Лирой

Я почувствовал, как по моему телу пробежала волна мурашек. Ева определенно играла со мной, и я не знал, как реагировать. С одной стороны, ее близость будоражила меня, с другой — мысли о Камилле тоже меня интриговали.

— Ева, — начал я, но она перебила меня.

— Не надо слов, — прошептала она, — просто покажи…

Ее губы приблизились к моим, и я, забыв обо всем на свете, ответил на ее поцелуй.

Ее губы были мягкими и теплыми, вкус сладковатой помады кружил голову. Я обнял ее за талию, прижимая к себе. Ее тело было гибким и упругим, а аромат духов сводил меня с ума.

Внезапно Ева отстранилась, прерывая поцелуй.

— Так ты научишь меня водить? — спросила она, глядя на меня своими большими карими глазами.

— Научу, — ответил я, все еще находясь под впечатлением от ее поцелуя.

— Тогда до понедельника, — улыбнулась Ева и, развернувшись, ушла, оставив меня в состоянии полного смятения.

Я не мог понять, что только что произошло. Ева играла со мной? Или это было что-то большее?

Весь оставшийся день я не мог думать ни о чем, кроме Евы. В голове была полная каша. Отвлек меня от мыслей Борис, позвавший весь коллектив на «поляну».

Просторная зона отдыха «Стальных коней» преобразилась в футуристический банкетный зал. Вместо традиционного стола в воздухе парили светящиеся платформы, на которых расположились блюда, созданные с помощью молекулярной кухни.

В центре композиции вращалась голограмма запеченного гуся, источающая аппетитный аромат. Рядом с ней мерцала объемная проекция фаршированной щуки, чешуя которой переливалась всеми цветами радуги.

Вместо привычных закусок нас ждали сферы из желе, наполненные разнообразными вкусами и текстурами. Икра морских ежей, поданная в съедобных капсулах, таяла во рту, оставляя послевкусие океана. Тончайшие чипсы из водорослей с ароматом трюфеля заменяли привычные хлебцы.

Салаты были представлены в виде светящихся кубов, меняющих цвет при прикосновении. Каждый куб содержал уникальное сочетание ингредиентов, подобранных с учетом индивидуальных предпочтений гостей.

Сырная тарелка будущего представляла собой голографическую проекцию различных сортов сыра, которые можно было материализовать одним касанием. К сыру прилагались молекулярные сферы с медовым вкусом и ореховые облака.

Десерты поражали воображение. Торт, созданный с помощью 3D-принтера, менял форму и цвет, переливаясь всеми цветами радуги. Фрукты, выращенные в гидропонных садах, обладали необычными вкусами и ароматами.

Напитки подавались в светящихся бокалах, меняющих цвет в зависимости от температуры. Мы могли выбрать любой напиток, начиная от классических вин и заканчивая молекулярными коктейлями с эффектом невесомости.

Зона отдыха гаража была залита мягким светом. Голографические проекции звездного неба и экзотических растений дополняли футуристический дизайн.

Судя по всему, Борис заранее все это подготовил в надежде на то, что клиент будет в восторге. Я ожидал завистливых взглядов от других механиков. Ведь я, по сути, выскочка. Без году неделя в гараже. Но, к моему удивлению, они оказались добродушными ребятами. Больше всех был рад Леха, он был любителем халявной жрачки, хотя по нему и не скажешь.

Ева ушла еще до начала нашего банкета. Борис поздравлял коллектив с новой вехой в развитии. Вечер плавно перетек в разговоры по душам. Я немного устал, с учетом последних ночей, которые я провел в вирткапсуле. Меня разморило, поэтому я с благословения захмелевшего Бориса, направился домой. Тем более впереди маячили два выходных дня.

В свой блок я пришел на автопилоте и завалился сразу спать. Не успел я приложить голову к дивану, как раздался звонок моего коммутатора. Я вздрогнул от неожиданности и ответил.

— Да? — сонно промычал я.

— Серега, привет! Это Антоха! — раздался бодрый голос друга.

— Привет, — пробормотал я, — что-то случилось?

— Да нет, все в порядке. Просто хотел узнать, какие планы на завтра? Погода обещает быть отличной, может, махнем на природу, устроим пикник? — предложил Антон.

— Пикник? Ты серьезно? — я рассмеялся, глядя на меня сквозь голографический экран коммутатора. — В последний раз это «добром» не кончилось еще два века назад.

— Не боись, ископаемое! Рядом курганов нет.

— Тогда ладно, договорились.

— Отлично! Тогда собирайся, заеду за тобой в десять утра. Возьми с собой удочки, попробуем порыбачить.

— Удочки? Все как в прошлый раз, — усмехнулся я.

— Да ладно тебе, — рассмеялся Антон, — в любом случае, отдохнем на свежем воздухе.

— Хорошо, тогда до завтра, — сказал я и нажал отбой.

Спать. Это нужно организму.

Утро следующего дня встретило меня привычным гулом мегаполиса, доносящимся даже сквозь звукоизоляцию моей квартиры-бокса. Я включил телевизор, чтобы что-то жужжало. К счастью, никаких особых новостей не было.

Ну конечно, Лирой же просто спал. Я рассмеялся.

— Обычное утро в 23 веке — хмыкнул я, принимая питательный гель на завтрак.

Ровно в 10:00 я стоял у станции метро, которая мчала жителей небоскреба на различные платформы отдыха и развлечений. Антон уже был на месте, одетый в легкий комбинезон.

— Ну что, готов? — спросил он с улыбкой.

— Всегда готов, — ответил я.

Капсула стремительно понесла нас вверх на пару этажей, к одной из развлекательных платформ.

С мягким шипением двери плавно разъехались, открывая нам захватывающую картину. Мы оказались на платформе развлечений, имитирующей скалистый берег огромного озера. Вокруг нас возвышались реалистичные скалы, поросшие мхом и лишайником. Внизу, под нами, плескалась прозрачная вода, в которой играли солнечные блики.

— Вау, — выдохнул я, — выглядит потрясающе!

— Ага, — согласился Антон, — как будто настоящая природа.

Мы подошли к краю платформы и посмотрели вниз. Вода была чистой, виднелись снующие по дну рыбешки. Вдалеке виднелись другие платформы, имитирующие острова и даже водопады.

— Ну что, рыбак, готов к улову? — спросил Антон, доставая из рюкзака два небольших устройства, напоминающих удочки.

— Конечно, — улыбнулся я, принимая одну из «удочек».

Антон вкратце рассказал, как пользоваться приборами. Мы забросили «лески» в воду и стали ждать. Наши устройства вибрировали, создавая иллюзию натяжения лески и сопротивления рыбы. Через несколько минут у меня клюнуло. Я подсек и почувствовал приятную тяжесть.

— Есть! — воскликнул я, начиная «вываживать» рыбу.

На голографическом экране «удочки» появилась информация о пойманной рыбе: карп, вес — 2 килограмма. Антон тоже поймал несколько рыбок, и мы решили устроить пикник на берегу озера.

Антон разложил плед и достал из рюкзаков контейнеры с шашлыком и овощами.

Мы ели, болтали. Я рассказывал о своих успехах на работе. Антон внимательно слушал. Про Еву я не рассказал, было как-то не удобно. Это все же личное. А когда я рассказал про Евгения Владимировича и Камиллу, Антоха заволновался и начал подробно расспрашивать о них. Потом он поковырялся в коммутаторе и показал голограммы моих новых знакомых.

— Ты про них рассказывал? — спросил он.

— Да, — ответил я.

— Капец… — хмуро прошептал Антон, — у тебя серьезные неприятности.

Друзья! Поддержите Лироя лайком и подпиской. Он обещает Вам захватывающие приключения и яркий сюжет)))

Глава 10

— Неприятности? — удивился я, — С чего ты взял?

— Евгений Владимирович… это глава Пятого отдела. За глаза эту структуру называют «Инквизицией», — проговорил Антон, не отрывая взгляда от голограммы, — А Камилла Воронова — его правая рука. Они занимаются… — он запнулся, подбирая слова, — скажем так, «особыми» делами. И репутация у них… не самая лучшая.

— Инквизиция? — переспросил я, чувствуя, как холодок пробежал по спине, — Что это еще такое?

— Это секретная служба, — вздохнул Антон, — которая подчиняется напрямую «GAB», Пятый отдел «GAB».

— Стоп, это еще кто? Что за ГАБ?

— «GAB» — это, по сути, теневое правительство планеты. Потом в Сети почитаешь. Они занимаются расследованием дел, связанных с… — он снова запнулся, — с запрещенными технологиями, всякими паранормальными явлениями. И, говорят, они не очень церемонятся с теми, кто встает у них на пути.

— Но… — я растерянно посмотрел на друга, — Борис же не мог знать об этом, правда?

— Не знаю, — пожал плечами Антон, — может, Евгений Владимирович представился под другим именем и скрыл свою принадлежность к Пятому отделу. Но если он знал, что эти люди работают на государство, то мог и знать.

— Но зачем им реставрировать какие-то старые механизмы? — недоумевал я.

— Заметь, — Антон поднял палец, — механизмы, а не автомобили.

— Возможно, эти механизмы как-то связаны с их расследованиями. Или…

— Или что? — спросил я, чувствуя, как напряжение нарастает.

Антон замялся.

— Есть слухи, что «Инквизиция» ищет… нечто особенное. Артефакты, которые дают невиданную власть. И, возможно, эти механизмы — ключ к его поиску.

— Слушай, Серега, — сказал Антон, положив мне руку на плечо, — я не хочу тебя пугать, но тебе нужно быть осторожным. «Пятый отдел» — это не те люди, с которыми стоит шутить.

— Я понимаю, — кивнул я, чувствуя, как внутри меня растет тревога.

Мы замолчали, каждый погруженный в свои мысли. Идиллический пейзаж вокруг нас потерял свою привлекательность, уступив место мрачным предчувствиям.

— Что же делать? — спросил я, глядя на Антона.

— Я думаю, — он задумался, — тебе нужно поговорить с Борисом. Вывести его на откровенный разговор. Тогда ты сможешь понимать, как действовать дальше.

— Да, ты прав, — согласился я, — Нужно поговорить с ним.

— И еще… — кивнул Антон, — будь осторожен с этой Камиллой. Она опасна.

— Буду осторожен, — пообещал я.

Настроение как-то увяло. Через полчаса мы собрали вещи и направились к станции метро, оставив позади себя искусственный рай и вернулись в реальность, полную неожиданных опасностей.

Оказавшись в своем жилом блоке, я растерянно подошел к 8-образному окну-балкону. Прислонившись лбом к стеклу, я разглядывал этот футуристический мир.

А что я, собственно знаю об этом мире? Я даже не почитал в сети о том, что произошло после моего «сна». За двести лет прошло много событий. А я, увлекшись работой и игрой даже не удосужился понять этот мир. Может, сейчас весь мир принадлежит какому-нибудь императору, а я ни сном, ни духом.

Я отошел от окна и сел на диван, вооружившись моноблоком. Меня ждали ответы на многие вопросы. Итак, начнем с 2024 года. Что там произошло после моего «попадания» в криокапсулу?

«Бугатиум», — пробормотал я, пробегая глазами по строчкам на экране. Название, будто издевательство. Звучит как какая-то роскошная тачка, а не металл, который перевернул мир с ног на голову.

В 2030-м этот «подарок» из космоса грохнулся в Монголии, недалеко от городка Бугат. С тех пор этот городишко стал Меккой для ученых и военных. Нашли всего 127 тонн бугатиума, но этого хватило, чтобы перекроить карту мира.

«Глобальный Альянс Бугатиума», сокращенно «GAB», — вот как пафосно именует себя эта кучка стран, которым подфартило урвать кусок упавшего астероида. По сути, это закрытый клуб избранных, контролирующий весь бугатиум на планете. А это, на минуточку, не только технологии, но и власть, и ресурсы, и само будущее человечества.

Поначалу, после падения астероида, чуть ли не Третья мировая разразилась. Страны, которым не досталось бугатиума, пытались отжать свою долю силой. Но GAB быстро дал понять, кто тут главный, размахивая своими новыми игрушками — оружием на основе бугатиума. Остальные страны, скрипя зубами, вынуждены были отступить.

Сейчас в GAB входят Россия, США, Китай и несколько европейских стран. Они делят между собой этот пирог из технологий и власти, а остальной мир довольствуется крошками. И ладно бы просто крошками, так они еще и контролируют информацию, манипулируют сознанием людей через виртуальную реальность, создавая иллюзию благополучия и порядка.

На одном из форумов я прочитал интересное определение: «GAB — это теневое правительство планеты, кукловоды, дергающие за ниточки. Они решают, кому жить в роскоши на верхних этажах, а кому гнить в трущобах нижних уровней. Они определяют, кто достоин пользоваться плодами прогресса, а кто должен довольствоваться виртуальными суррогатами».

Место падения астероида, тот самый городок Бугат в Монголии, превратился в самый охраняемый объект на планете. GAB огородил его стеной, напичканной сенсорами и автоматическими турелями. Над стеной — беспилотники, сканирующие каждый сантиметр пространства. Говорят, там даже орбитальные лазеры нацелены на этот клочок земли.

Никто, кроме сотрудников GAB, не имеет права приближаться к Бугату. Там, под землей, находятся шахты, где добывают остатки бугатиума. Процесс добычи — тайна за семью печатями.

Организация, эта кучка везунчиков, которые урвали кусок астероида, теперь рулит всем. Они монополизировали бугатиум, и без их разрешения ни грамма этого металла не используется. Процессоры нового поколения, оружие, от которого мурашки по коже, даже эти чертовы криокапсулы, в которых мы проводим большую часть жизни, — все на основе бугатиума.

Знаете, сколько этого чудо-металла в каждой капсуле? 0,0314 грамма! Это атом капли в море, но без него — никак. Организация держит нас на коротком поводке, контролируя каждую крупицу бугатиума.

Мы живем в этих небоскребах-муравейниках, где твой этаж определяется твоей «полезностью» для государства. Верхние этажи — царство элиты, ученых, разработчиков, всех тех, кто работает с бугатиумом. А внизу — такие как я, обслуживающий персонал, винтики в системе, рабы виртуального мира.

GAB — это не просто организация, это сложная многоуровневая структура, окутанная тайной. Информация о ее внутреннем устройстве тщательно скрывается, но из обрывков данных, слухов и утечек можно составить приблизительную картину.

На вершине пирамиды власти находится Совет Директоров, состоящий из представителей стран-участниц GAB. Это теневое правительство планеты, принимающее ключевые решения о распределении бугатиума, развитии технологий и управлении обществом. Говорят, что заседания Совета проходят в режиме строжайшей секретности, а его члены обладают практически неограниченной властью.

Научно-исследовательский департамент. Этот департамент занимается изучением бугатиума и разработкой новых технологий на его основе. Лучшие ученые со всего мира работают здесь над созданием продвинутого оружия, искусственного интеллекта, усовершенствованных криокапсул и других технологий, которые дают GAB преимущество.