СССР. Книга 2. Младший лейтенант милиции.

- Вот. - Доставая из внутреннего кармана пиджака паспорт и удостоверение, положил требуемое на стол я. И, добавив в голос немного ехидства, позволил себе чуточку поиронизировать. - А вы что, сомневаетесь?

- Надо же! Действительно, младший лейтенант. - Изучив мои корочки, хохотнула чиновница. - И, судя по дате выдачи, сегодня ваш первый рабочий день?

- Ага. - Простодушно кивнул я. - Получается, первый.

- Тогда понятно. - Кивая каким-то собственным мыслям, согласилась женщина. И, порывшись в ящике стола, извлекла на свет тоненькую пачечку каких-то бланков. Один из которых довольно споро заполнила и, шлёпнув круглую печать, протянула мне. - Вот, держите.

С этими словами женщина, споро проштамповав принесённые нами листки, уложила их внутрь "моей" папки. И, завязав тесёмки и снова пройдясь по кабинету, поставила её на полку в ячейку с большой буквой "П".

- Спасибо. - Вежливо поблагодарил я. И, поочерёдно поглядев на Сергея И Вадима, спросил. - Так, мы пойдём?

- Идите, молодые люди. Я вас больше не задерживаю. - Милостиво разрешила свидетельница, зарегистрировавшая плоды моего таланта. - И, желаю дальнейшей удачи в творчестве!

- До свидания. - Еле слышно проблеял я.

И, нетерпеливо подталкиваемый в спину Сергеем, покинул в меру гостеприимный кабинет.

- Ну, вот и всё! А ты боялся! - Ткнул он меня кулаком в плечё. Правда, тут же посетовав. - Хреново, конечно, что ты записал партитуры в единственном экземпляре. Но, ничего, прорвёмся!

- Ай, да что там играть-то! - Пренебрежительно отмахнулся я. - Да и, вряд ли бы мы смогли разучить все двадцать шесть песен за одну репетицию.

- Нет, что ты! - Согласился наш художественный руководитель. - Две-три за раз, не более. А, лучше, вообще одну.

- Да, там ничего сложного. - Поспешно заверил я его. - К тому же, можно будет начать с того, что я уже пел на выступлении в госпитале. Ну и, про "опу" добавить тоже.

- Кстати, "про Опу" мы так и не зарегистрировали. - Вспомнил Сергей. И, неуверенно оглянувшись на двери только что покинутого нами пристанища бюрократии, озвучил общеизвестную истину. - Возвращаться плохая примета!

- Да, хер с ней! - Не стал настаивать на немедленном увековечивании моих неотъемлемых прав я. - Как-нибудь в другой раз заедем.

К счастью, в этот миг эта самая дверь распахнулась и на пороге показалась обитательница пенатов. С беломориной в зубах и держащая в руках коробок спичек.

- Что-то ещё, молодые люди? - Удивлённо посмотрела она на нашу, нерешительно переминающуюся с ноги на ногу, троицу.

- Да, понимаете... - Неуверенно начал Сергей. - Наш гений, пока сюда ехали, новую песню сочинил. Но, как сами видите, писчих принадлежности собой не было и потому, перенести на бумагу попросту не успели...

Глава 5

- Ну, нотной бумаги у меня нет. - Отчего-то снова развеселилась чиновница. Но, раз вы уже здесь то, в принципе, не вижу в этом ничего сложного, - тут она развернулась на сто восемьдесят градусов и, бросив через плечё, - подождите! - скрылась в дебрях кабинета.

- Ну, Коля! Тебе сам Бог ворожит! - С довольным видом потёр ладони Сергей. - Ты только подумай! Едва мы вспомнили о забытой песне и тут - р-р-аз-з! Словно по заказу, эта милая женщиа решила выйти на перекур и, походя, разрешила наши проблемы!

- Вот, держите! - Протягивая, явно вырванный из обычной ученической тетради двойной листик в клеточку, сказала регистраторша. И, отдавая собственную авторучку, предупредила. - Я покурю пока. А вы. - Тут она кивком указала на довольно-таки широкий подоконник. - Запишете всё, что считаете нужным и потом отдадите мне.

- Спасибо! - Дружно поблагодарили мы.

А затем, пристроившись на вышеуказанной, как нельзя кстати спроектированной неведомым архитектором и такой, прям-таки донельзя удобной детали зодчества, я быстренько расчертил нотный стан и набросал, сначала основную мелодию, а затем партии сопровождения и второго и третьего голосов.

- Фух. - Вытирая тыльной стороной ладони воображаемый трудовой пот, шумно выдохнул я. - Вот, держите!

- Коля, ты имеешь музыкальное образование? - Принимая будущий "шидевр" который, почему-то в этом абсолютно уверен, будет распевать ещё не одно поколения поклонников моего творчества, вдруг ни с того, ни с сего проявил совсем не нужное любопытство Сергей.

Не зная, что ответить, я завис на долю секунды. А потом, справедливо решив, что нужно бить по слишком длинному носу его же оружием, в лучших традициях Богоизбранного народа, ответил вопросом на вопрос.

- А ты как думаешь?

- А-а, тогда понятно. - Тут же пришёл к каким-то своим выводам мой "полуначальник". И, видимо, желая убедить себя в собственном предположении, принялся спрашивать дальше. - Ты, наверное, из музыкальной семьи? - Дедушка, небось, преподавал в Консерватории? - Клянусь, это место, где, по убеждению большинства населения Советского Союза, хранятся консервы, он произнёс - вы только подумайте! - С Большой Буквы! - А мама и бабушка, полагаю, были учительницами музыки, если не в специализированных то, по меньшей мере, в общеобразовательных школах?

"И, всё тебе неймётся, Чёрт безрогий"! - Мысленно попросив прощения у Создателя, злобно подумал я. - "Вот зачем, скажи пожалуйста, снова без мыла в жопу лезешь? Всё ведь нормально ж было! Так нет, нужно обязательно всё испортить и совать свой нос туда, куда никто не просит"!

Но, так как открыто хамить человеку, от которого, вполне возможно, зависела какая-то часть моего будущего, было, по меньшей мере глупо, то высказаться я, конечно же, не стал. А, вежливо улыбнулся и, как можно более ненавязчиво попытался соскочить с неприятной для меня темы. Вымучив еле заметную улыбку и, при этом, неопределённо-многозначительно поиграв бровями.

- Как же тебя, такого талантливого, в милиционеры-то отпустили? - Тем временем продолжал допрос, видимо, маявшийся от скуки художественный руководитель. - Просто удивительно!

К счастью, тут вернулась благоухающая а, если быть честным, отвратительно воняющая, только что вдыхаемым дымом чиновница и, повернув ключ в замке, широко и гостеприимно распахнула двери совсем недавно покинутого нами помещения.

- Ну, молодые люди? - Предвкушающе потирая маленькие но, почему-то в этом уверен, чрезвычайно цепки ладошки, полюбопытствовала она. - Чем порадуете в этот раз?

- Вот. - Протянул ей сложенный вдовое листочек я. И, дабы не возникло никаких сомнений в твёрдости моих намерений, добавил. - Этим.

- Ну-ка, ну-ка! - Заинтересованно пробормотала регистраторша, положив лист перед собой и поправляя очки. И, быстро прочитав пришедшие мне в голову строчки, удивлённо подняла глаза. - Надо же, какая неоднозначная, вроде бы шутливо но, в то же время, как мне кажется, политически очень правильная и верная песня!

- Спасибо. - Не зная, как реагировать на это, весьма лесное для меня и очень полезная для моего творения мнение, на всякий случай поблагодарил я. И, подпустив в голос немного шутливой гордости, выпятил грудь. - Я старался!

Благосклонно кивнув, хозяйка кабинета, мельком взглянув на записанную мелодию, прикрыла глаза и, дирижируя самой себе тонкой сухопарой рукой, негромко пропела.

И, пусть всё НАТО! Палит из пушки!

У наших девушек самые, самые, самые

Красивые ушки!

Дружно затаив дыхание, мы втроём внимали вершительнице судеб. Но, так как песня ей явно понравилась, то надежда в наших сердцах преобладала над всеми другими чувствами. И, как оказалось, не зря.

Хозяйка кабинета раскрыла глаза и, каким-то своим, выработанным годами чиновничьим чутьём определив в нём старшего, внимательно взглянула на Сергея.

- Как, вы говорите, называется ваш ансамбль?

- Э-э-э. - Не замедлил с ответом он. И, отчего-то смущённо улыбнувшись, пролепетал. - Мы пока не думали об этом.

- Зря, молодой человек, очень зря! - Взяв из стоящего на столе глиняного стаканчика карандаш, регистраторша почесала им кончик носа и ловким движением бросила обратно. - С таким материалом - я почти в этом уверена! - вас ждёт стопроцентный успех. - Тут она сложила руки в замок и, устроив оба локтя на столешнице, продолжила. - Так что, рекомендую не затягивать с именем вашего коллектива. И, послушайте моего совета, оно должно быть немножечко патриотичным.

"Тоже мне проблема, броское слово придумать"! - Пренебрежительно фыркнул я.

Но, как сами понимаете, сделал это про себя и абсолютно молча. Не то сейчас время и, разумеется не то место, чтобы проявлять видимое пренебрежение к словам, как ни крути, а заботящейся о дальнейшей перспективе нашей, пока что ещё даже ни разу не порепетировавшей группы.

- Импульс! - Тут же подал голос скромно молчавший до сих пор Вадим. И, видя скептический взгляд хозяйки кабинета, мгновенно стушевался. - А что, вполне современное название.

- Может быть, "Красный Свердловчанин"? - Робко поинтересовался Сергей.

Но, по неуверенному и тону и тому, что он произнёс эти слова еле слышным голосом, было понятно, что и сам не верит в благозвучность выбранного имени.

- А, что нам предложит автор и композитор? - Подняла на меня глаза как нельзя кстати благосклонно настроенная бюрократша. - Может быть, в такой талантливой голове родится что-то не столь тривиальное?

"Да мне похер"! - Тут же сформировал своё недвусмысленное отношение к проблеме я.

Но, так как три пары глаз, теперь уже требовательно, смотрели на меня, раскрыл было рот, чтобы ляпнуть первое, что придёт в мой "талантливую" котелок.

Но сделать этого мне не дали. Вернее, не дал. Ну, или не дала. Так как до сих пор не придумал, к какому полу принадлежит мой неведомый и сидящий где-то в глубине моего тела мучитель. Или интуиция. А, возможно, даже целая банда неких мелких гадёнышей, с удручающей периодичностью терзающая меня головными болями. Причём как раз тогда, когда требуется ясность сознания и незамутнённое мышление.

Хотя, надо признать, что пока что, тьфу-тьфу-тьфу, эти не очень полезные для самочувствия вмешательства, шли только на пользу.

- Локация Карьер. - Досадливо поморщившись, озвучил я полыхнувшую на сетчатке левого глаза надпись. И, так как после переданного моим неведомым палачём послания я практически полуослеп, резко ударил кулаком правой руки в раскрытцю ладонь левой, поставил завершающую точку. - И это не обсуждается!

- Оригинально! - Чуть ли не присвистнула хозяйка кабинета. И, на мгновенье прикрыв глаза, как понимаю, покатала в голове предложенное мною имя. Чтобы, уже через, буквально пару секунд, резюмировать. - А вы знаете... В этом что-то есть! С одной стороны нечто брутальное и загадочное. А, с другой, совершенно не противоречащее линии партии.

- Коль, ты чего? - Очумело выпучив глаза, еле слышно прошипел наш художественный руководитель. - Какой ещё, нахрен, "Карьер"?!

- Я всё слышу, молодые люди! - Для острастки постучав тонким пальчиком по столу, осадила слегка прихуевшего (то есть, простите, впавшего в состояние перманентной прострации, и потому временно переставшего "фильтровать базар") "полуначальника" чиновница. И, повращав в воздухе раскрытой ладонью, встала на мою сторону. - Всё-же вам, как взрослому человеку, должно быть понятно, что мнение автора предоставленного материала имеет более приоритетное значение.

- Ладно, пусть будет "Карьер". - Соглашаясь, обречённо махнул рукой Сергей. И, осуждающе взглянув на меня и недовольно покачав головой, пробормотал. - Раз уж ты так решил, я не против.

- Тогда, вот вам ещё одна бумага. - Споро заполнив очередной бланк и шлёпнув печать, протянула мне документ хозяйка кабинета. - Это вполне официально зарегистрированное название вашего Вокально-Инструментального Ансамбля. И, знаете что... Постарайтесь как можно скорее представить вашу программу худсовету. - Тут она сцепила пальцы в замок и, водрузив локти на стол и устроив на получившейся конструкции подбородок, поинтересовалась. - Когда запланирован первый концерт?

- Хотелось бы ко дню космонавтики. - Неуверенно откликнулся Сергей. - Но, так как материала слишком много, то окончательно сможем обкатать не раньше Первого, или даже Девятого Мая.

- Что ж, не забудьте пригласить на выступление. - Записывая на вырванном из лежащего на краю стола блокнота несколько цифр, произнесла хозяйка кабинета. И, протягивая его нам, пояснила. - Вот мой номер телефона. Позвоните, хотя бы за день. Одна из моих давних приятельниц, очень кстати, работает в этой замечательной организации. Так что, мы придём на ваш бенефис и, надеюсь, вы сумеете оправдать ожидания двух стареющих женщин.

- Ну что вы. - Моментально отреагировал я. - Вы очень и очень хорошо выглядите.

- Льстец! - Еле заметно улыбнувшись, но явно довольная полученным комплиментом, шутливо погрозила мне пальцем чиновница. И, давая понять, что время аудиенции подошло к концу, откинулась на спинку стула. - Ладно уж, идите. И помните, звонок нужно сделать за день а, лучше за два до назначенного мероприятия.

- До свидания. - По очереди попрощались мы.

И, один за другим, тихо покинули кабинет высокого начальства.

- Коль, ты что, очумел? - Тут же набросился на меня наш художественный руководитель. - Какой, к ебени матери, "Карьер"?

- Сам дурак. - Мгновенно подстроившись под его интонацию и манеру разговора, тут же отреагировал я. - Да и вообще какая, к хуям, разница?

- Вот теперь вижу, что нахожусь в окружении настоящей русской интеллигенции! - Во весь голос заржал Вадим. И, вытирая выступившие слёзы, сдавленно хрюкнул. - Творческой!

- Да, иди ты! - Не сговариваясь, послали пятого участника нашего замечательного ансамбля мы.

- Да я чё? Я ж ничё? - Поспешил откреститься наш новый, то ли солист, то ли подпевала вторым или третьим голосом. - Просто, вы та-а-ак культурно ведёте беседу...

- А, хули он? - В унисон задали сакраментальный вопрос мы.

Чем опять повергли согласившегося примкнуть к нам таксиста в состояние, бизкое к истерике.

- Говорю же, милые и культурные люди! - Оперевшись рукой о стенку, застонал он. - Прям, настолько, что пробу негде ставить!

- Ладно, проехали. - Поняв, что продолжать дальше этот совсем неконструктивный диалог, не имеет никакого смысла, полупредложил-полускомандовал Сергей. - К тому же, счётчик тикает. А печатать денежные купюры я пока не научился.

- И то верно. - Поддержал нашего художественного руководителя Вадим. И, направляясь к лестнице, полюбопытствовал. - Вам сейчас в ДОФ?

- Угу. - Подтвердил я. И, вспомнив, что единственные экземпляры партитур остались в ВААПе, попросил. - Только, сначала заедем в канцтовары и купим десяток нотных тетрадей и пару ручек и пузырёк чернил.

- Да, без проблем. - Согласился водитель. И, немного подтрунивая, засмеялся. - Любой каприз - за ваши деньги!

И, так как за время этого диалога мы успели выйти на улицу и добраться до машины, то забрались внутрь и двинулись в обозначенном направлении.

Квазиживой организм был доволен. Адаптация в новом мире шла, если и не совсем успешно то, по крайней мере, без каких-либо неприятных сюрпризов. Им с хозяином удалось получить работу, обзавестись, каким-никаким, а жильём и даже сделать первые шаги вверх по иерархической лестнице здешнего социума.

Пока не Бог весть что но, всем известно, что "путь в тысячу ли начинается с первого шага".

Правда, не очень серьёзно относившийся к возникающим проблемам носитель, несколько портил тщательно выстраиваемую и запланированную картину мира. Но, на то и есть существа, подобные ему, чтобы делать из, по сути, полуживотнх, могущих претендовать лишь на жалкое звание псевдо-мыслящих, настоящих разумных с приставкой "Альфа".

Плохо, само-собой, что так и не удаётся восстановить связь с реципиентом. Но, по крайней мере, действуя варварским и, прямо скажем, не очень полезным для их общего организма методами, всё-таки удаётся корректировать поведение носителя, вовремя пресекая ненужные поползновения и не давая совершать непоправимые глупости.

За неимением гербовой, как говориться, будем пока писать на простой.

К тому же, несомненно станущие популярными песни из будущего этой Локации и насильно навязанное им провоцирующее название создаваемого ансамбля, все всякого сомнения должно привлечь внимание остальных членов неразлучной троицы.

Симбиот очень надеялся, что судьба Марины Алексеевны и маленькой девочки по имени Алеся, сложилась не столь трагическим образом. Никто из них не получил травму, соответственно, не утратил память и, как следствие, рано или поздно, а девочки сумеют сложить два и два. Придя к закономерному выводу, что их муж и отец находится рядом.

Ну а, встреча с членами семьи и, как надеялся биопроцессор, демонстрация ими магических способностей, безо всякого сомнения помогут, если и не вернуть память хозяину то, по крайней мере, заставят думать и действовать в нужном им обоим направлении. То есть, начать понемногу тренироваться и пытаться вновь овладеть тем, что дано существам его расы с самого рождения.

Два свободных от работы дня, студентка Вера Иванова провела в возвышенном и одухотворённом экстазе. Новый знакомый будоражил воображение девушки, заставляя снова и снова переживать волшебные моменты и сладкие мгновения их довольно тесных контактов.

Правда, она досадовала на себя, за то, что так и не сумела выкроить время и, как обещала, навестить Колю на следующий день. Но к ещё великому сожалению, дела в институте, а так же несданные хвосты и участие в подготовке доклада ко Дню Космонавтики, тоже не оставили ни одной свободной минутки.

Но, так как очередное дежурство неумолимо приближалось, а лежать под присмотром врачей, по её рассчётам Коле предстояло, как минимум, ещё целую неделю, девушка терпеливо ждала очередного рабочего дня.

"Плохо, конечно, что не оставила ему номер телефона". - Корила себя она.

Но, вспоминая, при каких обстоятельствах прошло их расставание, тут же находила оправдание собственной оплошности. Тут, у любого бы ум за разум зашёл! Не то, что у растерянной и, если честно, так и не отошедшей от испуга молоденькой девчёнки.

Никогда ещё с такой радостью не бежала Верочка на работу. Не подумайте, она любила выбранную профессию. Чувствовал себя в госпитале, если и не "как дома" то, по меньшей мере, не ощущала чужеродным элементом в этом особом, закрытом от внешнего мира и отличающемся кастовостью, медицинском сообществе.

Но новый знакомый, каким-то волшебным и загадочным образом в одночасье перевернул всё с ног на голову. Жизнь Верочки наполнилась совершенно неизвестными до сих пор красками, а в душе постоянно звучала трогательная и, одновременно задорная, мелодия.