Помоги проекту - поделись книгой:
Доводы были сомнительные, но спорить Альда пока не решалась. Она еще не научилась отличать провокации Вернона от полноценных советов.
Когда она добралась до нужных апартаментов, дверь открылась перед ней автоматически. Встречать гостью, естественно, никто не стал. Вернон стоял у огромного иллюминатора, который наверняка был гордостью станции, и рассматривал далекие звезды. В белом кресле неподалеку от телепата действительно устроилась с чашкой чая Тимандра, приветливо махнувшая Альде рукой.
Но по ним Альда просто скользнула взглядом, ее внимание оказалось приковано к тому самому третьему разуму, который она сумела распознать лишь как неясный гул.
Сегодня она впервые встретилась с итальтика.
Она прекрасно знала, что это за существо. Итальтика стали первым разумным видом, с которым люди не только пересеклись, но и наладили сотрудничество. В академии им целый курс посвящен был! Так что Альда видела и трехмерные изображения, и видеозаписи.
Но одно дело – картинка, пусть даже объемная, совсем другое – личная встреча… Альда просто замерла перед величественным созданием, позабыла, где она вообще, ради чего пришла.
Итальтика оказался намного крупнее, чем она предполагала. У этого существа было крепкое чуть вытянутое тело с шестью ногами, из которых задняя пара была самой короткой, а передняя – самой длинной. И вот на уровне передней пары ног, в холке, существо уже было выше Альды. Ну а дальше тянулась изогнутая полукругом шея, на которой держалась ромбовидная голова.
Из-за этого можно было сказать, что итальтика смотрел на телепатку сверху вниз… если бы он вообще мог смотреть. Глаз у этого вида не было, большую часть морды занимали пластины брони, среди которых пульсировала, переливаясь рыжим и желтым, объемная мембрана. С ее помощью итальтика выпускали телепатические импульсы, заменявшие им зрение. Это не было телепатией в том смысле, в каком ее освоили люди – итальтика применяли более примитивный вариант, отдаленно схожий с эхолокацией земных животных. На их планете зрение оказалось бесполезным, так уж вышло, но сведения о мире у них все равно были вполне точные.
Броня нарастала не только на морде, но и на теле существа. Это тоже стало наследием древних времен, когда выжить на Итойе было не так-то просто. На ногах броня разделялась лишь над суставами, завершалась она острыми копытами. Казалось бы: с такими конечностями этот вид в принципе не мог ничего построить! Однако Альда помнила, что в каждой ноге под броней есть специальная полость, внутри которой скрывается по три гибких мягких щупальца. С их помощью итальтика обычно взаимодействовали с теми, кого не планировали убить и сожрать.
Этот вид ведь был хищным… чудовищным даже. Когда люди впервые увидели их, они не поверили, что это хозяева городов, возведенных на Итойе, решили, что наблюдают за какими-то сторожевыми животными. Виной тому стала жуткая пасть, занимающая всю шею существ. Она, полная клыков, раскрывалась неожиданно широко, позволяя быстро поглотить даже крупную добычу.
Итальтика были монстрами, теми самыми пришельцами, о которых когда-то снимали фильмы ужасов. Но они же были разумными, цивилизованными и на удивление спокойными. Просто к ним требовалось… привыкнуть.
Для большинства людей главным источником удивления и даже страха становилась внешность итальтика, для Альды же не меньшее значение имел их телепатический фон. То, что они с другой планеты, само по себе не важно – она уже налаживала контакт и с животными, и с разумными представителями других миров. И тогда ей было проще! В случае итальтика их телепатические способности, пусть даже ограниченные, сбивали ее с толку.
И снова резкий голос Вернона, громыхнувший у нее в голове, заставил Альду подпрыгнуть.
«Ты не пялиться на него должна, а искать способ пробиться в его мысли через защиту».
«Не надо так делать, пожалуйста! – возмущенно подумала Альда. – Давайте лучше перейдем к той части, где я узнаю, что здесь происходит!»
Вернон наконец оторвался от созерцания звезд. Он повернулся к Альде и окинул ее таким взглядом, что ей невольно захотелось сжаться и маленьким воздушным шариком улететь куда-нибудь в сторону Сатурна. Да уж, над общением с номером 1 ей предстояло серьезно поработать…
Разговор рисковал стать совсем неприятным, если бы не вмешалась Тимандра:
– Да не зыркай ты на нее так! Можно подумать, если она сейчас умрет от инфаркта, хоть кому-то станет легче.
– По крайней мере, она перестанет меня позорить, – пожал плечами Вернон. – Мертвая дочь намного престижней, чем трясущееся желе вместо дочери.
– Не слушай его, дорогая. Он думает, что умеет шутить.
Тимандра казалась не просто милой – она казалась защитницей, сторонницей, которой можно доверять. Альда не позволила себе обмануться. Римильда ей прямым текстом сказала: все эти улыбочки и сладкий голос – всего лишь инструмент, способ усыпить бдительность. Если ядовитую змею завернуть в шелковый платок, менее ядовитой она от этого не станет.
Впрочем, предупреждения были излишни. Альда прекрасно помнила свою прошлую встречу с хилером без номера. Тимандра точно так же ворковала милой голубкой – и отключила бы телепатке сердце по первому приказу Вернона. Поэтому Альда лишь сдержанно кивнула, искать здесь друзей она не собиралась.
И тут итальтика решил, что выжидал достаточно. Альда впервые услышала его голос – тихий, будто наполненный шелестом, не принадлежащий ни мужчине, ни женщине: на Итойе полов не было.
«Я прошу прощения за то, что доставляю такие неудобства. Мое имя…»
– Нет, – жестко прервал его Вернон. На мысленную речь он не переходил, потому что со слухом у итальтика проблем не было. Некоторые из них принципиально говорили только на родном языке, но этот использовал общую речь. – Все эти рассказы сделают присутствие здесь Мазарин бессмысленным.
– А Мазарин, вообще-то, и не напрашивалась, – холодно напомнила Альда.
– Но сделать себя полезной ей все равно не помешает. Твоя задача – определить его имя самостоятельно. Бонусом будет информация об обстоятельствах, которые его сюда привели.
– Подождите, я…
– У тебя минута, – Вернон демонстративно запустил на главном экране таймер. – Время пошло. Если не сумеешь справиться с чем-то настолько простым, сразу отправишься на «Северную корону», собирать устриц по диким планетам. Мне нужно убедиться, что я оценил тебя правильно.
Задание, которое он дал ей, не было простым, и Вернон прекрасно знал об этом. Гул, испускаемый сознанием итальтика, был инстинктивной защитой, серьезно усложняющей телепатический контакт. В академии говорили, что преодолеть эту защиту можно, хотя на такое способны далеко не все. И теория тут никак не помогала, гул можно было только чувствовать…
Альда и чувствовала, а что делать дальше – не знала. Она двигалась по незнакомой территории, на которой непонятно, что у тебя под ногами: земля, болото или зыбучие пески. Да еще и вред итальтика причинить нельзя. Да еще и время истекает. И Вернон пялится так паскудно, как будто ничего другого не ожидал!
В какой-то момент Альде захотелось поддаться. Намеренно провалить это задание и уйти, а Вернон пусть делает что хочет. Чем меньше его в ее жизни, тем лучше!
И все-таки она сдержалась. Не только потому, что догадывалась: Вернон способен заметить такие «поддавки» и отреагировать на них неадекватно. Просто в итальтика Альда улавливала что-то тревожное, страшное даже… Он не был угрозой – но он об угрозе знал. В апартаментах номера 1 он оказался не просто так, что-то случилось, и у того, что сюда позвали именно Альду, есть куда более серьезная причина, чем капризы Вернона.
Она постаралась отвлечься от всего, что ее окружало сейчас – презрительно-насмешливого взгляда номера 1, притворного сочувствия Тимандры, чудовища, нависающего над ней… Значение имело только задание.
Что делать, если рядом с тобой гудит пчелиный рой, а тебе нужно услышать слова того, кто стоит по другую сторону улья? Подойти ближе. Прислушаться внимательней. Забыть про страх.
Это и делала теперь Альда. В академии такому не учили – так ведь и она не вчера выпустилась! Она устанавливала контакт с разными формами жизни, и теперь все это ей пригодилось. Она двигалась вперед медленно и осторожно, но двигалась же! Сначала рядом с ней было темно и тихо. Потом пришли образы: гулкие, размытые, с каждой секундой обретающие четкость.
Итальтика, запертые в космическом корабле, испуганные, истекающие кровью. Кричащие без звука – так, что слышат только те, кто рядом, кто тоже страдает. Умирающие. Больше крови вокруг… Разум гаснет. Там, где пульсировала жизнь, – пустота. В этом скрыт ужас, но не скрыто удивление… Они знали, что идут на смерть. Надеялись, что обойдется, но принимали риск и все равно шли. Они бились в агонии, они почти проиграли, смотрите, корабль привез только трупы, все пропало…
Но один выжил. Одного достаточно.
Разум итальтика, открывшись, все же утянул Альду, его воспоминания были на редкость живыми. Ей казалось, что она тоже там… Она даже себя на миг забыла! Она была просто живым существом, наблюдающим за страданиями умирающих. Она легко считывала их боль, и вот уже они не были монстрами, они ничем не отличались от людей…
Наваждение оборвалось, когда снова прозвучал голос Вернона:
– Время вышло. Дверь сама найдешь?
Альда усилием воли развеяла образ залитого кровью корабля, изгнала из легких несуществующий запах полыни и уверенно посмотрела в глаза номеру 1. Страха больше не было – пока не было. Альда не сомневалась, что позже он вернется. Но сейчас она была настолько пропитана чужим страданием, что ее собственные переживания потеряли значение.
– Его зовут Мал
– Куда изначально летел «Текуит» и зачем? – уточнил Вернон.
– Не знаю. Это я посмотреть не успела.
– Скверно. Потенциал у тебя не нулевой, но тебя еще обтачивать и обтачивать, прежде чем из тебя получится нечто путное.
– Ой, отцепись от нее, Вал! – не выдержала Тимандра. – Ты прекрасно знаешь, что девочка только что продемонстрировала куда больший потенциал, чем у любого увальня из первой десятки! Ну, кроме тебя, разумеется. Ты очень талантливый увалень.
– В первой десятке моих детей нет, – напомнил номер 1. – И потребность Мазарин в развитии очевидна, я не собираюсь делать вид, что это не так. Но к ее способностям мы еще вернемся, сейчас есть тема поважнее.
– Это связано с тем, куда летел «Текуит»? – догадалась Альда.
Она прекрасно знала, что итальтика путешествуют неохотно и мало, у них были свои причины как можно реже покидать планету. Если они все же решились на такое, да еще и большой группой, цель у них наверняка была очень серьезной.
«Скорее, не куда, а почему, – уточнил Малук-Ахау. – Вы теперь позволите мне говорить? Или продолжаются какие-то испытания?»
– Вперед, вещай, – отмахнулся Вернон. – Необходимое испытание она, будем считать, прошла. Просто если бы Мазарин оказалась недостаточно сильна, чтобы преодолеть гул, толку от нее все равно бы не было. А так… есть с чем работать.
Изначально развитие итальтика, при всем их разуме, сдерживалось двумя основными факторами. Первым из них стала аномальная активность местного солнца, которую они никак не могли преодолеть. Вторым было разделение на огромное количество племен, увязших в нескончаемой войне. Итальтика все равно не стояли на месте, они многого добились. И все же, когда туда прибыли люди, Итойя находилась на уровне развития, который Земля миновала еще в начале двадцатого века.
Люди предложили помощь и сотрудничество. Итальтика согласились, дураками они никогда не были. Это принесло не только ускоренное развитие, но и долгожданный покой. Одним из главных условий, поставленных землянами, было прекращение межплеменной вражды и отказ от традиций, требующих убивать друг друга.
Зато когда это было выполнено, прогресс устремился вперед. Итальтика получили защиту от солнечной агрессии, построили новые города, полетели в космос. Внешне они были совсем не похожи на людей, но ладили с новыми партнерами отлично. Земляне получали полезные ископаемые, лекарства, технологии. Итальтика же наслаждались мирной жизнью.
Но оказалось, что нравилось это не всем. Даже после войны племена продолжали наблюдать за соседями – просто на всякий случай. И вот несколько лет назад племя Малук-Ахау обнаружило нечто странное.
«Начались разговоры о восстании, – печально сообщил он. – Об отделении от Общего Правительства и ограничении контактов с Землей».
– Потому что Земля такое восстание не одобрит, – указал Вернон.
«Это правда. Поэтому восстание готовилось тайно, много лет… К сожалению, нам удалось узнать о нем только на финальном этапе подготовки. Думаю, все произойдет очень скоро».
– Нам – это кому? – уточнила Альда.
«Моему племени. Нам никакое восстание не нужно. Когда на Итойю прибыли люди, мое племя было среди малочисленных. Мы должны были проиграть. Новые порядки дали нам возможность выжить и увеличить численность, за это мы благодарны. Мы не рвемся к традициям, которые так дороги мятежникам, потому что традиции – это наша смерть».
Восстание скрывали настолько тщательно, что Малук-Ахау не удалось выяснить, какие племена стоят за его организацией. Поэтому он ждал, надеялся получить более весомые доказательства… А потом до него дошло, что он просто теряет время. Час мятежа приближался, должна была пролиться кровь.
Ему нужна была помощь, а он не знал, где ее получить. Данные разведки намекали, что мятежникам удалось наладить контакт с некоторыми представителями Общего Правительства, у них было достойное прикрытие. Если бы Малук-Ахау доверился не тому человеку, это был бы последний разговор в его жизни.
Поэтому после некоторых сомнений он и его соплеменники решились на отчаянный шаг. Они оформили полет на «Текуите» как научную экспедицию, а сами отправились на поиски Юм-Каах-Вукубу. Но судя по тому, что произошло дальше, их план раскрыли. Когда корабль отдалился от планеты, в залах и коридорах сработали газовые бомбы, распространившие по «Текуиту» отравляющее вещество. Неведомый враг сделал все, чтобы предупреждение о биологической угрозе не прозвучало раньше срока, однако ему не повезло: Малук-Ахау все же выжил.
– Кто такой этот Юм-Каах-Вукубу? – спросила Альда.
Вернон досадливо поморщился и снова отвернулся к окну. Зато Тимандра широко улыбнулась:
– А это, дорогая, официальный титул, который на Итойе присвоили твоему отцу в день, когда его объявили персоной нон-грата на этой замечательной планете. Если не ошибаюсь, переводится как «худшее существо в мире» или как-то так.
– Ого… А за что такое присуждают?
– Ой, да там много чего было… Из того, что могу вспомнить навскидку: на конференции по культурным вопросам он объявил, что все достижения итальтика стоят меньше, чем высер полураздавленной улитки на Земле. Даже и не знаю, почему они не прониклись откровениями!
– Не вырывай из контекста, – потребовал Вернон, не оборачиваясь к ним. – Я просто указал им на их место, когда их делегация попробовала заявлять, что большинство нынешних космических технологий изобрели на Итойе, а земляне их попросту украли. Мы – украли у них, еще не выплативших долг за Кольцо. Я попросил пояснить мне, что мешало развитию великих итальтика до прибытия коварных убогих землян.
– Ты не так сказал, – с невинным видом напомнила Тимандра. – Твой подбор слов был столь остр, что чуть не срезал уши всей делегации Земли. А когда итальтика попробовали возмутиться, ты их всех за долю секунды телепатически придавил так, что они пикнуть не могли. И вот, знакомьтесь – Юм-Каах-Вукубу!
– Просто они истерички. А для меня это все равно ничего не изменило – телепатам из первой десятки изначально был запрещен въезд на Итойю. Давай, скажи мне, что это не расизм.
– Скажу, что ты своими выступлениями их вряд ли разубедил.
Малук-Ахау тоже был невысокого мнения о сильнейшем телепате среди людей. Но когда пришло время искать союзников, он решил, что откровенная неприязнь куда надежней затаенного коварства. Вернон никогда не скрывал, что итальтика ему не нравятся. Он ни за что бы не поддержал их восстание – поэтому ему можно было доверять. Именно к нему и летела делегация на «Текуите», да только не добралась…
Вернон отошел от окна, направился к бару. Насмешливым он больше не казался, скорее, задумчивым.
– Доказательств у всей этой повстанческой бредятины по-прежнему нет, – сказал номер 1. – Но есть обстоятельства, которые я вынужден принять во внимание. Первое и главное из них – это как раз гибель «Текуита». Даже эти насекомые не способны на такое массовое самоубийство.
Альда ожидала, что Малук-Ахау возмутится – или хотя бы напомнит, что он стоит тут и все слышит. Но итальтика выносил речи номера 1 с удивительным смирением. Видимо, помощь родной планете была для него намного важнее собственной гордости.
– Вторая причина – то, как были убиты итальтика, – продолжил Вернон. – На Итойе полно биолабораторий. Официально они нужны для разработки лекарств, но с таким оборудованием болезнь слепить – раз плюнуть. В основном они наверняка создают болезни, направленные против людей, в этом я даже не сомневаюсь. Но то, что у них было такое оружие против своих же, намекает, что перспектива новой войны между племенами не так уж туманна. Ну а третья причина – политическая возня вокруг Итойи.
– Не уверена, что понимаю, – признала Альда.
Вернон снова бросил на нее раздраженный взгляд – будто телепатам высшего уровня полагалось понимать все без лишних слов! Зато Тимандра была способна объяснять вполне спокойно:
– Изначально мы не обращали на дела Итойи особого внимания, но когда прибыл наш уважаемый живучий гость, стали проверять, что там делается, и выяснили кое-что любопытное. У Итойи мощная поддержка в Общем Правительстве. Эта планета получила больше льгот и привилегий, чем любая другая. Нам не удалось найти точную информацию о том, какие товары в последнее время завозились на Итойю, данные противоречат друг другу. Все это не означает, что восстание действительно готовится. Но это дает достаточно причин для проверки.
– И вот тут в дело вступаю я… Как?
– Полетишь и посмотришь, – отрезал Вернон. – Что, так сложно сообразить?
Сообразить было действительно несложно. Теперь Альда понимала, зачем он заставил ее преодолеть гул за минуту. Мысли всех итальтика защищены таким гулом, а когда он повсюду, телепатические способности сбиваются окончательно. Преодолеть это давление способны лишь сильнейшие из телепатов, которых на Итойю благоразумно не пускают.
Так что план Альда понимала – а уверена в нем не была.
– Не очень представляю, что из этого получится… Разве номера 11 достаточно для такой миссии?
– Да уж, умом ты явно пошла не в меня, – вздохнул Вернон. – Да никакой у тебя не номер 11! Выше. Я намеренно занизил твой номер, назначая его, чтобы прыжок от номера 53 был не так очевиден – ну и для таких ситуаций. Телепатов боятся многие, и на первой десятке лежит уйма запретов. Зато номер 11 они по большей части не касаются. К тому же есть еще один важный момент: с тобой мне проще связаться, чем даже с более сильным телепатом, не приходящимся мне родственником. Принцип родительской энергии ты, надеюсь, помнишь. Полагаю, мы сможем наладить общение, даже если ты на Итойе, а я за пределами Кольца.
– То есть, связь у нас будет, даже если итальтика все заблокируют?
– Медленно, но соображаешь, хвалю. Только вряд ли они все заблокируют. Даже если это готовилось давно, подготовка еще не завершена.
– Откуда такая уверенность?
– Иначе они не стали бы подставляться, убивая экипаж корабля. Это само по себе подозрительно, но не навело бы на мысли о восстании, если бы все погибли. Следовательно, заговорщикам, если они есть, нужно больше времени. Твоя задача – отнять у них это время.
– Но если я туда просто прибуду, без повода… Они же от меня шарахнутся, я их не найду!
– А повод у тебя как раз будет.
На Итойе приближался Праздник Единения – годовщина подписания первого договора о сотрудничестве с землянами. В этом году намечался еще и юбилей, поэтому итальтика любезно пригласили куда больше представителей флота и специального корпуса, чем обычно.
Присоединиться к гостям предстояло не только Альде, но и всей команде «Северной короны». Ни о каком личном одолжении Вернону речи не шло, их вылазку уже оформили как полноценную миссию, ради которой их и отозвали с предыдущей.
Весть о том, что она отправится на чужую планету не одна, Альду радовала – но ситуация от этого яснее не становилась.
– Как спецкорпус вообще согласился на это? – удивилась телепатка. – Почему именно мы? Есть ведь команды посильнее!
– Ты думаешь?
Прежде, чем продолжить, Вернон окинул ее долгим взглядом, будто прикидывая, какое место она занимает в его плане. Место оказалось достаточно важным, и он повернулся к Тимандре и Малук-Ахау.
– Погуляйте где-нибудь, – велел Первый.
Поделиться книгой: