— Просто рисую реальную картину. У вас слишком романтические взгляды на жизнь. Вы, наверное, думали, что будете гулять под ярким солнцем и подбирать с земли прекрасные опалы.

— Чушь! Ничего подобного! Бен много рассказывал о тех опасностях, которые поджидают шахтеров. Несчастный случай, происшедший с ним самим, — тому наглядное подтверждение.

— Не надо злиться, а то люди подумают, что мы ссоримся.

— А разве нет?

— Просто дружеская перепалка. Мы должны произвести хорошее впечатление. Молодожены не должны браниться, это плохо смотрится со стороны.

— Почему?

— Все дело в нашем общем бизнесе. В компании не должно быть никаких трений.

— Вы ни о чем другом не думаете?

— Думаю, но лишь изредка.

— Позвольте мне самой прийти к какому-нибудь мнению.

— Договорились, пусть будет так.

Многие мужчины, встречавшиеся в Фэнси Тауне, носили огромные соломенные шляпы, покрытые капустными листьями. Это предохраняло их от палящих солнечных лучей. Рабочие спешили на поля, простиравшиеся за городом. Там я заметила шахты и огромные кучи сухой земли. Добыча шла полным ходом.

— Здесь две тысячи народу, и часто появляются разные торговцы, обслуживающие население. Столовая Трантов преуспевает, так мне сказали.

— Я хотела бы с ними познакомиться.

— Сейчас переговорим.

Мы подошли к деревянному строению и встретились с Джеймсом и Этель. Хозяин чистил картошку и при виде Джосса вскочил на ноги.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Очень сожалею о случившемся, — сказал Мэдден. Трант кивнул.

— Слава Богу, что хоть здесь дела идут хорошо.

— В городе все довольны.

— Это приятно, сэр. Мистер Бэннок подал нам идею, и она сработала.

— Вот и отлично… Познакомьтесь с моей женой. Я привез ее, чтобы показать Фэнси Таун.

Джеймс пожал мне руку и сказал:

— Добро пожаловать, мадам, — и тут же побежал за Этель.

Хозяйка немедленно явилась, вытирая перепачканные мукой руки о большой передник. Нас представили, и Джосс поделился нашими переживаниями о проведенной ночи в сожженной гостинице.

— Давайте не будем говорить о плохом, — сказала Этель. — В лесу невозможно спасти деревянный дом, особенно во время засухи… Когда мы увидели огонь, то надежды не оставалось. К счастью, мистер Бэннок предложил дом и посоветовал устроить здесь столовую. Сейчас все хорошо. Мужчины тут едят, как лошади. Они работают не покладая рук и рады домашней пище. Обожают жаркое и жареную говядину, да еще хороший суп и картошку в мундирах, когда ее готовят на костре, а потом чай…

Джеймс прервал жену и сказал, что им вполне хватит на жизнь, пока месторождение приносит опалы.

— Нужно просить Бога, чтобы так и было, — снова заговорила Этель.

— Не беспокойтесь, в Фэнси Тауне полно опалов, — заверил ее Джосс.

— Странно, что за несколько дней до пожара появился тот человек, — продолжила миссис Трант.

— Какой? — тревожно спросил мой муж.

— Он дружил с Дерехэмом в Америке и сказал, что Десмонд не воровал Зеленый Огонь и камень все время находился в Австралии. Мне кажется, что именно этот рассказ принес нам несчастье.

— Глупости! — вмешался Джосс.

— Именно так я и говорю Этель, — согласился Джеймс.

— Но где бы этот Огонь ни появился, он приносит одни трагедии. Возьмите, к примеру, мистера Хенникера, который попал в обвал.

— Несчастные случаи здесь бывают часто, — напряженно огрызнулся Мэдден.

— И все же мистер Хенникер умер… Похоже, опал все время находился у него.

— Вам придется закрыть столовую, если эти разговоры не прекратятся, — злобно сказал Джосс. — Нужно положить им конец. Нельзя напоминать о том, что опалы приносят несчастье.

Джеймс и Этель страшно расстроились. Я, конечно, пожалела их и разозлилась на мужа, а поэтому сказала:

— Думаю, что никто не воспринимает подобную болтовню всерьез.

— Вы не правы, — выпалил Джосс. — Необходимо прекратить все россказни немедленно.

Я улыбнулась Трантам, словно извиняясь перед ними за тяжелый разговор, и тут Джосс позвал:

— Нам пора.

Когда мы отошли в сторону, я тут же заговорила:

— Зачем быть таким грубым?

— Это необходимость.

— Бедные Транты пережили страшную трагедию, а вы даже не посочувствовали им.

— Неправда. Но их болтовня может понизить цену опалов, и тогда никакая столовая не понадобится. С этим необходимо бороться.

— Понятно. Тогда жестокость породит доброту.

— Вот именно. У вас есть какие-то возражения?

— Такое положение вещей мне не нравится.

— Я кое-что обнаружил.

— Что?

— Многое во мне вам очень не по душе. — Я предпочла промолчать, а муж злобно продолжил: — Боюсь, что вы сожгли мосты, приняв условия Бена. Так что привыкайте… — И опять раздался саркастический смех.

— Я приехала сюда с надеждой полюбить Австралию, а вы только все портите.

— Это моя характерная черта….. Если бы Бен выдал вас замуж за приятного джентльмена, вы бы несказанно радовались.

— Мы должны вести себя уважительно по отношению друг к другу, несмотря на то, что оба попали в ужасное положение.

— Наверное, это добрый старый английский обычай.

— И неплохой.

— Тогда подайте хороший пример. Притворитесь, что все прекрасно, и это поможет. Может быть, со временем вам здесь и понравится. Когда-нибудь на этом месте вырастет прекрасный город с большим собором. Мы избавимся от лачуг и построим настоящие дома, которые удовлетворят ваш тонкий вкус.

— Возможно.

— Здесь расположено управление компании, — он показал мне на самое большое здание. — Вы, должно быть, захотите ознакомиться с ее работой. Вникнете в дела позднее, а сегодня давайте обойдемся представлением.

— Надеюсь, что служащие воспримут меня без насмешек.

— Мою жену?! Да они не посмеют.

Мы зашли в прохладное здание, где, к счастью, не было мух. В нескольких кабинетах работали люди. Меня поразило их отношение к Джоссу — он пользовался всеобщим уважением. Эзра собрал начальников отделов, и их представили мне.

— Миссис Мэдден — одна из новых директоров, — объяснил муж.

Присутствовало шесть мужчин, включая Эзру и Джимсона Лода. Мне особенно понравился Джереми Диксон — высокий блондин, приехавший из Англии. Скорее всего у нас много общего.

Джосс объяснил, что добыча — лишь часть дел компании. Здесь были эксперты по сортировке и обработке опалов, ибо малейшая ошибка стоила больших денег.

Мы сидели за столом, когда муж рассказал сотрудникам о завещании Бена, который разделил свои акции пополам между Джоссом и мной, впервые сделав женщину столь важной персоной в своей фирме.

Мэдден повернулся ко мне.

— Вы познакомитесь со всеми делами…если решите заняться ими вплотную. Не нужно принимать решение в спешке, я могу позаботиться обо всем сам.

— Мне хотелось бы участвовать в работе компании, — сказала я.

И тут же раздались аплодисменты.

— В таком случае давайте послушаем, что произошло за время моего отсутствия. Это будет началом вашей карьеры.

Честно признаюсь, что не понимала многого из того, что обсуждалось экспертами. Но очень не хотелось, чтобы Джосс понял это. Я решила заняться делами и доказать мужчинам, что не стушуюсь и смогу вникнуть в суть проблем, стоящих перед компанией по добыче опалов.

Они проговорили около часа. Все было поучительным. Джосс спросил, хочу ли я остаться в городе или вернуться в имение, тогда он пошлет человека проводить меня.

Я решила остаться, и Джереми Диксон повел меня по кабинетам, чтобы потом отвезти в Павлинье, так как муж намеревался пробыть в Фэнси Тауне весь день.

Так я увидела, как сортируют и обрабатывают опалы, наблюдала за работой и оценкой их качества. Я научилась определять породу, в которой могут быть первоклассные опалы, и находить пустую. Джереми оказался мастером по этой части.

Меня поразило, как при тщательной обработке появляются камни невероятных цветов, ибо при малейшей неосторожности драгоценные опалы могут быть испорчены навсегда.

Позднее я увидела уже готовую продукцию. Некоторые рабочие чуть не плакали, когда камень, в который было вложено столько пота и крови, оказывался не стоящим ни гроша.

День прошел очень интересно, но Джосс оказался прав: все за один раз не усвоишь. Стояла страшная жара, и я решила вернуться в имение.

Уэттл и ухом не шевельнул, когда я оседлала его. Мы двинулись в путь с Джереми Диксоном, всю дорогу рассказывавшем мне о своем доме в Нортхэмптоншире. Он был сыном священника и напомнил мне о Мириам с Эрнстом.

Джереми приехал в Австралию восемь лет назад с надеждой преуспеть в добыче золота. Но, к сожалению, ему не повезло. Постепенно опалы завладели воображением Диксона, а потом он познакомился в Сиднее с Беном Хенникером, понравился моему другу, и тот предложил молодому человеку место в компании. Джереми старался изо всех сил и произвел на Бена отличное впечатление. Три года назад он возглавил отдел.

— Вам нравится здешняя жизнь? — спросила я.

— Я люблю опалы. Эти камни меня завораживают. Ничто не может принести такое удовольствие.

— А вы не скучаете по Англии?

— Все в Австралии испытывают ностальгию. После работы тут скучно. Бен это понимал и всегда старался, чтобы служащие были счастливы. Нас часто приглашали в имение на ужин обсудить дела, и кроме того, там часто устраивали приемы. Когда Хенникер уехал в Англию, мы все скучали по нему. Но ваш муж следовал традициям отца, а когда уехал и он, Лоды часто звали меня в Павлинье.

— Зайдете в дом? — пригласила я, когда мы добрались до места.

— Только на полчасика. Мне нужно возвращаться на работу. Следует поздороваться с миссис и мисс Лод.

Я отвела его в гостиную и послала слугу предупредить Лилию и ее мать, что у нас гость.

Девушка появилась первой, и меня тут же удивила перемена в ней. Она улыбалась, протягивая обе руки Джереми Диксону.

— Я привез миссис Мэдден, — объяснил он.

— Вы, должно быть, устали, — сказала Лилия. — Принести что-нибудь выпить?

— Пожалуйста.

Она позвонила и приказала слуге подать лимонад, который сделала утром сама, предупредив, что напиток стоял на льду и освежит нас.

Мы приятно беседовали. Джереми Диксон оказался англичанином до мозга костей, и мне с ним было легко. Кроме того, в его присутствии Лилия оживилась, и это навело меня на мысль, что молодой человек ей небезразличен.

Я рассказывала о том, что успела увидеть в городе, когда вошла миссис Лод.

Она стояла у двери, устремив взгляд на Лилию.

— Значит, приехал мистер Диксон, — чуть погодя заговорила экономка.

— Да, мама. Он провожал миссис Мэдден. Лимонад пригодился.