Самый новогодний детектив

Анастасия хотела что-то возразить, но замолчала. И лишь изумленно посмотрела на Сергея.

— Внук. Мальчик, — прошептала она. — Так вот в чем дело! Господи! А я-то думала…

— Что-то не в порядке, дорогая?

— Нет-нет! Поздравляю вас! Просто я почему-то думала…

— Что ты думала?

— Нет, это неважно! — словно отряхнулась от своих сомнений Анастасия и уже совсем другим, бодрым голосом закончила: — Поздравляю вас!

После прихода Анастасии гости недолго просидели за столом. Появились артисты, которых пригласил Виктор Семенович. Одни спели, другие исполнили несколько комедийных сценок, потом заиграла танцевальная музыка, и гости пустились в пляс. О пропавшей Ане никто и не вспоминал.

— Вот и славно, — кивал головой очень довольный Виктор Семенович. — Вот и славно! Ты не находишь?

Но жена, к которой он обращался, выглядела необычайно мрачной и задумчивой.

— Что с тобой?

— Все в порядке.

— Я же вижу, что ты недовольна.

— Просто меня тревожит, куда могла деться Анна.

Виктор Семенович хлопнул себя по лбу:

— Верно! Анька! А я совсем про нее забыл! Надо ее найти!

— Заявим в милицию?

— И испортим себе весь праздник? Ты хотя бы представляешь, что тут начнется? Допустим, у меня достаточно влияния и связей, чтобы они прислали к нам хоть генерала. Но что здесь начнется? Допросы. Выяснения. Праздник будет испорчен.

— Но, возможно, девочка сейчас в руках у бандитов.

— Если бы они хотели за нее выкуп, они бы нам уже давно позвонили. Звонка ведь не было?

— Нет.

— Тогда продолжаем веселиться.

Но на этот раз Виктору Семеновичу не удалось добиться от жены послушания.

— Пойду я, — сердито произнесла она, — прилягу. Что-то у меня голова разболелась.

— Приляг-приляг. А я пока тут с молодежью погутарю.

— Пусть меня Сережа проводит.

Но, оглядев комнату в поисках сына, Татьяна Владленовна убедилась, что того и след простыл. Не было также и Анастасии. Но этот факт Татьяну Владленовну ничуть не взволновал. Девушка ей была не нужна. Ей был нужен только ее сын. У нее был к нему серьезный разговор, который она хотела бы провести без свидетелей.

— Ты не видел Сережу? — обратилась она к своей старшей дочери.

— Только что был тут.

— Если увидишь, скажи, чтобы зашел ко мне.

И Татьяна Владленовна медленно покинула празднично украшенную комнату. Но теперь ее ничто не радовало. За грудиной кололо. В голове словно гудели церковные колокола.

— Господи, хоть бы не сердечный приступ! — простонала женщина, медленно бредя по коридору в направлении своей спальни. — И за что мне посылаешь такие испытания?

Проходя мимо одной из комнат, она услышала голос сына. И замерла на месте. Первым ее побуждением было войти и заговорить с ним. Но уже следующая произнесенная им фраза заставила ее передумать. Татьяна Владленовна стала чутко прислушиваться к доносящимся до нее словам.

— Настя, пойми, у меня не было другого выхода!

— Нет, я этого не понимаю. Просто не могу понять. Как ты мог так поступить?

— Да я же тебе говорю! Это у нас… У нас всех не было другого выхода. Ни у меня, ни у тебя, ни у Анны!

— Родной ребенок! — Анастасия заплакала. — Родной ребенок! Как ты мог? Изверг!

— Прекрати истерику!

— Я согласилась на это только при одном условии, что я буду видеть, как растет и развивается ребенок. Чтобы быть с ним! А ты что устроил?

— Я все прекрасно устроил. Кто же знал, что родится девчонка? Родителям позарез понадобился пацан. Ты же знаешь, у бати на этом деле пунктик. Девчонка ему не нужна ни под каким видом!

— Какая разница?! — горячо воскликнула Анастасия. — Мальчик! Девочка! Ребенок есть ребенок!

— Разница огромная. И знаешь… Пожалуй, ты сама во всем виновата!

— Я?! — задохнулась Анастасия. — Я — виновата?

— Конечно. Если бы родился парень, то все прошло бы как по маслу. А ты родила девку!

Услышав это, Татьяна Владленовна сдавленно ахнула. И почувствовала, как ледяная рука, которая уже почти целый час сжимала ее сердце, сдавила его еще сильней. Но двое за дверью не услышали ее тихого стона и продолжали увлеченно спорить:

— Я ни в чем не виновата! УЗИ показывало мальчика. Я была уверена, что родится мальчик!

— Мы с Анной тоже были в этом уверены! Но у тебя родилась девчонка! Вот мне и пришлось спешно искать бабу, которая согласилась бы на обмен.

— Как ты мог?!

— Лучше спроси, сколько мне это стоило!

— Мерзавец!

— Больше пяти тысяч баксов ей отдал. Да еще Аньке пришлось медальон с шеи снять. Та баба и его захотела. Цепочка, видишь ли, там толстая. Хапуга!

— Господи! Ты продал родную дочку за пять тысяч долларов!

— Не продал, а обменял. Между прочим, на отличного пацана.

— Ты просто урод!

— Эй! Выбирай слова! Когда-то ты была совсем другого мнения о моих данных. Или ты уже забыла, как стонала в моих объятиях? Тогда ты говорила совсем другое. Тогда я был и хорош, и могуч.

— При чем тут твои физические качества? Ты моральный урод!

— Ну, дорогуша, мораль нынче дешево стоит. А если бы я бате продемонстрировал вместо здорового пацана хилую девку, то никаких денег он бы мне не дал. Чуешь?

— Так ты все это затеял из-за денег? — презрительно произнесла Анастасия.

— Конечно! А из-за чего же еще?

— Я думала….

— Что?

— Я думала, что ты меня любишь! Поэтому и разрешил оставить ребенка, когда я забеременела от тебя.

— Я тебя люблю. И поверь, мне было нелегко решиться на эту подмену. Но у нас с тобой будут и другие дети. А денег батя обещал мне только за первенца и чтобы обязательно сын!

— Твой отец — самодур! А ты… Ты просто ничтожество! Где моя девочка? Где моя дочка?

— Тише ты! Не ори! Тут твоя девчонка. В доме.

— В доме? Но как…

— Очень просто. Ее мамаша притащила.

— Ее мать — я!

— Ну, оговорился. Прости. Не настоящая мать, а та баба, с которой мы обменялись.

— О! И ты ее спрятал?

— Как бы я ее спрятал?! Та чокнутая прямо при всех приперлась! Устроила тут разбор полетов. Чувствую, у меня с родителями еще будет серьезный разговор. Вроде бы они поверили, что та баба чокнутая. Но как знать, как знать… Да, ты еще всего не знаешь!

— И что еще?

— Анька пропала!

— Как — пропала?

— А я знаю? Пропала, и все. Вроде бы видели, как ее увозили на роскошной красной «аудюхе». Ты не знаешь, кто бы это мог быть?

— Твоя жена, тебе лучше знать.

— Прямо! Жена! Она мне давно не жена. А вы с ней такие подруги! Прямо неразлейвода! Признавайся, у моей жены кто-то есть?

Анастасия презрительно фыркнула.

— А ты как думал? Конечно, есть! Или ты хотел со мной роман крутить, ребенка завести, а чтобы твоя жена сидела дома и локти бы себе кусала?

— Могла бы и посидеть. Речь о миллионах идет! Да не паршивых рублей, а долларов!

— А Аньке столько и не надо! Она мне много раз говорила, что ее вполне бы устроил маленький домик где-нибудь у моря. Счет в банке, чтобы вести безбедный образ жизни. А миллионы или даже миллиарды твоего отца ей на фиг не нужны. Не создана она для такой жизни. Тяжко ей с вами.

— Скажите, тяжко! — хмыкнул Сергей. — Дура она, вот что! Но если она все это затеяла, чтобы меня подставить, то я…

Татьяна Владленовна решила дальше не слушать. Она и так наслушалась достаточно. Ее сын затеял скверную историю. И она считала своим долгом вмешаться в нее. Толкнув дверь, она вошла в комнату. Но ни Сергей, ни Анастасия ее даже не заметили. Сергей как раз в этот момент вцепился в свою любовницу и тряс ее за плечи.

— Говори! Говори, с кем Анька удрала?

— Не скажу! Не знаю! Не было у нее никого на «Ауди». Не ее это формат!

Сергей любовнице явно не верил. И тряс ее теперь уже с такой силой, что у бедной Анастасии голова моталась.

— Говори! Все говори, что знаешь!

— Сергей!!

Голос матери заставил Сергея встрепенуться и отпустить девушку.

— Мама? Что ты тут делаешь?

Сергея явно интересовал другой вопрос. Долго ли находится в комнате его мать. И много ли ей удалось услышать. А Татьяна Владленовна гневно воскликнула:

— Нет, это ты мне скажи, что ты делаешь? Ты что натворил? Если отец узнает правду, он тебя просто убьет! Уничтожит финансово! Выкинет на улицу без всякого содержания и довольствия. Не посмотрит, что ты его единственный сын.

Сергей побледнел.

— Мама! Умоляю! Не говори отцу ничего!

— Как это — не говори? В нашем доме подкидыш! Ты пытался выдать его за своего сына. И кого?! Мальчишку с непонятной генетикой! Про его отца мы вообще ничего не знаем. А мать явно неуравновешенная особа! Сумасшедшая!

— Ты веришь, что она сумасшедшая? — обрадовался Сергей.

— Конечно! Только сумасшедшая особа может торговать своим новорожденным дитем.

— Мама! Я тебе все объясню!

— Достаточно! Теперь вопросы буду задавать я. Говори, Павлушка не твой сын?

— Нет.

— А новорожденная девочка, которая сейчас находится у нас в доме?