Лепестки алой крови

Ну а потом, уже через некоторое время, Люда забеременела и решила уйти с работы. Узнав о том, что мы вскоре станем молодыми родителями, и я, и жена едва ли не на крыльях летали – Люда бросилась вязать будущему сыну или дочке пинетки, я старался сделать так, чтобы жена ни в чем не нуждалась. Но вскоре и я, и она впали в какое-то уныние. Я прекрасно понимал, что моей зарплаты не хватит на то, чтобы обеспечить семье нормальное будущее, а Люда снова взялась за старое – вечно недовольная собой, она сильно переживала за ребенка, и это все вылилось в ее комплексы по поводу внешности. Когда я возвращался с работы, она едва ли не в истерике требовала от меня доказательств моей любви и просила пообещать не бросать ее после рождения ребенка. Я тогда удивился: ну с чего мне бросать мать моего сына или дочери? А она, представляете, выдала: после родов, мол, она станет жуткой коровой, расплывется, как блин на сковороде, появятся морщины и седые волосы, или вовсе она облысеет… В общем, бред сивой кобылы. Апофеозом стало ее заявление, что она снова решила сесть на очередную диету. Тогда мне стало не до шуток – чего доброго, она так и ребенка лишиться может. Я не выдержал, сел с ней вечером за стол и заявил: так и так, сейчас мы вместе составляем с тобой полезное и здоровое меню для беременной женщины, причем такое, чтобы оно было сбалансированным, вкусным и качественным. Одному мне не справиться – я не беременная женщина, а вот ты пиши, и не только для себя, но и для других. А подсчетом калорий и прочей ерунды я сам займусь.

Представляете, я и не ожидал, что Люда увлечется этим занятием. Куда только делась ее депрессия – она книжками обложилась, стала что-то выписывать, придумывать, рисовать. Составила не только меню, но и придумала одежду для беременных – нарисовала эскизы. Потом я предложил ей составить блюда для диабетиков, спортсменов, пожилых людей, детей, и она мне каждый вечер давала свои записи. Накопился толстый ежедневник – я сперва не знал, куда это все девать, а потом вспомнил про свою идею о кафе здорового питания. Набросал бизнес-план, показал жене. Та пришла в безумный восторг от новой «игрушки», даже нарисовала мне, как должно выглядеть кафе для людей, ведущих здоровый образ жизни.

Не буду вдаваться в подробности о том, как я все это воплощал в жизнь: взял кредит, подыскал помещение для аренды, разместил объявления о наборе персонала… Короче говоря, результат вы можете видеть сами – проект окупился, стал приносить большой доход. Люда родила Алису, а когда та немного подросла, я помог жене с собственным ателье. Люда перестала так беситься по поводу своей внешности, переросла «переходный возраст», занялась дочкой и своим делом. Все шло достаточно стабильно и хорошо, пока не случилось того, из-за чего я и обратился к вам. В общем, до тех пор, пока не похитили Алису…

Я не успела никак прокомментировать рассказ Сафронова – внезапно мы оба услышали негромкие шаги по коридору, временами – шаркающие. Дверь распахнулась, и я увидела полусонную Людмилу, одетую в домашний халатик, растрепанную и почему-то усталую. Женщина потерла глаза, потом проговорила, обращаясь, видимо, к своему мужу:

– Паш, Алиса еще не вернулась с конюшни? У нас ужин есть?

Сафронов ласково посмотрел на свою супругу и произнес:

– Людочка, иди поспи еще немного. Мы с тобой уже поужинали, а теперь тебе пора спать.

– А Алиса? – начала было женщина, но осеклась, увидев меня. На ее лице одновременно отразились недоумение, боль и какой-то ужас. Я поняла, что Людмила вспомнила об исчезновении своей дочери. Сколько бы я ни подозревала мать Алисы в неискренности, сейчас в подлинности ее чувств нельзя было усомниться.

– Алиса… – повторила женщина. На ее глаза навернулись слезы. Она даже не пыталась сдерживать судорожные рыдания.

Павел Олегович подошел к жене, мягко взял ее за руку, тихо сказал:

– Людочка, тише, мы найдем Алису. Тебе нужно поспать, идем, я отведу тебя в комнату.

Он быстро взглянул на меня – вроде как извините, я вас оставлю, – а затем направился к двери, увлекая за собой рыдающую супругу. Я осталась в комнате Алисы в одиночестве.

Я решила не тратить время зря, включила ноутбук Алисы. Однако все оказалось не так просто, как я думала: машина затребовала ввести пароль. Я наугад набрала слово «Янтарь», но, увы, на экране загорелась табличка «Пароль неверен». Я задумалась. Вряд ли Алиса воспользовалась банальным кодом – собственным именем или ником и годом рождения. Все же я проверила и этот вариант – тоже безрезультатно. Имя и фамилия родителей? Бред какой-то. Любимая собака? А была ли она у девушки, собака? Вообще, как Алиса относится к домашним животным, хотела бы я знать.

Янтаря вот забросила, придется про собаку спросить у Сафронова. Если на ноутбуке стоит пароль, вряд ли родители Алисы знают его. Девушка собиралась обезопасить данные компьютера от посторонних людей, полагаю, в том числе и от родителей. У меня было не так много времени, чтобы подбирать пароль методом проб и ошибок. Так можно и до утра провозиться, но зачем? У меня есть более надежный вариант.

Я достала свой мобильный телефон, нашла в книге имя «Вадик» и позвонила своему давнему приятелю. Вадика можно назвать компьютерным гением: он блестяще разбирается во всем, что касается компьютеров и электронных систем, может подобрать любой пароль, найти в Сети что угодно и кого угодно, а в свободное время занимается разработкой сайтов.

К моему счастью, Вадик сразу взял трубку. После обмена приветствиями приятель сразу спросил, чем он может мне помочь. Так уж повелось изначально – звоним мы друг другу только по делу, исключение составляет лишь обмен праздничными поздравлениями. Но сейчас не Новый год и не день рождения Вадика, посему приятель сразу понял, что звоню я не ради праздной болтовни.

Я коротко объяснила суть дела, и Вадик попросил меня сообщить данные о ноутбуке, необходимые для установки пароля. Я передала информацию, после чего Вадик пообещал перезвонить. Ждать мне пришлось недолго – вскоре приятель сообщил мне пароль, необходимый для входа в систему.

– Значит, пароль раньше был записан латинскими буквами – Alicegirl две тысячи, потом его сменили на Jgute два-один-ноль-пять-два-ноль-один-восемь. То есть сейчас вводи последний, продиктуй, правильно записала?

Я повторила пароль, Вадик пожелал мне успехов в расследовании и отключился. Я задумалась. М-да, странный код… С первым паролем все более-менее понятно – девушка записала латиницей собственное имя, girl переводится с английского как «девочка» или «девушка», а 2000 – это год ее рождения. Но потом пароль она сменила на другой, расшифровать который я пока не могла.

Ради интереса вбила слово Jgute в интернет-переводчик, однако такого слова ни в одном языке не оказалось. Имелось немецкое gute, что означает «добрый», «спокойный». Может, Алиса ошиблась и случайно поставила первую букву J? А может, и специально, чтобы никто не догадался. Иногда так нарочно делают, пишут слово с ошибкой, чтобы установить код было труднее. Ладно, главное – у меня есть пароль, а как и почему девушка выбрала именно это кодовое слово и такой набор цифр, дело десятое. Надо сверить цифры с номером телефона Алисы – возможно, она записала именно его. «Добрый» номер телефона – почему бы и нет?

Я ввела пароль в строку и сразу же вошла в систему. Да, Вадик все-таки гений – даже сказать не могу, сколько бы времени я возилась, подбирая код. Вряд ли бы додумалась до такого сочетания букв и цифр, а вот приятель установил пароль в два счета. Надо спросить у него, как это делать – надо же и мне научиться так мастерски взламывать Сети. Вадика может и не оказаться под рукой, и что я в таком случае буду делать?

Первым делом я осмотрела содержимое рабочего стола ноутбука. Если в комнате Алисы царил совершенный порядок, то о компьютере я этого сказать не могла. Огромное количество папок, фотографий, текстовых документов с малопонятными названиями – во всем этом и запутаться можно. Я наугад открыла несколько документов, но ничего полезного в них не нашла. В одном увидела исторические даты, начиная от Крещения Руси и заканчивая Советским Союзом, стало быть, конспект по истории. В другом находилась таблица Exсel, в которой содержался расчет некоего количества сена и овса. Это, скорее всего, корм Янтаря – что-то вроде того, сколько лошадь съедает в месяц и стоимость лошадиного провианта. В какой-то папке без названия я нашла огромное количество фотографий с морскими пейзажами – наверно, фотоотчет с какой-то поездки, в другой – фотографии различных лошадей. В скором времени я поняла, что если стану просматривать каждую папку и каждый файл, то рискую задержаться у ноутбука Алисы до поздней ночи. Поэтому я вставила свою флешку в нужный разъем – у меня всегда при себе имеется быстрое съемное устройство с огромным количеством гигабайтов памяти – и задала команду «копировать».

Несмотря на высокую производительность компьютера, операция должна была занять энное количество времени. Поэтому я щелкнула по браузеру интернета – хотелось бы увидеть, в каких социальных сетях зарегистрирована Алиса. Если я найду ее страничку, то хотя бы прочитаю переписку с другими пользователями. Возможно, это внесет некоторую ясность в дело об исчезновении девушки.

В «истории» я нашла только одну-единственную социальную сеть, которой пользовалась Алиса. Я и сама была зарегистрирована в этой сети, хотя признаюсь, моя страничка присутствовала во всех существующих социальных сетях. Не ради развлечения, а для работы – мало ли что может мне понадобиться. Поэтому я открыла ту сеть, в которой Алиса создала свою страницу, предвкушая прочесть что-то полезное в истории ее сообщений. Но увы, меня ждало жестокое разочарование: страница Алисы была удалена уже полмесяца назад.

Странно, почему девушка это сделала? Конечно же, странички удаляют, например, когда приходит спам или их взламывают. Или человеку просто надоедает данная социальная сеть, но тогда он регистрируется в какой-нибудь другой. Однако Алиса не сделала этого – она больше нигде не завела свою страничку.

Ни за что не поверю, что современная девушка может обойтись без своего профиля в интернет-сети. Да сейчас даже пожилые люди охотно заводят друзей через интернет, общаются с ними, пишут свои ЖЖ, становятся блогерами… Почему тогда Алиса не пользуется благами современной цивилизации? А может, она влипла в какую-то историю, пыталась скрываться от кого-то, потому и удалила свою страницу? Однако это не помогло – девушку похитили, и вся конспирация оказалась напрасной. Да, скорее всего, так и произошло. Может, история интернет-вкладок мне по– может?

Однако и тут мне не удалось найти ничего стоящего. Интернетом девушка пользовалась, но после того как ее похитили, естественно, ноутбук не включался. Но вкладки оказались бестолковыми для моего расследования – могу только сказать, что Алиса интересовалась лошадьми, бальными платьями, косметикой и одеждой. Несколько вкладок было посвящено различным праздничным нарядам – наверно, подбирала себе платье для выпускного вечера, других вариантов тут нет. Но на этом абсолютно все. Никаких сомнительных сайтов, посвященных незаконному распространению запрещенных веществ, и вообще ничего крамольного я не обнаружила. Пока моя идея с наркотиками не получила подтверждения. Интернет мне совершенно не помог.

Я вздохнула и закрыла вкладку. Страница удалена, потому просмотреть сообщения я не могла. Содержимое рабочего стола продолжало копироваться на флешку, поэтому я решила пока осмотреть комнату пропавшей дочери Сафроновых.

Первым делом открыла платяной шкаф. Как и предполагала, одежду Алиса носила только дизайнерскую, никакого второсортного тряпья. Все рубашки и платья выглажены, развешены на вешалках, джинсы сложены просто идеально на отдельную полку. Отдельно – стопка футболок и водолазок, на нижней полке – элитные теплые свитера и жакеты. Несмотря на огромное количество одежды, вещи не валялись, каждой нашлось свое место. «Протокола» ради я исследовала одну полку, вытащив наружу всю одежду, которая была сложена на ней. Как и полагала, в шкафу Алиса ничего не прятала – да и не стала бы девушка этого делать, Нина Ивановна все равно наводит порядок, и если бы Алиса вознамерилась что-либо скрыть, ей бы это вряд ли удалось.

Если развивать идею о том, что у девушки оказалось нечто, что она пыталась спрятать и из-за этого ее похитили, то где Алиса могла это держать? Хотя… наверное, я все слишком усложняю. Девушку попросту похитили и требуют заплатить выкуп за освобождение, ничего она не прятала и не скрывала. Тогда какие могли быть у Алисы проблемы? Загадка. А может, и проблем не было, просто ей надоела собственная лошадь и она таким образом решила избавиться от ответственности за животное? Тоже может быть. Кто-то умный говорил – истина в простом. А я напридумывала какой-то фантастический детективный роман – спрятанные артефакты, преследование наркоторговцев… Проще надо быть, Таня, проще!

Я открыла книжный шкаф, оглядела его содержимое. Несколько художественных романов, преимущественно зарубежных авторов, школьные учебники, несколько энциклопедий, посвященных лошадям и верховой езде, – в принципе нельзя сказать, что чтение являлось хобби Алисы. Помимо книг, в шкафу я нашла школьные тетради за прошлые годы, которые девушка не выбрасывала. В принципе некоторые могли бы пригодиться для сдачи экзаменов, вот только зачем Алисе тетрадки с начальной школы? Или она их сохраняет «для истории», подобно тому, как ее родители собирают антикварные вещи? Скорее всего, так, другого объяснения я данному факту не нашла. К сожалению, личных дневников или ежедневников девушка не вела, в чем я еще раз убедилась. Поэтому в скором времени я закрыла шкаф и подошла к туалетному столику.

Косметики у Алисы было немного, но вся она была явно дорогая и элитная. Если духи – так французские, тени, пудра и тушь – самых популярных и качественных брендов. Мое внимание привлекла маленькая косметичка девушки – стильная и компактная. Я сперва удивилась: ведь косметички, как правило, носят с собой в сумочках всегда, почему Алиса оставила ее на туалетном столике? Однако открыв один из ящиков столика, я тут же получила ответ на свой вопрос. Чего-чего, а косметичек у Алисы было превеликое множество – создавалось ощущение, что девушка их коллекционировала.

Я достала все косметички и принялась проверять их содержимое. Почти все оказались пустыми, исключение составляли две из них, в одной я обнаружила губную помаду, в другой – блеск для губ. Я сложила все косметички обратно в ящик, взяла ту, что лежала на туалетном столике. В ней находились тушь для ресниц, подводка для глаз и тоже губная помада, которыми Алиса пользовалась совсем недавно. Такой вывод я сделала потому, что косметика была практически новой, однако и губной помадой уже красились, и подводку использовали. Стало быть, до недавних пор Алиса пользовалась именно этой косметичкой, но почему-то потом оставила ее на столике. Или косметичка предназначалась для домашнего марафета? Да нет же, красятся за туалетным столиком. Может, Алиса купила себе новую, а старую оставила? Тогда почему не переложила в свою нынешнюю косметичку тушь, помаду и подводку? Странно…

Я вытряхнула содержимое сумочки на столик, чтобы убедиться, что, кроме косметики, там ничего нет. Однако я ошиблась – следом за помадой на поверхность столика выкатился маленький шарик диаметром около шести миллиметров. Шарик был пластиковым и имел белый цвет, но что это такое, для чего и что он делает в косметичке Алисы, я не понимала. Может, это часть какого-то косметического средства? Ага, из пластмассы, конечно. Тогда как шарик попал в косметичку?

Я ломала голову над этим вопросом, когда в комнату вошел Павел Олегович. Он извинился передо мной, что пришлось меня покинуть, сказал, что успокаивал свою жену. Я показала ему пластмассовый шарик и произнесла:

– Вот это я нашла в косметичке Алисы. Вы знаете, что это такое? И почему ваша дочь оставила косметичку дома?

Сафронов ни капли не удивился моим вопросам. Он пожал плечами и проговорил:

– Алиса постоянно покупает новые косметички, всегда следит за последними моделями. Ну, нравятся они ей. Скорее всего, она приобрела себе новую, а эту оставила дома. А шарик – это ж пулька обычная, от страйкбольного оружия. Понимаете, Алиске как-то в голову очередная блажь пришла – она решила заняться страйкболом. Это игра такая, знаете наверняка, сейчас довольно популярная в Тарасове.

– Нет, не знаю, – покачала я головой. – Даже не слышала о такой.

Павел Олегович посмотрел на меня с удивлением.

– Да ладно, вы ж частный детектив, оружие наверняка у вас есть! Или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. У меня есть пистолет Макарова, стреляю я превосходно. Но при чем тут какая-то игра?

– Ну, страйкбол – это что-то наподобие пейнтбола, о нем-то вы слышали?

– Естественно, – кивнула я. В пейнтбол я даже играла как-то – собственно, это командная игра, в которой противники поражают друг друга из пистолетов, заряженных шариками со смываемой краской. В пейнтбольном клубе, куда меня вытащил Андрей Мельников, мой давний приятель, выдается специальная форма защитного цвета. Играют две команды, побеждает та, которая уничтожит своего врага. Когда в человека попадает шар, он разрывается и окрашивает костюм определенным цветом, и это означает, что противник повержен.

Андрюха затащил меня в пейнтбольный клуб, где праздновал свой день рождения – вздумалось ему поиграться в «войнушку». Мне как раз было нечем заняться, и я согласилась на сию авантюру. Игра показалась мне немного скучной, а форма – жаркой и неудобной. Хотя я и «убила» около трех человек, меня в конце концов тоже подстрелили, и в этом была повинна форма, в которой все движения были неуклюжими, и я не сумела вовремя увернуться.

Пейнтбольная экипировка весьма отличается от спецназовской – вот с непривычки я и допустила оплошность. Андрей частенько играл в пейнтбол, и его, ясное дело, пристрелить не смогли. В общем, могу сказать, что больше мне играть не захотелось, а Андрюха долго подшучивал надо мной – вроде как я такая крутая, черный пояс по карате и пистолет Макарова, а подстрелили меня совершенно не относящиеся к военному делу люди.

– Так вот, страйкбол – это нечто похожее, – прервал мои воспоминания Павел Олегович. – Сам я не играл, но представляю себе, в чем суть и особенности игры. Там тоже надо подстрелить противника, но используются специальные пластмассовые пульки и страйкбольное оружие. Игра в основном на честность, то есть, если в человека попадают, он должен сам признаться, что его убили, и сдаться. Начинающие игроки покупают оружие в магазинах игрушек, знаете, всякие автоматы с пульками и пистолеты. Но так-то существуют особые магазины, в которых продаются автоматы, которые на первый взгляд не отличишь от настоящих. Одна лишь разница – пульки. Но страйкбольное профессиональное оружие может даже очередью стрелять, в некоторых моделях предусмотрен оптический прицел, ну и прочие подобные вещи.

– И ваша дочь занималась страйкболом? – удивилась я. – Почему вы раньше об этом не говорили?

– Занималась – это сильно сказано, – покачал головой Сафронов. – У Алисы бывает такое – внезапно приходит в голову идея, и вот она уже стремится ее воплотить в жизнь. Кто-то из одноклассников или одноклассниц дочери играл в страйкбол, вот и она загорелась. Стала расспрашивать меня про оружие – видать, интернета ей оказалось мало, потом заявила, что ей нужен приводный автомат, камуфляж и очки. Я не возражаю против увлечений дочери, но мне не слишком понравилось, что Алиска будет носиться с оружием по какому-нибудь лесу или еще где и стрелять в людей. Да и мало ли, пульки хоть пластмассовые, но могут сильно задеть, особенно если дочь вдруг вздумает закатать рукава или снять куртку. Не подумайте ничего, денег на дочкины «игрушки» мне не жалко – я с радостью оплачу ей любое путешествие или поездку, фитнес-клуб, бассейн с сауной… Хочет заниматься спортом – пускай, но главное ведь безопасность. Я сказал дочери, что не одобряю таких игр с пулеметами, в конце концов, она же не мальчишка, а девушка. Предложил ей попробовать заняться плаванием с аквалангом, если ей хочется новых впечатлений. Она покивала, спорить не стала. Но, видимо, на какие-то игры все же тайком ездила – я думал, она автомат себе все же купила на карманные деньги, но в комнате его ни Нина Ивановна, ни жена не находили. Не знаю, в общем. Зря я ей запретил играть, Алиска упертая, все равно сделает все по-своему. Скандалить не станет – тихо покивает и все равно добьется того, что надумала.

– Думаете, пульку она хранила в качестве сувенира? – поинтересовалась я.

Павел Олегович пожал плечами.

– Да откуда ж я знаю, – проговорил он. – Может, подняла просто, положила и забыла. А может, еще по какой-то причине.

– А вы случайно не знаете, где в Тарасове Алиса могла играть в страйкбол? – спросила я. – Насколько я могу предположить, в городе много подобных клубов, может, ваша дочь упоминала какое-то название?

Сафронов снова задумался. Потом нерешительно проговорил:

– Кажется, она говорила о клубе «Эдельвейс», но, возможно, я что-то путаю. Не уверен, что точно вам сказал, но в памяти отложилось именно это название. Вы серьезно думаете, что похищение моей дочери как-то связано с этой игрой?

– Все может быть, – туманно ответила я. – Во всяком случае, этот клуб, если он на самом деле существует, мне следует проверить.

Бесконечные поля. Бесконечная дорога, которая, видимо, никогда не закончится. Впрочем, это не имеет значения – сейчас для меня уже мало что имеет значение. Пока идешь в одиночестве, пока совершаешь этот многодневный марафон, чего только не приходит в голову. Какие только мысли не проносятся, какие идеи не возникают. А иногда голова совершенно пуста и свободна от каких бы то ни было размышлений. Иногда всплывают воспоминания, которые, казалось бы, глубоко похоронены где-то в глубинах мозга. И все-таки нет – они не стерлись, не исчезли, они просто запрятались в тайники подсознания и сейчас упорно рвутся наружу, точно новорожденный, ищущий выход на свет из материнской утробы.

Мать. Я ведь ее очень хорошо помню, как никакого другого человека из своей жизни. Забавный парадокс – роднее матери не может быть никого, верно? Она та, что подарила жизнь, воспитала, та, что была рядом с тобой все время. Она обязана любить своего ребенка, верно? И ребенок, по идее, тоже должен ей платить той же самой монетой. Или все-таки нет?

У меня с матерью всегда были сложные отношения. Она, прямо скажем, была странной. Не такой, как все. И никто не разберет, что творилось в ее голове. Она бросалась из одной крайности в другую. Когда мне было лет пять, не больше, помню, затащила меня в какую-то церковь. Ставила там свечки, крестилась, кланялась… Чем-то напоминала кликушу в платочке и длинной юбке, убивающуюся на похоронах. Неприятное зрелище. Мне больше всего хотелось, чтобы мы поскорее ушли из церкви – все мне там не нравилось, все казалось глупым и непонятным. Но она упорно ходила от одной иконы к другой, вела себя как ненормальная, одержимая. И – вот вам контраст – как-то, после всей этой нелепой клоунады, затащила к нам в дом какого-то мужика. Ничего себе поворот!

До сих пор не понимаю, что она была за человек. Когда мне было тринадцать, взяла себе за привычку каждый вечер выпивать что-нибудь спиртное. Курила как паровоз – на кухне дым стоял коромыслом. В церковь уже не ходила. Ей и без этого было хорошо, какие там молитвы и поклоны.

Надеюсь, хотя бы сейчас она в себе разобралась. Когда наконец-то благодаря мне попала на свидание с Всевышним – или в кого она там верила.

Глава 4

Приехав к себе домой после визита в дом Сафроновых, я первым делом включила компьютер и открыла вкладку интернета. Забила в поисковик запрос: «Страйкбольный клуб Эдельвейс», нашла страничку клуба в социальной сети.

Первое, что я увидела, так это описание клуба: «Ваша команда ищет место под тренировки для страйкбола? Вы недавно услышали об этой игре и решили попробовать поиграть в страйкбол? У вас нет собственного оружия или команды? Наш клуб «Эдельвейс» – то, что вам нужно! Он находится в замечательном месте неподалеку от стрельбища в лесу, у нас имеется крытая площадка для баталий в любой сезон года. Новичкам предлагаем экипировку и оружие. Имеется специальный тир, где можно пострелять и выбрать для себя подходящее огнестрельное оружие. Вы можете приобрести все необходимое прямо здесь, у нас, в специализированном магазине. Приходите, мы будем рады вас видеть!»

Что ж, реклама неплохая, подумала я про себя. Наверняка у них отбоя нет от клиентов: а что, хочешь поиграть – не надо ничего приобретать, гоняться в поисках подходящего магазина, все есть. Не хочешь бегать в лесу с автоматом наперевес – стреляй в помещении. Не хочешь бегать вообще – иди в тир. В общем, любой каприз за ваши деньги. Да, о деньгах – посмотрим, что у них почем…

Я залезла в «Обсуждения», нашла тему «Стоимость». Тут же увидела табличку с заглавием: «Трехчасовые игры в страйкбол от 6 до 18 человек. Аренда оборудования и защитной амуниции».

Далее следовал прейскурант на услуги клуба и необходимое для игры снаряжение. Для меня и Алисы – копейки, не знаю, как для прочего населения нашего города. Одно ясно – нищий студент играть в страйкбол не будет, зато более-менее зарабатывающий житель Тарасова вполне может себе позволить отдохнуть столь необычным способом.

Игры в клубе проходили каждый день с утра и до вечера, в том числе можно было поиграть и ночью в формате «нон-стоп».

Я нашла тему «Регистрация», послала запрос на завтрашний день. Подумав, добавила, что я в первый раз, хочу попробовать пострелять из оружия. Администратор Оксана, которая тут же ответила, предложила мне приехать в девять утра, попросила меня посмотреть на сайте цены, узнать о технике безопасности и требованиях к одежде и обуви и пожелала хорошей игры. На страничке клуба имелась даже карта, как туда добраться.

«Эдельвейс» располагался на улице Нижней, дом двадцать восемь. Доехать туда можно как на машине, так и на общественном транспорте, для автомобилей предусматривалась собственная стоянка. Я записала адрес, прикинула маршрут – доберусь при условии отсутствия пробок и заторов быстро, – после чего закрыла интернет и с чувством выполненного долга отправилась спать.

Утром, по привычке опрокинув в себя энное количество чашек кофе, я просмотрела интернет, проверила телефон, после чего наскоро собралась и вышла из дома. С самого раннего утра нестерпимо жарило солнце, день обещал быть душным и безоблачным. Я включила кондиционер в машине на полную мощность, села за руль и плавно выехала на дорогу. Навигатор заботливо указал мне, где можно проехать с минимальным количеством заторов, поэтому я добралась до клуба «Эдельвейс» довольно быстро, как и предполагала.

Он находился в черте города, но граничил с лесной зоной. Как я поняла, не случайно – летом «боевые игры» устраивались в лесу. При условиях хорошей погоды, естественно. По крайней мере, пейнтбол, в который мне довелось сыграть, проходил в лесной зоне, а не в помещении. Клуб «Эдельвейс» представлял собой длинное двухэтажное здание с покатой крышей – точь-в-точь деревенский амбар для сена, по-другому не скажешь. Правда, амбар весьма новый и отреставрированный, у меня создалось впечатление, что покрасили его недавно.

Я припарковала машину неподалеку от здания, где уже стояло несколько машин – как дорогих иномарок, так и самых обычных автомобилей. Судя по всему, мне надо будет поговорить с администратором – для начала скажу ей или ему, что собираюсь поиграть, а там разберусь по ситуации. Фотография пропавшей Алисы у меня имелась как на телефоне, так и в распечатанном виде – накануне я взяла у Сафроновых фото девушки, сделанное месяца два назад. В основном все фотоснимки семьи хранились на компьютере или ноутбуке, Сафроновы, подобно большинству людей, распечатывали лишь самые лучшие. Скорее всего, Алиса позировала фотографу – на то указывал ракурс, профессиональный поворот головы, как у модели, косметика, цифровая обработка фотографии… Павел Олегович убеждал меня, что в графическом редакторе Алису не сильно изменили – просто убрали неровности цвета лица, выровняли шероховатости и придали девушке «естественный» румянец. Уж не знаю, как на самом деле, но на фотографии Алиса выглядела настоящей красавицей – идеальная кожа, зеленоватые искрящиеся глаза, загадочная полуулыбка, придававшая девушке какой-то неуловимый шарм, густые, слегка вьющиеся волосы, постриженные под каре и уложенные в «легкий беспорядок». Одним словом, картинка, и только. Я сравнила фотографию с другими снимками, на которых была запечатлена Алиса, и убедилась, что девушка и правда очень симпатичная, пускай и мой снимок был обработан в графическом редакторе. Но если Алиса приходила в клуб «Эдельвейс», наверняка ее запомнили и узнают по фото.

Я подошла к двери «амбара» и нажала на звонок. Раздался длинный гудок, после чего я услышала вежливый женский голос:

– Здравствуйте. Рады приветствовать вас в нашем клубе «Эдельвейс». Будьте любезны, сообщите о цели вашего визита.

Гм, это что, автоответчик? Или все-таки живой администратор?

Я прокашлялась и проговорила:

– Доброе утро, я записывалась к вам на девять утра. Я в первый раз, интересуюсь страйкболом.

– Проходите, – тут же отозвался голос. Снова длинный гудок, извещавший о том, что дверь открыта и я могу зайти.

Я толкнула дверь, та легко поддалась, и я вошла в здание. Внутри оказалось довольно светло и просторно, больше всего данное помещение напоминало какой-то современный офис-центр, а не страйкбольный клуб. Слева от двери я увидела стойку с компьютером, за столиком сидела молодая девушка лет двадцати – двадцати двух, с короткими волосами, гладко зачесанными на косой пробор, в черно-белой униформе. Не могу сказать, была она в брюках или в юбке, но верхнюю часть костюма составляла простая белая блузка и черный пиджак. На груди девушки был прикреплен бейджик с надписью: «Администратор Ольга Никитенко».

Ну, ни дать ни взять офис-центр какой-то, а пришла я не стреляться с бандой головорезов из игрушечных винтовок, а устраиваться на работу менеджером по продажам.

Напротив стойки находилась длинная скамейка, судя по всему, для посетителей, другой мебели здесь не было. Здесь была и другая дверь, которая сейчас была заперта. Наверное, это вход в раздевалку для клиентов или на склад с оружием и амуницией. А может, за дверью находится само помещение для игры, пока остается только догадываться.

Я посмотрела на девушку, та приветливо улыбнулась мне самой обворожительной улыбкой, какую только можно было представить. Скорее всего, это у нее профессиональное – улыбаться так каждому посетителю, точно к ней пришел самый лучший друг. Расположив таким образом к себе собеседника, то есть меня, администратор спросила:

– Вы на игру? В первый раз к нам?

– Да, – кивнула я. – Вчера нашла вас по интернету и записалась на девять утра. Только я ничего не знаю, и команды у меня нет.

– Ничего страшного! – снова лучезарно улыбнулась девушка. – В наш клуб часто приходят новенькие, пробуют и потом с удовольствием играют как в командные игры, так и в стратегии с сюжетом. В отличие от других страйкбольных клубов Тарасова у нас очень удобно – не нужно покупать никакой амуниции, чтобы попробовать поиграть, все предоставляет организация. Вы можете даже попробовать самое разное оружие и выбрать то, которое вам больше понравится, – у нас имеется тир с самыми разными мишенями. Опять-таки, от вашего желания зависит, где будет проходить игра: в лесу, на специальном полигоне, или в помещении. И там, и там по-своему интересно, у нас часто проходят даже комбинированные игры: вначале перестрелка в лесу, а потом – какой-нибудь поисковый квест в помещении. Если вам понравится, можете даже привести с собой друзей или подруг – в страйкбол играют как мужчины, так и женщины. Я сама пробовала, могу сказать, мне очень понравилось, несмотря на то что я оружия в руках никогда не держала. Страйкбол – это очень интересно и увлекательно!

– Да, мне подруга про вас рассказывала! – сказала я. – Знаете, Алиса Сафронова, у меня даже ее фотография есть… – Я достала из сумки фото пропавшей девушки и показала его администратору. – Наверняка вы ее помните, правда?

Моя улыбчивая собеседница посмотрела на снимок, однако никакого интереса не проявила. Все с той же вежливой улыбкой проговорила:

– Вполне возможно, к нам много посетителей приходит! Всех и не упомнишь. Но раз вашей подруге так понравилось, она наверняка вам рассказывала про то, как проходят игры! Вы уже определились, какую хотите? В лесу или в помещении?

– Дело в том, что она куда-то пропала, Алиса, – произнесла я. – На звонки не отвечает, в социальной сети ее тоже нет. Я полагала, раз она вам знакома, может, вспомните, когда в последний раз она была в клубе? А то переживаю за нее, вдруг что-то случилось.

Администратор посмотрела на фотографию уже внимательнее. Было видно, что она хочет мне помочь, однако по прошествии нескольких секунд моя собеседница развела руками.

– Может, эта девушка приходила, когда дежурил другой администратор. Мы ведь работаем посменно, увы, я ее не помню. Но может, кто-то из постоянных посетителей ее помнит. Знаете, игроки дружат друг с другом, иногда совместные вечеринки устраивают в клубе для страйкболистов. Если она с компанией приходила, можно у них спросить. Вы не в курсе?

– Боюсь, что нет, – отрицательно покачала я головой. – Знаю только, что страйкбол Алисе понравился, вот я и решила сама попробовать, а заодно и подругу найти. Двух зайцев сразу убить, как говорится.

– Даже и не знаю, как вам помочь… – задумалась администратор. – Знаете, сейчас ребята доиграют свою партию в помещении, можно будет у них спросить. Может, кто и узнает вашу подругу. Пока я вам могу предложить пострелять в тире, выбрать себе подходящее оружие, а если решите командную игру попробовать, я вас присоединю к одной из команд. К девяти еще группа игроков придет, вот с ними и попробуете!

– Меня это полностью устраивает! – улыбнулась я. – Сколько я должна за стрельбу в тире?

– Стрелять по мишеням у нас можно абсолютно бесплатно! – ответила администратор со своей неизменной вежливостью. – Давайте я вас зарегистрирую, а когда с оружием определитесь и с игрой, там посчитаем стоимость аренды амуниции и самой игры!

Она попросила мой паспорт, затем забила данные в свой компьютер, после чего встала из-за стола и проговорила:

– Я вас провожу до тира, там вроде никого нет из игроков. Постреляете, вам Денис покажет, какое оружие у нас имеется. Что больше понравится, то вам и выдадут для игры! По всем организационным вопросам можете обращаться ко мне!

Ольга Никитенко направилась к двери, которую я сразу заметила при входе в клуб. Она приложила к ней какое-то электронное устройство, которое тут же запищало, возвещая о том, что дверь открылась. Девушка толкнула ее легонько, вошла первой и подождала, когда я тоже зайду. Не закрывая дверь, Ольга крикнула: