Убийства в топе

– Вот! Жуй свою брускетту, задрала.

Ева заулыбалась. Она обожала свою резковатую редакторшу, которая как никто умела найти правильные слова. И в текстах, и в жизни. Если бы не она, книги Евы Капс не были бы такими блистательными.

– Давай лучше обсудим, кто остался в шорт-листе, и прикинем твои шансы.

– Минутка токсичности? – хихикнула Ева, запихивая в рот кусок брускетты, подбирая пальцем свисающий кусок красной рыбы.

– Она самая, – поиграла бровями Кира. – Итак, выбыли Дэн Петров и Марго Даймонд. Осталось трое: Ева Капс, Наташа Славная и Лала Ли. У Славной не детективы, а кленовый сироп. Богатая утонченная сыщица, никаких проблем в жизни, расследует всякую бытовуху от скуки. Это просто жвачка. Лалу вечно несет в какие-то мистические дебри. И только у тебя настоящий, чистокровный детектив, с кровью, реальной головоломкой и живыми персонажами, которые действуют на пределе своих возможностей. Как ты думаешь, кому же достанется премия?

– М-м, – Ева показала, что ее рот все еще занят.

– Правильно, тут не нужны версии. Все и так ясно. Так что предлагаю тебе прямо завтра отправиться за платьем для церемонии.

– О нет! Платье… – вся глубина Евиных страданий отразилась на ее лице: брови домиком, глубокие складки на лбу сделали ее похожей на шарпея. Очень грустного шарпея.

– О да! Платье! – Кира была непреклонна. – И сейчас ты возненавидишь меня еще сильнее, но я должна спросить. Что у нас по третьей книге «Коршун»? Есть прогресс?

Ева закусила губы и медленно начала сползать под стол.

– Ясно. Все как обычно. Находишь себе кучу проблем, лишь бы не работать.

– Соберусь и начну. Обещаю.

– Давай так. Через неделю принесешь мне поэпизодник. Договорились?

– Ладно…

***

Когда они вышли на улицу, дождь все еще был там. Они уже стали забывать, каково это – жить без дождя. Осенняя гадкая морось, от которой не спасал ни зонт, ни дождевик. Она просачивалась даже в квартиры, делая их неуютными, и, что еще хуже, в мозг, который, как казалось Еве, начинал размокать и превращался в кашу.

Кира прыгнула в такси, а Ева пошла пешком, так как жила в двух кварталах. Небоскреб, в котором они с Ильей жили, был виден даже от кофейни. Где-то там он ждет ее и, скорее всего, уже готовит ужин. Пока Ева стояла на светофоре, который никак не желал включать ей зеленый свет, липкая лапа вины снова легла ей на плечи. Она не была идеальной женой. Даже просто хорошей женой. Совершенно беспомощная в быту, неловкая в обществе, она была словно самозванка на этом празднике жизни. Причем самозванкой она ощущала себя всегда, даже когда жила с мамой в хрущевке и ходила в самую обычную школу.

Став успешной писательницей, она так и не смогла разгадать эту загадку: почему она всегда чувствовала себя ненастоящей. Ненастоящей дочерью, ненастоящей одноклассницей, ненастоящей подругой. Она всегда будто смотрела на себя со стороны, беспрестанно оценивая, правильно ли она себя ведет. Все, что для других людей было элементарным, казалось ей сложным и непонятным.

Что сказать, как правильно поддержать, как высказать свое мнение. Как правильно смеяться, как закончить разговор. Да что там, даже на правильно стонать во время секса. Как будто она была инопланетянкой, которая только притворялась человеком. Единственная жизнь, которую она знала хорошо и где чувствовала себя как рыба в воде – та, что была в ее книгах.

Когда они с Ильей съехались, она стеснялась даже резать хлеб в его присутствии. Как будто есть правильный и неправильный способ это делать. С мужем ей повезло, он принял ее такой, какая она есть. Никогда не критиковал, не упрекал, будто не замечал ее неприспособленности к земной жизни. И это порождало в ней разного рода паранойю. Быть может, ему просто безразлично, с кем он живет? Или он не замечает ее несуразности, и если так, то что случился, когда он, наконец, прозреет? Тяжело жить, когда ты постоянно генерируешь в голове преступления и во всем видишь злой умысел.

И все же она знала, что он всегда на ее стороне, единственное, в чем он ее упрекал – это ее неуверенность. Он хотел, чтобы она сильнее верила в себя, меньше сомневалась. Но это было нереально. Бесконечный процесс сравнивания себя с другими и поиск собственных косяков не прекращался в ее голове никогда. Но, к счастью, даже с этим он, кажется, почти смирился. Наверное, это и есть любовь.

– Долго тут стоять планируете? – пожилая женщина демонстративно нажала на столбе кнопку вызова зеленого светофора. Ева обернулась и виновато улыбнулась, она всегда забывала про эти светофоры «по требованию». Позади нее стоял парень, которого она видела в кофейне. Или просто похожий.

Загорелся зеленый, и парень быстрым шагом обогнал Еву. Черная кожанка, иссиня-черные волосы, азиатское лицо.

Убийца не может быть китайцем. Ева вспомнила глупое правило конвенции авторов детективов, составленной еще в середине прошлого века. Вряд ли он за ней следил. Просто парень. Просто ему в ту же сторону, тем более, прямо по курсу – станция метро. Может, он даже не китаец, не так уж сильно она в этом разбирается.

Ева подошла к своему дому. Высотка в 35 этажей, они переехали сюда пару лет назад, когда стало ясно, что доходы с ее книг стали постоянными и не растворятся в один миг. Это было приятное чувство – знать, что твой успех не случайный и не временный. Ева прошла сквозь автоматически стеклянные двери и вызвала лифт. Отряхивая зонт, она оглянулась. Снаружи, прямо напротив стеклянных дверей, но недостаточно близко, чтобы они открылись, стоял азиат. Он просто наблюдал, как она заходит в лифт. Сердце бешено колотилось те несколько секунд, пока она ждала, что двери закроются. Может ли он успеть метнуться внутрь и войти вместе с ней в кабину? Дзинь. Двери закрылись, и лифт беззвучно поплыл на 29 этаж. Слава богу!

Из лифта Ева почти бегом пронеслась к двери квартиры, приложила подушечку пальца к сенсору замка и, как только моргнул зеленый диод, шмыгнула внутрь. Уже в прихожей она осознала, как сильно испугалась. Ее трясло и она никак не могла унять эту дрожь. В квартире пахло мясом, которое явно готовилось в духовке. Она дома. Она в безопасности.

Ева повернулась к двери и закрыла внутренний замок, который невозможно открыть снаружи.

Глава 2.

Если бы Ева ходила на работу, сегодня она попросила бы выходной. Голова болела так, что лучшим решением было бы провести весь день в постели. Она бы так и сделала, если бы не Кира, которая прямо с утра активизировалась с этим дурацким платьем. До церемонии оставалось всего несколько дней.

Она бродила по ЦУМу в полусонном состоянии. Это было самое неприятное в ее работе – публичность, необходимость выглядеть как звезда. Наверное, пора было нанять стилиста, чтобы снять с себя эту возню, но даже обращение к стилисту было выше ее возможностей: она не видела себя человеком, который достоин того, чтобы кто-то тратил на нее свое драгоценное время. И никакие деньги не могли заткнуть эту дыру внутри. Даже маникюр она стала делать всего лишь пару лет назад, когда стало ясно, что ее обгрызанные пальцы с воспаленными заусенцами заставляют ее раз за разом отказываться от интервью. Она понимала, что ногти могут не попасть в кадр, но собеседник-то их видел.

Ева высунулась из кабинки, чтобы попросить консультанта принести другой размер, когда за стеклянной дверью бутика снова увидела его.

Высокий азиат в черной кожаной куртке. Она задернула занавеску и рухнула на маленький пуфик внутри кабинки. Есть ли здесь другой выход? Вряд ли, это всего лишь маленький отдел на внутреннем ряду второго этажа. Просто огороженный стеклом прямоугольник.

В висках стучало, трясущимися руками она надела свою одежду и посмотрела в зеркало. Если он пришел убить ее – не будет же он делать это прямо здесь, на виду у всех. Такси! Ева открыла приложение и вызвала такси к ближайшему выходу.

– К сожалению, такого размера нет, могу я предложить вам другой вариант? – пропищала за шторкой девушка-консультант.

Ева открыла занавеску.

– Не нужно, благодарю.

Она покинула кабинку и пошла прямо к выходу. Азиат стоял у выхода, облокотившись на ограждение балкона и даже не взглянул в ее сторону. Был ли это тот же самый парень? Черную кожанку сейчас носит каждый второй. Москва – многонациональный город. Ева спустилась на первый этаж и направляясь к выходу увидела, как парень на балконе провожает ее взглядом. Это был он. Точно он.

Едва она села в машину, как зазвонил телефон. Илья.

– Ты где? – голос был резким, никаких привычных приколов.

– В такси, еду домой. А что такое, Илюш?

– Жду тебя, – сказал он и отключился.

Пару секунд спустя на айфоне высветился его запрос на доступ к ее геолокации. Она нажала «разрешить» и бросила телефон в сумочку. Это хорошее решение. Вдруг ему придется искать ее тело.

***

Илья ждал ее у подъезда. Опередил таксиста с открытием дверцы и, приобняв за спину, быстро повел домой.

– Ты скажешь, что случилось? – спросила она в лифте.

– Сейчас.

Они вошли в квартиру, он помог ей раздеться и направился в гостиную. Ева проследовала за ним. В кресле сидела Кира. Увидев подругу, она вскочила и бросилась к ней:

– Слава богу, ты здесь!

Высвободившись из объятий, Ева села на диван. Она смотрела на этих двоих и чувствовала, как все ее тело сжалось, сопротивляясь новостям, которые она сейчас услышит.

– Кто? – хрипло произнесла она.

– Наташа Славная, – Кира опустила глаза. – Утонула в собственной ванной.

Оставшиеся силы покинули Еву, она сдулась на глазах, словно из шарика выпустили воздух. Обмякла, сгорбилась, побледнела. Лоб пересекла вертикальная морщина. Пальцы сами собой потянулись ко рту, чтобы откусить заусенец.

Илья сел напротив и щелкнул пальцами у нее перед носом.

– База, база, прием! Ты меня слышишь? Все нормально. Просто больше не будешь шляться нигде одна. А я подниму дела по всем трем случаям, пообщаюсь с коллегами на местах.

Ева кивнула.

– Ты мне вот что скажи, Ева. Какого черта ты ничего мне не сказала?

У нее вытянулось лицо.

– Я сказала. Ты ответил, что я опасная женщина и нельзя стоять у меня на пути.

– Черт, да я не знал, что все серьезно!

– Ну так и она не знала, – тут уже в разговор встряла Кира. – Никто не знал. Может, есть какой-то специальный сигнал, по которому можно понять, что «все серьезно»? – Кира сделала в воздухе кавычки. – Расскажешь нам?

Какое-то время все трое молчали, а потом Ева произнесла:

– Кажется, за мной следит один человек. Не знаю, как давно. Я видела его несколько раз.

– Господи, тут ты тоже не догадалась, что дело пахнет керосином? – взревел Илья. Потом он развернулся к Кире: – Например, вот этот сигнал!

– Я думала, что мне это только кажется. Все вокруг мне только и говорят, что я вечно себя накручиваю. Да я и правда накручиваю.

– Милая моя, – подала голос Кира, – это я виновата. Ты сразу заподозрила неладное, а я только радовалась тому, что список конкурентов уменьшается. Я не думала, что кто-то реально их убивает.

– Боже, но зачем? Какой в этом смысл? Кто-то так сильно хочет победить? Ну это же бред! – воскликнула Ева и тут же осеклась, прикрыв рот рукой.

– Что? – Илья и Кира уставились на нее.

– Этот парень, который за мной следил. Он типа азиат… – неуверенно выдавала она слово за словом, будто каждую секунду ждала, что над ней снова посмеются.

– Лала Ли – кореянка. Она единственная в списке, кто еще жив. – Кира говорила бесцветным голосом.

– Кроме Евы, – добавил Илья.

– Кроме Евы, – согласилась Кира.

– Это какой-то абсурд! – простонала Ева. – Я не могу в это поверить. Это же бред, ну бред!

Все трое снова притихли. Ева перебирала в голове варианты. Что делать? Запереться дома? Нанять телохранителя? Обратиться к организаторам премии и предложить отменить все к чертям? Просто снять свою кандидатуру? Последняя мысль отозвалась болью в самом сердце. Она слишком долго шла к этому успеху. А теперь какой-то псих решил все испортить!

Ева схватила телефон.

– Кир, скинь мне ссылку на эту Лалу.

– Зачем? – спросила Кира, но ее пальцы уже бегали по экрану смартфона. – Лови.

Ева открыла сообщение, нажала на ссылку, но затем разочарованно бросила смартфон на журнальный столик.

Илья и Кира увидели надпись: «Пользователь ограничил вам доступ к своей странице».

***

– Итак, кому это может быть выгодно? – Кира затянулась айкосом прямо в их гостиной, а Илья даже не скривился. Чрезвычайная ситуация заставила его пойти на уступки.

– Банальная версия «муж» тут не годится, – хмыкнул Илья.

Кира презрительно посмотрела на него.

– Что? – возмутился он. – Чтобы найти решение, надо сначала исключить все неправильные версии.

– А ты точно полицейский? Или, как мы, изучал расследования по криминальным романам и детективным сериалам?

Илья ответил Кире одним лишь прищуренным взглядом.

Как ни странно, эти их препирания ее успокаивали. За шесть лет ее отношений с Ильей, эти двое так и не высказали желания встретиться. А теперь сама судьба свела их вместе. Интересно, как иногда события начинают происходить сами собой, будто неведомый кукловод решил, что все враз должно измениться. Была во всем этом какая-то нездоровая фатальность.

– Ну тогда и дворецкого надо вычеркнуть. Детектив Капцов, нет возражений?

– Майор Капцов.

– Во-первых, – вздохнула Ева, – это может быть выгодно оставшимся авторам из списка. То есть мне и Лале Ли.

– А значит, Лала – подозреваемый номер один. – подхватила Кира. – Тем более, если учесть твой азиатский хвост. Да и вообще, больше некому!

– Ну почему некому, – подал голос Илья. – Есть и другие заинтересованные лица в этой игре.

– Кто? – девушки одновременно вопросительно уставились на него.

– Да хоть те же организаторы премии. Или кто-то из издателей. Не сегодня завтра эта новость взорвет интернет. Странно, что еще ни один журналюга не сложил два и два и не сделал из этого сенсацию. «Убийца идет по списку!», «Серийный маньяк убивает писателей», «Они сочиняли убийства, пока их всех не убили». Ну и так далее.

– Мысль интересная, – поддержала Кира. – До сих про эту премию знали только сами авторы, ну плюс разве что самые ярые фанаты жанра, которым интересна эта внутренняя игра престолов. А сейчас про нее будут кричать из каждого утюга.

Ева откинулась на спинку дивана, забравшись на него с ногами.

– Получается, мы расходники для их бизнеса…

– Ну, это не новость, – вздохнула Кира.