Облачные Люди

— Она вот, — я кивнул на Ирину, — прямо сейчас отчаянно пытается спасти твою никчемную шкуру. Я пообещал ей не убивать тебя сразу, если бы будешь вести себя хорошо и разумно. Но понимаешь, какая ситуация. Из-за тебя чуть не погиб мой пятимесячный сын. Так что я не просто хочу тебя убить. Я хочу сделать это максимально болезненно. Может, после твоих мучений мне немного полегчает. Понимаешь, о чём я?

По выражению лица Аркаши я понял, что только что своими нужными словами сорвал его «хитрый план». Он поверил мне. И правильно сделал.

— Здесь… — произнёс он слабым голосом, и потрогал целым пальцем ключ, который висел у него на запястье, одновременно указывая на дверцу одного из шкафов в помещении.

Я кивнул и указал ему на шкаф.

— Открывай, — сказал я.

Аркаша просеменил до шкафа, баюкая повреждённую руку. Открыл массивную деревянную дверцу. За ней оказался сейф. Запорный механизм был многоуровневым: тут требовалось и ввести код на механическом колёсике, и воспользоваться ключом.

Никакой электроники. И, наверно, это было разумным решением, с учётом специфики места и контингента, с которым работал ломбард.

Вытащив слитки и положив их в холщовую сумку — одну из тех, которые хранились в специальном кармашке на деревянной дверце — хозяин собрался было закрыть сейф. Но я остановил дверцу рукой.

Внутри хранилища, на отдельной полке, лежали перевязанные пачки с наличными. Тут были и старые, знакомые мне рубли, и другая валюта, которую мне встречать не приходилось.

Я выгреб всё, до чего смог дотянуться.

Аркаша страдал рядом, но благоразумно не раскрывал рот.

— Ирин, всё в порядке, — наконец, кивнул я, — можешь начинать.

— Начинать что? — не выдержал хозяин.

В это время Ирина достала из кармана тот же предмет, который использовала, показывая мне Алину, и взмахнула им в воздухе. Она что-то быстро шептала, но я не мог разобрать слов. Да, если честно — даже и не пытался.

Глаза Аркаши остекленели. Он спокойно опустил руки по швам. Прошёл за стойку.

Ирина продолжала шептал и размахивать своей штуковиной.

Это продолжалось пару минут, после чего она громко сказала:

— Да будет так, и без сомнений, следуй этому!

— Да будет так… — повторил Аркаша.

— Всё, выходим, — сказала Ирина, обращаясь ко мне. Я заметил, что за это время у неё на лбу появилась испарина.

— Уверена? — спросил я, — всё сработает?

— Да, — кивнула она, — совершенно точно.

Когда мы выходили, я не забыл тщательно осмотреть улицу на предмет случайных свидетелей. Но вокруг было совершенно пустынно. Только несколько человек стояли в отдалении, на пешеходном переходе, в ожидании зелёного сигнала светофора.

Уже в машине я достал смартфон и набрал Ивана.

— Да, — ответил напарник.

— Как у вас?

— Тихо всё. Спокойно, — ответил он, — всё, что нужно, сделал.

— Брокколи! — словно спохватившись, спросила Ирина, — спроси, давал ли он брокколи? Из прикорма? Подогретое?

— Да, давал, — ответил в трубке Иван, очевидно, услышавший взволнованный голос Ирины, — проверил температуру на себе, как она учила. Пускай не беспокоится.

— Давал, — продублировал я, — температуру проверил, как ты учила.

Ирина улыбнулась с облегчением.

— Попроси его покормить Шурика и кошек, — сказала она, — будем поздно, зачем псу мучиться? И туалет пускай проверит, а то они в стрессе. Беспокоюсь, всё-таки дом чужой.

Я уже собирался перевести разговор на громкую связь, чтобы не служить живым ретранслятором, но Иван сказал:

— Если Ирина насчёт животных переживает — то пускай успокоится. Мы с Пашкой прогуляли Шурика во дворе. Кошки заперты в комнате. Лоток поменял. Проблем нет.

— Спасибо! — с чувством ответил я.

— Не за что, — сказал Иван, — возвращайтесь поскорее, — и добавил после небольшой паузы, — всё-таки семейная жизнь — это, наверно, не моё.

Я улыбнулся.

— Мчимся на всех парах, — ответил я.

— Нам бы на заправку было бы неплохо, — сказала Ирина после того, как я разорвал связь.

— Давай заедем, — ответил я, — конечно. Если знаешь приличные.

— Знаю, — кивнула Ирина.

Мы заехали в ярко совещённый заправочный комплекс на выезде из города.

— Кофе будешь? — спросила она после того, как мы остановились напротив колонки.

— Да, — кивнул я, — не помешает. Латте. Побольше, — я передал Ирине пятитысячную купюру, — это на текущие расходы.

Ирина кивнула в ответ и ушла рассчитываться в помещение заправочного магазинчика.

Через несколько минут она вернулась с двумя стаканчиками кофе и парой шоколадок. Последнее было очень кстати: я только теперь почувствовал, насколько голоден.

Мы тронулись, но вместо того, чтобы поехать на трассу, Ирина остановилась на парковке у магазинчика.

— Надо твою рану проверить, — сказала она, после чего достала с заднего сиденья аптечку.

Я послушно стянул майку, которую днём купил Иван.

Ирина ловко распутала бинты. Потом осторожно вытащила задубевший от крови ватный тампон.

— Ого! — удивлённо воскликнула она, разглядывая рану.

— Что? — спросил я, — воспаление, да?

— Нет! — ответила Ирина, — совсем нет! Рана заживает.

— Ну и отлично, — вздохнул я.

— Серёж, она заживает очень быстро.

— И что ж в этом плохого? — я пожал плечами.

— Да ничего, наверное, — вздохнула Ирина, — Серёж, я же в больнице работала. Хоть и бухгалтером — но навидалась всякого. Старалась помогать людям… но такого даже я не умею. Если дальше так пойдёт — рана заживёт уже завтра вечером. Обычно такой результат бывает дней за пять — за неделю, если не присоединяется инфекция.

— Что ж, — ответил я, — будем считать, мне повезло.

Ирина наложила новую повязку. В этот раз в саму рану ничего не запихивала — только закрыла сверху стерильным перевязочным материалом, обсыпав предварительно каким-то порошком.

— Серёж… — осторожно спросила она, когда я натягивал майку, — ты… человек?

Сначала я опешил от самой постановки вопроса. Потом рассмеялся.

— Ир, да, — наконец, ответил я, — вполне себе человек. Может, не слишком везучий — но точно человек.

Глава 6

Я ожидал неприятностей и был готов ко всему. Но выбора у нас не было: приходилось рисковать. Без документов и дальнейшей легализации невозможно устроить свою жизнь в новом мире. Один я, может, как-то и перебился бы, но Пашка не заслужил такой участи, вечно прятаться. Ему нужен был нормальный дом, пускай и в совершенно ненормальных обстоятельствах. И создание такого дома развяжет мне руки для поиска Алины.

Насчёт способностей Ирины у меня тоже появились смутные идеи. Я пока не знал, как к этому подступиться, поэтому оставил размышления на потом. Но, по крайней мере, у меня появилась первая, очень робкая надежда, что мы сможем семьёй вырваться из этой передряги.

Иван, уже по сложившемуся порядку, остался с ребёнком. Конечно, он был недоволен, хоть и старался не подавать виду, однако другого выхода просто не было: Ирина нужна была в качестве связного. А из нас двоих потенциально бессмертным был только я один.

— Бабло побеждает зло! — улыбнулся лысый мужик с большим и приметным шрамом на правой щеке. На его пальцах были следы сведённых татуировок. С таким типом я бы, наверно, в один вагон метро не сел — но с Ириной он общался ровно и даже подчёркнуто уважительно.

— Согласна, Лёлик, согласна, — улыбнулась Ирина.

— А вообще я рад, что у тебя всё хорошо, — добавил мужик.

— Спасибо, Лёлик. Но вот что: об этом никому знать не обязательно. Лады? Договорились?

— Ну вот те на, — похоже, «Лёлик» искренне расстроился, — а я-то уж навострился Виталика обрадовать.

— Вот поэтому и не надо, — Ирина взглянула на его исподлобья.

— Лады. Понял. Блин, даже жаль его, что ли. Фраерок-то уже думает всё на мази, — он хохотнул.

— Лёль, заканчивай, — одёрнула его Ирина.

— Ну ладно, — мужик вздохнул и снова заговорил нормальным тоном, используя нормальные слова, — дела такие. Вы, ребят — беженцы. Переселенцы из Абхазии. По программе репатриации. Самый простой вариант: сделаем так, что ни одна комиссия не придерётся, все документы верифицированы, у нас есть хороший запас.

— Идеально, — кивнул я, — а что по срокам?

— Бабло побеждает зло, — снова улыбнулся мужик, — когда надо?

— Вчера, — ответил я.

— Ясно, — кивнул он, — могу дать корочки к вечеру. К завтрашнему обеду они будут пробиваться по базам. Но надо подождать ещё недельку, чтобы можно было пройти более серьёзную проверку. До этого времени их не светить.

— Ясно, — кивнул я, и с серьёзным видом грустно вздохнул, — значит, никаких кредитов и ипотеки.

На секунду повисла пауза. Потом Лёлик (кстати, так и не узнал, как его на самом деле зовут) рассмеялся.

— Что по злу? — спросил я, когда он успокоился.

— А ты мне нравишься! — вставил мужик, но тут же ответил на вопрос: — лям за корку. Плюс полтора за ребёнка. Там больше заморочек, через несколько контор проводить надо. В другое время было бы, наоборот, проще, но сейчас везде электроника, так её разэдак, плюс по детям особое внимание. В общем, такой расклад.

Я кивнул. Сумма совпала с той, которую предварительно называла Ирина, поэтому я просто достал из рюкзака уже «расфасованную» наличку и положил её на стол.

Мужик огляделся (видимо, рефлекторно), потом принялся пересчитывать деньги. Когда он закончил, протянул ладонь. Я ответил на крепкое пожатие.

— Это нормальный подход, — сказал Лёлик, — никаких торгов и всяких пятьдесят на пятьдесят. Как будто бы это когда-то уменьшало вероятность кидка. Приятно иметь дело. Если в будущем нужна будет помощь — обращайтесь.

Я молча кивнул, и мы поднялись из-за стола.

— Тогда до вечера, — сказал я.

— До вечера, — кивнул мужик, — звонить не надо Заезжайте после шести.

Мы дошли до металлической двери, установленной в кирпичной изгороди в три человеческих роста, сплошь заросшей каким-то вьющимся растением. Возможно, даже виноградом — я не очень в этом разбираюсь.

При нашем приближении сработал электромагнитный замок. Я толкнул дверь и мы вышли со двора.

— Не кинет? — риторически спросил я, пока мы шли до машины.

— Да не должен, — ответила Ирина, — потеряет больше. Кого-то совсем левого, может, и попробовал бы. Ты же понимаешь, таких людей не принципы удерживают, а выгода.

— Понимаю, — кивнул я, — ну посмотрим. Сроки очень уж вкусные.

— Реальные, — ответила Ирина, — бумагу напечатать это пять минут. Сложнее в систему внедрить. И сроки внедрения он зазвал правильные. Столько это и занимает.

— Ясно, — кивнул я.

По дороге обратно мы заехали в магазин. Ирина купила каких-то продуктов, и сразу по приезду принялась готовить.

Когда она позвала нас на обед, я в очередной раз поблагодарил судьбу (или не только судьбу?) за встречу с ней. Толковый повар в любом походе на вес золота. Ирина оказалась не просто толковым, а действительно одарённым кулинаром. Её настоящий русский борщ придавал сил и будил лучшие чувства. А пирожки с начинкой из картошки с грибами прекрасно дополняли этот ансамбль.

После обеда мне удалось даже немного поспать, так что к вечеру я полностью восстановил силы. Незадолго до выезда я зашёл в душ и тихонько снял повязку с раны. От неё остался только небольшой белесый шрам.

— Может, теперь я поеду, а? — с надеждой спросил Иван, когда я проверял оружие.