Черный Маг Императора 8

Черный Маг Императора 8

Глава 1

— Что-то ты меня огорчаешь, Темников, — сказала Баба-Яга, закончив читать мои ответы на вопросы по экзамену теории предсказания. — Целый год был одним из лучших учеников и тут такое…

Она задумчиво почесала свою бородавку на крючковатом носу и удивленно посмотрела на меня.

— Ты как себя чувствуешь вообще? Температура в порядке?

— С утра нормально вроде бы было, — ответил я и на всякий случай потрогал лоб. — Да и сейчас ничего. А что там такое?

— Тогда объясни мне, что такое Тлеющий Анкх Брусничного Зверя?

Чего⁈ Что за бредятина такая? Анкх тлеющий… Хреновина какая-то. Не может быть, чтобы у меня там было что-то подобное.

— Какой еще анкх, Ева Денисовна? У меня там что-то такое есть в ответах?

— Ну да, вот же, — она ткнула пальцем в лист бумаги и начала водить по нему. — На вопрос: перечислите основные предметы, которые применяются в современной практике гаданий и предсказаний, ты даешь четкий и ясный ответ — Тлеющий Анкх Брусничного Зверя.

Она вновь посмотрела на меня.

— Это где такие предметы используют? В роду Темниковых?

Неужели я такое мог написать? Я ведь и названия такого раньше не слышал. Как можно написать то, чего не знаешь?

— Дориан, а ты куда смотрел? — строго спросил я у своего невидимого друга.

— Да я просто…

— Угу, даже не начинай. Опять дрых как сурок! Объясни мне, почему каждый раз, когда ты мне нужен, ты все время дрыхнешь? А потом начинаешь рассказывать, что весь мир крутится только благодаря тебе!

Мор попытался сказать что-то в свое оправдание, но моим вниманием вновь завладела Бирюкова, которая сказала вот что.

— Ну а Зловещая Балалайка? Это что такое, Максим?

— Какая еще балалайка? Это там к чему?

— Ну вот, когда в вопросе стоит просьба описать самые удивительные находки древности, которые помогают современным предсказателям, ты пишешь, что одной из самых главных из них считается Зловещая Балалайка.

— Фиговина какая-то… — я растерянно чесал затылок, слыша за своей спиной многочисленные смешки одноклассников. Ну да, согласен, я бы тоже с удовольствием поржал с придурка, который накатал такое в экзаменационном ответе.

Мое настроение, которое и без того сегодня было хреновым с самого утра, испортилось еще сильнее. На горизонте довольно ясно замаячила пересдача, а это означало, что высшего балла по этому предмету у меня уже не будет.

Самое интересное, я вообще понять не мог, откуда там все эти слова взялись? Не помню, чтобы я писал такое… Анкхи и балалайки явно не то, что там должно было быть написано.

— Максим, ну это уже совсем перебор, — усмехнулась Ева Денисовна.

Ну это совсем капец… Если даже Баба-Яга смеется, то представляю, что сейчас будет…

— Ты всерьез думаешь, что для самого правильного рецепта приготовления гадального воска нужно смешать две части гноящейся патоки, пять зернышек потоков преисподней и Сапог Божественного Вознесения?

Смешки за моей спиной тут же превратились в безудержные приступы сдавленного смеха, а мне стало окончательно ясно, что меня ждет пересдача. Написать в ответах такой пурги, это нужно было как следует постараться. Какие, на хрен, зернышки потоков преисподней? Я такого даже не слышал никогда!

— В общем, слушай меня внимательно, Максим, — вдруг нахмурилась Бирюкова. — Не знаю, что сейчас происходит, но почему-то мне кажется, что кое-кто решил устроить из моего экзамена цирковое представление.

Вот это нормально так приехали! Да у меня и в мыслях такого не было!

— Ева Денисовна, я…

— И самое печальное, что это тот самый ученик, на которого я возлагала такие надежды в течении года, — перебила меня на полуслове Баба-Яга. — Поэтому я даже не дам тебе возможности пересдать этим летом. Будешь ждать до сентября и сдавать со всеми остальными двоечниками!

Я открыл было рот, чтобы попытаться сказать несколько слов в свое оправдание, но похоже ее сейчас это интересовало меньше всего. Судя по ее лицу, она бы с удовольствием меня сейчас укусила, если бы могла.

— А это я оставлю себе на память, — сказала она и помахала перед моим лицом бумагой с моими ответами. — Думаю Орлову тоже будет интересно взглянуть на твою остроумную выходку.

Сопровождаемый издевательским смехом моих одноклассников, я пулей вылетел из кабинета, хлопнув за собой дверью.

Я был злой как черт! Начать экзаменационные недели с такого шикарного ответа, это нужно было умудриться! Представляю, как скрутит Орлова от смеха, когда он прочитает мои письмена. Просто жесть!

Ну просто десять из десяти — и посмешищем себя выставил перед всем классом и Бирюкову против себя настроил. Чувствую устроит она мне такую пересдачу, которую я запомню на очень долго. Да ладно бы пересдача, мне ведь потом еще один год учиться у нее…

Самое главное, я даже не могу толком понять на кого мне нужно злиться, и кто стал причиной такого ответа. Я-то и в самом деле не знал всех этих слов и понятия не имел о том, что есть такие штуки в нашем мире. Как оказалось, Баба-Яга тоже слышала об этих вещах впервые.

На обед мы попали с Нарышкиным в абсолютно разном настроении. Он — довольный как конь от высшего балла на своем первом экзамене, а я — хмурый как туча, раздосадованный своим результатом.

— Ну чего ржешь? — спросил я, закончив ему рассказывать историю о своем экзамене. — Не смешно, вообще-то.

— Да ладно, наоборот смешно, — сказал он и вытер слезу из глаза. — Как ты там сказал? Сапог Божественного Вознесения? Круто конечно, че…

— В общем первую пересдачу я уже себе заработал, прикинь? Причем на абсолютно ровном месте.

— Ты откуда этих названий понабрался? Сам придумал что ли?

— Понятия не имею. Я их впервые слышал, как и Бирюкова. И не смотри так на меня — температуры у меня нет.

— А экзамены еще сегодня есть?

— Ну да. В первый день же у всех по два экзамена обычно.

— Какой?

— Основы алхимии.

— Слушай, Макс, может быть, тебе его пропустить? — предложил Лешка.

В этот момент я услышал звонкий смех за столом где сидели Шуйский и его компания. Судя по всему, он сейчас во всех красках рассказывал своим друзьям о моем феерическом ответе на экзамене. Ну что же, максимум полчаса и об этом будет знать вся школа. Хотя нет, полчаса — это перебор. Новости хватит и пятнадцати минут.

— С чего вдруг? Уж что-что, а основы алхимии я точно сдам с закрытыми глазами, — аппетита у меня никакого не было, поэтому я просто пил вишневый компот стакан за стаканом. Вот пошел в дело третий.

— Я бы на твоем месте не был так уверен после основ предсказания. Вдруг опять какую-нибудь штуку отколешь. Компонент это тебе не Бирюкова. Если он против тебя зуб заимеет, будешь плакать горькими слезами.

— А то я сам не знаю.

— Ну так если сам знаешь, чего упираешься? Скажешь, что плохо себя чувствуешь, тебе он поверит. Зачем лишний раз рисковать. Может быть до завтра тебя отпустит, — Нарышкин посмотрел на меня с улыбкой. — Мозги снова на место встанут.

— Леха…

— Погоди, не нервничай. Я тебе вполне серьезно говорю, между прочим. Ты же сам говоришь, что с тобой что-то непонятное происходит, правильно? Вот и выдержишь паузу, заодно и попытаемся разобраться.

Он посмотрел по сторонам и наклонил голову чуть ниже.

— Вдруг кто-то из учеников против тебя козни плетет? Желающих тебя лицом в дерьмо пару раз окунуть у нас хоть отбавляй.

Я ненадолго задумался над словами своего друга, прикончил третий стакан компота и решил, что определенная доля правды в его словах есть. Возможно имеет смысл попробовать и отпроситься у Щекина с экзамена.

— Что решил? — отвлек меня от мыслей княжич.

— Похоже ты прав. Нужно отпроситься с алхимии. Со мной происходит какая-то ерунда.

— Ну вот, все-таки умеешь трезво головой соображать, когда успокоишься немного, — обрадовался Нарышкин. — А я попробую выяснить через Дашкову. Может быть, среди девчонок ходит какой-нибудь слушок на твой счет.

— Если что, проклятий на мне никаких нет, — сразу предупредил я его. — Это я бы и сам понял.

— Ну проклятий может и нет, а заговор или ритуальчик какой ты бы и не почувствовал, — сказал он. — Тем более, что на проклятье это и не похоже. Скорее чья-нибудь шалость.

— Ничего себе шалость, что с меня уже вся школа смеется, и пересдача обеспечена! — возмутился я. — Если узнаю кто — я так пошалю, что мало не покажется!

— Это ты потом будешь рассказывать, а пока заканчивай воздух сотрясать. На тебя вон и без того половина столовки пялится.

— Еще бы они не пялились после Зловещих Балалаек. Я бы тоже с удовольствием посмотрел на такого придурка!

Последнее, что меня занимало, когда я шел в кабинет Компонента, это мысль о самом экзамене. Я уже для себя решил не идти на него и теперь все мои мысли были посвящены другому — как узнать, что за штука со мной приключилась?

Как и в случае с теорией предсказания, как одному из лучших учеников класса, на сдачу экзамена мне полагалось идти в первой пятерке. Здесь принцип алфавита не работал. Такие в «Китеже» были правила с давних пор.

Самые лучшие шли первыми, экзаменаторы знали об этом и давали им небольшие поблажки в качестве компенсации за потраченные силы на их предмет в течение всего учебного года.

Щекин бросил на нас равнодушный взгляд и кивнул в сторону стола, на котором лежали экзаменационные билеты.

— Прошу к барьеру, — настроение у Компонента как всегда было сложно определить. Но вроде бы нормальное. — По правилам, каждый из вас имеет право вытащить новый билет, если вам чем-то не понравится попавшийся, но не думаю, что это кому-нибудь потребуется. Вы же все-таки лучшие в этом классе.

— Борис Алексеевич, я бы хотел сразу записаться на пересдачу, — попросил я.

— Темников, ты в своем уме? — удивленно посмотрел на меня преподаватель. — По какой причине ты просишь пересдачу? Мы еще даже не начинали!

— А он не может начать, — хохотнул Шуйский. — У него крыша протекла.

— Заткнись, Мишка! — у меня непроизвольно сжались кулаки от желания дать ему по зубам.

— Шуйский, разве я у тебя что-нибудь спрашивал? — нахмурился Компонент.

— Нет, — опустил голову княжич, продолжая улыбаться изо всех сил.

— В таком случае, почему ты лезешь со своими комментариями? Только что ты лишил себя возможности перетянуть билет, — Михаил перестал улыбаться и недовольно вскинул голову вверх. — В следующий раз потрудись сделать так, чтобы твои слова не опережали мысли.

Шуйский бросил на меня злобный взгляд, и я молча подмигнул ему в ответ. Хоть что-то приятное за этот день.

— А что касается тебя, Темников, то я жду ответ на свой вопрос — почему ты хочешь пересдачу? — вернулся ко мне Щекин.

— Мне нездоровится, — сказал я. — Голова сильно болит.

— Это не повод. И вообще — перестань валять дурака, — он показал мне на дверь. — Даю тебе возможность сгонять к целителям, если у тебя и правда голова болит, а затем жду тебя здесь. Мне кажется, мой предмет ты можешь сдать даже если у тебя вообще половины головы не будет.

— Борис Алексеевич, мне и правда как-то не очень… — сделал я последнюю жалкую попытку.

— Я тоже не шучу. Полчаса и жду тебя здесь, — не оставил он мне никаких шансов. — Если они тебе нужны.

— Не нужны… Целители мне не помогут… — пробурчал я в ответ.

— В таком случае — прошу к барьеру, — сказал он и указал на стол.

Эх… Ну вот как здесь отпросишься? Придется готовить эликсир, что поделать. Надеюсь Щекин окажется прав и я действительно смогу сдать этот экзамен не особо включая голову. Я их сто раз уже готовил, эти эликсиры.

Мне попался один из самых легких вариантов, который только может быть — стандартный эликсир легкой походки.

— Билет номер семь, — громко сказал я.

— Отлично. Вот иди и занимайся им. Желаю удачи, — благословил меня Компонент. — Думаю, максимум сорок минут тебе хватит.

— Спасибо, Борис Алексеевич.

Я шел к своему столу и меня начали одолевать сомнения. Может быть зря я пытался уйти с экзамена? Мне казалось, что со мной был полный порядок. Ну а как иначе? Название эликсира я прочитал правильно, какие в него входят компоненты отлично знаю, что может пойти не так?

Ладно, будем считать, что с пересдачей это я поторопился. Если со мной и было что-то не так, то сейчас полный порядок. Никакой ерунды я не несу, с меня никто не смеется, а значит будем готовить эликсир.

Мне потребуется корень жабьего языка, сахарная слизь, порошок из трубача и синяя смола. Все это были самые базовые вещи, поэтому я сразу нашел их в шкафу с компонентами и отправился заниматься.

Для начала нужно включить огонь и поставить растапливать смолу. Если компонент не самого лучшего качества, то она будет слишком долго плавиться и выделенных мне Щекиным сорока минут может не хватить.

Есть такое дело. Теперь корень жабьего языка необходимо превратить в порошок. Он пойдет в самом конце. Следом за порошком из трубача.

Угу… Готово…

Ну и наконец пришел черед сахарной слизи, которую нужно порезать на мелкие части. Самая сложная операция из всех.

Если полениться и порезать слишком крупно, то эффект эликсира будет намного хуже, и походка станет лишь совсем немногим отличаться от обычной.

Если наоборот, слишком мельчить, то никакого эффекта не будет вовсе. С таким же успехом можно выпить бутылочку апельсинового сока.