Детектив на море

Следовательно, на шоссе выезжать нельзя: там меня перехватят.

План сложился, а тут и проселок закончился, влившись в асфальтированную дорогу. Я пересекла ее, предварительно развернувшись – по проселку-то ехала задом! – и, сбавив скорость до минимума, осторожно скатилась на морской берег. Лавируя между дюнами, я впотьмах поехала к призрачно светлеющему впереди морю.

Песок под колесами вкрадчиво шуршал, редкие коряги потрескивали, жесткий осот хрустел. Машинку на дюнах потряхивало.

Йо-хо-хо, вот это практика! Я тут заодно и к ралли «Париж – Даккар» подготовлюсь!

У самой полосы прибоя я остановилась и вышла из машины. Глубоко вдохнула свежий морской воздух, потянулась, почесала в затылке под жарким париком.

В машинке, надо полагать, осталось немало моих отпечатков, стирать их некогда, да я и не помню толком, за что хваталась. Значит…

Я приняла решение и стукнула по бамперу, как судья, который подкрепляет свой вердикт ударом молотка.

О! А багажник-то не заперт!

Я, конечно, открыла его.

О! А он и не пуст!

– Здрасте, приехали, – сказала я, глядя на необычное содержимое.

Оно ответило мне недовольным мычанием.

Мычало оно басовито, низким голосом. Значит, не оно, а он – мужчина.

Я присмотрелась. Неверный лунный свет позволил разглядеть синие кроссовки, голубые джинсы, белую футболку и черный мешок. Последний помещался на голове, но не был завязан под подбородком – просто надет, как слишком большой колпак, потому не мешал мужчине дышать и мычать.

Так вот ты какой – кот в мешке…

Даже не в одном, а сразу в трех: еще парой таких же пластиковых мешков, использованных вместо веревок, были стянуты запястья и щиколотки узника багажника.

М-да, похоже, он должен мне спасибо сказать за то, что я умчала его прочь, в ночь от здорового Слона и психованного Носка с пистолетом! Вряд ли они планировали в укромном месте по-дружески сообразить на троих.

Лица кота в мешках я не видела, но оценила стиль и качество его прикида и решила, что он молод. Об этом говорила и художественная татушка, широкой цветной полосой стекающая из-под вздыбленного крутым бицепсом рукава обтягивающей футболки.

Красно-синий чешуйчатый хвост спускался по руке до самых пальцев, игриво обвивая один из них – безымянный – на манер колечка.

Ужасно захотелось рассмотреть интересную татушку полностью, но я сдержалась. Не время раздевать незнакомого мужика.

Вместо этого я разделась и разулась сама. Отставила подальше от линии прибоя свои кроссы, аккуратной стопочкой положила сверху одежду и в чем мама меня, такую умную и красивую, родила вернулась к машине.

Попыхтев, я вытянула из багажника ноги кота в мешках и свесила их над сырым песком, как русалочий хвост. Потом с кряхтеньем перевалила мужика целиком из багажника на берег. Немного оттащила от воды: сейчас волны пойдут, еще смоют его – утонет же, как та персидская княжна, а я ж не разбойник…

Потом я закрыла багажник, уперлась в него, поднажала – и бампер послушно превратился в корму, а машинка – я ее на ручник не поставила! – в плавсредство. Закатившись в воду, она клюнула носом, но потом выровнялась и закачалась на волнах.

– Большому кораблю – большое плавание! – сказала я и подтолкнула кораблик типа «Хюндай» к невидимому в ночи горизонту.

Неважно, доплывет ли он до другого края моря или пойдет на дно: в любом случае от моих отпечатков ничего не останется, вода их смоет.

Спустив на воду угнанный (будем смотреть правде в глаза) у бандитов «Хюндай», я вернулась на берег, попрыгала там, спеша согреться и обсохнуть, и снова оделась, с интересом поглядывая на кота в мешках, который ворочался на песке, как медведь в берлоге, явно желая избавиться от своих пут.

Я не стала ему помогать: не хотела, чтобы он меня увидел, да и в подозрительной компании не нуждалась. Но полиэтиленовые мешки для мусора – не стальные тросы, и у меня не было сомнений, что крепкий молодой человек с развитой мускулатурой достаточно быстро освободится.

Дожидаться этого момента я не собиралась.

Одевшись, я пошла по берегу в сторону городка, из которого приехала. По пути стянула с себя и прикопала в дюнах парик и бюстик пуш-ап, вернув себе свой скромный первый размер груди и коротко подстриженные темные волосы.

Парик и бюстик было жалко, но я понимала, что Слон и Носок наверняка успели разглядеть за рулем девицу с копной ярко-рыжих кудрей и выдающимися «буферами». Так вот я теперь – ни разу не она, какие ко мне претензии?

Шагая вдоль моря, я думала о том, что мне срочно нужно связаться с Алкой. Не знаю, как скоро Носок и Слон определят, что сгоревшая машинка – прокатная, но едва они это выяснят, как моя сестрица окажется под ударом. Аренда-то чин-чином оформлена по ее документам!

Мобильника у меня не было. Но прибрежная зона в курортный сезон – это вам не необитаемый остров, и я обоснованно надеялась на счастливую встречу с каким-нибудь добрым абонентом сотовой связи.

Красно-желтый цветок расцвел по курсу, когда я обошла очередную дюну. Я направилась к нему и вскоре оказалась вблизи уютно потрескивающего костерка.

Рядом с ним прямо на песке сидел загорелый дочерна парень с каким-то струнным инструментом вроде маленькой округлой балалайки. Из одежды на нем – на парне, не на инструменте! – были только шорты и ситцевый платочек, из-под которого на плечи и спину вывалилась целая копна дредов.

Упорно глядя сквозь меня (хотя я и ручкой помахала, и даже книксен сделала), клон Боба Марли пощипывал струны и мелодично гудел. Неподалеку от него девица в цветастом платье сосредоточенно играла в Золушку, при свете костра отделяя белую фасоль от красной. Смесь зерен помещалась в большой кастрюле, а после сортировки фасолины попадали в две стеклянные банки. Девица работала очень ловко, я даже засмотрелась и предположила, что это какой-то медитативный практикум.

– Всем пис и лав! – сказала я и потрясла над головой руками, сложенными в замок. – У меня мобильник разрядился, а мне бы позвонить, не угостите телефончиком?

Парень с мини-балалайкой даже глазом не моргнул и с ритма не сбился, а девушка с фасолью молча встала, сходила в палатку, вернулась с мобильником, дала мне его и снова склонилась над своей фасольной кастрюлей.

Я приблизилась к костру с другой стороны и, с удовольствием греясь у огня, позвонила Алке.

Сестра не сразу мне ответила. Это могло означать, что она все еще в ночном клубе, поэтому первым делом я спросила:

– Ты где?

– В отеле, – сердито ответила Алка.

«Очевидно, не в нашем», – поняла я.

Если бы сестрица уже вернулась в наш номер, это она спешила бы задать мне тот же самый вопрос: «Где ты?!»

– Уже ушла из клуба, причем не одна? – догадалась я.

– Не вздумай меня осуждать, я абсолютно взрослая, – предупредила сестрица.

– Взрослая, – согласилась я. – И, судя по тону, неудовлетворенная. Как так, ты же с кем-то в нумерах?

– Не с кем-то, а совсем одна, – вздохнула Алка. – Прикинь, какая глупость получилась: мы только в номер зашли, как ему позвонили, он убежал «на минуточку» и до сих пор не вернулся! Я уже час дожидаюсь и чувствую себя полной идиоткой! Не знаю, что мне делать…

– А я тебе скажу. Иди в полицию…

– Юля! Я не настолько близко знакома с этим парнем, чтобы искать его с полицией! – возмутилась Алка.

– Не перебивай меня! – Я тоже повысила голос. – Забудь про парня, Алекс! Живо в полицию и скажи там, что у тебя в ночном клубе украли паспорт и водительские права!

– Но я их не брала в ночной клуб!

– А скажешь, что брала! И их там свистнули! Ну же, Алекс, не тупи!

– Алекс? – повторила сестрица и сменила тон. – Так, Юстас, что случилось?

Алексом и Юстасом мы с ней называем друг друга в чрезвычайных ситуациях, когда находимся в опасности, в недружественном окружении и т. д. и т. п.

– Потом все расскажу, а сейчас дуй в полицию, не мешкай.

Я закончила разговор с Алкой-Алексом, вернула телефон девице с фасолью, поблагодарила ее (она и ухом не повела) и пошла к шоссе, ориентируясь на редкую цепь огней дорожных фонарей, высмотренную с вершины дюны.

Фырча, подъехал местный автобус и, шипя, открыл мне дверь. Я села у окна и, с подозрением поглядывая на редкие встречные автомобили, благополучно – без всяких приключений – доехала до городка.

В нашем с сестрицей номере я оказалась даже раньше, чем она. Но утаивать от Алки события своего бурного вечера все-таки не стала: это было бы не по-товарищески.

Когда мы Юстас и Алекс, залог победы – в единстве!

С заявлением о краже документов в полицию я погнала сестру не напрасно. Когда в каршеринге не получили обратно свою машинку и подняли шум, Алке удалось доказать, что она тут ни при чем.

Камеры наблюдения в клубе подтвердили, что пришла она раньше, а ушла позже, чем рыжая бестия по ее документам взяла машину в прокате.

К тому же парень из каршеринга Алку не признал – сказал, что та девица была совсем другая. На лицо похожа вроде, но рыжая, наглая и вообще гораздо старше, чем эта милая красавица-блондинка.

Алка по этому поводу прочитала мне нотацию о том, что нельзя брать чужое, это уголовно наказуемо («Если доказуемо», – тихо добавила я). Но в итоге все свелось к обиженному «Не умеешь краситься – не берись, тем более чужой дорогой косметикой» и закончилось обещанием научить меня делать такой макияж, который украшает девушку, а не уродует.

Слон и Моська, то есть Носок на нашем горизонте не появлялись.

Но мы все равно на второй день съехали из той гостиницы в другую, чтобы Алку не нервировало близкое соседство ночного клуба, где она познакомилась с бесследно пропавшим коварным красавцем. Эта несложившаяся «лав стори» больно ударила по самолюбию сестрицы.

«Хюндай», который я утопила, сам торжественно приплыл на ближайший пляж. Благодаря этому история просочилась в Интернет, и в местном паблике мы с Алкой с интересом прочитали журналистский материал, объясняющий случившееся.

По версии автора, подтверждаемой представителями правоохранительных органов, в мирном курортном городке покуролесили какие-то безответственные приезжие граждане.

В одну ночь они угнали «Хюндай» и мошеннически взяли в прокате «Ладу Гранту», после чего, по всей видимости, устроили экстремальные гонки на пустом шоссе и проселочной дороге. И после опасных игрищ одну машину сожгли, а другую утопили, желая как можно основательнее замести следы. Это у них получилось: затейников так и не нашли.

К счастью, пострадал только неодушевленный автотранспорт: и «Хюндай», и «Гранта» были предусмотрительно застрахованы владельцами от всего, и эти мудрые люди получили причитающиеся им выплаты.

– Хеппи-энд! – сказала я по этому поводу.

– Хеппи-энд будет, когда я документы выправлю, – возразила мне сестра, но беззлобно: ее на самом деле даже обрадовала необходимость заново получать паспорт и права, потому что на прежних ей собственное фото не нравились.

Оформлять новые документы вместо якобы похищенных Алке предстояло уже дома – мы не могли слишком долго задерживаться на курорте. Вместо паспорта и водительских прав сестре выдали временное удостоверение личности и такое же разрешение для езды на автомобиле. С этими бумажками мы и тронулись в обратный путь, когда наш короткий отпуск у моря завершился.

Перед отъездом мы заехали на заправку. Залили «ладушке» бензина, заглянули в магазинчик, чтобы купить водички и снеков в дорогу, и уже на выходе столкнулись с торопыгой, спешащим войти.

Вернее, это Алка, шедшая первой, с ним столкнулась, а я попросту застряла в дверях, но состоявшийся короткий разговор все же услышала.

– О! Аллочка! – обрадовался торопыга.

Стало понятно, что он не первый встречный.

– Привет, – уныло буркнула сестра.

– А я искал тебя, искал… Куда ты пропала?

– Я? – искренне удивилась Алка. – По-моему, это ты пропал!

– Ну, сорян, малыш, так вышло, непреодолимые обстоятельства помешали. – Крепкая мужская рука нахально обвила тонкую талию сестрицы.

Посмотрев на это, я сочла необходимым вмешаться и решительно протиснулась между сестрой и парнем, непринужденно растолкав их локтями по разные стороны крыльца:

– Извините, нам пора!

– Секундочку, – промямлила Алка и заправила за порозовевшее ушко волнистый локон.

Тогда я прошагала к нашей машине и решительно села на место водителя. Сестрица мигом очнулась, рявкнула мне с крылечка:

– Куда за руль?! Пересядь! – И, видя, что я не реагирую, примчалась к «ладушке» как фурия – глаза сверкают, щеки пламенеют, волосы развеваются.

Я дождалась, пока она с разбегу влипнет в дверь, и тихо – чтобы сестра услышала, а писаный красавец на ступеньках – нет, сказала:

– Живо садись в машину, мы сейчас же уезжаем.

– Дай мне поговорить с человеком, это же он, тот самый, – зашептала Алка.

– От него и уезжаем.

– Да посмотри, какой пупсик!

– Я посмотрела. Мне татушка его не нравится.

– А что не так с его татушкой? – Алка не удержалась и оглянулась на дожидающегося ее парня. – Не купола набиты, что-то красивое, модное, я не разглядела…

– Красно-синий дракон, – любезно подсказала я. – С длинным чешуйчатым хвостом, кончик которого обвивает безымянный палец как колечко.

– О! – Сестрица вспомнила, что уже слышала от меня о такой эффектной татушке. – Думаешь, это он? Тот самый кот в мешках?!

– Да, Алекс! Это он. Садись. – Я открыла дверцу и пересела на место пассажира, уступая сестрице кресло водителя. – Не знаю, кто таков этот пупсик, но нам с тобой такие подозрительные знакомства не нужны.

– Да. Мы же благонравные девушки, – садясь за руль, согласилась Алка и сначала вздохнула, а потом почему-то захихикала.

Я помахала ручкой озадаченному парню на крыльце, сестрица тронула с места «ладушку», и Юстас с Алексом покинули тихий скучный городок.

До новых встреч!

До новых планов…