Семейные Ценности (СИ)

— На камере отчётливо видно, как девушка подходит к мосту и прыгает с него, — пояснил Кусакабе.

— Но ты сказал «пыталась», — отметил Хибари.

— Да, — уже несколько тише произнёс подчинённый. — Её успели спасти.

— Хм… Уже неплохо. Кто это?

— Эм… В этом и вся проблема…

Заброшенное здание Кокуё-ленда.

— А что скажешь насчёт этого? Как по мне, вполне неплохо, — спрашивал Мукуро, переворачивая страницу журнала. — Хм, и этот ничего.

— Эм… Слишком дорого. У меня нет таких денег. И зачем мне такие большие дома?

— Ку-фу-фу, чтобы наслаждаться удобствами, пирожочек. Разве это не очевидно?

— Они слишком напоминают семейный особняк в Италии… Вряд ли мне там будет удобно.

— Нет, вы только послушайте её! — фыркнул Кен. — Ей тут как принцессе выбирают замок, а она ещё и привередничает! Мукуро-сама! Почему ей? Мы уже сколько лет вместе, но до сих пор живём как попало! Может, я тоже хочу особняк⁈

— Тебе не особняк, а будку надо, Кен, — равнодушно отметил Чикуса. — Сколько лет вместе, а ты так и не привык к тому, что необходимо постоянно принимать душ. Порой запах даже глаза режет.

— Заткнись! — зарычал Кен, краснея, словно помидор. — Причём здесь вообще это⁈

— А я и не знала, что Кен хочет жить в особняке… — робко произнесла Хром, сидя в кресле.

— Ку-фу-фу, я тоже, но раз такое дело… давайте вначале поищем дом Кену, — предложил Мукуро, вновь переворачивая страницу журнала. При этом сам парень головой лежал у меня на коленях и, кажется, его всё устраивало. — Станет значительно тише.

— И воздух чище… — продолжил Чикуса, поправляя очки на носу.

— И мусора меньше… — согласно кивнула Хром, говоря это скорее самой себе, нежели кому-то ещё.

— Что⁈ Чего⁈ Ах вы!.. А вот хрен вам! Никуда не уйду! Ей вот ищите будку! — Ткнул в меня пальцем. — Пусть она уходит! Бесит и раздражает!

— Что ж… Тогда продолжим, — с мягкой улыбкой произнёс иллюзионист, переворачивая очередную страницу. — Пирожочек, а как тебе этот вариант?

Это было довольно странно. Понятия не имею, откуда именно достал Мукуро этот журнал, но мы уже полчаса рассматриваем каждую страницу и рассуждаем о том, подходит ли то или иное здание под определение «дом мечты». Если честно, я вообще относилась к этому легкомысленно и с неверием. Ну… помечтаем и посмотрим на красивые картинки. Тем более даже не факт, что в журнале указаны именно японские здания. Там и гавайский пляж на некоторых фотках виднелся,и вообще лачуги из пальм. То есть мы говорим, но пойдёт ли это дальше разговоров? Вряд ли.

Но в какой-то момент Мукуро, не досмотрев журнал до конца, неожиданно закрыл его, отложив в сторону.

— Оя-оя, — протянул он, поднимаясь с моих колен. — Кажется, у нас гость.

В эту же секунду дверь, что едва стояла, слетела с петель и повалилась на пол, а в комнату вошёл Хибари Кёя. И судя по тёмно-фиолетовой ауре, что окружала его, злой, как тысяча демонов.

— Кёя-кун, — мягко произнёс Мукуро, совершенно не обращая внимания на сломанную дверь. — Кому или чему я обязан такой чести?

— Рокудо Мукуро, — холодно начал Хибари, осматривая всех присутствующих в комнате. Кен и Чикуса уже были вооружены и готовились к самому худшему сценарию, но Глава Дисциплинарного Комитета, похоже, даже за противников их не считал. Проходил мимо медленным и ровным шагом. — Слышал, что ты вновь взялся за учеников Средней школы Намимори. Вот, решил лично в этом убедиться и, как выходит, не зря.

— Оя-оя! Брось, Кёя-кун. Кто старое помянет, ку-фу-фу… — произнёс Мукуро, но тон его голоса был таким самодовольным, что взбесил бы и святого. — Пирожочек здесь совершенно по иным причинам и обстоятельствам.

— Пирожочек? — вначале удивился парень, но после мотнул головой, давая понять, что это его не касается. — Я в курсе, — равнодушно произнёс Кёя, посмотрев в мою сторону. — И если быть откровенным, мне абсолютно плевать на то, что ты хочешь с собой делать. Хочешь умереть? Умирай. Только для начала выпишись из Средней школы Намимори, чтобы не портить статистику и репутацию учебного заведения.

— Оя! Так ты только по этому поводу? Хочешь, чтобы она забрала документы из школы? Ку-фу-фу-фу, это не так уж и трудно. Тем более я и так собирался заняться этим вопросом, — улыбался Мукуро, игнорируя тот факт, что аура Кёи стала ещё более мрачнее и ужасающее. — Не волнуйся, мы всё заберём.

— Мы?.. — нахмурил брови Хибари.

— Я и пирожочек, — пояснил иллюзионист, вновь обнимая меня за плечи и прислоняя к себе. — Тебе не о чём больше беспокоиться. Всё решится в ближайшее время.

Это озадачило парня ещё сильнее. Вместо того, чтобы пристально смотреть на Рокудо, Хибари изучал меня. Смотрел долго, прищурившись, изучая каждую деталь. От этого стало даже как-то не по себе.

— Зачем она тебе? — наконец-то спросил Кёя. — Ты бы просто так благотворительностью заниматься не стал. Так зачем? Что ты задумал? Что в ней особенного?

— Ку-фу-фу-фу, не скажу, — певучим голосом протянул Мукуро. — Скажу лишь то, что она моя новая игрушка. Остальное тебе знать не следует. — Каждое слово провоцировало Хибари, но он держался. Из последних сил, но держался. Хотя собственные тонфы сжал так, что скоро их сожмёт наподобие консервной банки. — Думаю, на этом наша беседа подошла к концу, Кёя-кун. Тебе пора идти, всё же это моя территория.

— Хм… — фыркнул Хибари, гордо вздёрнув подбородок. Последние слова его также задели. — Тебе лучше вернуться в город и показаться там. Кое-кто ищет тебя.

— Что? — Вырвалось у меня. Ищет? Но кто? Кому это надо? Я была уверена, что если исчезну, то этого никто и не заметит. А если заметит, то будет только счастлив.

— Более того, за каждый школьный прогул без документально подтверждённой причины тебе придётся отрабатывать в виде общественных школьных работ. В ином случае о документах можешь забыть.

— Оя, Кёя-кун, и с каких это пор у вас такие правила появились к прогульщикам? — всё так же безмятежно улыбался Мукуро.

— С этих самых, — холодно отрезал он, после чего развернулся и покинул помещение, давая понять, что последнее слово останется за ним.

— Ку-фу-фу, время идёт, а он не меняется… Но уверяю тебя, пирожочек, хоть у нас сейчас и действует негласный запрет на сражение друг с другом, когда-нибудь он всё же вновь будет стоять передо мной на коленях.

— Хибари Кёя… Боюсь, в школе он теперь из меня всю душу вытрясет, — вздохнула я. — Не хочу туда возвращаться. Лучше переведусь в вашу и забуду обо всём.

— Нет-нет, пирожочек, всё как раз наоборот, — настаивал Мукуро. — Разве не интересно, кто тебя ищет? Это точно не мать и не сестра. Они бы давно позвонили. Так кто?

— Не знаю… — пожала плечами. — Может, Хибари солгал?

— О нет, Кёя-кун не из тех людей, которые лгут. Даже если от этого зависит его жизнь. Гордость не позволит.

— Тц! — фыркнул Кен. — Этот «воробей» — или как там его — меня с самого начала бесил. Надо было его ещё в тот день убить. Живучий гад попался.

— Уверен, он о нас того же мнения, — подметил Чикуса, пряча йо-йо в карман.

— Он сильный… — робко отметила Хром, которая также не обнажала оружия против Главы Дисциплинарного Комитета.

— Но что же делать? — не понимала я. — Вернуться в школу?

— Именно, ку-фу-фу, — засмеялся Мукуро. — Но для начала, закончим начатое. Кажется, я знаю, какой дом тебе подойдёт, пирожочек.

Мукуро своё слово сдержал, и вот уже на следующий день у меня был новый дом. Вернее, его арендовали. И довольно странным способом. Дом сам по себе двухэтажный, каких в Намимори полным-полно. На первом этаже кухня, ванная комната и гостиная. На втором этаже две спальни. Причём мебель есть только в кухне, в одной спальне — в виде кровати и шкафа — и в ванной. Во всех остальных комнатах — только голые стены. Даже лампочек в люстрах нет. Но сам по себе домик тёплый, уютный и комфортный.

И это не всё. По правилам, я не могу заключать договор на аренду, так как являюсь несовершеннолетней, да и вообще иностранкой. Поэтому, во время осмотра здания, Мукуро завладел телом одного риэлтора, поясняя мне, что необходимо сделать.

— Пирожочек, это договор об аренде. — Указал на стопку бумаг. — Подписывай две копии. Одну оставляешь у себя, одну передаёшь этому господину, когда я его покину. Также передашь ему деньги. — Указал на конверт с деньгами. — После чего, твоя работа выполнена.

— Но… но откуда такая большая сумма? — ахнула я, смотря на деньги.

— Этого тебе лучше не знать, — подмигнул иллюзионист. — Не переживай, если что-то пойдёт не так, я, Кен и Чикуса находимся неподалёку. А теперь…

Мукуро закрыл глаза, после чего тело молодого мужчины, которое он захватил, пошатнулось и чуть было не упало на пол. Пришлось быстро хватать его под локоть, чтобы тот хотя бы устоял на ногах.

— Ох… Где?.. Что?.. Я… Где я? — бубнил риелтор, потирая виски и оглядываясь по сторонам. Наконец-то сосредоточился на мне. — Кто вы?

Так. Главное сохранять спокойствие и говорить то, что просил Мукуро.

— Как мы уже договорились, дом мне нравится, и заселяться в него я собираюсь уже сегодня. Осталось только ваша подпись. Что касается оговоренной суммы, то я предпочитаю платить наличкой. Надеюсь, вы не против? Так что можете пересчитать всю сумму. — Указала рукой на конверт с деньгами. — Об остальном…

— Стоп-стоп-стоп, — протараторил мужчина, взмахивая руками. — Вы кто? И… Вам сколько лет? Случайно не школьница?

— С вами всё хорошо? — нахмурилась я. — Мы же только что всё с вами оговорили.

— Эм… — начал смущаться риелтор, оглядываясь по сторонам. — А как я вообще сюда попал?.. Ничего не помню…

— Знаете, я долго сомневалась по поводу этого дома, но согласилась на ваши уговоры. Но раз такое дело, то, думаю, сделку лучше аннулировать. — Хватаю конверт с деньгами и пытаюсь впихнуть их к себе в сумку.

— Нет-нет-нет! — вновь произнёс мужчина. — Это, наверное, я от переутомления. Что вы сказали? Согласны? Осталось только подписать? Ха-ха, конечно. Нет проблем. Прошу! — Размашистой рукой он подписал и первый, и второй договор об аренде. Более того, перехватил мой конверт с деньгами и вложил его к себе в кейс. — Вот и всё. Всего доброго.

Он даже деньги не пересчитывал. Просто взял их и ушёл, оставив меня одну. И как только дверь закрылась, я шумно выдохнула, чувствуя, как трясутся руки и ноги. Никогда ничего подобного раньше не делала. Сердце колотится так быстро.

— Мне кажется… я сделала что-то неправильное…

— Ку-фу-фу, — раздался смех парня позади меня. — Нет, пирожочек, неправильно было бы убить его и жить тут в своё удовольствие. А так мы действовали по закону. Ку-фу-фу, отчасти… И ты оказалась даже способнее, чем я ожидал. — Тёплая ладонь, облачённая в чёрную кожаную перчатку, уже привычно коснулась моего плеча. — И я научу тебя ещё многим интересным вещам, ку-фу-фу…

Глава 7. Любопытство

Мукуро был щедр. Я не понимала, зачем он это делает. Не понимала, какой в этом смысл. Не понимала, что с меня можно получить, ведь Рокудо Мукуро не из тех, кто что-то делает просто так. Но за всё время я ни разу не видела в его глазах разочарование, злость, раздражение и скуку. Наоборот, он во всём был заинтересован. И, в большинстве случаев, первым проявлял инициативу к чему-либо. Будь то поиск дома для меня, некоторые финансы на расходы или, вообще, сотовый телефон. Да, он купил мне новый сотовый телефон, а тот старый, что я выкинула, оставил у себя, заверив, что предыдущий сотовый будет напоминать мне о прошлой жизни, чего допустить не может. И не хочет. Он говорил, что отныне меня ждут только новые непостигнутые грани, которые собирался показать.

Однако иллюзионист не забывал напоминать, что он не из добрых ребят и, как только ему станет скучно, игре конец. Да и вообще, успевал добавлять, что это не мне дом нашли, а для самого Мукуро. Чтобы он мог приходить сюда и отдыхать от всех, когда ему вздумается. А я, телефон и ещё некоторые вещи по мелочам — его собственность. И это вполне естественно, хранить собственные вещи в одном месте и заботиться о них как следует.

Вот только жила в этом доме я одна. Мукуро со своими ребятами вернулись к Кокуё-ленд. Во-первых, потому, что там удобно, во-вторых, без особой на то необходимости надолго задерживаться в Намимори Мукуро нельзя. Вызывает подозрения у Дисциплинарного Комитета, которому дай только повод.

Однако это не значит, что иллюзионист вообще не посещал меня. Обычно он являлся неожиданно в разное время дня и ночи. С одной лишь целью — поговорить и поинтересоваться тем, как у меня дела. А ещё Мукуро просил готовить ему. Странно, не правда ли? Он знает, что я могу приготовить отраву, но это парня не смущало. Просто подарил мне несколько пар своих кожаных перчаток, заверив, что с ними о еде можно не беспокоиться. Перчатки были на удивление тонкие, но крепкие и не позволяли ладоням преть внутри. Аккуратно прилегали к коже, не мешая пальцам двигаться.

Конечно, я этим тут же воспользовалась и принялась готовить, ведь кухня в доме, в котором я остановилась, великолепная. А я итальянка. Большая часть итальянок обожает готовить. Наверное, это записано на генном уровне. Даже Бьянки, полностью осознавая то, что в обычной кулинарии она бездарна, до сих пор не сдаётся и надеется приготовить что-то такое, что никому не причинит вреда. Но, как мы уже поняли, это невозможно. Всё, к чему она прикоснётся, будет поражено Отравленной Кулинарией. И даже перчатки её не спасут.

Но мои силы в этом смысле намного слабее. Так что, когда я в перчатках, еде ничего не угрожает. Во всяком случае, не должно. И меня удивило то, с каким легкомыслием Мукуро ел приготовленную мной еду. Да, я старалась даже не дышать на неё. Надевала марлевую повязку и волосы убирала, но… Это же такой риск! И всё же, ничего не происходило. Парень спокойно доедал свой ужин, мы заканчивали разговор, и он уходил, пожелав мне спокойной ночи и погладив по голове. Это было страннее всего. Каждый раз, когда иллюзионист говорил это, у меня по плечам словно ток пробегал, заставляя слегка вздрогнуть. Мне подобного и родная мать никогда не желала, а он… Известный маньяк и убийца. Вероятно, убил людей больше, чем у меня имеется знакомых. Причём не стыдится этого и не сожалеет о содеянном. Более того, открыто говорит о том, что я его игрушка, но…

Хм…

Что касается школы, то там всё… сложнее.

В первый же день я столкнулась с Савадой Тсунаёши и Ямамото Такеши, которые встретили меня в классе. Парни сразу стали спрашивать, где я пропадала, на что отвечала всегда коротко и без лишней пылкости: «Занималась переездом». Этого ответа ребятам вполне хватало. Правда, их интересовало, куда я переехала и где дом находится, а Такеши вообще предложил нам сходить после школы ко мне и посмотреть, как я живу. Правда, его тут же остановил смущённый до ужаса Савада, отметив, что подобное нельзя делать. Я девушка и мало ли что могут подумать соседи? На это Ямамото лишь с добродушной улыбкой извинился.

Но было и ещё кое-что странное. Хаято.

Он явился в класс позже меня, и с первого взгляда уже было ясно, что парень в ужасном настроении. Плечи ссутулены, руки засунуты в карманы брюк, всё лицо имело ссадины, припухлости и синяки от очередной драки, а бирюзовые глаза смотрели куда-то в пустоту перед собой. Мыслями он явно был не здесь. Да и лицо как-то вытянулось… Похудел?

— Гокудера-кун, — позвал его Тсуна, в голосе которого чувствовалось волнение за своего товарища. Но тот даже не взглянул в его сторону.

— Доброе утро, Джудайме, — сухо произнёс он, шагая к своей парте.

— Гокудера-кун, Вел-сан вернулась, и я подумал, может, вы не будете ругать… — начал Савада, всё же не отставая от Хаято, но стоило парню произнести моё имя, как Хаято резко обернулся.

— Вел⁈ — воскликнул он, выискивая меня взглядом, после чего отбросил школьную сумку в сторону, сделал пару больших шагов и в мгновение ока оказался прямо передо мной, крепко сжимая мои руки в своих ладонях. — Вел, я… — начал он, но тут же стиснул зубы, словно что-то мешало парню говорить.

Я же в свою очередь была в некотором шоке. Что-это-вообще-такое⁈ Он вновь хочет начать кричать на меня? Вновь будет угрожать и высмеивать каждое действие и внешность? Или перейдёт к действиям? Хватка у его рук крепкая, я, даже если очень захочу, не смогу вырваться. Но что-то с ним не так… Хоть он и держит мои руки, где даже через перчатки я чувствую исходящий от него жар, также ощущала легкую дрожь.

Парень закусил нижнюю губу и довольно сильно. Ему должно быть больно. Зачем он это делает? Словно мучается. А глаза… Его бирюзовые глаза другие. Вернее, взгляд другой. Не понимаю… Ничего не понимаю. Что на этот раз он задумал? Последняя наша беседа прошла… ужасно. Я высказала ему то, что на самом деле думаю. А теперь что? Хочет расплаты, но смущает то, что в классе мы не одни? Да… Вижу, как он оборачивается и бегло оглядывает присутствующих.

— П… п… п… — тихо начал он, почему-то заикаясь. Или задыхаясь? Ему словно воздуха не хватало и слова застревали в горле… Что он хочет сказать? Или это его очередная шутка с издевательством?

Я ничего не говорила. Просто спокойно и с неким безразличием ждала, когда он выкинет очередную злую шутку или грубость. Это же Гокудера Хаято. Иного от него ждать не приходится. И в итоге, именно это и произошло.

— Прочь с дороги, ты мешаешь, — гневно фыркнул парень, обходя меня стороной, и, слегка задевая плечом, подошёл к открытому окну, выглядывая на улицу. Как только парень по пояс оказался снаружи, прозвучало ещё одно слово с его стороны: — Идиот…

Это он ко мне? В таком случае, «идиотка», я пол не меняла. Или на школьной площадке есть ещё кто-то, кто не по нраву нашему «идеальному парню»? Не важно. Повторюсь, это же Гокудера Хаято.

Тсуна и Такеши, что стояли рядом, лишь виновато пожали плечами, мол, не обращай внимания. Хотя в глазах Савады ещё имело место быть беспокойство. Он беспокоился, но не за меня, а за Хаято. Ну… Это не удивительно. Друзья же.

Прозвенел звонок.

Все расселись по своим местам и дожидались прихода учителя, как вдруг по школьному радио пронеслось:

— Внимание, ученица Риччи Велия, просьба немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Повторяю, Риччи Велия, необходимо немедленно явиться в кабинет Дисциплинарного Комитета.

— Ого, — присвистнул Такеши, сидя за своей партой. — Это что же ты успела сделать Хибари?

— Вел-сан, если хотите, лучше убегайте! — прошептал Тсуна, оборачиваясь в мою сторону, но после со слезами добавил: — Хотя это бессмысленно. Он в любом случае догонит. Лучше идите сами… И простите.

— Ладно… — отозвалась я, поднимаясь со своего стула, и, не собирая вещей, вышла из кабинета. В принципе, этого следовало ожидать. Эх, осталось только понадеяться, что Кёя не заставит меня делать что-то невозможное.

Пятью минутами ранее.

Гокудера Хаято был на взводе. Он уже и забыл, когда нормально спал или ел. Единственное, что он точно не забывал делать — это непрерывно курить и думать о Вел. Прошло ещё несколько дней, но единственное, чего он добился, — это короткий ответ от Хибари: «Она здорова и жива». Не где она, не как она, не почему вообще исчезла… Сколько бы Хаято не расспрашивал, Кёя молчал и вообще считал необязательным отвечать на его вопросы. А если Гокудера сильно давил на Главу Дисциплинарного Комитета, то в итоге получал ещё несколько синяков к уже имеющимся.

Плевать!

Одним больше, одним меньше… Хаято так просто не сдастся и, если надо, разнесёт к чёрту его кабинет, но узнает правду. Именно с такими мыслями он вошёл сегодня в класс. Джудайме, естественно, этого не одобрит. Скорее наоборот, отчитает, но разве это важно?

— Гокудера-кун, — раздался голос Босса.

Хаято ему даже в глаза смотреть не может.