И что произошло на самом деле, никому не важно.

Не надо было никуда ходить!

Не надо, не надо…

Слышу, как открывается входная дверь. Должно быть, сестра вернулась с занятий.

Раздается ее голос:

— Снеж, ты дома, что ли? Ты дверь не заперла. Ой, а что так темно…

Она включает свет, видит меня и округляет глаза.

— Он узнал, да?

Сестре не нужно спрашивать, что именно. Аня все поняла и без моих объяснений, ведь она в курсе дела.

— Снеж, прости меня! — стонет сестра. — Прости, что так тебе напакостила!

Она с громким всхлипом усаживается на пол рядом со мной, обнимает меня.

— Ты не виновата, — качаю головой. — Это все я, дура… Я сама… Надо было как-то извернуться, как-то исхитриться…

— Да в чем ты виновата? В том, что попалась под руку настоящему ублюдку? Вот уж великая вина! — ругается Аня.

Наше с ней невеселое приключение случилось два дня назад.

После этого мы сами не свои. За одну ночь стали взрослыми.

Моя сестра — восемнадцатилетняя студентка-первокурсница. И в эту субботу она с одногруппниками убежала танцевать в клуб «Хелл».

В то время мы не знали, что этим клубом владеет Ваган Багирян — брат моего жениха. Точнее, я была в курсе, что у брата Барсега есть клуб, но никаких деталей не знала. Да и самого Вагана я видела до этого всего раз — неделю назад, на дне рождения у жениха.

Ваган показался мне милым, обходительным, но и близко не настолько привлекательным, как Барсег, хотя они похожи. Оба рослые, черноволосые и кареглазые.

Как же обманчиво бывает первое впечатление…

Позавчерашней ночью я очень удивилась, получив от него звонок. Где только номер раздобыл, непонятно.

«Приезжай, забери сестру, — сказал он мне. — Она накачалась спиртного, повезло, что я был в клубе и увидел это. Она в моем кабинете, отдыхает, но сама до дома точно не доедет, а я не могу ее отвезти, дела».

Я от такой новости впала в шок. Ведь Аня практически не пьет, как и я.

Конечно же, я помчалась в клуб.

На входе меня встретили охранники, проводили в кабинет Вагана.

Вот только никакой Ани там не было…

Зато в кабинете был Ваган.

Он тепло меня поприветствовал, отослал охрану и… запер дверь.

— Зачем это? Где Аня? — спросила я по своей наивности.

Ваган улыбнулся мне очень по-доброму, прямо как в тот вечер, когда мы познакомились. Позвал к своему рабочему столу и показал изображение с камеры на мониторе.

Там была Аня.

Сестра сидела в углу какой-то комнаты, в которой находились два здоровенных типа в кожаных куртках.

Моя сестра, еще такая юная, хорошенькая как кукла, с длинными шоколадными локонами, которые я ей помогала крутить этим днем, в моей же мини-юбке и туфлях. Видео было не слишком хорошего качества, но даже так мне было понятно, что она дико испугана.

— Аня попала в неприятности, — цокнул языком Ваган.

— Какие? — Казалось, у меня в тот момент глаза вылезут из орбит.

— Отказалась спать с очень влиятельным человеком, — пояснил Ваган.

Я резко обернулась к нему, спросила:

— Это с кем?

— Со мной, — улыбнулся он еще шире.

Только тут я подметила, насколько гадкая у него улыбка, насколько мерзкая.

— Ты подойдешь на замену. Выручи сестричку, а? — предложил он.

— Что? — я не верила своим ушам.

— Выбирай, в какую дырочку, — продолжал он все тем же слащавым тоном. — А, вспомнил, Барсег хвастал, что ты девочка. Давай в рот, я в принципе не привередливый.

Я тогда онемела и от его наглости и оттого, с каким садистским удовольствием он мне это предлагал. Нырнула рукой в карман куртки, где у меня лежал телефон. Барсег у меня на быстром наборе, я могу набрать его номер с закрытыми глазами.

Но Ваган угадал мой маневр, резко бросился вперед, вывернул мне руку.

Я пыталась брыкаться, хотела бежать. Тогда он пригрозил, что либо я делаю то, что он хочет, либо его люди насилуют мою сестру, снимают это на видео и разносят по всему интернету. Вот такая перспектива.

— Как ты можешь, я же девушка твоего брата. Это… Немыслимо! — кричала я, как последняя идиотка.

Все надеялась достучаться.