Операция «Купол»

Несколько месяцев прошло после злосчастной конференции, а жизнь Алекса стала с ног на голову. Он лишился любимой работы, перестал интересоваться наукой и всецело погрузился в политику. А после последней угрозы его моральное состояние ухудшилось окончательно. Бутылки от виски батареей стояли на столе, в квартире было не убрано, на машинке лежала груда нестиранного белья, голодный кот смотрел на своего хозяина грустными глазами и время от времени жалобно мяукал. Три недели прошли под девизом «На дне». В редкие часы, когда алкоголь частично улетучивался из организма, Алекс ходил в магазин, чтобы на последние деньги купить еды для себя и Кеши. Потом они с котом вместе сидели за столом и вели полемику на научные темы, вернее Алекс пытался в чем-то убедить кота, а тот внимательно слушал, ел и время от времени мяукал. Все это продолжалось до того момента, когда концентрация алкоголя становилась очень большой и Алекс снова погружался в мир грез.

Во вторник утром раздался звонок. Алекс еле-еле открыл глаза, ужасно хотелось пить. Он поднялся, проходя через кухню, взял чайник с водой и стал жадно пить. В дверь позвонили еще раз. Он нехотя побрел открывать. Перед дверью он вступил в что-то мокрое, понял, что это сюрприз от Кеши, выругался и впустил посетителя.

— Привет, нужна твоя помощь! — на пороге стоял Лоренц, его бывший подчиненный из лаборатории.

Жестом пригласив гостя в дом и указав на лужу, Алекс побрел в комнату и рухнул на диван.

— О Господи! Мне говорили, что ты «выпал в осадок», но такого я конечно не ожидал. У тебя ужасная вонь, здесь кто-то умер?

— Да, Алекс Рубенштейн, безвременно ушедший от нас молодой ученый, подающий надежды. Слышишь, у тебя есть что-нибудь выпить?

— Ну раз ты шутишь, значит не все так плохо. Ты совсем забросил свой блог, а мы всей лабораторией на него подписаны. Напомню, нас там двадцать миллионов, все ждут новых статей и разоблачений! Без тебя стало очень грустно жить, так что возвращайся.

— Спасибо, конечно, но ваше хорошее настроение может стоить мне жизни.

— Ну так как ты уже труп, тебя это не должно особо пугать. Да и если задуматься, кому ты можешь всерьез мешать своим научно-развлекательным контентом, чтобы всерьез лишить тебя жизни. А вот хайпануть на угрозах можно однозначно. Ты не знаешь никаких правительственных секретов, не угрожаешь компроматом политикам, ты, так сказать, стендапер от науки. Доступно и доходчиво с чувством юмора доносишь до людей сложную информацию. Тебе нужно премию вручать за просвещение, а не убивать. А если даже угрозы серьезные, мало ли психов вокруг, тогда тем более нужно быть всегда на виду, чтобы им было трудно и не выгодно тебя убирать. А так, ты просто упростил им задачу, самоустранившись и лишив людей веры в светлое будущее, которое ты проповедуешь.

— Ты пришел мне читать морали или есть дело?

— Да, есть дело.

Лоренц включил ноут, открыл чертеж и показал на проблемный узел.

— Никак не получается состыковать здесь спутники. Я звонил Дену, чтобы посоветоваться по материалам, из которых лучше сделать стыковочную ступень, но он стал настоящим коммерсом! Представляешь, сказал, чтобы я отправил официальный запрос, и они займутся разработкой нашей проблемы, после предварительно согласованного прайса! Ну материал мы худо-бедно придумали, а вот стыковка никак не выходит, может я скину тебе, ты подумаешь? В пятницу нужно сдавать в производство, а у меня конструктор не складывается.

— Ок, скидывай, гляну, только чуть позже, голова раскалывается. У тебя нет анальгина? Бутылка пива тоже бы подошла. Слушай, займи двести долларов, через неделю отдам.

Лоренц достал смартфон:

— Давай QR. Готово, перекинул. Я на тебя рассчитываю. И убери здесь все, хотя бы окна открой. Не знаю убьет ли кто-то тебя или твоего кота, но вы оба скоро сдохните от недостатка кислорода или еды.

Лоренц ушел. Алекс медленно поднялся и пошел в ванную. То, что он увидел в зеркале, было мерзко. Он умылся, с тоской посмотрел на бритву и отправился в магазин. Сначала были мысли купить пять бутылок виски и корм для Кеши. Но почему-то перед глазами всплыла веселая, здоровая физиономия Лоренца. Алекс действительно понял, что он слабак и его так легко можно устранить с дороги. Чувство презрения к себе было не приятно, но зато именно оно дало импульс и желание вернуться в реальную жизнь. Вместо виски он купил продуктов, корм для кота и пену для бритья. Затем он позвонил в клиринговую компанию и заказал комплексную уборку. Придя домой, он открыл все окна, обрадовал Кешу полной миской, почистил его туалет, убрал лужу, запрограммировал посудомойку и стиральную машину, побрился, искупался и полностью привел себя в порядок. Пока девочки с клиринга занимались своим делом, Алекс взял ноутбук и отправился в кафе напротив. Раньше он частенько сюда заходил, и хозяин очень радушно его встретил, посетовав на его долгое отсутствие.

Сначала Алекс просмотрел новости, убедился, что за время его отсутствия инопланетяне не захватили Землю и ничего сверхординарного не произошло. Затем он открыл свой блог и разместил короткий пост о своем возвращении и стал проверять почту. Там было два просроченных приглашения на шоу и одно, на которое он мог еще успеть, и это было очень кстати, так как за три недели его финансы сдулись до нуля. Он написал ответ, что готов поучаствовать, задал несколько вопросов по формату шоу. Потом он просмотрел письма от своего модератора: кроме призывов немедленно вернуться, там были расписаны передвижения Стоккера в последнее время и, что интересно, в понедельник он должен был читать лекцию в Университете Филадельфии. Итак, можно составить график возвращения:

— сегодня: прийти в себя и вспомнить, что значит жить в реальности;

— завтра: обработать события, произошедшие за три недели, составить отзывы и опубликовать (связаться с модератором и вернуть его на работу);

— четверг: заняться проблемой Лоренца вплотную, начать это делать сегодня;

— пятница: продолжить заниматься блогом, съездить на студию, оговорить все детали будущего шоу, заключить договор;

— выходные: съездить на озеро, позвонить друзьям, побыть на природе, как в детстве с родителями, набраться сил для дальнейшей борьбы;

— понедельник 10 января: сходить на лекцию Стоккера;

— вторник 11 января: ток-шоу.

Пока все. Восстановительная неделя расписана. Алекс уже хотел захлопнуть ноутбук, когда увидел, что в спаме полно писем и он давно его не чистил. Он открыл папку, пометил все и уже хотел удалить, когда его взгляд задержался на знакомой аббревиатуре DWA. Он открыл письмо и прочитал:

«Уважаемый мистер Рубинштейн! Приглашаем Вас пройти собеседование и принять участие в соискании должности главы лабораторных исследований и разработки путей решения проблем межпланетных перелетов. Собеседование состоится 12 января в 9.00 в Йеллоустонской лаборатории по адресу: WY-110, Devils Tower, 827. При себе иметь паспорт и смартфон с установленным приложением DWA. На него Вам придёт код для прохода в здания и краткая инструкция по мероприятию. Если Вас не заинтересовало наше предложение, просим отправить в ответном письме слово «НЕТ». Если данная вакансия Вам интересна, то ждем Вас в лаборатории в назначенное время.

С Уважением, Ричард, ассистент доктора Стоккера.»

Алекс понял, что жизнь продолжается и она полна сюрпризов, а он-то вздумал жаловаться на судьбу:

— Лоренц, спасибо тебе дружище, у меня столько дел и перспектив впереди, а я хотел похоронить себя заживо. Я обязательно решу твою проблему, дружище, не сомневайся.

Глава шестая. Новая жизнь

Уже в четверг Алекс позвонил Лоренцу, они встретились и обсудили чертеж, исправленный Алексом, должно было получиться, дальше оставалось исправить данные в компьютерной модели и запускать в производство.

Блог тоже худо-бедно ожил. Его завалили комментариями и пожеланиями всей палитры человеческих чувств.

Выходные получились не особо насыщенные, зато в кругу друзей и на природе.

На лекцию к Стоккеру Алекс не попал, так как попросту проспал весь день.

Шоу получилось смешным и остроумным, без скандалов. Стратегия Алекса теперь изменилась, если раньше ему казалось, что лобовая атака лучшая из имеющихся, то теперь он избегал прямой конфронтации с «линией партии». Он использовал все приемы воздействия на толпу: безупречно одетый в модной желтой рубашке, идеально уложенные волосы, искрометное чувство юмора, четкая, грамотная речь. В общем он постарался воплотить образ, который создал за него Лоренц «стендапера от науки». Рейтинги шоу пошли вверх, и Алекс сразу получил еще несколько предложений, однако не спешил на них отвечать, так как боялся стать просто шоуменом, шутом для необразованной публики, он же хотел пробиться в научные круги, он хотел принести реальную пользу, а не просто развлекать людей. Его захватил юношеский максимализм. Ему хотелось сделать мир лучше.

Его отец смеясь говорил ему в детстве: «Нужно просто придумать способ долететь до Марса, тогда можно будет спасти Землю.» Много лет спустя, Алекс не мог понять, зачем и от кого спасать Землю, они итак отлично живут! Семья никогда ни в чем не нуждалась, после школы он поступил в Гарвард на факультет ядерной физики, а потом, как его отец увлекся космосом и закончил даже курсы пилотирования шаттла. Зачем же лететь на Марс, он и теперь не знал, но чувствовал, что это и есть выход. А кого и что спасать он понимал с каждым днем все отчетливей.

Раньше ему казалась, что нет ничего страшного в «информации», которая не соответствует действительности, ведь люди могут отличить ложь от правды и не верят во всякую чушь. Но после COVID-19 вера в здравое человечество померкла, а «Операция Купол» перевернула все его представление о разумности. Он понял, что управление в современном мире происходит с помощью информации и правдивая она или нет, не имеет никакого значения, так как маргинальное, активное меньшинство, способно уничтожить или подчинить себе, если не физически, то морально основную часть человечества, а те немногие, которые способны сопротивляться, не обладают ресурсами для выхода из сложившейся ситуации. И все же, он почему-то был уверен, что выход есть и связан он с профессором Стоккером… и с космосом, и, возможно, с Марсом…

Алекс прибыл в лабораторию в назначенное время. В памяти всплыл первый раз, когда он приехал сюда с Деном. Казалось, это было сто лет назад. Ден, к этому времени, стал перспективным бизнесменом, и они почти что не общались. Теперь здесь для машин была построена большая подземная парковка, а людские очереди исчезли, так как запись была электронной, и эффективная разъяснительная компания сделали свое дело. Алекс еще раз окинул взглядом знакомые места и пошел ко входу. Здесь стояло несколько мужчин и женщин в возрасте от двадцати пяти до пятидесяти лет, видимо тоже пришли на собеседование.

Ровно в 9.00 на телефон пришло сообщение с QR-кодом для входа внутрь. Все претенденты не спеша отправились в конференц-зал. Там Алекс увидел Элен и Ричарда. Ему почему-то очень захотелось, чтобы приняли именно его. Он знал наверняка, что у счастливчика, который получит эту должность, будет доступ к тем заветным, настоящим, не коммерческим, научным лабораториям, доступ к серьезной науке и открытиям. А главное, он и не знал, как это произошло, но ему очень хотелось работать рядом с ней, загадочной Элен. Их взгляды встретились и на какое-то мгновение ему показалось, что их мысли совпадают.

Началось групповое собеседование. Всем претендентам раздали планшеты с вопросами и дали время на заполнение анкеты. Всего было девять человек, все выглядели довольно презентабельно и, наверняка, обладали достаточными знаниями для открывшейся вакансии. Вопросы были двух видов: первые — чисто на научные знания, вторые — представляли собой ситуации с вариантами их решения. Некоторые из них ставили Алекса в тупик. Поэтому, когда началось устное собеседование, он совсем упал духом. Элен куда-то ушла и, по большому счету, он просто ждал окончания без всякой надежды.

Подошла очередь Алекса. Ричард монотонно задавал стандартные вопросы: зачем Вам эта работа? Какую пользу Вы можете принести лаборатории? Какой у Вас стаж?.. И молодой человек так же монотонно на них отвечал. Вдруг, словно из неоткуда, возник Стоккер, оказывается он все это время сидел в углу, а так как свет туда практически не доставал, то и заметить его было трудно.

— Представьте, что у Вас есть две равно достижимые возможности: первая — заработать денег (без вреда для общества) легальным путем, но не иметь возможности заниматься наукой, и вторая — стать выдающимся ученым, иметь прекрасную лабораторию, но на посредственную зарплату. Что Вы выберите? — спросил Стоккер.

Алекс не на долго задумался. Шок от появления профессора прошел, и он спокойно ответил:

— Я предпочту деньги!

Ричард оторвался от своей писанины и поднял глаза на молодого человека.

— Объясните свой ответ, — предложил Стоккер.

— Деньги мне помогут намного больше помочь людям, чем научная лаборатория и мое тщеславие, — разъяснил Алекс.

Стоккер пристально посмотрел на своего визави, они словно устроили дуэль взглядов. Молодому человеку показалось, что его сканируют на рентгене, но глаз он не отвел.

— Хорошо, — констатировал профессор, — Вы приняты. Завтра приезжайте в лабораторию на девять утра, Ричард введет Вас в курс дела. Да, насчет проживания… Вам на время придётся переехать поближе к работе, кота можно взять с собой.

Стоккер вышел, а Алекс не мог поверить в такую удачу и не мог прийти в себя от неожиданности. Фраза о переезде вообще осталась для него за кадром.

Глава седьмая. Наука или человечество?

Робота захватила Алекса с головой. Его определили в лабораторию к старому профессору. Такого типа людей он еще не встречал. Это был ученый до кончиков пальцев. В его голове были компьютерные платы вместо мозгов и железный мотор вместо сердца.

«Настоящий ученый должен быть циником, иначе победит мешок с костями, а не наука. Если ты размяк, тебе уже не продвинутся вперед, и не видать нам больше ни Эйнштейнов, ни Боров, ни Оппенгеймеров», — говорил он.

— А может и не нужны они — Оппенгеймеры, — отвечал Алекс.

Старик лукаво сощурился, почмокал губами, еще раз посмотрел на своего визави, по-отечески похлопал по плечу и произнес:

— Вы еще очень молоды, в Вас есть вера в чудеса и сила для борьбы за справедливость. Из Вас никогда не выйдет настоящего ученого.

— Почему же, я хочу использовать науку для развития человечества, а ни на его разрушение, как некоторые.

— Вот именно. Вы не понимаете главного: наука безлика, в ней нет добра и зла. Она открывает законы, которые уже существуют, их нельзя закрыть опять в ящик. Кто-нибудь его все равно откроет. Для Вас на первом месте человечество, я же ставлю науку выше. Что миру дало Ваше хваленое человечество: войны, разрушения, голод, болезни — все это сделало оно, будь оно не ладно. И только наука постоянно вытягивает его из пропасти. Человечество устраивает войны — наука создает оружие, при котором войны становятся просто не целесообразными, на любое оружие, наука создает противовес. Каждая болезнь для ученого повод изобрести лекарство. Генетика победила на земле голод. И все, что есть у человека дала ему наука.

— Вы, по-моему, путаете причину и следствие? Если бы Оппенгеймер не изобрел атомную бомбу, мы бы ее не сбросили на Японию.

Профессор рассмеялся. Его смех был искренний, как у ребенка:

— Молодой человек, если какая-то технология должна быть изобретена, она будет изобретена, и сделает это Оппенгеймер или кто-то другой, совсем не важно. Атомные реакторы до сих пор снабжают электричеством всю планету, но позвольте, кто помнит тех ученых, которые его изобрели. Кто может объяснить, что именно для науки сделал Эйнштейн, но все знают, что он ходил без носков и рассматривают его дурацкую фотографию с языком. Каждый день какой-нибудь ученый делает какое-то открытие, их миллионы. Какие-то дают вырастить большой урожай, какие-то — справится с болезнью, кто-то отправляет корабли в космос, но кто думает о такой науке — все видят в ней только атомную бомбу и генно-модифицированного ужасного монстра. Когда у человека возникает проблема и ему нужно пересадить почку, генная инженерия — это хорошо. Но позвольте: наука не имеет сердца — она просто есть. Эмоции, которые возникнут после научных открытий, зависят от человечества. Так вот, моя задача, делать эти открытия. А вот Ваша, молодой человек, научить человечество ими пользоваться правильно и не истребить самое себя.

Алекс на долго задумался об этической стороне науки. Вскоре, он пришел к выводу, что наука служит тому строю, который есть в обществе. Чем ниже моральный облик общества, тем опасней наука. И все же — без нее нет прогресса.

Алекс получал колоссальное удовольствие от общения со стариком. Он даже завел блокнот, чтобы записывать его высказывания. А когда прочел его последний научный труд, то просто пришел в неописуемый восторг. Он своими глазами видел настоящую теоретическую науку, он присутствовал при грандиозных открытиях. Хоть до межпланетных перелетов было еще очень далеко, но профессор теоретически описал возможное решение проблемы преодоления больших расстояний через «кротовые норы» в космосе. На практике эту теорию нужно было еще исследовать и именно для этого, Институту, в котором он когда-то работал, сделали заказ на постройку определенного летательного аппарата, чертежи для которого, он Алекс, теперь и разрабатывал.

Другим бонусом работы в лаборатории, стало общение с Элен. Молодые люди очень быстро подружились. Стали вместе обедать в кафе при музее. Алекс провожал девушку домой. Они без конца беседовали. На более близкие отношения они не решались, хотя обоим было понятно, что чувства взаимны.

Так прошло полгода. Кеша полностью обустроился в новой квартире и даже иногда ездил с Алексом на работу в качестве подопытного животного. В одной из лабораторий изучали влияние котов на лечение депрессии. Иннокентий был очень мягким, плюшевым котом, что очень подходило экспериментаторам.

Алекс же продолжал физические эксперименты и готовил документацию по летательному аппарату, описанному профессором. В отличии от ученого, молодой человек представлял практическую сторону проводимой работы. Когда чертежи были закончены, его вызвал Ричард и сообщил, что ему необходимо отправится домой, чтобы курировать в Институте строительство аппарата. Для Алекса и Кеши это было как гром среди ясного неба. Кот никогда еще не чувствовал к себе такой огромной любви и внимания, его все кормили, ласкали, что в конечном счете он поправился на три килограмма. А молодой человек только настроился сделать Элен предложение. А что теперь?

Глава восьмая. Наконец-то вместе

Алекс так привык к лаборатории, к новой реальности, к тому, что его кот теперь подопытное животное. К тому, что рядом Элен. Ему казалось, что так будет вечно. Он по-прежнему вел свой блог, но его посты были сплошь развлекательные, так сказать популяризирующие науку, и не имели ничего общего с постами воинствующего ученого с которых он начинал.

На этих подземных этажах был целый ученый мир, такой отличный от реальной действительности, что всплывать на поверхность абсолютно не хотелось. Здесь работали настоящие ученые-фанатики со всего мира и всех их объединяла неподдельная преданность науке, все они верили, что только настоящая наука спасет мир. Но, справедливости ради, нужно сказать, что они не питали иллюзий по поводу современного человека-разумного и поэтому как присказку повторяли: «Для того, чтобы мысль преобразила мир, нужно чтобы она сначала преобразила своего творца».

И вот эта сказка закончилась. Нужно отправляться в реальный мир. В мир, в котором нет Элен! Алекс даже хотел позвонить Стоккеру и под любым предлогом остаться: мол у него не законченный проект здесь, да и Иннокентий очень нужен в лаборатории, а оставить он его никак не может. Однако ситуация разрешилась сама собой.

Элен после работы зашла к нему в лабораторию очень расстроенная. Алекс пригласил ее на аттракционы, чтобы развеется, а потом они зашли в планетарное кафе поужинать.

— Мне нужно ехать в Филадельфию и это на долго, может быть на очень долго, — расстроенно сообщила она.

— Как, и тебе тоже? — обрадовался Алекс.

— Что значит «и мне»? Ты что, тоже уезжаешь?

— Да, мы закончили проектные работы. Чертежи передают в мой Институт в Филадельфии, и я должен курировать стройку. А что ты?

— Мы создали опытный образец лекарства. Апробация на животных прошла успешно. Теперь мы переходим на финальную стадию. Все материалы биохимии находятся в Филадельфии, там же находятся безнадежно больные пациенты, которые подписали все бумаги для участия в эксперименте.

— Это же замечательно! Неужели ты так расстроилась из-за разлуки со мной, — весело спросил Алекс.

— И это тоже, — очень серьезно сказала Элен. — Я уже десять лет живу здесь, ты же сам знаешь, здесь свой особый мир. У меня четкий распорядок дня, круг общения не очень большой, но очень специфический. А в Филадельфии я никого не знаю. Мне нужно искать жилье. Да еще учится общаться с обычными людьми, а я совсем забыла, как это делается.

— У меня большая квартира в городе. Мы можем в ней жить втроём: я, ты и Кеша, — робко предложил Алекс. — Я уже давно хотел тебе это предложить, да все не решался.

Девушка пристально посмотрела на молодого человека. Казалось, она хотела проникнуть в глубину его мыслей: не был ли этот жест просто жестом вежливости. Нет, пожалуй нет, ей давно уже кажется, что между ними существует какая-то незримая связь, им хорошо вместе. Как жаль, что это не может продолжаться вечно. И совсем не известно, что будет с их отношениями после эксперимента, который она проведет по просьбе Стоккера.

— Это…это замечательно. Это упрощает задачу, — пробормотала Элен. — Когда ты уезжаешь? Может мы могли бы поехать вместе?

Глава девятая. Крушение веры в человека

Жизнь в Филадельфии била ключом. Алекс с таким энтузиазмом занимался строительством спутника, что работа ладилась во всем и проект продвигался семимильными шагами. Пару раз его приглашали на шоу, и он достаточно успешно в них учувствовал.

Кеша поначалу очень расстроился из-за переезда, но присутствие в доме женщины, быстро сделала жизнь всех обитателей квартиры очень комфортной и приятной. Только вот сама Элен очень изменилась. Сначала она просто говорила, что очень устает. А потом Алекс услышал обрывок ее разговора по телефону, она говорила о больших деньгах и о … самоубийстве. Его словно ударили под дых, перехватило дыхание, в глазах потемнело, сердце чуть не выскочило из груди:

— Что происходит, Элен? У тебя проблемы?

— Да, у меня проблемы, — резко ответила она.

Девушка нервно теребила рукава кофты, пыталась понять, как много услышал Алекс. Потом резко села, обхватила голову руками, несколько раз глубоко вдохнула и выпалила:

— Мне предлагают уничтожить мое изобретение.

— Что?! Кто?! Тебе угрожают? — Алекс взял девушку за плечи и заглянул ей в глаза.

— Нет, мне предлагают огромные деньги. Ты представляешь, Алекс, мы сможем купить себе все, что захотим и уже никогда можем не работать!

— Что? О чем ты, Элен? Какие деньги? Что с тобой происходит?

— Что происходит? Я большую часть своей жизни живу как лабораторная крыса. Опыты, опыты, опыты, сплошные опыты! Ну как, Элен? Ну что, Элен? Ну поднажми, у тебя получится! Ну ты же понимаешь, Элен, это не для печати, это секретная информация, ты не можешь ее никому предоставить. Зарплата маленькая? А зачем тебе больше, ты же на полном довольствии, на что тебе тратить? — девушка взад-вперед ходила по комнате, потом остановилась, обхватила голову руками и села. — Мое имя никуда не впишут, я так и останусь никому не известной лабораторной крысой, а вся слава достанется ему. Да может еще вообще ничего не получится. А мне предлагают огромные деньги, просто за то, что я итак никогда не получу. А то что я уничтожу опытный образец — не беда, все-равно его эффективность еще не доказана.

— Элен, опомнись! Это же жизни тысяч людей! Ты же ученый!

Алекса трясло от негодования и …страха. Он не мог в это поверить. Он видел, что девушка не в себе, ему даже показалось, что все это какая-то игра, но это чувство быстро ушло и взамен пришло отчаяние. А Элен тем временем внезапно успокоилась, посмотрела на него глазами умоляющего кота и сказала:

— Алекс, милый, мне же и делать ничего не придется, они все сделают сами. Это же все для нас, мы сможем с тобой уехать далеко-далеко, путешествовать, жить в свое удовольствие и ни о чем не думать. Что нам с тобой, маленьким людям, до этого неблагодарного человечества. Я не давлю на тебя, у тебя есть время подумать… до завтра: со мной ты или мелкие людишки тебе дороже, и ты всегда будешь пресмыкаться перед всеведущем профессором Стоккером.

Разговор закончился. Они разошлись по разным комнатам. Это была третья самая страшная ночь в жизни Алекса. Первой была та, в которую умерла его мама и отец до утра прорыдал возле ее постели. Тогда он впервые осознал свою беспомощность, ему стало безмерно одиноко и жалко отца. Он хотел как-то помочь, исправить ситуацию, но не мог. И это было первое откровение — жизнь конечна и любимые люди уходят.

Второй кризис случился, когда он понял, что его собственная жизнь может внезапно закончится, что есть силы, для которых оборвать его существование, в принципе не составляет труда. И это сильно напугало молодого человека.

И вот третий удар: женщина, которую он любил всем сердцем, которую безмерно уважал за ее интеллект и высокие моральные качества, оказалась… Кем? Он и сам не мог понять, что произошло, как он мог так ошибиться. Ему хотелось вернуть ее, вернуть его Элен: милую, добрую, немного застенчивую, но, казалось, абсолютно бескомпромиссную, когда дело касалось науки. «Что с ней случилось?»— в сотый раз он задавал себе вопрос. А главное: как он мог это пропустить? Спать он не мог, лежал в полузабытье и думал: «Человечество — оно же далеко, оно неблагодарное, глупое, тоже очень падкое на материальные блага, продажное. Оно также продаст при удобном случае за небольшую мзду. А она, такая милая и родная, рядом. Ну в сущности, что она такого сделает: просто уничтожит плод СВОЕГО труда, а по теории старика Бенса из лаборатории, если что-то изобрели, оно все-равно рано или поздно будет внедрено, никакое открытие в мешке не утаишь, можно только замедлить процесс. Ну ни в этом году люди станут излечиваться от рака, ну через лет пять обязательно лекарство изобретут».

Но сколько Алекс себя не убеждал, что нет ничего страшного не случилось, сердцем он понимал, что это конец, перед ними разверзлась пропасть. И еще его мучил другой вопрос: Элен он скажет «Нет!» — это решено, но ему же нужно попытаться спасти от уничтожения бесценные образцы и уберечь материалы по разработкам, иначе, чем он лучше ее, иначе он соучастник.