Дворянство. Том V

Она вела меня к тому, что Жожоба становится «слепым» в своих делах. И нет, не из-за того, что он слишком сильно в себе самоуверен, так как является сильнейшим среди остальных мутантов, нет. Чем сильнее и старше он становится, тем меньшее ему дело до своих «рабов». Это удел каждого императора, как она выразилась, и меня ждёт то же самое.

Стану сильнее, дай бог, убью Жожобу, и всё пойдёт в той же манере. Наплевать, что творится в городе. Наплевать, кто кого убивает, придёт тщетность бытия и медленное развитие куда-то выше. Эксперименты над собой, над силами и над другими одарёнными.

Мелкие политические игры, собственноручное истребление какого-нибудь рода, чтобы потешить своё достоинство и на этом всё.

— Медленное развитие, когда понимаешь, что выше потолка уже не прыгнешь, — закончила она. — Эксперименты, которыми занимается Владимир Петрович, станут твоим всем. Чем больше ты проведёшь опытов, тем выше и быстрее ты сможешь найти ту самую золотую жилку, чтобы стать…

— Кем?

— Богом, — спокойно и одновременно тепло улыбнулась она. — Какой, по-твоему, предел у каждого из нас? Выше своих создателей не прыгнуть, и ты это сам понимаешь, только наши создатели стали такими, не убивая, не играя с другими носителями, не ведя политические интриги. Нет. Они стали такими по воле случая. Всё потому, что их организм смог выжить, когда в нём появился паразит.

— Симбионт, — поправил её я на манер Кактуса. Слишком уж привык, что он меня правил в такой момент.

— Симбионт, — согласилась моя подруга. — То есть, высшая степень развития — не только стать сильным в регионе или стране, но стать богом. А что дальше… ну, наверное, нужно будет творить что-то новое.

— Так и появились девианты или дикие, — кивнул я. — Я прав?

— Не совсем, — Аня уселась напротив меня и, пристально глядя мне в глаза, продолжила: — Дикие, как и девианты — неудавшиеся эксперименты. Когда девианты, по большей части, это попытка усилить свои способности на манер игр в бога, а дикие — неудачная попытка обратить человека в носителя или же неудачная попытка выведения корма.

Про корм я уже слышал и не один раз. Про фермы и прочее… хоть с технологией создания Ихора никогда не был знаком.

— Но боги допустили появление таких существ и не стали карать создателей. Первых создателей. Затем девиантов и вовсе упомянули в кодексе, если я не ошибаюсь.

— Да, верно, — согласился я. — Судья говорила об этом.

— То есть, они приняли их как за отдельный вид. Но вот потолка «бога» девианта попросту нет. Так как среди богов нет третьего номера носителя. Как и нет дикого.

— К чему ты это⁈

— К тому, что у тебя есть потенциал развития, как и у меня. К этому же стремится Владимир Петрович. Получить идеальный концентрат, который поднимет уровень и способности выше его максимума. Я не сомневаюсь, что на данный момент он сильнейший во всех смыслах. Но не сильнее бога.

— То есть, — я почесал затылок соображая. — Его цель — убить бога мутанта?

— Убить, поглотить… да, — кивнула Аня. — Это его единственная и жизненно важная цель. Дальше только вечность.

— Тогда не понимаю, почему боги не уничтожат его, понимая, что рано или поздно он придёт к ним?

— Всё просто, — Аня, кажется, начала злиться от моего непонимания. — Он либо сможет прыгнуть выше головы или всё оставшееся время будет искать метод. Боги, я так понимаю, тоже развиваются, но вот как — никто не знает.

* * *

Когда Аня начала задушевные разговоры насчёт нас, я попытался отнекиваться от темы. Но, увы, получилось не сразу. Чередуя разговоры про нас, про будущее и что ждёт нас дальше, мы целовались. Долго и упорно.

Но, как всегда, один из ключевых моментов, когда все должно было перейти на новый уровень, что-то портило. И этим что-то был Лаане, который своим звонком сбил всё на свете. Ибо просто так он не мог звонить.

В телефонном разговоре он сказал всё коротко и ясно. Нужно ехать. И чем быстрее, тем лучше. Также он посоветовал забрать с собой мою подругу, так как выезд неофициальный и место, куда мы выдвигаемся, строго засекречено.

Никто не знает, и не будет знать, что мы здесь были. Ну как здесь? Там.

Я быстро накинул на себя куртку и кроссовки, когда Ане пришлось одеваться больше. Не считая штанов, футболки и бюстгальтера. Далее за нами приехали Виктория, которая не смогла не отпустить комментарий насчёт красных губ Ани. А затем насчёт моих взъерошенных волос. И после этого вдавила ногу в газ.

Мы ехали чуть больше часа, выезжая за территорию города. После того как свернули на обочину, а затем на еле расчищенную дорогу, мы начали засыпать ее вопросами. Но на все она отнекивалась. Ничего не хотела говорить, да и не планировала делиться информацией.

Отвечала однообразно:

— Всё увидите сами. Всему своё время.

Спорить с ней бесполезно, да и в целом бессмысленно. Чтобы хоть как-то занять себя, я погрузился в свои мысли, не сразу отметив, что Аня положила руку туда, куда не нужно. И лишь когда сообразил и уловил ее игривую улыбку, немного грубо убрал руки, чмокнул в нос и попросил не заниматься ерундой. Особенно сейчас.

Остановились мы через минут двадцать, как съехали с нормальной дороги, и оказались у незнакомого места. Большого, сетчатого забора, выполненного из проволоки. Где сверху была натянута и колючая тоже. Ворота закрыты и что было самым удивительным — несмотря на свет, который был по всему периметру «места», я не увидел ни одного живого человека. Среди присутствующих были лишь маги да наёмники. И то они были из кафе Лаане.

Сам же Эдвард Тойвович, смотрел куда-то впереди себя, словно сомневался, стоит ему идти туда или нет. Но стоило мне обратиться к нему по имени и отчеству, как-то ожил.

— Рад, что ты не отказал в помощи, Ярослав.

— Как тут вам откажешь, — пробурчал я. — Что это за место?

— Ферма. Была ею когда-то, — спокойно ответил он. — Её прикрыли пару лет назад, место закрыли, а местность зачистили. Сегодня кто-то внутри нажал на тревожную кнопку, которой не пользовались…

— Понял, — кивнул я. — Там и быть-то никого не должно, чтобы на кнопки нажимать.

— Место охранялось частной охранной организацией. Никто из списка дежурных не отзывается на телефон. Никого на территории я не вижу.

— Так что, мы идём? — прямо спросил я. — Если не хотите калечить своих людей и позвали меня, то… я пошёл?

— Ты неправильно меня понял, Ярослав, — Лаане недовольно посмотрел на меня. — Наёмники займут весь периметр, чтобы не выпустить никого. Я, ты, твоя подруга и Виктория, пойдём внутрь. Будем выяснять причину нажатия кнопки.

— А сама она не могла?

Аня толкнула меня в плечо, легонечко, чтобы я больше не задавал глупых вопросов.

Ну, тут я сам мог понять, что был не прав. Людей-то нет, а охрана, которой платят немалые, как я понимаю, деньги, явно не могла самовольно выйти с местности. Тем не менее первым на территорию «фермы» попал я. Без предупреждения прыгнул и с лёгкостью перемахнул через забор.

Мне даже поворачиваться не нужно было, чтобы почувствовать на себе восхищённые взгляды. Думаю, каждый из наёмников знал, кто я такой и что раньше был таким же, как и они. Трудился в их же рядах.

Следом за мной через забор перемахнула Аня, легонько касаясь меня и шепча на ухо:

— Давай без показухи. Каждый здесь понимает, что ты сильнейший, не нужно гордиться собой. Хорошо? Это может быть опасно.

В ответ я лишь улыбнулся и кивнул. Лаане и Виктория перепрыгнули следом, и Эдвард Тойвович стал ведущим.

Я на всякий случай повернулся обратно к забору, чтобы убедиться, что наёмники рассредотачиваются по территории, и после этого где-то впереди что-то зашевелилось.

В снегу, буквально метров через десять, от забора лежал человек в чёрном камуфляжном костюме, с перерезанной глоткой.

Но с такой раной невозможно было… шевелиться. Красные глаза и оскал, который появился сразу, как я нагнулся над ним, доказали лишь одно. Он зараженный и в данный момент обращается.

— Тут матка, либо кусающие, — подытожил я, кладя руку на лицо будущего дикого. — Ваш охранник?

— Нет, — покачал головой Лаане. — Униформа «Серебряных Корней».

— Да ладно? — искренне удивился я. — Я про них уже давно ничего не слышал!

— Их почти не осталось, — Лаане нагнулся над уже только умершим носителем. — «Древо» существует только в столице и то под контролем совета, а «Корни» — проект одного выродка по имени Вова.

Я и без того понимал, что рука Жожобы здесь «что-то трогала».

— Их били с большим остервенением. После Алтая по Сибири прошлась зачистка. Все мозговые центры были уничтожены, люди, как ты понимаешь, тоже. Малая часть, группы, а может, и отряды, ещё существуют, но уже без контроля сверху. Так, мелкие бандюки, которые продолжают что-то пытаться создать.

— И их до сих пор не отловили? — удивился я.

— Они слишком несобранные и хаотичные. Но то, что он тут, — он поднялся и с ненавистным лицом посмотрел на труп, — ничего хорошего нам не сулит. Значит, моя охранная компания давным-давно провалилась, и я сам, не понимая того, платил зарплату «Корням». Ну ничего…

Тело из снега никто доставать не стал. Мы несколько ускорились и спустя десять секунд замерли у главного входа в это место. Около бронированной двери со странным, магнитным замком, который к тому же работал.

Лаане поднес к замку какую-то карточку, но та не поддалась и противно пискнула, светясь красным.

— Ты посмотри-ка, — злобно усмехнулся Эдвард Тойвович. — Даже мой пропуск убрали из базы.

— Точно «Корни», — поддакнула Виктория. — Кто бы мог подумать, что они…

— Я мог сам это предвидеть, — ответил на это Лаане, поднимая руку в жесте «молчи». — Но увы, слишком погряз в этих разборках внутри города. Ярослав, позволишь?

Мне и говорить ничего не нужно было. Схватился за большие, стальные петли и рывком начал ломать их. Учитывая, какой был скрежет, всех внутри мы точно разбудили и предупредили о нашем присутствии. Но когда я снёс дверь с петель, к нам никто не вышел. Словно вся ферма давным-давно вымерла.

— Это бывшая казарма, — предупредил Лаане. — Разбитая на помещения для исследований. Четыре больших зала, двадцать комнат, три коридора и цокольный этаж-склад. Нужно зачистить всё.

— Тогда я и Аня начнем зачистку, а вы, — покосился на Викторию и бывшего начальника, — будьте здесь.

— Не тебе приказывать, — усмехнулся Лаане. — Виктория, стой здесь, я на цокольный, вы по этажу.

— Принято, — хищно улыбнулся я, хватая Аню за руку.

Глава 4

Проходной коридор оказался необитаемым. За, казалось бы, такой короткий промежуток времени, за который в привычном для меня «рое» я успевал убивать трёх, а то и пятерых диких, сейчас я не встретил никого. Сложилось впечатление, словно здесь никогда и не было людей. И оно подтвердилось сразу, как только мы обошли две огромные столовые, больше половины комнат, а также технические помещения первого этажа.

Что я, что Аня не могли поверить в то, что видели.

— Ну не могли же бросить заражённого и уйти, верно? — отозвалась она на последней комнате. — Мы же сами все видели!

— Остаётся только цокольный этаж, — кивнул я. — Но ты сама всё видела. Там десятисантиметровый слой пыли. Не может же быть так, чтобы тут никто не ходил, если бы «заводил» рой.

— Не может, — согласилась она.

Мы почти полубегом вернулись в исходную точку, где нас встретила зевающая Виктория. Она доложила, что никто не входил, и никто не выходил. А её сотрудники, наёмники из кафе, также просто валяли дурака.

Словно здесь и не было никого. Но, чёрт возьми, труп на улице был свеж и укушен!

И цокольный этаж встретил нас гробовой тишиной. Более того, склад-подвал, как его назвал Лаане, состоял по большей части только из двух помещений и длинного коридора до конца… стены. И всё вокруг было заставлено пустыми стеллажами. Но даже тут не было ни единого намёка на живность.

Следы, которые отчётливо виднелись в темноте своей глубиной, принадлежали только Эдварду. И если я всё правильно понял, никакого противника, никакого намёка на что-то живое он не увидел. Спокойно обследовал все помещения и ушёл куда-то вперёд.

— Что думаешь? — Аня едва заметно коснулась моей талии. — Яр, куда?

— Ну, — я поднял голову, глядя в темноту коридора перед собой. — Только туда. Эдвард же так и не вернулся.

Как только я договорил свою фразу, где-то впереди раздалось шипение. Очень знакомое, кстати. Но далеко впереди.

Я тут же сорвался с места, отпуская руку Ани.

Да, несомненно, я хорошо видел в темноте — так же, как и днём. Но учитывая узкое пространство, мои глаза не могли найти отражение света или любой другой источник, чтобы проецировалось на мой зрачок, так что видел перед собой лишь на пять метров.

И в итоге уткнулся в огромную дыру в стене. В месте, где «снизу» заканчивалась ферма. Стальные пласты были весьма грубо вырваны, повсюду были заметны следы когтей, причём разного размера и с разным количеством когтей, и именно тут я нашёл шипящего.

Разодранный дикий еле дышал. Он даже не мог видеть нас, ибо было нечем. Но его кровь была свежа, что говорило мне о Лаане. Уж явно это он постарался, когда нашёл лазейку.

Касанием я сожрал его симбионта и весьма удивился эффекту. По рукам тут же прошлась рябь, словно под кожей что-то жило, а мои глаза кратковременно мелькнули красным. Аня не смогла оставить этот момент без вопросов, но я ничего не мог ей объяснить. Ибо сам не понимал, что произошло.

«Ярослав, это что было? — в голове тут же заговорил симбионт. — Что ты съел?»

«Дикого».

«Слишком сильно для дикого, — запротестовала она. — Говори правду!»

«Я правду сказал! — можно сказать, крикнул я. — Я не знаю, что с ним такое было, но он явно отличается…»

«От привычных и от последних лабораторных, да, — согласилась симбионт. — Ешь всех, кого увидишь. Приливная мощь такой силы, что я даже не успела до конца распределить ресурс. Так что временно… тебя будут посещать не самые приятные ощущения. Но как разберусь с этой энергией, все поглощение будет моментальным».

Понимая, что большего она сказать мне не способна, ибо сама не понимает, что за симбионт только что был съеден мной, я шагнул в неизвестность.

* * *

Тоннель, вырытый кем-то неизвестным, потрясал своим масштабом. Поражал своей идеальной округлостью и отполированными стенами. Ну, как отполированными? Меня терзало смутное сомнение, словно каждый сантиметр этой промёрзшей земли, вручную шлифовала полноценная бригада работяг. Но сам, конечно же, понимал, что это невозможно.

Конечно, в природе существовало достаточное количество буров, но не будут же дикие заниматься подобными моментами?

Лаане я нашёл спустя десять минут путешествия по этому муравейнику, где больше не было врагов. Меня не то чтобы раздражало, а удивляло, что кроме того покойного у входа, я не встретил больше никого.

Но стоило мне посмотреть на спину Лаане, посмотреть на его симбионта, как все внутри перекрутилось.

Эдвард Тойвович еле-еле дышал.

Стоя перед очередным проходом, он шатался вправо и влево, не издавая никаких звуков. Замер напротив него, я увидел его изуродованное, кровоточащее лицо. Лицо носителя, который долгое время был моим как бы наставником.

А ещё, на всем его теле были раны. Рваные и грубые, словно его съела стая волков.

— Заражённый, — прокомментировала Аня, тыкая пальцем в рану. — Добивать надо.