Оскар и Анна-Мария находились в спасательном боте. Каюта была крошечной: почти всё свободное пространство занимали установки межпространственной связи, аварийные запасы еды, энергии и кислорода, а также удобства: пластиковый пакет для водных процедур, крохотный унитаз с искусственной гравитацией и двухкамерная анабиозная установка. Грузовой отсек тоже был забит - там лежали кое-какие предметы, который Оскар показывать девочке не собирался. В общем-то, места оставалось ровно столько, чтобы один человек мог устроиться за пультом, а второй - смотреть ему через плечо.

На экране загорелась надпись: "Подтверждение запроса". Кралевский, тут же позабыв обо всём, склонился над клавиатурой и возбуждённо засопел.

- Ага, вот они, денежки. Три миллиона девятьсот восемьдесят шесть тысяч шестьсот три кредита, - огласил он конечную сумму. - Мой второй заработок. Первый был меньше. Пятнадцать монет. Как-никак, прогресс налицо. Ну, куда тебе переводить твою сотню?

- Это сложно... Давай я сама?

- Нет уж. Я бы и на минуту не оставил бы тебя наедине со своими деньгами. Говори, куда.

- Для начала - на тот старый счёт в "Галактическом". А дальше я разберусь.

- Хорошо.

Оскар осторожно нажал несколько клавиш, потом аккуратно закрыл сессию связи.

- Ну вот. Теперь ты богатенькая маленькая сучка. Можешь купить себе плюшевого мишку.

- Богатенькой я ещё буду, и довольно скоро. У меня вообще-то есть ещё деньги. То, что удалось спрятать от маменьки... - Ферминале-младшая задумалась - видимо, вспоминала содержимое каких-то своих тайных закромов и пути к ним. - Ну да ладно. Так ты меня подвезёшь до ближайшей системы?

- Подвезу. Ребятам с "Галактиса" всё равно, сколько нас на борту... А вот и они, кстати. Легки на помине.

В иллюминатор рыбкой вплыл ещё один кораблик, побольше.

- Это за нами. Нас доставят на BW712IV. Это такая планетка возле Альфы Единорога. Средней паршивости место, зато оттуда можно задёшево добраться хоть до Земли. Но на Землю мне не надо. Да и тебе, наверное, тоже... Всё, нам пора. Давай, детка. Счастливо.

- Не забудь меня оживить там, на месте.

- Я скажу ребятам из "Галактиса", чтобы они тебя разморозили.

- Значит, мы больше не увидимся?

Кораблик приближался к боту, гостеприимно помигивая хвостовыми огнями.

- Я всё хотела тебя спросить, - решилась девочка. - Два вопроса. Что ты сделал с тем китайцем? Убил?

- Нет, - Кралевский помрачнел. - Я не собирался его убивать. Просто запер.

- И он умер от голода?

- Если бы. Он покончил с собой. Воткнул себе в шею какую-то иголку. И умер.

- Он что-нибудь оставил?

- Записку, - неохотно ответил Оскар. Он не стал объяснять девочке, что записка была написана иероглифами, и он её выкинул, не пожелав возиться с дешифровкой. Предсмертные излияния старика, в чём бы они не заключались, Кралевского не интересовали. Зато его голову он взял с собой, вместе со всей коллекцией. Это был первый человек, который изменил ему - и сам покарал себя за это.

- Понятно.

- У тебя был какой-то второй вопрос.

- Всё-таки... Всё-таки, почему ты не убил меня? Ты что-то говорил про свои суеверия, но я не поняла.

- Это, наверное, суеверия, но не мои, - Оскар задумался. - Есть такое чувство... В общем, ты сильный враг, Анна-Мария, а сильных врагов нельзя убивать просто так. Хотя бы для того, чтобы их место не занял враг ещё сильнее... Тебе этого сейчас не понять. Это интуиция власти, если хочешь.

- Фигня, - девочка сморщила носик. - Власть - это когда есть деньги.

Кралевский вздохнул.

- Нет, крошка, это разные вещи. Это надо чувствовать. Но я всё равно хочу попробовать деньги на вкус. Ладно, теперь это уже не имеет значения. Сейчас они нас втянут. Счастливо.

- Счастливо.

Дверца анабиозной камеры захлопнулась. Смотровое окошечко тут же начало затягивать инеем.

Корабль "Галактиса" подошёл совсем близко. Левый борт корабля медленно раздвинулся, обнажив тёмный провал. Силовое поле потащило бот в отверстую пасть грузового люка.

Оскар ещё раз просмотрел показания приборов. Проверил, надёжно ли заперт потолочный люк. Открыл дверцу соседней камеры. Лёг в криогенную ванну, устроился поудобнее, подключил устройства, настроил таймер - и провалился в ледяной сон.

IX

Первое время - где-то полгода после того, как корабль "Галактиса" выбросил его бот в окрестностях системы BW712IV - Кралевский занимался тем, что заметал следы.

Во-первых, он не без оснований опасался того, что покупатели корабля вполне способны задуматься над тем, а не вернуть ли им четыре миллиона обратно. Во-вторых, отдельную проблему представлял личный биочип с накрученной на неё информацией. Правда, Кралевский был практически уверен, что после прекращения поисков пропавшего транспорта его личный номер был стёрт из оперативных баз: число разыскиваемых людей в Галактике и без того исчислялось сотнями миллионов, и полиции всех солнц и планет охотно пользовались любым поводом почистить эти списки. Однако, на каких-то информационных кладбищах эти данные всё-таки лежали - и кто-то мог их поднять. Кралевскому же нужна была безопасность. Что означало: необходим новый чип.

Впрочем, даже если бы он засомневался в необходимости подобной операции, назад хода не было: свой собственный чип он привёл в негодность ещё на корабле, при помощи медицинского робота. Это заняло у него неделю работы - устройство упорно не хотело нарушать закон - и кучи нервов. Тем не менее, микросхема внутри его тела была необратимо разрушена. Что зафиксировал бы первый же космопортовский сканер.

Поэтому он не стал торопиться с посадкой на планету. Зависнув в нейтральной зоне, за пределами сферы действия законов системы, он принялся за систематический просмотр бизнес-каналов. Довольно скоро он нащупал то, что обычно называют серой зоной - область сомнительных объявлений, ссылок с намёками, и так далее. Как правило, за этими ссылками (зачастую с платным просмотром - Оскару пришлось завести для этого отдельный счёт с небольшой суммой на нём) скрывались предложения мелкого жулья: упрощённое оформление документов, налоговые махинации, консультации по деликатным вопросам. Дальше хода не было.

Это занятие отняло у него ещё три месяца - так что пришлось докупать еду и кислород, благо вблизи транзитной планеты всё это стоило дёшево. Однако, безвылазное сидение в крохотной кабинке, где даже сон представлял определённую проблему, стало давить ему на нервы. Кралевский чуть было не поддался искушению разморозить Ферминале-младшую, которая наверняка знала какие-нибудь особые ходы в нелегальные сферы, но вовремя напомнил себе, что ушлая девочка наверняка его подставит. И продолжил ковыряться самостоятельно.

И всё же он почти отчаялся - когда, наконец, докумекал посмотреть сведения о фирмах, специализирующихся на косметических услугах.

*

"Земное Здоровье" позиционировало себя как клинику и рекреационный комплекс вышесреднего уровня. Несмотря на это, головной офис клиники выглядел довольно-таки неказисто: нечто вроде толстого колеса, насаженного на короткую ось. Такая архитектура была отчасти оправдана местонахождением офиса: он висел на стационарной орбите высоко над поверхностью планеты - в нейтральной зоне. Внутри оси находились генераторы Дейкстры, позволяющие сооружению в случае крайней нужды делать нуль-прыжки на небольшие расстояния. Колесо было занято собственно клиникой, а также разного рода развлекательными заведениями. Ознакомившись с ценами на простейшие услуги, Оскар почувствовал, что дело здесь нечисто.

Первый же разговор с сотрудниками клиники - разумеется, анонимно, по межпространственной связи - превратил его подозрения в уверенность. Как выяснилось, клиника принимала пациентов на своих, довольно нетривиальных, условиях. А именно - желающий воспользоваться услугами "Земного Здоровья" должен был лично посетить орбитальный комплекс и пройти некое "общее обследование", стоимость которого неприятно удивляла. При этом врачи могли отказать в дальнейших услугах без объяснения причин. Деньги при этом не возвращались. При этом желающие поправить здоровье именно в "ЗЗ", похоже, не переводились. Во всяком случае, искать счастья в других системах клиника не собиралась.

Кралевский отдавал себе отчёт в том, чем ему грозит визит в эту лавочку. Тем не менее, он бестрепетно перевёл на счёт "Земного Здоровья" первый взнос в полторы тысячи кредитов.

*

Обследование - или то, что в "ЗЗ" называли этим словом - продолжалось пять дней. За это время Оскар познакомился с местным вариантом так называемой "итальянской кухни" (ему не понравилось), с винным погребом (что оказалось куда интереснее), немного позанимался на архаичных силовых тренажёрах (это влетело в копеечку) и подал заявку на ряд косметических переделок.

Его заявку приняли - и, похоже, забыли о ней.

Представитель дирекции появился в тренажёрном зале, когда Оскар лежал на примитивном устройстве для сокращения мышц ног. Мышцы исправно сокращались в правильном ритме, нагоняя усталость и молочную кислоту. Кралевский уныло смотрел в потолок и размышлял, что же ему делать дальше.

Представитель дождался окончания работы тренажёра, поздоровался, не представляясь, вежливо предложил руку, чтобы помочь пациенту сойти. Рука оказалась мягкая и влажная. Не такая рука, которую хотелось бы пожимать, но Оскар её всё-таки пожал. В конце концов, ему были нужны их услуги, а им его деньги.

- Мы навели о вас справки. И просканировали ваше тело, - не чинясь, начал представитель дирекции.

- И что же вы обнаружили? - усмехнулся Кралевский.

- Как вы понимаете, ничего. Но это ничего не значит. У нашего бизнеса много конкурентов, - со значением добавил он, - иногда они используют некорректные методы. Например, обращаются к представителям неких структур, чтобы они искали у нас какие-нибудь нарушения...

- Вы боитесь полиции системы? - усмехнулся Оскар. - Бросьте. Вы ей проплачиваете достаточно, чтобы они не лезли в ваши дела. С прочими организациями вы тоже как-нибудь договоритесь. Давайте по делу.

- Мы так и не поняли, кого вы представляете, - осторожно начал собеседник. - Ваш биочип разрушен, а ваши генетические данные и сетчатка не прописаны ни в одной известной нам базе. Я только могу сказать, что вы непростой человек. Вы управляли людьми... и многих убили.

- Почему вы так думаете? - поинтересовался Оскар.

- Я разбираюсь в людях, - грустно вздохнул собеседник, и Кралевский понял, что тот действительно в них разбирается. - Так вам нужен личный чип?

- Да, что-то вроде этого, - не стал скрывать Оскар. - И ещё - глубокая пластика. Мне нужно сменить лицо... и в какой-то мере тело.

- Понятно... Операция по подсадке нового чипа тривиальна, - собеседник поиграл губами, изображая работу мысли, - у нас это будет стоить где-то пятьдесят, плюс-минус туда-сюда... (Кралевский сообразил, что речь идёт о тысячах кредитов, и задумчиво кивнул.) Но нужен сам чип. Не скрою, у нас есть определённые возможности. В том числе, - со значением заметил он, новый, чистый. Но это будет стоить несколько дороже.

- Не напрягайтесь, - Кралевский позволил себе улыбнуться, - у меня есть несколько чипов, которые меня бы устроили. Правда, они, э-э-э... их надо извлечь из материала, или как это у вас там называется?

- Мы сделали обыск в вашем боте, - пожал плечами собеседник, - и знаем, что вы везёте с собой некий багаж... можно предположить, для каких целей. Но таких вещей мы не делаем. Погодите, погодите, - он выставил вперёд ладонь, предупреждая Оскара. - Я же не сказал, что мы не можем вам помочь. Скажу вам по секрету: здесь, совсем недалеко от нас, висит небольшая исследовательская станция. К нашей клинике она не имеют никакого отношения. Запомните - ни-ка-ко-го. Так вот... возможно, они взялись бы за эту работу. Я, конечно, это не могу гарантировать. Но если вы пожертвуете что-нибудь на их исследования... дополнительно...

- Семьдесят, - предложил Оскар.

- О нет. Научные исследования сейчас очень дороги. Сто.

- Я прилетел к вам со своими чипами. Вам нужно только провести операцию. Присадить мне эту штуку в голову. И вы хотите за это содрать с меня стольник? - нахмурился Кралевский.

- Но вам же понадобится стереть этот чип? В нём же есть данные о конкретной личности?

Кралевский ухмыльнулся.

- Почему же стереть? Та конкретная личность меня вполне устраивает. Теперь давайте о теле. Мне хотелось бы...

- Понимаю. За трансформацию лица и тела - четыреста пятьдесят тысяч. И здесь мы не торгуемся.

*

Голова, лежащая в медицинском боксе, когда-то принадлежала некоему Ввагру Паргентуму, он же единица груза номер 19972. Оскар в который уже раз с интересом рассматривал это лицо - глубоко посаженные глаза, тонкий нос, почти незаметная полоска губ. Длинные чёрные волосы с ледяной проседью и совершенно седая борода. Судя по всему, покойник был интересным человеком.

Впрочем, это-то Кралевский знал доподлинно. Перед тем, как остановить на нём свой выбор, Оскар внимательнейшим образом изучил его документы. Как выяснилось, номер 19972 имел приблизительно тот же биологический возраст, что и Оскар - сорок четыре года. Но вот попал в морозильник он довольно-таки давно - целых сто тринадцать лет назад.

Его местом жительства была система, проходящая в современных реестрах под номером FC1XZI. Миры запредельно низкой категории F называли ещё "проваленными" или "схлопнувшимися". Как правило, это были системы, дальнейшая эксплуатация которых оказывалась невозможной. Такое случалось например, после планетарной катастрофы, истощения основного ресурса, и так далее. В таком случае всё уцелевшее население проходило сквозь анабиозные камеры и выбрасывалось на орбиту, ждать своей участи. Рано или поздно какая-нибудь помощь приходила.

FC1XZI, однако, была совершенно особым случаем.

Маленькая планетка не имела своего солнца, да в нём и не нуждалась: её прекрасно освещал центр Галактики. В покрывающих планету водах жили какие-то неприхотливые водоросли, кое-как нагнавшие планетёнке кислородную атмосферу. Когда-то над гладью вод возвышался единственный остров, на котором стояла главная достопримечательность планеты - монастырь Крестоносного Ордена имени Святого Тела Христова, или, проще говоря, святотельцев.

Так называемые святотельцы, они же крестоносцы, формально относились к сайнс-христианам, верующим в то, что Иисус на кресте своей волей ввёл себя в состояние анабиоза, а через трое суток вышел из него и тем самым дал повод для рассказов о Воскресении. Такие взгляды считались вполне респектабельными и даже научными. Их придерживались - разумеется, неофициально - даже некоторые высшие иерархи Объединённой Церкви Христа. Некоторые радикалы, однако, шли дальше: они утверждали, что никакого Вознесения не было, а вместо этого Господь наш Иисус Христос снова впал в анабиоз, выход из которого и ознаменует второе пришествие. Святотельцы же представляли самое крайнее течение, согласно которому тело Иисуса, сохраняемое в криогенном саркофаге, спрятано руководством Объединённой Церкви в одном из древних земных городов - то ли в Риме, то ли в Нью-Йорке. В целях освобождения Христа они планировали навербовать по всем системам обитаемой Галактики сторонников, объединить и вооружить их, после чего напасть на Землю и спасти тело Господа. Этот план назывался у них называлось у них вполне традиционно - Крестовым Походом за освобождение Гроба Господня.

Всё это представляло бы очень мало интереса, но однажды в руках святотельцев каким-то образом оказалась небольшая, но вполне убедительная флотилия боевых кораблей среднего класса. Которые умудрились добраться до Солнца и попытались атаковать колыбель человечества. Как утверждали впоследствии злые языки, к вооружению фанатиков приложил руку известный межпланетный спекулянт Ной Гогидзе, в интересах которого было чуть-чуть поколебать кредитный рейтинг Земли. По тем же слухам, из этого ничего не вышло: репутация Земли оказалась твёрдой, как скала.

Флотилия была стёрта в пыль: Земля умела себя защищать. А через какое-то время все миры, на которых действовали святотельцы, посетили с визитами земные боевые звездолёты, после визитов которых несколько планет пришлось списать в утиль. К числу невезучих относилась и FC1XZI. После отбытия нежданных визитёров океан планеты стал совершенно ровным - никакие острова больше не портили его поверхность.

Через некоторое время Гогидзе опять попробовал слегка надавить на Землю-матушку, на этот раз по политической линии. Поэтому командир земного боевого звездолёта, атаковавшего FC1XZI и ещё дюжину миров, в припадке позднего раскаяния дал межпространственным СМИ ряд интервью. Из которых следовало, что большая часть атак была произведена на совершенно мирные и никому не угрожавшие объекты и сооружения. История с монастырём на FC1XZI была особенно вопиющей: никакого опасного оружия у монахов не было, да и быть не могло, ибо они относились к особому течению, отвергающему любое насилие и полагающее возможным воскресить Святое Тело только непрестанной молитвой... Скандал был крайне неприятным: Землю вообще и Объединённую Церковь в частности стали обвинять в безжалостном истреблении безобидного меньшинства.

Надо было что-то делать. Экспедиция, посланная на FC1XZI, обнаружила в глубинах океана развалины, а в них - повреждённую, но сохранившую герметичность криокамеру. В ней лежало тело настоятеля монастыря, Ввагра Паргентума.

Тело извлекли из пучины вод, разморозили, извинились и предложили денежную компенсацию. Однако, Ввагр и в самом деле оказался настоящим фанатиком. Узнав о том, что монастырь разрушен, а монахи мертвы, он молча подписал все бумаги по поводу компенсации и отсутствия претензий, получил номер счёта, встал, вышел из переговорного помещения, добрался до заготовительной конторы и продал себя на переселенческий корабль. Все деньги, включая выручку за собственное тело, он тут же перевёл на счет погибшего монастыря...

Свежезамороженное бревно попало в обычную партию, и, наверное, доехало бы до пункта назначения, но как раз в этот момент у переселенческой компании возникли финансовые трудности. Судно вместе с грузом было арестовано в одном из портов. Корабль конфисковали, а груз законсервировали на одном из орбитальных складов. Там тело Паргентума лежало десятилетие за десятилетием, пока пролетавший мимо корабль не взял на борт партию своего обычного груза.

Кралевский потратил два дня, чтобы разобраться во всей этой запутанной истории. Судя по сетевой информации, за прошедшие годы святотельцы точнее, то, что от них осталось - превратились в весьма уважаемое меньшинство, к представителям которого власти любых систем старались относиться с осторожным пиететом. Такому отношению весьма способствовали экономические успехи Ордена: бывшие крестоносцы почему-то занялись коммерцией и финансовыми операциями, и весьма преуспели в этих занятиях.

Оскару понравилась перспектива стать Ввагром Паргентумом. Он почувствовал перспективу, какие-то новые, не вполне понятные возможности, и был готов их испробовать.

Он думал обо всём этом, продолжая рассматривать бокс. Сложный манипулятор - медицинские роботы здесь были, конечно, не чета корабельному - вскрыв макушку черепа, копался в его глубинах, нащупывая драгоценный чип.

Кралевский старательно отгонял от себя неприятные мысли о том, что чип может быть испорчен или повреждён. У него, конечно, было в запасе ещё три тела, но Ввагр Паргентум был самым интересным вариантом.

Медицинский робот подхватил голову манипуляторами, поднёс к её макушке молекулярное лезвие и осторожно проделал отверстие в макушке. Микроманипуляторы закопошились в одной из половинок, выискивая в промороженном сером веществе крошечную микросхему.

Оскар знал, что где-то рядом в специальной анабиозной камере осторожно оживляют тело настоятеля - для того, чтобы тут же разобрать его на части. Впрочем, голову тоже придётся оживлять, хотя бы ради кожи и волос. Интересно, успеет ли Ввагр Паргентум прийти в сознание и понять, что с ним делают? Вряд ли, конечно, но вдруг? Оскар представил себе, как отрезанная голова глупо хлопает глазами, и невольно рассмеялся. Жаль, конечно, что он не увидит этого зрелища.

- Уже пора, - раздался над ухом голос ассистента. - Снимите только халатик и вот сюда, - Оскару было указано на стандартную медицинскую койку.

Кралевский, кряхтя, занял место на койке. Его голову обхватили кривые лапы зажимов. Койка бесшумно поднялась, раскрылась, превращаясь в операционный стол.

- Не беспокойтесь, трепанации не будет. У нас своя технология. Ткани черепа размягчаются, а потом...

- Кстати о черепе, - напомнил Кралевский. - Вы обещали мне сохранить череп. Мне он нужен.

- Конечно-конечно. А насчёт всего остального не беспокойтесь. Вы будете точной копией этого... этого господина, - он показал на то, что осталось от головы монастырского настоятеля. - Кое-какие ткани мы возьмём у него. Кожу, к примеру. Мы вас обтянем его шкурой, как новенькое кресло. Кости мы оставим ваши, у донора костяк был хуже. Да, заодно уж - не желаете ли увеличить пенис?

Оскар скривился: навязчивая реклама этой услуги забивала все информационные каналы, посвящённые медицине и косметике - да и не только их.

- Всё же подумайте. Сейчас мы делаем большую операцию, почему бы заодно и не это? А также увеличим чувствительность нервных окончаний в головке чле... хорошо, не надо так не надо, - ассистент понял, что клиент сейчас рассердится. - Не забудьте, - мстительно напомнил он, - что за обтяжку кожей вы платите отдельно от общего счёта.

- Забудешь тут. Вы меня совсем разорили этаким манером.

Ассистент кисло улыбнулся типовой клиентской шутке и включил общий наркоз. Через несколько секунд лицо Оскара разгладилось, глаза закатились.

Щупы медицинского робота осторожно сняли кожу с неподвижного тела, пережали крупные сосуды и начали закачивать размягчающий раствор.

*

VIP-зона ресторана "Аврора" располагалась внутри оранжереи. Над столиком Оскара склоняла свои листы пальметта. Вокруг цвели розы и ещё какие-то цветы - с толстыми стеблями и пышными шапками оранжево-жёлтых лепестков. Под ногами была настоящая земная трава, а наверху висело ненастоящее, но довольно убедительное небо в стиле "земное лето средней полосы, вечерние сумерки".

Увы, оригинальное небо четвёртой планеты BW712IV - зелёная муть с вечно висящим посередине медным блюдечком Альфы Единорога - выглядело куда менее презентабельно, да и вечный день тоже успевал быстро надоесть. Планета вращалась очень медленно, делая что-то около двух оборотов за земной год. Собственный год планеты был невероятно долгим. Что и неудивительно для планетки, едва ползущей по удалённой орбите около красного гиганта спектрального класса K.