Идеал и бесстрашное стремление к нему – вот что дает нам право называться человеком.
Почему страдает человеческий род? Потому что наивный человек искал и будет искать счастье за своими пределами и за пределами своей души. Потому что материализованный человек не узнал истинного счастья и свою жизнь превратил в ад.
Между твоей завтрашней победой или поражением стоит вопрос бытия и не бытия армянского народа – это армянская молодежь.
Нет границ духовным силам самопризнанной личности.
Хотелось бы, чтобы ты, армянский юноша, принял самопризнание как самую короткую и самую точную дорогу к силе, победе и высшему счастью.
Человеком является не то жалостное слабое существо, каким его старается представить нам близорукая теория преклонения перед материальными ценностями. Он почти всемогущ, когда осознает, что в нем есть море скрытой силы, которой свободно пользуется самопризнанная личность.
Подальше от тех, кто не способен на энтузиазм. Энтузиазм – это рычаг, движущий мир вперед.
Созидательно не уподобляйся. Уподобление – убийство личности. Люби возвышенное, красивое и героическое даже в своих врагах. Не завидуй, так как у мира нет ничего, что не имела бы твоя душа. Злость – слабость. Надменность – не сила, а слабость. Не смотри на людей свысока – это не добавляет авторитета. Слабый стремится угодить толпе, удостоиться внимания улицы. Будь рыцарем, в первую очередь, по отношению к своей личности.
Страсть и нужда должны быть слугой, а не хозяином и тираном.
Укрепись в возвышенных думах.
Не допусти, чтобы плохие мысли свили свое гнездо в твоем мозге.
А знаешь, чем душевно спокоен человек, тем он силен и внимателен?
Статьи, пронизанные иронией, бранью может и пишутся, но не читаются.
В своем слове человек проявляет содержание своей души.
Мужество, нам необходимо мужество, такое, чтобы у нас была нужда его умерить.
С того дня, когда армянин начал бояться смерти – чужестранец царствовал в Армении.
В наших боях я увидел самого лучшего армянина – смирившегося со смертью, воина, ринувшегося на врага с решительностью победить любой ценой. Узнал и самого плохого армянина – совершившего трусливое преступление. Первый готов погибнуть ради бессмертия и продолжения жизни своего народа и чести его оружия; второй – жил бы любой ценой для того, чтобы жила слава врага.
Я должен умереть со спокойным сердцем, армянский юноша, если в твоем поколении слово «армянский» со стороны друзей и врагов армянского народа будет употребляться со смыслом «храбрый». Пока в своей целостности не храбр и не мужественен армянский народ, для него еще существует опасность исчезновения всей нации с карты мира.
Мужественен тот, кто убил в себе животное, дрожащее за свою шкуру.
Мужественен тот, кто был соратником Всемогущего Духа.
Армянская молодежь, ты должна суметь призвать к совести во время внешней опасности.
Я твой живой меч, родина, который должен принести тебе победу.
Сперва кладбище героев и мучеников, затем – свободная и счастливая родина.
Когда у нас в мыслях победные идеи – завтрашняя Армения не может быть несчастной, бессильной и основанной на песке.
Нации имели, имеют, и будут иметь судьбу, достойную их. Независимо от тебя история дает наказ, и никто не может изменить твое положение.
Никогда и нигде без духовной родины.
Родина. Любовь и уважение к памяти наших предков, к нашей религии, которая является сердцем рода, к родному языку, который является закваской патриотизма, к старейшей литературе и искусству, которые являются жизнью души и мыслью народа, историей стараний «укрепить душу рода» и сменяющих друг друга поколений. Кровь и пот, пролитые на родной земле, меч Тиграна Ашхаракала, развалины Ани и трехфланговый лук Гайка, наши языческие боги и храмы и непоколебимая наша вера в большую Надежду. Прибавь читатель, сложи все это – и получится духовная родина.
Убить историю народа, покорить духовную родину народа – выше человеческих сил.
Нет больших и маленьких наций. Существуют члены человеческой семьи, наделенные равным правом. Названия «маленький» и « большой» исходят из лживого языка европейской дипломатии. Количественное превосходство – это несправедливое величие.
Родину должны любить независимо от ее политического режима, также независимо от наших политических убеждений.
Нет чудовища, которое могло бы превзойти непатриота, который психологически равнодушен к своей стране и народу.
Нации больше всего страдали, и будут страдать из-за своих подонков.
Невозможен пленник в такой психологической обстановке, где человек не продаётся нравственно, где человек, для подобных ему, не является волком.
В ладонях матерей нужно искать судьбу народов.
Армянка, которая может заметить Богоматерь, скорбящую у креста о ранах своего богоподобного сына – должна быть больше героиней, чем скорбной матерью.
Невиданно, чтобы народ не дал больше, чем могли требовать его предводители.
В борьбе проигрывает та сторона, чьи передовые элементы отчаиваются первыми.
Там, где люди признают свою слабость и не стесняются быть слабыми – там правит духовное рабство.
Слабому не дано право быть великодушным.
Один миллион беспокойных и мстительных призраков – вот наша сила, подобную которой не имел ни один народ в мире.
Когда в одном народе, как в нашем, некоторые элементы свободно отрицают и святость, и принципы, и Родину, когда в одном народе слово больше раздражает и раскалывает, когда оно (слово) теряет свет и теплоту – это означает, что этот народ унижен, он пал вместе со своим словом.
Ты не дрожишь от злости, армянская молодежь, что заживо сожженные твои единокровцы не смогли потревожить духовную спячку некоторых твоих отцов?
Национальная литература – это наше духовное море, куда вливаются многоводные реки родовой души.
Соединяться в нации; Дашнакцутюн – это попытка влить нацию в себя.
Каждое «Я» – преступное восстание, каждое «Я» – реальность, нравственная попытка убийства Большого Целого, которое мы называем нацией.
История в сыновьях преследует и наказывает старые грехи армян.
Личность нравственно ничтожна, когда ей не хватает чувства национальной гордости.
Свой священный миг имеет каждый мой день. Когда мысленно с тоской начинаю перебирать вековую Армянскую Историю, я сладостно обращаюсь к армянским воинам и полководцам, которые оставили следы мужества, духовной красоты и величия больших дел на Армянской земле. Я душой сольюсь с ними, снова переживу с ними великие победы и с тоской расстанусь с ними, чтобы затем довольствоваться их благородной дружбой. Так я питаю чувство национальной гордости. Чтобы не ослабеть, я ежедневно буду исполнять символический призыв наших душ, украшающих нашу историю, буду говорить, и слушать их. Бог мой, как велико созвездие храбрецов на небосклоне нашей истории. И как ослепительно их сияние. Увенчаны все, у всех есть шрамы славы. В зрачках у них молнии, гнев, горечь. Не осталось, почти не осталось в мире рода, который бы не узнал силу нашей руки.
В истории человеческого рода не записано какое-либо событие, которое могло бы сравниться своим неуважением с фактом борьбы армян с туркобольшевиками.
В мир приходит армянин, крестившийся в собственных мучениях, на флаге нового армянина завтра должна быть победа нашего рода.