Торианская империя. Книга 2. Часть 1 Путь в неизвестность.

ИИ запустил карту нижних палуб до самой обшивки. Туда предстояло спуститься почти полтора десятка палуб.

– Снизу к нам пристыковано всего два вражеских модуля. Я думаю, команде был отдан приказ об перехвате всех, кто пытается эвакуироваться с нижних палуб. Мы должны уничтожить эти группы. Другого пути нет.

– Хорошо. Я принимаю твой план эвакуации. Перестрой маршрут для других команд и отправь им. Держи меня в курсе действий с половины посла. Там командует командир безмолвных.

– Подтверждаю, – отозвался ИИ, – в данный момент мы сейчас согласовываем план для второй части, но им гораздо проще. У посла Морикани свой собственный эвакуационный шаттл с быстрым доступом. На его части крейсера самое большое скопление вражеского десанта.

– Что говорит о том, что посол Морикани является главной целью и нужен им живым!

– Мой анализ данных подтверждает это.

Нориан вмешался:

– Значит, посол – цель номер один, а я как побочная цель.

– Выходит, так, – согласился Лорзман, – такой вариант нам совсем не на руку, и теперь будет гонка: кто быстрее доберётся до своей цели. Нам нужно спешить!

Зазвучал сигнал палубной тревоги:

– Капитан, попытка прорыва в наш сектор.

– Уходим, – скомандовал Лорзман и дал сигнал на отход всем группам.

Все, кто ещё был без шлемов, активировали их. Группа Лорзмана насчитывала тридцать бойцов. В неё входили сам капитан, Нориан, два безмолвных и двадцать шесть старших офицера с мостика. Четырёх боевых андроидов в расчёт не брали, но они оставались в составе группы. Штатным вооружением у офицеров и капитана были штурмовые короткоствольные автоматические шараты. Это оружие могло стрелять и одиночными выстрелами, и серией. Поскольку оно было плазменным, то урон, наносимый противнику, был смертельный, если, конечно, пробивало скафандр. У безмолвных было своё вооружение. Это было даже не просто вооружение, а небольшой многофункциональный боевой комплекс, в добавок ко всему, традиционным оружием безмолвных вот уже миллион лет были мечи, которые со временем постоянно модифицировались. Улучшался метал, из которого они делались, и технология лазерной кромки на лезвиях, которые могли прорубить кусок высокопрочной стали с толщиной в ногу. Ну и наконец, у Нориана был небольшой ручной Зигаб, переданный ему одним их охранников, и два боевых меча, намного легче, чем у безмолвных, но не сильно уступающих по боевым качествам.

Команда крейсера в составе различных отрядов покидала крейсер разными путями. Каждый отряд вёл ИИ, который всё ещё контролировал обстановку на гибнущем корабле. Десант врага уже давно проник внутрь и теперь, не встречая сопротивления, быстро продвигался за эвакуирующимися группами. Время от времени врагу приходилось замедляться, сталкиваясь с автономной палубной защитой.

– Капитан Лорзман, Вашу группу догоняют.

– Сколько? – спросил Лорзман на ходу

– Я фиксирую восемь живых существ. Механизмов нет.

– Визуально можешь подтвердить?

– Нет.

– Рекомендации?

– Если вы продолжите отступать, то вас быстро нагонят, и вся группа окажется под обстрелом. Предлагаю остановиться, подготовиться и уничтожить вражеский десант. Я могу выбрать место, наиболее подходящее для боя.

– Были уже прямые столкновения?

– Нет.

– Значит, мы первые…

– Да.

Лорзман переключил связь с ИИ на всю группу и, сообщив, что придётся принять бой, передал слово ИИ. Было выбрано место встречи с врагом. Эти местом оказалась палуба ниже. Палуба была жилая со множеством коридоров и проходов. Механизмы и оборудование, способное нанести ущерб своим во время боя, на палубе отсутствовало. Коридоры крейсера были огромными, светлыми и широкими. Это одновременно и было на пользу, и играло против, в зависимости от ситуации. Сейчас играло против. Заблокировать проходы не выйдет. Для этого нужно было взрывать палубы или ставить силовые щиты. Щиты были недоступны, а взрывать что-то внутри корабля в данный момент было нецелесообразно. Рассредоточившись в три коридора, Лорзман отдал приказ стрелять по стенам коридора, из которого они только что все вышли. Это был переходной коридор, ведущий на новую палубу, на которую только что попала вся группа. С этого коридора шли ответвления, в которых и засели бойцы. По команде начался обстрел. Оплавленный метал со стен и потолка превратил в хаос только что целый проход. Теперь его просто так было невозможно пересечь. Хватило минуты.

– Я фиксирую механизм, – вдруг предупредил ИИ, – он может быть проблемой. Передвигается очень быстро сквозь переборки, за ним следует основная группа десанта.

Послышался скрежет метала. Звук был таким сильным и резким, что это фиксировалось даже через шлемы с отключённым внешним уловителем звуков.

– Он не идёт сквозь переборки, он их прорезает, – сделал кто-то предположение в слух. Так как вся группа была на связи, то и слышали это всё.

– Внимание! Полная готовность! – скомандовал Лорзман, – стрелять самостоятельно при первом появление цели.

Но это уже был бессмысленный приказ. Сквозь стены проникла здоровенная автономная пила, которая уничтожала на своём пути все препятствия. Это было то, с помощью чего вражеский десант так быстро пробирался по кораблю. Обстрел этой пилы начался мгновенно, как только она вывалилась, повреждения были минимальны, и она продолжала функционировать продвигаясь дальше. Дым от горевшего и расплавленного материала застелил собой весь проход. Увидеть что-то двигающееся позволяли только шлемы боевых скафандров. Дальше начался основной бой, а точнее то, что можно назвать боем. Из прохода что-то появилось в воздухе и упало на палубу, следом раздался взрыв, который разметал все, что было в радиусе от него. У Лорзмана на мониторе шлема погасли пять сигналов. Это означало, что мертвы пятеро его бойцов. Следом в проходе появилась здоровая тень, оказавшаяся скафандром, внутри которого и находился тот самый враг, который атаковал корабли конвоя. Первый появившийся словил весь шквал плазменных выстрелов от оставшихся двадцати пяти бойцов. Он был уничтожен сразу же как появился. Следующий, уже не был таким простым. Он имел защитный щит, прикреплённый к руке, из-под которого очень ловко стрелял какое время, постоянно прикрываясь, но его тоже надолго не хватило. Потом случилась пауза и, поняв, что это возможность, Лорзман скомандовал отход к следующей позиции. Бойцы начали отходить, и в это самое время через переборки прилетел второй заряд, который взорвался, но уже никому из группы не причинил вред. Метнувший его немного опоздал с решением. Лорзман оглянулся. Группа медленно отходила, а Нориан и его двое безмолвных мечами кромсали ту автоматическую пилу, которая резала переборки крейсера как воду.

– Да оно уже сдохло! – проорал кто-то в шлеме, явно имея в виду вражеский механизм, – уходим, бросайте и уходим.

Дав пару контрольных залпов по пиле, безмолвные во главе с Норианом двинулись следом за группой. Враг не проявлял активности, понимая, что сильно ошибся с первым нападением. Итогом этого боя стали потери – пять со стороны команды крейсера и два бойца со стороны вражеского десанта. Уничтожение пилы дало шанс сильно оторваться. Продвигаясь по коридорам крейсера, бойцы группы капитана постоянно оставляли после себе завалы из оплавленного метала. Отдельно за спинами послышались два одиночных взрыва, которые обвалили переборки и разметали мелкие осколки в пустом коридоре.

Группа двигалась дальше, продолжая спускаться в низ. Ноги Нориана налились какой-то тяжестью, в голове в висках отбивалось один, два, три … в глазах начало темнеть. Сработала аварийная автоматическая медицинская система скафандра, Нориан почувствовал укол в шею, после чего стало намного легче. Это была запоздалая паника от последствий боя. Нориан первый раз в жизни участвовал в реальном бою. Сделав вид, что всё нормально, Нориан облегчённо продолжил движение.

– Капитан, – послышалось в шлеме у Лорзмана, – начали поступать доклады о столкновениях. Есть кое-что серьёзное.

– Что? – переспросил на ходу Лорзман.

– Скафандры с вражеским десантом внутри самоуничтожаются. Одна из наших группа попыталась выяснить, кому мы противостоим, и наши специалисты попытались извлечь из скафандра одного. Взрыв уничтожил половину группы.

– Ну… за-то мне теперь ясны те два загадочных взрыва после того, как мы покинули сектор боя. Отдай распоряжение всем командам не подходить к уничтоженным врагам и не пытаться чего-то выяснять.

– Сделано! – подтвердил ИИ.

– Выясни, где Камистер, остался на крейсере или покинул его с первой группой эвакуации? Мы уже почти подходим.

ИИ сделал запрос и, внезапно быстро получив ответ от помощника Камистера, быстро перенаправил его на связь с капитаном.

– Капитан, капитан, мы ведём бой на нижнем ярусе. Сдерживаем прорыв к палубе с эвакуационным транспортом. Долго мы не продержимся, нам нужна подмога.

– Понял тебя, – ответил Лорзман, – мы уже рядом, держись!

Лорзман резко переключился на ИИ:

– Есть ещё кто-то рядом с Камистером?

– Да, капитан. К палубе, где помощник Камистер ведёт бой, прорывается ещё пять групп и две на подходе, от остальных у меня нет сведений, но я всё ещё фиксирую жизненные сигналы, некоторые одиночные, некоторые групповые.

Лорзман снова переключился на своего помощника:

– Камистер, держись! К тебе на подходе помимо нас ещё пять групп. Ни в коем случае не давайте проникнуть им в ваш сектор и ни в коем случае не подходите к скафандрам мёртвых или раненых врагов. Скафандры самоуничтожаются.

– Понял, жду, – ответил помощник и отключил связь.

Лорзман переключился на свою группу.

– Надо ускориться, иначе мы потеряем сектор эвакуации.

Группа ускорилась, продвигаясь по коридорам крейсера. По пути присоединилась ещё одна группа, состоящая из полутора десятков специалистов, занимающихся в основном охраной. По словам командира отряда, они тоже подверглись стычке с группой из четырёх врагов, которых уничтожили, но потеряли десять бойцов, половина которых погибла от взрыва самоуничтожения скафандров. По словам командира, это было ещё до того, как ИИ крейсера разослал предупреждение. Соединившись из двух групп в одну, объединённый отряд продолжил движение, но уже под командованием Лорзмана. Сорок бойцов – это уже был серьёзный отряд, но с единственной проблемой. Такому отряду было крайне тесно вести бой внутри крейсера, сосредоточившись на маленьких площадках. Наконец подошли к нужному сектору.

– Вскрывай, – приказал Лорзман. ИИ разблокировать вход в сектор, – Камистер, не пали по нам, мы входим в твой сектор, – предупредил капитан по связи.

– Понял, – прозвучал резкий ответ, и тут же отключился.

Как только вся группа переместилась на нижнюю палубу крейсера, Лорзман разделил отряд, состоящий из сорока бойцов, на три группы, две по пятнадцать и одна на десять, плюс всё те же четыре боевых андроида. Лорзман даже не стал смотреть, кто офицер, а кто нет, и поставил перед всеми одну единственную задачу. Двум большим отрядам капитан приказал зачистить палубу, если потребуется, и прийти на помощь помощнику капитана Камистеру и его бойцам, которые сдерживали прорыв в сектор. Группы отправились выполнять задание. Несмотря на протесты Нориана, Лорзман оставил его в своей группе, которой теперь требовалось принимать бойцов крейсера и отправлять их на заранее выбранную планету. Нориан, услышав новый приказ, чуть было не взорвался гневом и уже хотел потребовать включить его в одну из боевых групп, но словил такой взгляд из-под шлема капитана, что сразу понял, что лучше не оспаривать сейчас этот приказ. Лорзману явно не хотелось создавать лишних проблем, на решение которых потом могут уйти и лишние ресурсы, и время, и жизни бойцов. С другой стороны, капитан прекрасно понимал, почему молодой офицер рвётся в бой и пытается хоть как-то проявить свою храбрость, не выделяя себя среди других бойцов. Сдерживать молодого офицера Актараса и одновременно выполнять приказ адмирала Саредоса и императора было эмоционально сложно, но выбор сделан.

Следующий час был самым жарким. Координация на два сектора позволила вести контролируемый бой и заполнять шаттлы эвакуирующимися. Проба запуска десятка пустых капсул показала, что враг просто так никого не отпустит. Несмотря на огромную скорость отсоединения от крейсера и самого полёта, была сбита половина капсул. Это были неприемлемые потери, поэтому всё, что осталось, это только придерживаться основного плана запуска сразу всех спасательных средств под прикрытием самоуничтожения крейсера. К тому же, анализ атаки на капсулы показал, что сразу на старте сбить не удалось, а произошло это уже на прямой траектории во время спуска на планету. Это давало время для взрыва и свободного отхода. Нориан занимался координацией с сектором посла. Там было тяжело. Атаки одна за другой не позволяли расслабиться и переорганизоваться, да и потери были слишком большими. Больше проблем было от уничтоженных врагов. Если им удавалось подойти слишком близко к обороняющимся, и те уничтожали врага, то через примерно минуту происходил взрыв в непосредственной близости от места обороны. Это вызывало огромные завалы конструкций внутренних переборок корабля, а разлетающиеся мелкие осколки становились основным инструментом поражения. Они иногда попадали в скафандры и пробивали их. Аварийная система справлялась с такими повреждениями. Застрявшие куски удалялись и пробои заделывались жидким сплавом. Ко всем прочим проблемам добавилась ещё одна. Система жизнеобеспечения. Она была повреждена и работала не везде, а в секторах, где не было дублирующего контура, и вовсе отсутствовала. Дышать без скафандров было невозможно. Крейсер погибал. Внешних обстрелов не было уже давно. Его уничтожали взрывы изнутри. Медлить больше было нельзя. Вдруг ИИ сообщил что получает сообщение с просьбой перенаправить его капитану корабля.

– От кого сообщение? – нервно отреагировал Лорзман, не поверив в первый раз.

– От врага, который атакует нас. Вас вызывают с вражеского флагмана, – подтвердил ИИ, – желаете ответить и выйти на связь?

– Канал защищён? Они не смогут как-то навредить нам, если мы ответим?

– Думаю, что нет, не вижу такой вероятности, с другой стороны, нам не известны их возможности. Отказать?

– Нет! Хотя бы потянем время. Соединяй.

ИИ активировал особый выделенный канал и подключил к нему обе стороны. Как только это произошло, Лорзман услышал у себя в шлеме слова на чистом общем торианском языке:

– Капитан Лорзман, Вы меня слышите? – спросил неизвестный, но при этом даже не представился.

– Да и очень отчётливо. Вы запрашивали переговоры, я ответил, но для начала я бы хотел узнать, кто Вы и по какому праву напали на мой флот?

– Слишком много вопросов, капитан. Вы прекрасно знаете, кто мы, а напали, потому что нам нужен императорский посол. У меня есть к вам предложение.

– Вы уничтожили мои корабли, а теперь у вас вдруг появилось предложение? Полагаю, у Вас всё пошло не так, как Вам хотелось бы.

Неизвестный рассмеялся и ответил:

– Наши потери не имеют значения, капитан, но признаюсь, что Вы заставили нас повозиться с вами несколько дольше, чем нам бы хотелось, поэтому давайте сократим лишний разговор и приступим к делу. Нам нужен посол в обмен на жизни вашего экипажа, но это ещё не всё. К вам летят остатки ваших кораблей, которые Вы отправили на планету. По вашей просьбе они возвращаются на защиту крейсера. Я ещё раз настоятельно предлагаю обменять императорского посла на ваш экипаж и семь оставшихся кораблей.

– Я не отдавал никакого приказа о возврате на крейсер остаткам моего флота.

– Вы не отдавали, а я вот отдал, – возразил незнакомец.

Дальше в доказательство своих слов неизвестный включи запись переговоров между крейсером и лидером хищников, которые улетели прикрывать отступление первой группы. На записи Лорзман связался со своими кораблями и потребовал вернуться в бой. Корабли начали возврат обратно к крейсеру. Сколько осталось времени известно не было, но ловушка была готова, и этого было достаточно. Соглашаться было нельзя. Верить в то, что экипаж будет отпущен, было невозможно. Не было ни одного доказательства в пользу принятия подобного предложения. Для начала хотя бы существовал факт того, что сам контакт произошёл не в начале боя, а в практически его конце, к тому же ещё неизвестен результат всего этого. Лорзману не оставалось ничего, кроме как отвергнуть это предложение и пожертвовать возвращающимися хищниками.

– Соглашения не будет! – твёрдо и резко ответил Лорзман, – если потребуется я уничтожу крейсер, и вы всё равно ничего не получите.

– Подумайте ещё раз, капитан. Вам незачем упорствовать. Это отличное предложение.

Чем больше и дольше неизвестный пытался уговаривать Лорзмана, тем становилось яснее, что враг не сдержит своего слова. Не получив свою цель, враг проявил несдержанность, выйдя на связь, а это означало, что вести бой до бесконечности и выковыривать посла с остатков крейсера времени не было. Ближайшая имперская станция слежения могла зафиксировать скопление военных кораблей, которых там не должно быть. С учётом огромной дистанции потребуется в районе трёх, возможно пяти стандартных суток на то, чтоб выслать разведку и проверить сектор. Спасением могла стать планета, где можно было прятаться до бесконечности, избегая контакта с врагом, к тому же был шанс, что высланные для связи зонды хотя бы частично уцелеют и выполнят свою работу, выйдя за пределы зоны глушения связи.

– Соглашения не будет! – ответил напоследок Лорзман и заглушил канал, понимая, что только что подписал смертный приговор остаткам флота, возвращающимся к крейсеру. Переключившись на ИИ крейсера, Лорзман приказал:

– Готовим самоуничтожение, у нас нет больше времени. Активацию ставь двадцать минут. Отозвать все отряды и взорвать переходы в наш сектор. То же самое прикажи сделать в секторе посла, синхронизировав все наши действия. Это важно.

– Капитан, посол Морикани на связи и хочет переговорить с Вами прямо сейчас.

– Нет времени, выполняй мой приказ хотя… выполняй приказ и соединяй с послом.

– Лорзман, – послышался голос посла, как только ИИ соединил его с капитаном, – мы дольше не продержимся, надо решаться на что-то.

– Я уже отдал приказ на самоуничтожение крейсера и наш отход.

– Сколько ещё нужно продержаться?

– ИИ свяжется с командиром вашей группы и синхронизирует отступление.

– Тогда удачи нам всем, – пожелал Морикани напоследок и отключился.

Как только Морикани отключился, тут же последовал вызов от ИИ

– Капитан, у нас есть ещё несколько групп, идущих на прорыв.

– Теперь это уже не важно. Передай им, что их жизни у них в руках. Советую прорываться к ближайшим узлам эвакуации. Нижние палубы мы больше не удержим, и сообщи им об самоуничтожении.

– Да, капитан, – подтвердил приказ ИИ.

Переключившись на свою группу, Лорзман слушал общие переговоры и следил за всеми перемещениями. Под ногами почувствовалась вибрация. Это были взорваны внутренние переходы. Теперь попасть на нижние палубы просто так не выйдет. Все, кто не успел, предоставлены самим себе. Технически враг всё ещё мог проникнуть, используя свои огромные пилящие механизмы, но они уничтожались довольно легко, а потом требовалось пробраться через огромные завалы метала. Сделать такое без спец оборудования было невозможно. Появились последние группы бойцов, которые отвечали за взрывы. Их было слишком мало, но они были ещё живы, а это уже было достижением в сложившейся ситуации.

– Капитан Лорзман, мне требуются коды подтверждения самоуничтожения или его отмена, – потребовал ИИ.

– Продолжаем, – ответил Лорзман и продиктовал коды.

– Принято! Самоуничтожение подтверждаю. Капитан, займите место в шаттле, до взрыва осталось пять минут. Синхронизация с сектором посла идёт успешно и задержек нет. Помощник Камистер активировал только что свои коды самоуничтожения.

– Понял, иду, не включай визуальное оповещение. Не будем оповещать врага и не надо давать оставшимся надежду, которая не сбудется, – ответил Лорзман. Осознание того, что он видит свой крейсер в последний раз и в последний раз стоит на его палубе вдруг пронзило мозг Лорзмана. Это заставило его замедлить шаг, остановиться и напоследок внимательно оглядеться. Нет, так нельзя, вдруг решил Лорзман, приняв какое-то своё решение.

– Камистер, – вызвал он своего помощника.

– Слушаю, капитан. Вы уже заняли своё место в шаттле?

– Занял, – соврал Лорзман, – я хочу подстраховаться и на случай своей гибели передам тебе свою должность, которая вступит в силу только после того, если я погибну.

– Не понимаю…

– Принимай командование! Если мой шаттл будет сбит, ты новый капитан. Высылаю тебе командные коды, подтверди получение.

Лорзман выслал коды Камистеру и подтвердил передачу при условии своей смерти.

– Принимаю, – подтвердил помощник Камистер, – встретимся на планете и удачного полёта.

– Удачного полёта, – отозвался Лорзман и заблокировал канал.