Змеиная тайна

И всё. Родители всегда были странные, но теперь они, кажется, рехнулись окончательно. Я позвонила каждому на мобильный, потом на телефон в магазине, но везде включался автоответчик. Мне стало страшно. Если это была хеллоуинская шутка, она получилась совсем не смешной. И вся эта чушь про принцев и раккошей… Они что, с луны свалились?

Я почувствовала, как глаза наливаются слезами, и поспешно прикусила щёку с внутренней стороны, чтобы остановить этот фонтан. Помимо привычки неброско одеваться и незаметно себя вести у меня было ещё одно собственное правило, которое позволяло продержаться в средней школе. Не плакать. Никогда. Порой мне казалось, что мои слёзы заперты в очень страшной комнате где-то внутри меня и эту комнату лучше не открывать.

Я глубоко вдохнула и попыталась успокоиться. Соберись! Ты не слабачка!

Только я решила звякнуть Зузу в ресторан её родителей, как кто-то начал трезвонить в дверь. Это оказались малыши, наряженные феями, зверюшками и супергероями. Они вместе с мамами и папами обходили соседей, пока не стемнело. У меня голова шла кругом, но я протянула детишкам поднос со сладостями.

– Ух ты, спасибо! – сказал мальчуган, одетый Робин Гудом. – Это гораздо лучше, чем подарок зубной докторши из соседнего дома. Она раздаёт зубные щётки!

Я трясущимися руками закрыла за ними дверь, моё сердце сжалось в комок. Близились сумерки. Где мои родители? Что с ними случилось? Почему они запретили мне искать их?

В дверь снова позвонили.

На пороге стояли два самых странных охотника за сладостями из всех, что я видела в жизни. Парни примерно моего возраста, может, чуть старше. Похожи друг на друга, словно братья. Тот, который улыбался, был такой красавчик, что я чуть не ослепла от восторга. Второй – повыше и пошире в плечах – стоял со скучающим видом. Удивительно выглядела их одежда – длинные свободные рубашки навыпуск и штаны, сшитые из той же блестящей материи, что и мамины сари. У каждого на голове была шёлковая чалма, на ногах – туфли с загнутыми кверху носами, за широким поясом – меч в ножнах, украшенных драгоценными камнями. У красавчика пояс и чалма были красные, у высокого – синие.

– Чтоб ты лопнул, братишка! Её наверняка уже съели, – говорил парень в синем в тот момент, когда я открыла дверь. – Тебе обязательно было пить из этой «Гигантской глотки»?

– Если бы не фонтан, мы сюда вообще не добрались бы, – ответил красный. – Ты никогда не спрашиваешь дорогу, упрямый ты верблюд.

Но я не успела сообразить, что к чему, потому что красавчик в красном уставился на меня глазами кинозвезды.

Поймите меня правильно, я не отношусь к помешанным на парнях дурёхам, у которых вся комната обклеена постерами с поп-музыкантами. Я не разрисовываю школьные тетради инициалами симпатичных мальчиков и не обвожу их слюнявыми сердечками. Не, ну есть пара-тройка знаменитостей, фотки которых мы с Зузу с удовольствием рассматриваем на разных сайтах типа «Красивые парни тоже следят за зубами». (А кому не нравится смотреть, как их любимая телезвезда проводит манипуляции с зубной нитью на камеру?) Но до сегодняшнего момента, когда я открыла дверь, мне не приходилось видеть такого красивого парня живьём.

– Вы готовы, госпожа?

Кажется, он спросил именно об этом, но что-то приключилось с моим слухом, поэтому до меня донеслись какие-то мультяшные звуки – кваа-кваа-кваа. Ну до чего ж он был хорош! У меня аж мурашки по коже побежали. Если бы я писала об этом Зузу, то поставила бы слово в звёздочки, вот так – *мурашки*.

Красный посмотрел на мои тёмные джинсы и чёрную футболку и озадаченно насупился. Но даже с нахмуренными бровями он остался таким же хорошеньким.

– Братец Нил, мне кажется, госпожа не готова.

Высокий – Нил? – потянулся к подносу со сладостями, который я держала в руках, и запихнул в рот сразу две расгуллы, ничуть не заботясь о том, что сироп стекает по подбородку. Фи!

– Сначала надо было спросить: «Сладость или гадость?» – надменно сказала я.

Мне тут же захотелось себя пнуть. Два симпатичных парня возникают у меня на пороге, и первое, что я делаю, это начинаю поучать их: «Сначала надо было спросить: «Сладость или гадость?» Ну не идиотка?

– Это, наверное, маскарадный костюм, Лал, – подмигнул Нил, слизывая с пальцев сироп. – Никто на самом деле не носит такую скучную одежду.

Я покраснела от смущения:

– Вы что, полиция моды?

Я была поражена собственной находчивостью, но замечание высокого меня задело. Ещё один богатенький сынок в шикарных шмотках издевается над одеждой, которую я могу себе позволить. А сами-то – Лал и Нил. Ведь это бенгальские слова, означающие «красный» и «синий». И они одеты в соответствии со своими именами? И это типа модно?

Нил снова потянулся за сладостями, но я треснула его по руке. Сильно.

– Полегче, прин-цес-са, – насмешливо протянул он.

Он смеялся надо мной! Ну понятно: считал, что куда уж мне до принцессы.

У меня снова защипало в глазах, и я заморгала, как бешеная. Словно вторя моему настроению, воздух наполнился зловонием помойки. Это ещё что такое?

Отвернувшись от Нила и его насмешливого взгляда, я положила руку на дверь и обратилась к Лалу:

– Готова? К чему я должна быть готова?

Но красный не ответил. Вместо этого он внезапно выхватил из-за пояса меч, который оказался совсем как настоящий – острый и блестящий. Я не успела глазом моргнуть, как парнишка схватил меня за запястье и попытался выдернуть из дома.

Ха! Если бы я не была такой умудрённой опытом и не знала, что такое улица (а я пять раз посещала Манхэттен и два раза ездила на метро), я, возможно, поверила бы, что сказка стала былью. Но я девчонка из Джерси, а девчонки из Джерси – далеко не дуры. Я отлично знала, что, как бы ни был хорош стоящий перед тобой человек, он не имеет права хватать тебя за руки. Серьёзно, я в своё время пересмотрела кучу телесериалов про маньяков, и они всегда выглядят просто супер.

– Отпусти! – сказала я очень громко.

Все мои нервы, все мускулы напряглись, готовясь к сопротивлению. Я стряхнула с себя красного и отскочила в дом, взвешивая в руках поднос, чтобы в случае необходимости треснуть им парня по его прекрасной голове.

– К этому, госпожа, – проговорил Лал, указывая на что-то у меня за спиной. – Вы готовы к этому?

Тут только я поняла, что бояться надо не Лала.

Сквозь приоткрытую заднюю дверь в кухню вломилось нечто в костюме разъярённого монстра. Это нечто было не меньше трёх метров высотой, с чёрно-зелёной бородавчатой кожей и огромными рогами и клыками. Существо близоруко щурило глазки-бусинки и пускало длинные густые слюни на мамин безупречно чистый пол. Костюм был сшит превосходно до омерзения. Более чем превосходно. Поднос поехал из моих ослабевших рук, и горсть сладостей упала на пол. Нил успел подхватить поднос, прежде чем и тот грохнулся следом.

Стук сердца громом отдавался в ушах, и я словно издалека услышала голос Лала:

– Это раккош, госпожа. Боюсь, от него следует ожидать гадостей, а не сладостей.

Раккош. Раккош? Не человек в костюме, а настоящий демон – прямо из папиных сказок? Здесь, у нас на кухне, в Парсиппани, штат Нью-Джерси?

Я хотела завизжать, но комната плыла и растекалась вокруг меня, как те тающие часы на знаменитой картине. Мои кости превратились в желе.

Чудовище слепо заметалось по кухне, срывая острыми как лезвия когтями дверцу с холодильника, круша ножищами шкафчики. Ему приходилось пригибаться, но всё равно рога оставляли глубокие дыры в потолке, и побелка сыпалась сверху прямо в его прищуренные глазки.

– Родители не велели мне пускать в дом раккоша, – услышала я словно со стороны собственный сдавленный писк.

Демон швырялся тарелками, как попкорном, потом принялся жевать включённый в сеть тостер, и во все стороны посыпались искры.

– Не хочется тебя огорчать, но теперь уже поздно!

Нил тоже выхватил меч, но вид у него был не такой испуганный, как у брата. Он даже улучил минутку, чтобы запихнуть в карманы сладости, которые я уронила.

Я еле успела схватить поздравительную открытку, деньги и карту, прежде чем братья вытолкали меня из дома. Последнее, что я увидела перед тем, как захлопнулась входная дверь, был демон, сыплющий в свою бездонную пасть витамины «Мишки Гамми» с фруктовым вкусом.

И тут я наконец завизжала:

– Ой, блин, меня мама за это убьёт!

Глава 4

Демон на пороге

Дальше всё пошло ещё более странно. Едва успев воткнуть ноги в берцы, даже не зашнуровав их, я выбежала из дома и сразу увидела на другом краю лужайки двух крылатых коней. Они нюхали редкие хилые травинки, которые папе не удалось загубить, ухаживая за газоном. Один конь был среднего роста, белый, с белоснежными крыльями, а второй – покрупнее, опасного вида, чёрный, с крыльями цвета воронова крыла. Крылья были сложены за спиной, широкие и мускулистые. Кони рыли копытом землю около змеиного рва и тревожно ржали. Наверное, они тоже не любили змей.

Проходящие мимо дома маленькие охотники за сладостями в костюмчиках привидений, пожарных и гоблинов глазели на крылатых коней, показывали пальцами и хихикали, но родители, которые вели своих малышей за руку, не обращали на животных ни малейшего внимания, как будто кони были специально заколдованы, чтобы взрослые их не видели. Зато старшеклассники, одетые панк-зомби-рокерами, зависли перед домом, разглядывая крылатых коней, словно не верили собственным глазам.

– Костюм злобной лошади! – заорал парень с накрашенными глазами и кольцом в носу. – Эй, кто там внутри? – гаркнул он прямо в нос белому коню.

– Руки прочь от наших животных, господин! – закричал Лал, увидев, как Кольцо-в-Носу пытается выдернуть из крыла второго коня чёрное как ночь перо.

Подростки разразились хохотом:

– Гляньте на этого лоха! А на его наряд! Только вчера переехал в Америку, забыл переодеться?

Лал стал красным, как его чалма:

– Вы – неотёсанные чурбаны!

– Ну хватит уже выпендриваться, – пробормотал себе под нос Нил, потом громко сказал: – Уходим, Лал!

Мы с Нилом, не останавливаясь, пробежали через лужайку, и он закинул меня на спину чёрному коню, который фыркнул и переступил с ноги на ногу.

– Уходим! У нас есть дела поважнее! – снова крикнул Нил брату.

Грохот в доме становился всё громче. Я подумала, что мама ужасно расстроится, когда придёт домой, но тут же вспомнила, что они с папой исчезли в неизвестном направлении. Неужели раккош схватил их до моего прихода? Что там мама писала? Что-то про защитное заклинание, которое было разрушено в день моего рождения? Не может быть, что всё это происходит на самом деле! Внутри у меня всё сжалось, слёзные железы опять активно заработали, и я торопливо приказала себе: «Соберись, тряпка!»

Но Лал уже сунул меч за пояс, закатал рукава и принялся скакать вокруг Кольца-в-Носу, вскинув кулаки к подбородку, как делали когда-то заправские боксёры.

– Мы – принцы Лалкамал и Нилкамал. Мы прибыли в ваши края из Запредельного царства, что лежит за семью морями, за тринадцатью реками. Ты оскорбил нас, гостей своей страны, и я требую сатисфакции!

Принцы? Мама что-то писала про принцев, которым надо доверять. Собственно говоря, я им уже доверилась, как только поняла, что они не серийные убийцы. А как иначе получилось бы, что я сижу верхом на крылатом коне и жду, когда Лал закончит дуэль с юным зомби?

Конь подо мной заржал и забил копытами, и я обрадовалась, что Нил крепко держит поводья. Но Лал не обращал на нас никакого внимания.

– Ты безоружен, поэтому я вызываю тебя на кулачный бой!

Лал сверкнул глазами на противника, как будто ему делать было больше нечего, кроме как драться с размалёванным старшеклассником. Несмотря на красоту, Лал явно не отличался здравомыслием. И почему он разговаривал, как герой старинного романа, если его брат говорил совершенно нормально? А Лал словно играл роль принца в старом фильме. И я бы уже не удивилась, если бы его зубы сверкнули на солнце и послышалось такое тоненькое *дзын-нь*, как в рекламе зубной пасты.

– Эй, если за нами гонится демон, может, уже поедем? – тихонько спросила я.

Нил искоса глянул на меня.

– Хауу, мауу, кхауу!

Грохот приближался, вопли демона доносились прямо из-за входной двери. Кони рвались вперёд и ржали, и я цеплялась изо всех сил, но не сводила глаз с Лала и его врагов.

– Ого! Вопли привидений! Наверное, записаны на плёнку?

Старшеклассники, испуганно переглянувшись, попятились, а потом быстренько смылись. Остался только Кольцо-в-Носу. Он плюнул Лалу под ноги, и слюна повисла на высоком стебле травы, сверкая, как мерзкий бриллиант.

– Я требую сатисфакции! – снова заорал Лал.

Он принялся обходить подростка полукругом, не опуская кулаков. Это было смешно и нелепо, но от злости Лал стал ещё красивее. Пока он радовал мой взор, Нил вскочил на чёрного коня, оказавшись прямо передо мной. Конь совсем разволновался.

– Держись крепче! – кинул мне Нил через плечо. – Готов поспорить, что ты не умеешь ездить верхом, а я не хочу, чтобы ты свалилась и разбилась в лепёшку.

Меня пробила дрожь от того, что принц Нил так близко от меня. Не потому, что он – парень, а я ещё никогда не сидела вплотную к парню, но потому, что он был такой самодовольный и считал себя крутым, как варёные яйца.

– А я могу поехать с Лалом? Он как-то повежливее.

– Ну да, он же настоящий джентльмен и принц, – Нил повел чёрной бровью. – Но поверь мне: как наездник я гораздо надёжнее.

Ого! Самодовольный нарцисс. Я уже хотела надерзить ему в ответ, но тут раздался оглушительный треск – как будто глыба льда откололась от ледника.

Вскинув голову, я увидела, как рушится стена дома со стороны входной двери. Конь забил крыльями и попятился в страхе. Я еле успела обхватить Нила за пояс.

– Пора в путь, братишка! – завопил Нил, с трудом сдерживая коня.

Раккош прошёл сквозь стену, как сквозь бумажную салфетку, помахивая деревянной балясиной, ещё недавно поддерживавшей веранду. Кирпичи и куски штукатурки сыпались ему на плечи, но раккош стряхивал их, словно капли дождя.

Он обвёл взглядом лужайку, заметил нас и, вскинув балясину над головой, направился в нашу сторону. От каждого его шага вздрагивала земля под ногами.

– Мама!

Кольцо-в-Носу улепётывал следом за своей компанией, которая давно скрылась из виду.

Тут слева от меня послышался восторженный писк. Только не это!

– Папочка, смотри, какой классный монстр!

Мимо нашего дома шла маленькая русалочка, держа за руку папу в деловом костюме.

– Бегите! – закричала я ему, поскольку догадывалась, что он не видит раккоша.

Папа словно окаменел – ему как будто и хотелось убежать, но он не понимал, почему. Я закричала снова, и тогда он, нутром почуяв опасность, подхватил дочку на руки и опрометью кинулся подальше от нас. Довольное личико девчонки весело покачивалась над его плечом, её корона съехала набок.

– Но я хочу посмотреть, как монстр будет есть принца! – требовала она.

А Лал словно не замечал приближающегося раккоша. Он грозно махал кулаком вслед убегающему врагу:

– Уноси ноги, трусливая бесхребетная минога! Берегись моего гнева!

Ни надвигающийся демон, ни почти съеденная соседская девчонка, ни насмерть перепуганный конь и сидящий передо мной грубиян не помешали мне заметить, как красиво выбиваются чёрные кудри Лала из-под красной чалмы – *вздох*.

Из пасти раккоша лилась обильная слюна, оседая липкой пеной на засохших деревьях и чахлых кустах. Монстр хищно облизывался, мысленно, видимо, уже поедая Лала.

– Не дохлыми воронами, не тухлым ананасом, а пахнет настоящим королевским мясом! – просипел демон.