Французское наследство

– Яна мне понравилась.

Ну, дела! Ничего от нее не скроешь.

– Надо сначала с Надей поговорить.

– Думаешь, она надеялась, что ты ее замуж возьмешь?

– А разве нет?

– Она тебе говорила?

– Даже не намекала.

– Вот видишь. Почему-то мне кажется, Надя с самого начала знала, что вы не пара. Помнишь, ты нас познакомил? Ну, когда мы случайно встретились. Если женщина собирается замуж, она старается задобрить родственников. Меня в данном случае. А Надя откровенно скучала. Я тогда еще подумала, что долгоиграющих планов у нее на тебя нет. Секс и совместные выходные. Все.

Боже! О чем он говорит с дочерью?

– Поверь, пап. Я женщина и лучше в этих делах разбираюсь.

Похоже, так и есть.

– Ты подумай, а я пошла.

Дина встала и уже у двери обернулась:

– Если что, я всегда на твоей стороне.

– Спасибо, дочка.

– Но ты все равно не балуйся. Ок?

Выходит, командир он только на работе. Дома ему отведена куда более скромная роль. А он еще над Серегой прикалывался, что Лиза им крутит, как хочет!

Да, Бехтерев…

Он посидел еще немного, а потом быстро собрался и поехал на работу. Материалами дела займется вечером.

Однако дотерпеть до вечера не получилось. Как только представилась возможность, открыл скинутые Башковитовым файлы. Оказалось, что все было немного не так, как он себе представлял.

Рабочего убили не в подвале. Туда притащили и бросили. Само убийство случилось неподалеку, в каморке, где рабочие обычно переодевались. Что покойник делал там ночью, так и осталось тайной, но первый удар был нанесен сзади и сверху. То есть убитый в это время сидел за столом. Что он за этим столом делал, тоже не выяснили. Стол был из видавших виды, так что ничего толком установить не получилось. На вопрос, какого черта понадобилось тащить его в подвал, ответа также не нашлось.

Другими словами, следствие провели из рук вон плохо, и это было ясно даже такому дилетанту, как Бехтерев.

Да и с чего напрягаться? Ну, убили рабочего на стройке. Так что теперь, все бросить и этим заниматься?

Впрочем, просидев над документами битый час, он тоже не слишком преуспел. Списки тех, кто мог быть причастен к убийству, и всех сотрудников, которые работали в музее, были длинными, но ни за одну из фамилий он не зацепился. Может, стоит показать Яне? Вдруг что-то заметит.

Не успел он о ней подумать, как раздался звонок:

– Савва, ты сможешь съездить со мной к бабушке?

– В смысле, на кладбище?

– Нет. На квартиру. Мне нужно еще раз все проверить.

– Появилась идея?

– Мне кажется, мы можем найти следы. Или подсказки. Я не была там с тех пор, как нашла письмо. Но тогда я вообще ни о чем думать не могла. Полиция, конечно, искала, но что-то свое, а мне кажется…

– Хорошо. Жди.

Перед самой дверью она струсила. Пришлось Савве брать ее за руку и вести за собой.

В квартире было так гулко, что даже в ушах звенело. Хотя ни мебель, ни ковры никто не вывозил, ощущение пустоты было таким сильным, что Яна чуть не заплакала.

– Что ты хочешь найти конкретно? Сориентируй для ясности, – вернул ее к реальности голос Бехтерева.

– Полиция не смотрела ее записи. Мы тоже. Просто не до того было.

– Она вела дневник?

– Нет, но у нее было много всего. Ну… пустяки разные. Она рецепты собирала, записки прикалывала к обоям, чтоб не забыть, календари отрывные использовала и отмечала разные даты.

– Слушай, а это хорошая мысль, – отозвался Савва и предложил: – Начинай тут, а я пойду на кухню.

Яна стала перебирать бумаги, но работа шла тяжело. Несколько раз она прерывалась, чтобы успокоиться.

Возможно, это была глупая идея. Столько времени прошло. Что мешало убийце вернуться и уничтожить следы?

– А кто такой Д. Б.? Не знаешь?

Бехтерев стоял в дверях с листком календаря в руке.

– Тут написано: Д. Б. в три. На холодильнике лежал.

– А дата?

– На следующий день после убийства.

Яна выхватила листок и впилась в него глазами.

– На следующий день? Тогда мимо.

– А если он пришел раньше?

– Зачем?

– Чтобы застать врасплох. У кого могли быть такие инициалы?

– Ума не приложу. Если кто и приходил, то врач или соцработник. Их фамилии известны. У меня и телефоны есть. Подожди, посмотрю. Вот. Лидия Петровна Гусева и Татьяна Николаевна Никитина.

– Думай дальше.

– Ну кто? Только участковый. Даня Башковитов.

Она замерла с открытым ртом.

– Не помню, чтобы Башковитов говорил, что собирался к ней зайти, – задумчиво произнес Бехтерев.

– Может, она пожаловаться на что-то собиралась?

– Все равно сказал бы.

– Это не может быть он.

– Конечно, не может. Мало ли Д. Б. в округе.

Они взглянули друг на друга и отвели глаза.

– Давай пока не будем циклиться на инициалах, – решительно сказал Савва, – сворачивайся и поедем туда, где есть комп. Башковитов как раз прислал материалы по убийству в Москве.

Яна вскинула на него глаза:

– При чем тут Москва?

– Четыре года назад там похожим способом убили человека. И знаешь где? В доме, принадлежавшем мужу княгини Засекиной.

– Что значит похожим способом?

– Разбили голову.

– Молотком?

– А с чего мы взяли, что это был молоток? С таким же успехом такие повреждения можно нанести…

– Наконечником трости?

– Да. Я подумал об этом, когда увидел Кира Венского. Тебе тоже такая мысль в голову пришла?

– Нет, не пришла. Я просто видела это.

– Где? – опешил Бехтерев.

– Во сне.

Сны сбываются

К себе домой он Яну не повез. Заехали в небольшое кафе и уселись рядом, заказав чайник зеленого чая. Материалы стали просматривать на телефоне и сразу поняли, что решение было не из лучших. Близость друг друга взволновала обоих, да так, что кидало в жар. Сразу стало не до чая. Пришлось заказать свежевыжатый сок.

После холодного вроде немного полегчало.

– Смотри, как интересно: рабочего убили, когда он сидел за столом. Что, как ты считаешь, он делал?

– Письмо писал, – ответила Яна.

– Думаешь?

Не думаю, а знаю, хотела ответить она, но промолчала.

Она была поражена, что обстоятельства московского убийства поразительно напоминают ее сон. Только там письмо запечатывалось сургучной печатью, словно все происходило давным-давно. Да и она в том сне была книгой на полке. Не рассказывать же об этом Бехтереву.

– Ну или записку.

– Кто-то еще так делает? – удивился Савва.

– И довольно часто. Хотя есть другая версия. Не писал, а читал.

– Например, документ. Только не тот, который он ищет. Что-то другое, но опасное для него.

– Точно! Убийца увидел и понял, что его могут разоблачить. А зачем он тело перетащил?

– Чтобы дольше найти не могли. В комнату заходят постоянно, она в начале коридора.

– Ты говорил про списки.

Савва поискал.

– Вот. Сначала все, кто там работал, за ними – сотрудники музея. Посмотри, не встретится ли знакомая фамилия. Венского там нет, но это мог быть, например, соучастник.

Яна стала смотреть, однако мысли ее были далеко.

Как так вышло, что ей приснилось убийство четырехлетней давности, к тому же московское? Да и потом все сны были на похожие темы. Сначала про то, как она пряталась в сундуке, а недавно вообще – как убивают ее саму. И тоже тростью. Может быть, той же самой. Но что самое странное, во всех снах присутствовал один и тот же человек. Венский? Ведь не зря ей все время казалось, что она его знает. Так это или нет, но она совершенно уверена, что человек из сна хромал.

Если сны начинают сбываться, то…

– Ну что, нашла кого-нибудь? – нетерпеливо спросил Бехтерев.

– Нет.

– Мне кажется, надо искать среди сотрудников музея. Кто-то мог быть знаком с Венским.

– Старшим?

– Да. С младшим… другое.

– Что конкретно?