Баронесса и мертвец

Чтобы немного разговорить подпольного дельца, Кожин с недовольным видом поинтересовался:

— Слушай, командир, почему так дорого продаешь? В соседнем поселке можно достать за три с половиной.

— Ну, езжайте в соседний поселок, — нисколько не смутившись, ответил тот, протягивая обратно купюру. — Только будьте осторожны, вам могут подсунуть отраву.

— А у тебя не отрава? — поинтересовался Комиссаров, отстраняя руку мужчины с деньгами обратно.

— Нет, — помотал головой хозяин. — У меня чистейший спирт. Вот уже шестой год, как продаю, никто еще не отравился и не умер.

— Ладно, тащи свою водку, — «смилостивились» над ним оперативники. — Попробуем, какая она есть на самом деле.

Как только хозяин удалился за спиртным, собака вновь стала срывать цепь, не оставляя надежд попробовать на зубок незнакомых ей людей.

— Эту дуру, наверное, ночью выпускают на волю, — покачал головой Комиссаров, опасливо отодвигаясь от кавказской овчарки. — Торгаш из своего дома устроил неприступную крепость.

— А хозяин и вправду похож на француза, — толкнул его в бок Кожин. — Надо же такому случиться, чтобы в такой глуши появился Бельмондо собственной персоной!

Вскоре вышел хозяин с двумя бутылками водки и со сдачей в одну тысячу рублей.

— До свидания, приходите еще, — напутствовал он сыщиков на прощание. — Никогда не прогадаете.

— Придем, придем, — пообещал ему Кожин и со зловещей ухмылкой пригрозил пальцем: — Смотри, мужик, если обманул, то пеняй на себя.

— До свидания, — подчеркнуто произнес Комиссаров, вложив в слова смысл, что надолго не придется расставаться. — До скорой встречи.

В лесочке их ждали с нетерпением два майора. Оформив протокол контрольной закупки, упаковав и запечатав купленные бутылки в целлофановый пакет, все стали коротать время. По истечении часа, Рогов скомандовал:

— Ребятушки, время. Мы будем издалека наблюдать за домом и, как только участковый заявится туда, переждав минут двадцать, мы зайдем следом.

Оперативники, оставив машину поодаль, тихо подкрались к дому и, не дав опомниться собаке, пробежали мимо нее и влетели в дом. Хозяина они застали пьющим чай за самоваром. Комиссаров подскочил к нему и, приложив пистолет ко лбу, процедил:

— Ты что, сука, сунул нам разбодяженный спирт?! За лохов держишь?!

От неожиданности Науменко уронил чашку с блюдечком и запричитал:

— Какой такой разбавленный спирт?! У меня все по-честному! Если не верите, попробуйте с той партии, откуда я вам продал…

Тут, немного опомнившись, он испуганно осведомился:

— Вы кто такие? Милиционеры? Нет! С чьей бригады?

— Ты что, учиняешь нам допрос? — угрожающе навис над ним Кожин. — Но так и быть, скажу — шаловские мы. Слыхал про таких?

— Приходилось, — пробормотал торговец, дрожа всем телом. — Авторитетные ребята…

— А про Болека и Лелека слыхал? — спросил Кожин, подобрав со стола кухонный нож и с силой воткнув в стол.

— Нет, — с ужасом расширил глаза Науменко. — Это вы?

— Напрасно, — ухмыльнулся Комиссаров и, оглядев комнату, поинтересовался: — Дома имеется утюг, а то мы свой забыли прихватить?

— Зачем вам утюг? — испуганно и быстро спросил хозяин дома, отдаленно догадываясь, что утюг бандитам нужен явно не для глажения одежды.

— Ладно, с утюгом пока повременим, — деланно хмыкнул Комиссаров и спросил друга:

— Лель, повременим?

Кожин пожал плечами и спросил у хозяина:

— Кто у тебя «крыша»?

— Есть тут человек, — уклончиво ответил тот.

— Кто, с какой бригады, чьих он будет? — наседал на него оперативник. — Мы его знаем? Нам известны все бандюганы…

— Нет, вы его не знаете, — мотнул головой торговец. — Он не с бригады и не бандит.

— Ха, кто он тогда?! — воскликнул Комиссаров. — А ну, позови его сюда, мы проведем с ним беседку.

— Ребята, может быть, не надо, — взмолился Науменко. — Я вам денег дам, уладим проблему.

— Сдается мне, что ты работаешь без «крыши», — угрожающе произнес Комиссаров. — С сегодняшнего дня мы твоя «крыша». Понял?

— Ребята, да есть у меня «крыша», — умоляюще признался барыга. — Дайте, я сейчас позову его по телефону. Вы с ним поговорите, определитесь, кому я буду платить. Мне все равно, кому отстегивать, лишь бы меня никто не трогал.

— Давай, зови его сюда. Глянем, что за фрукт тебя охраняет.

Торговец дрожащими руками набрал номер и, когда подняли трубку, жалобно просипел:

— Семен Семенович, тут ко мне пришли. Они хотят с тобой поговорить.

Послушав побагровевшим лицом то, что ему говорит собеседник, Науменко, прикрыв трубку рукой, обратился к сыщикам:

— Он спрашивает, кто вы такие. Что ему ответить?

— Скажи, что нормальные пацаны, что требуют поделиться. Так и скажи, что зовут нас Болек и Лелек.

Судя по лицу барыги, на том конце провода кто-то сильно поругался и бросил трубку.

Науменко, недоуменно пожав плечами, положил трубку и судорожно выдохнул:

— Сейчас он придет.

Вскоре во дворе залаяла собака, вместе с этим в дом зашел мужчина тридцати лет в милицейской форме.

— Таак, кто у нас тут появился такой борзый, — сквозь зубы проговорил участковый, рассматривая с ног до головы сыщиков. — А ну-ка, молодые люди, покажите-ка мне свои документики.

— А кто вы такой, чтобы спрашивать у нас документы? — дерзостно спросил его Комиссаров. — Какое вы имеете на то право?

— Я участковый инспектор, имею право проверять всех подозрительных элементов. Что вы тут делаете?

Кожин, указав на хозяина, объяснил:

— Мы у этого гражданина купили водку, она оказалась сильно разбавленной. Вот и пришли разбираться.

Участковый повернулся к Науменко и спросил:

— Это так?

Уже осмелевший при виде своей «крыши» хозяин зло бросил:

— Да врут они. Спирт у меня чистейший.

— Конечно чистый, я сам его пью, — подтвердил участковый и повторил свой вопрос: — Почему вы здесь?

Хозяин ответил за них:

— Да предлагают свою «крышу». Они с бригады Шалого.

— «Крышу»? — нахмурил брови милиционер и обратился к хозяину: — Кто такой Шалый, чтобы предлагать тебе защиту? Есть у тебя своя «крыша». Ты им это объяснил?

— Я объяснил им, но они хотели с вами перетолковать.

— Не о чем мне с вами толковать! — резко бросил участковый и, щедро брызгая слюной, стал говорить слова угрозы вперемежку с непотребствами: — И забудьте сюда дорогу! Эта точка принадлежит моему начальнику, он приказал мне никого не подпускать к ней! Поняли, молодчики?! Сам начальник приказал! Да он же нагонит сюда взвод автоматчиков и смешает вас с дерьмом!

— Рогов, что ли? — спокойно спросил Комиссаров, дослушав до конца тираду участкового. — Не думал, что он крышовед.

Милиционер остолбенел от услышанного и выдавил из себя:

— Откуда ты его знаешь?

— От верблюда, — усмехнулся сыщик и, когда послышался лай собаки, облегченно выдохнул: — Вот и Рогов на подходе.

— Какой Рогов?! — оторопел участковый. — Александр Иванович?!

Сыщик не успел ответить — дверь открылась, и в ее проеме показался сам Рогов, увидев которого милиционер побледнел как белый лист бумаги и промямлил:

— Здравия желаю, товарищ майор…

Рогов, не ответив на приветствие, подошел к своему подчиненному и протянул руку:

— Дай мне служебное удостоверение.

Милиционер дрожащими руками из нагрудного кармана вытащил удостоверение и вложил прямо в раскрытую ладонь Рогова.

— А теперь иди вон, — приказал руководитель. — Завтра с утра жду с подробным рапортом, как ты стал покровителем над подпольным торговцем спиртным.

Всю эту картину с нескрываемым ужасом наблюдал хозяин дома. Он уже понял, что попал на уловки милиции, и теперь лихорадочно соображал, как ему выкрутиться из этой ситуации. Вопрос о том, сдаст ли он своего покровителя, перед ним не стоял. Конечно же его сдаст, поскольку тот имел непомерный аппетит и в последнее время стал ему в тягость, требуя все больше и больше мзды. Он даже испытал чувство злорадства, что представляется возможность нанести боль своей надоевшей «крыше».

Как только за участковым закрылась дверь, Рогов обратился к Науменко:

— Итак, гражданин хороший, час тому назад вы продали молодым людям две бутылки водки. Признаете ли этот факт и готовы ли вернуть деньги обратно?

— Да, да, признаю и готов вернуть деньги, — пробормотал торговец, шаря по карманам и доставая оттуда мелкие купюры.

— Нет, Науменко, не эти деньги, — остановил его Рогов. — Нас интересует именно та десятитысячная купюра, на которую эти парни купили у вас водку.

— Не было такой купюры, — испуганно пролепетал торговец, выкладывая на стол деньги. — Это все, что у меня есть, можете все забрать себе.

— Хе-хе, предлагаешь нам взятку? — усмехнулся Рогов и подмигнул Чипизубову:

— Ваше слово, товарищ майор.

Чипизубов стал легкой походкой прогуливаться по дому и вдруг, остановившись ровно над люком подполья, наклонился и провел рукой по полу. Удовлетворенно крякнув, он подозвал к себе Кожина.

— Открой люк, посмотрим, что там находится.

Кожин нырнул в подполье, и вскоре показалось его разочарованное лицо.

— Кроме картошки ничего там нет.

Рогов, заметив побагровевшее лицо хозяина, свидетельствующее о том, что милиционеры идут по нужному следу, попросил Чипизубова:

— Спустись, посмотри сам.

Вскоре из подполья донесся крик милиционера, не зря прозванного Меченым атомом:

— Есть, тут целый клад!

Через миг на свет был извлечен небольшой сундучок, битком набитый деньгами и золотыми украшениями.

— Устроил там укромный тайник, — рассмеялся майор, отряхивая с себя пыль. — Простым взглядом и не углядишь.

Чипизубов быстро нашел меченую купюру и, демонстративно помахав ею перед носом хозяина, протянул пронятым:

— Посмотрите, номера совпадают.

Далее он стал считать деньги, после чего ахнул:

— Да ты же подпольный миллионер! Корейко отдыхает!

Рогов, разяще глянув на Науменко, грозно изрек:

— Боялся выдать местонахождение тайника с сокровищами, поэтому суешь нам другие купюры? А золото тебе тащила пьянь, обрекая на голод свои семьи? Гнида ты несусветная!

Науменко не посмел и слово вымолвить, уставившись взглядом в пол.

Далее было изъято пять ящиков водки с этикеткой «Пшеничная», две двадцатилитровые железные канистры со спиртом, самодельный укупорочный механизм для бутылки, два незарегистрированных гладкоствольных охотничьих ружья, затвор от нарезного оружия.