Новатор

* * *

И я немного отвлекаюсь, оценивая информацию:

. — Ну, да, пока все идет как надо и система вырисовывается. — Понимаю я и вновь обращаюсь к той самой информации:

* * *

Но есть еще и основные производства. Там три головных независимых завода. И на их основе сформированы три компании РосАвиа, РусАвиа и СовАвиа. Каждая из компаний, концентрируется на определенном типе авиации и имеет филиалы в регионах, которые будет активно развивать, с помощью государства конечно.

РосАвиа — сконцентрирована на истребительной авиации и это ГАЗ №1 Москва, ГАЗ №4 Нижний Новгород, ГАЗ №5 Казань и ГАЗ №6 Саратов. Московский и Нижегородский заводы уже активно работают и они выступают донорами для Саратовского и Казанского авиазаводов, которые сейчас активно строятся и уже скоро начнут выпуск боевых истребителей.

РусАвиа, создано на базе бывшего московского авиазавода ГАЗ №22, переименованного сейчас в ГАЗ №2 Москва. Предприятие специализируется на бомбардировочной авиации. Это гигант и именно из него многое было выделено. Мы специально пошли на эту меру, чтобы всецело развить отрасль. Ну а кроме него, тут еще три авиазавода — ГАЗ №7 Иркутск, ГАЗ №8 Новосибирск и ГАЗ №9 Комсомольск-на-Амуре. Да, это по моему предложению, решено развивать производство тяжелой авиации именно за Уралом. Дело в том, что там народ привык к масштабам и оттуда проще перегонять тяжелые самолеты.

И, наконец, СовАвиа. Предприятие специализируется на штурмовой авиации и его головной завод построен на базе выделенных мощностей и людских ресурсов того самого гиганта ГАЗ№22. В итоге сейчас у предприятия головной завод ГАЗ №3 Москва и еще три завода ГАЗ №10 Воронеж, ГАЗ №11 Харьков и ГАЗ №12 Самара. Тут ситуация двоякая: три из четырех заводов, вполне себе рабочие, лишь самарский строится с нуля. Но с другой стороны, сейчас только начинаются активные разработки в штурмовой авиации, московские мощности были ориентированы на бомбардировочную авиацию, харьковский завод работал в основном малыми производственными партиями пассажирских самолетов, а Воронеж, все никак не может раскачаться. Но процесс идет, и я думаю все сложится. Я ведь не просто так все это предложил поделить. Тут привязка по габаритам и массе, Москва привыкла к подобным самолетам, Харьков тоже не далеко ушел, ну а Воронежу и Самаре помогут.

В целом, по моему, все сделано по уму.

Да и кстати, сейчас идет еще один процесс. Не секрет, что от 25% и до 40% стоимости самолетов и танков составляют моторы, и во многом это одни и те же моторы. Это большие деньги и тут тоже хорошо бы структурировать все. Но этим я, наверно, займусь уже осенью. Есть мысли и возможности выделить три наши компании, тоже вертикально интегрированные. Назвать что-то вроде РусДвигатели, РосДвигатели и СоветДвигатели, и притянуть на наш рынок одну иностранную компанию. Есть мысли, кого именно и думаю, даже уверен, там все получится. У них сейчас складывается такая ситуация, что им деваться некуда, а тут такой рынок, на сотни миллионов. И двигатели они делают очень хорошие.

* * *

И вновь выскакиваю из размышлений, для того чтобы оценить все это:

— Да, и тут все как надо. И с двигателями, очень правильная мысль. Тут кстати еще….есть мысль, мы же технику, кое-кому уже продаем, а зачем нам доллары? Нам бы двигателей. Вот летом и поговорю. И о бартере и о переносе производств. — Размышляю я, на мгновение отвлекшись от темы и снова в нее ныряю:

* * *

Ну, а с нашей авиа бригадой, тут все хорошо:

Там уже с год, нашими конструкторами отрабатывались проекты, были созданы образцы и облетаны. А с нового года мы вышли на пред серийное производство, сразу по четырем моделям.

Пред серийный выпуск был развернут частично у нас на ГАЭЗ3, а частично на ГАЗ2. Вот и выпустили уже не маленькую партию. Конечно, обошлось не дешево, но это того стоило.

А если конкретно, то:

Тяжелый бомбардировщик БАР-2, создан на основе двенадцати дальне магистрального пассажирского самолета БАР-101, он же Сталь 7.

Кстати БАР-101 пошел в малую серию и успешно выпускается на нашем заводе.

Штурмовик и средний бомбардировщик Су-2 и СУ-4, созданы на основное проектных работ прошлых лет бригады Сухого.

Ну а истребитель МИГ-1, это компиляция наработок Бартини в его проекте Сталь-6 и собственных разработок бригады Микояна и Гуревича.

В итоге мы успели к настоящему моменту выпустить на нашем заводе:

БАР-2….10 шт.(поступили на вооружении нашей авиа бригады)

БАР-101…10 шт.(2 поступило к нам, оставшиеся 8 разобрали ведомства)

СУ-2……40 шт.(поступили на вооружении нашей авиа бригады)

СУ-4….30 шт. (поступили на вооружении нашей авиа бригады)

МИГ-1…40 шт.(поступили на вооружении нашей авиа бригады)

А в деньгах это мне и государству стоило:

БАР-2…расчетная серийная цена…10× 800 тыс. р.….8 млн.р.

СУ-2….расчетная серийная цена…40× 400 тыс. р.….16 млн.р.

СУ-4….расчетная серийная цена…30× 300 тыс. р.….9 млн.р.

МИГ-1…расчетная серийная цена…40× 250 тыс. р.….10 млн.р.

Итого…в серийных ценах это 43 млн. р., а реально обошлось на 100% дороже, 86 млн. рублей. Что поделать, тут математика такая:

Если серийная цена равно 100%, то установочная 150%, пред серийная 200% и проектная 400%.

Так что, пришлось заплатить, пополам конечно 43 млн. р. с меня и столько же с государства. Оно тоже заинтересовано.

* * *

И все, краткая справка закончилась, строчки растворились, а я думаю:

— Неплохо так поработали, все идет по плану. Экспериментальные самолеты и прочая техника уже поступили на вооружение наших двух бригад и скоро, очень скоро мы все эти новинки проверим в деле и не раз.—

Тут вновь появляется Элька, все в том же образе «Пеппи в мини-юбке» и спрашивает:

— Ну как, вспомнил, разобрался?—

— Спасибо сестренка. — Благодарю ее я и тут же добавляю:— ты правда, очень сильно помогаешь.—

Она улыбается, в моем разуме, конечно, а я тут же отпускаю комплимент:

— Кстати, шикарно выглядишь.—

— Спасибо, братишка. — Смеется она и вновь исчезает.

— Ну все, пора. — Понимаю я и иду к двери.

— Новый день начинается, новый мир меня ждет. — Проносится мысль у меня в голове, и я открываю дверь в этот самый Новый мир и уже на пороге меня снова накрывает.

* * *

— Даня, Даня. Я соскучилась. — Чудится мне голос Долли и я тут же отвечаю:

— Я тоже Долли, любимая. Я скучаю.—

— И я скучаю любимый, очень скучаю. — Снова доносится отзвук ее эмоций в моем разуме.

— Скоро увидимся милая, правда скоро. А потом ты приедешь, и мы будем вместе. Навсегда. Ты я и… — Отвечаю я, а она тут же подхватывает, или мне это чудится?

— Да, вместе. А мы еще до этого увидимся?—

— Да милая. Да. Ты не удивляйся, скоро. — Шепчу я про себя, в безумной надежде, что она меня услышит.

И мне снова чудится ответ:

— Хорошо, это очень хорошо, Даня. Я буду ждать.—

— Я тоже, милая, я тоже.—

И эти ощущения исчезли, оставив лишь тепло на душе и нежность в сердце.

А я все-таки пошел по своим делам.

* * *

— Да, а дел-то, дел-то накопилось, ну просто вагон и маленькая тележка. — Думаю я, уже стоя в школе перед кабинетом директора гимназии.

А директор здесь, личность знаковая, он сменил Мазинга, после Смерти последнего и так и остался на этом посту. И, что самое смешное, он женат на дочери Мазинга. Уже в возрасте, лет за шестьдесят, но достаточно крепок и бодр. И вот я сейчас жду приглашения, чтобы начать свою эпопею.

— Да, эпопея по сдаче переводных экзаменов. — Размышляю я и меня наконец приглашают.

— Время не совсем урочное, у нас сейчас последнее занятие на сегодня, физкультура, а я вот вместо того, чтобы побегать и попрыгать с ребятами, сейчас буду писать сочинение. — Вновь размышляю я и захожу в кабинет.

— Комиссия на месте. — Отмечаю я и меня тут же подзывают:

— Даниил, проходи, бери билет и садись. — Приглашает меня тот самый директор, Модестов Алексей Яковлевич.

Я беру билет и отмечаю, что на рядом с ним расположились еще два персонажа, наша русичка Елена Ивановна и завуч Елена Петровна.

— Да, можно загадывать желания — Решаю я и тут же загадываю:

— По быстрее бы с этим распутаться.—

И тут же приступаю, привычно выбираю «Свободную тему» на тему любовь к родине и полетел.

Секунды слагаются в минуты, минуты в часы. Но это громко сказано, полтора часа и все, сочинение готово, я написал свои мысли о любви к родине.

Встаю, отдаю тетрадь Елене Николаевне, а она не особо удивлена, знает, что с русским у меня все в порядке, а тем более с литературой. Ну а уж на свободную тему, я такого могу написать, причем развернуть тут саму тему в любую сторону.

Она берет тетрадь, не глядя кладет ее на стол и спрашивает:

— Даниил, ты точно все написал? Может отменить все, что за спешка?—

— Извините Елена Николаевна. Это от меня не зависит, мне надо уехать и я не уверен, что успею вернуться к экзаменам, а на второй год как-то не хочется оставаться. — Смеюсь я в ответ, а потом добавляю:— Не могу, к сожалению, сказать, что, куда и почему.—

Она кивает, но потом все-таки снова поднимает эту тему:

— Ну так можно и перенести, какие проблемы. Мы же знаем твой уровень. — Говорит она мне, но я отрицательно качаю головой и отвечаю:

— Нельзя, Елена Николаевна. Кому много дано, с того и спрос особый, я не могу откладывать, вопросы надо решать здесь и сейчас.—

И они дружно кивают головой, признавая мою правоту.

А я спрашиваю:

— Я тогда пойду, а то дел много?—

И снова согласный кивок троицы, а после и слова Алексея Яковлевича:

— Да, Даниил, иди. У нас к тебе нет вопросов, а результаты, Елена Николаевна тебе завтра объявит.—

И я прощаюсь и выхожу из кабинета и практически сразу наталкиваюсь на удивительно знакомое личико увенчанное копной рыжих волос.

— Привет, Светка, ты меня что ли ждешь? — Спрашиваю я и тут же слышу ответ:

— Привет, Даня. Да, тебя. Написал?—

— Конечно написал, Светик. — Смеюсь я в ответ, обнимаю ее и мы идем по коридору родной гимназии.

* * *

— Света, ты со мной? — Спрашиваю я ее и естественно слышу в ответ:

— Конечно, возьмешь?—

Я соглашаюсь и тут же переспрашиваю:

— А чего Лерки не видно?—

— Да у нее свиданка, вот она и сбежала. — Смеется моя рыжая, над другой рыжей, похожей на нее как близняшка.

Тут и еще одна девчонка подвалила, по имени Аня.

— Ты тоже со мной? — Смеюсь я, а она улыбается и спрашивает:

— Возьмешь?—

— Конечно. — Отвечаю я. — Поехали кататься.—

Потом вдруг соображаю и переспрашиваю:

— Может за Андреем заехать, забрать его?—

— А можно? — Спрашивает она и так мило краснеет.